А.А. ТЕЛЕГИН,

кандидат юридических наук, доцент

 

Становление науки уголовно-исполнительного права неразрывно связано с формированием ее понятийного аппарата, процесс развития которого происходит несколькими путями.

Во-первых, при сохранении старой формы, неизменности термина, обозначающего данное понятие, расширяется, углубляется и уточняется содержание последнего. Так, категория «исполнение наказания» сохранилась в Уголовно-исполнительном кодексе РФ 1996 года, но при этом ее общие положения и принципы существенно изменились по сравнению с той, которая содержалась в Исправительно-трудовом кодексе РСФСР 1970 года.

Во-вторых, новые понятия образуются в результате возникновения новых явлений государственно-правовой действительности, относящихся по своему характеру к предмету познания науки уголовно-исполнительного права. Например, в УИК РФ по-новому определены цели и задачи уголовно-исполнительного законодательства, впервые сформулирована система принципов этой отрасли законодательства, детально урегулирован как общий, так и специальный правовой статус осужденных.

В-третьих, изменение понятийного аппарата науки уголовно-исполнительного права происходит в связи с исключением из него утративших реальное значение понятий. Так, из перечня основных средств исправления осужденных была изъята политико-воспитательная работа, из целей — перевоспитание осужденных и т.д. (При этом, говоря об «отмерших» понятиях, следует иметь в виду, что хотя они не входят в действующий понятийный аппарат, историческая ценность их является непреходящей, что предопределяет их использование наукой в дальнейшем.)

Принимая во внимание, что наука уголовно-исполнительного права — это систематизированное цельное знание, включающее взаимосвязанные, взаимообусловленные понятия, рассредоточим их (по назначению и направленности) в двух группах. Первую будут составлять общенаучные понятия, а вторую — специальные, т.е. непосредственно отображающие качество предмета науки уголовно-исполнительного права.

Остановимся прежде всего на некоторых общенаучных понятиях, имеющих для любой отраслевой юридической науки первостепенное методологическое значение. Учитывая, что раскрытие понятий может быть достигнуто лишь на уровне анализа их содержания, что требует проведения специального исследования, затрагивающего все содержание отраслевой науки, мы в рамках настоящей статьи не будем уделять этому вопросу много внимания: в нашу задачу входит освещение методологического значения некоторых общенаучных понятий, имеющих для науки уголовно-исполнительного права первостепенное значение.

Структура науки и ее система. Следует заметить, что применительно к такой сфере человеческой деятельности, как научные познания, нужно учитывать то обстоятельство, что различный подход и разные цели исследований предопределяют существование разнообразных мнений о структуре науки. Как справедливо заметил П.В. Копнин, «своеобразие логической структуры каждой науки может быть вскрыто специалистами каждой отдельной области»[1].

Структуру науки в сфере исполнения наказания составляют теоретические положения о предмете уголовно-исполнительного права, понятие об этой отрасли права, содержание и структура ее норм, система законодательства, его источники, правоотношения и др.

Изменения в структуре науки были направлены на поиск наиболее эффективных путей реформирования уголовно-исполнительной системы, на ее освобождение от наследия прошлого и приспособление к реалиям современного демократического общества. Очевидно, что эти изменения связаны с социальными переменами, произошедшими в обществе, с его политическим и экономическим развитием, состоянием идеологии и морали, тенденциями изменений общественных и правовых институтов.

Предмет науки, как один из элементов структуры, стал рассматриваться и изучаться с точки зрения имеющейся системы общественных отношений в их актуальной законодательной характеристике и существующей правоприменительной практике. Так, определенным новшеством для предмета науки уголовно-исполнительного права стало правовое регулирование всех наказаний и иных мер уголовно-правового характера. В то же время из данного права были исключены институты, регулировавшие общественные отношения, не входившие в сферу исполнения уголовного наказания.

Говоря об уголовно-исполнительном законодательстве, следует отметить, что как структурный элемент науки оно было приведено в соответствие с новой «лестницей» наказаний, установленной в новом Уголовном кодексе РФ. Изменились цели и задачи, соотношение и взаимосвязь с международно-правовыми актами, была впервые сформулирована система принципов этой отрасли законодательства, впервые на уровне закона урегулировано исполнение ареста и всех видов наказаний в отношении военнослужащих, а также исполнение смертной казни.

Другой структурный элемент рассматриваемой науки — нормативное предписание (норма) — в полной мере проявляет все свои свойства только в процессе применения права, когда включается в целостное системное правовое образование: вначале в институт, а затем — в отрасль права.

Многочисленные изменения и дополнения ИТК РСФСР привели к рассогласованию или конкуренции норм, что обусловило трудности в их применении[2]. Все это неизбежно привело к кодификации исправительно-трудового законодательства, в ходе которой в УИК РФ вошло значительно большее количество норм дефиниций (и этим он выгодно отличается от ИТК РСФСР, хотя и в УИК РФ употребляются некоторые правовые категории, содержание которых не раскрывается: в частности, понятия надзора за осужденными — ст. 60, ч. 1 ст. 82, охраны осужденных — ст. 82 и др.). Понятно, что названные перемены в свою очередь повлияли и на структуру отраслевой юридической науки.

Таким образом, структура науки уголовно-исполнительного права представлена разными элементами, при помощи которых организуется, упорядочивается ее содержание. Существование этих элементов объективно обусловлено, и формируются они в результате субъективной деятельности научных коллективов, групп и отдельных ученых.

Если структура как устойчивая связь между элементами характеризует только способ организации элементов, то «совокупность, объединение взаимосвязанных и расположенных в соответствующем определенном порядке элементов какого-то целостного образования» представляет собой уже систему[3].

Структура науки и ее система — тесно взаимосвязанные самостоятельные категории, представляющие из себя два аспекта одной и той же сущности — науки. Они соотносятся между собой как форма и содержание. При этом «система науки» — понятие более общее, чем понятие «структура науки», так как последнее является составной частью понятия системы. Что же служит критерием разграничения этих однопорядковых, но не тождественных понятий?

Отвечая на этот вопрос, мы руководствуемся следующими соображениями:

1) понятие «система» относится к числу доктринальных. С его помощью мы получаем возможность наиболее абстрактно, обобщенно, отвлекаясь от частностей, выявить основные элементы и закономерности структуры науки;

2) представляется очевидным, что существование системы в науке является необходимым условием эффективных, целенаправленных научных исследований, способствует ликвидации хаоса и противоречий (особенно в условиях существенной ломки и преобразования правовой системы, когда создается качественно новая общественно-экономическая формация);

3) следует признать, что система науки уголовно-исполнительного права по объему содержащегося в ней материала шире структуры, так как включает в свое содержание знания об уголовно-исполнительном праве в целом, истории его развития, исполнении наказания в зарубежных странах, о самой науке и др.;

4) согласно положениям формальной логики, взаимосвязь и взаимозависимость понятий «структура науки» и «система науки» проявляются в том, что новые исследования порождают знания, которые, расширяя предмет уголовно-исполнительного права, служат «строительным материалом» для теоретических положений, а те, в свою очередь, уточняют, дополняют, видоизменяют структурные элементы науки, что, несомненно, приводит к системным изменениям в исследовании сферы исполнения наказания.

Связующими звеньями между элементами структуры, да и системы науки в целом выступают общие, необходимые, существенные и повторяющиеся связи изучаемых явлений, которые именуются законами[4].

В науке уголовно-исполнительного права применяются положения общих (например, диалектики), общественных и специфических, или частных, законов. Разумеется, между этими законами имеется нечто общее: и те, и другие, действуя объективно, вскрывают необходимое, существенное в явлениях, связанных с исполнением наказаний и правовым регулированием данного процесса. Специфика же этих законов состоит в том, что они связаны между собой и обусловлены обстоятельствами своего возникновения, целями, порядком вещей, на котором они утверждаются. Их сложный характер определяется высоким уровнем организации человеческого сообщества, мышления и объективной действительностью.

Наряду с понятием «закон» в юридической (и не только) литературе применяется понятие «закономерность». Очевидная похожесть этих терминов свидетельствует о родовом единстве, тем не менее смысловая, качественная составляющая этих понятий различна. Так, если закон выражает самые существенные связи, присущие целому ряду явлений или событий, то закономерность выступает как проявление взаимодействия этих явлений или событий на основе законов[5].

Выражая существенные и необходимые связи между явлениями, закономерности характеризуются устойчивостью и повторяемостью охватываемых ими явлений в причинно обусловленной последовательности, ввиду чего и создается определенная тенденция в развитии явлений, по которой чаще всего и обнаруживается та или иная закономерность[6].

Одной из первых работ, где среди задач, стоящих перед наукой в сфере исполнения наказания, была прямо названа задача исследовать закономерности, обусловливающие роль и значение системы исполнения наказаний в деле борьбы с преступностью, стала диссертация Н.А. Стручкова[7]. Затем И.В. Шмаров, исследуя проблемы повышения эффективности деятельности ИТУ, в качестве главной закономерности, предопределившей процесс исполнения наказания и развития системы исправительно-трудовых учреждений, называет замену тюрем воспитательными учреждениями[8].

Вслед за указанными авторами профессоры А.Е. Наташев и И.А. Сперанский, проведя специальные исследования по проблемам принципов исправительно-трудового права, уверенно и справедливо констатировали наличие прямой взаимозависимости между принципами и закономерностями исполнения наказания[9]. Ввиду того, что названные принципы имеют субъективное, гносеологическое происхождение, они, предопределяя правила деятельности органов и учреждений, исполняющих наказания, выступают связующим звеном между закономерностями и практикой исполнения наказания.

На следующий важный момент, связанный с закономерностями исполнения наказания, обратил внимание профессор В.П. Артамонов, подчеркнув, что применяемые при исполнении наказания способы и приемы развития полезной инициативы осужденных, привлечения их к участию в воспитательных мероприятиях, общественно полезному труду, образовательному процессу и т.п. не могут выступать в качестве закономерностей процесса исполнения наказания, так как охватываемые ими действия не указывают на причинно обусловленную, устойчивую и повторяемую направленность его развития[10]. По этой же причине к тенденциям исполнения наказания не могут быть отнесены действия, которые реализуются на основе принципов дифференциации и индивидуализации исполнения наказания. Думается, что справедливость данного утверждения не вызывает сомнений.

Серьезная теоретическая проработка путей, направлений совершенствования исправительно-трудовой политики и системы органов, исполняющих уголовные наказания, начавшаяся во второй половине 1980-х годов, привела к проявлению двух закономерных тенденций, предопределивших развитие уголовно-исполнительного права. Первая выразилась в необходимости соединить исполнение большинства наказаний с определенным комплексом воспитательного воздействия на осужденного в рамках единой отрасли законодательства. Логическим завершением научных дискуссий по обозначенной проблеме, длившихся более десяти лет, стал проект Основ уголовно-исполнительного законодательства Союза ССР и союзных республик (1988 г.). Положительная оценка этого проекта дала начало законопроектным работам в соответствующей отрасли законодательства, которые завершились принятием 18 декабря 1996 г. Уголовно-исполнительного кодекса РФ.

Вторая тенденция выразилась в необходимости максимального отражения международной практики обеспечения прав человека, духа и буквы международных соглашений в процессе исполнения уголовного наказания.

Представляется, что названные тенденции способствовали формированию новой, прогрессивной системы исполнения не одного наказания в виде лишения свободы (установление различных условий содержания в одном учреждении), а нескольких наказаний. Как заметил Ю.М. Ткачевский, эта система «характерна многоступенчатостью и в том числе возможностью замены одного наказания другим, более тяжким или же менее тяжким; заменой в ряде случаев вида или режима места лишения свободы»[11].

Говоря о деятельности, связанной с реализацией наказания, можно констатировать, что от знания, разработки и правильного использования закономерностей, лежащих в основе исполнения наказания, зависит решение самых разнообразных практических задач, возникающих в этой сфере.

Внешне специфические свойства явлений раскрываются в функциях. Термин «функция» многозначен. Он приемлем для характеристики любых динамических структур, что обусловлено спецификой познавательных задач тех наук, в которых используется этот термин. Если анализировать многочисленные точки зрения по этому вопросу, то мы увидим, что в большинстве случаев с функцией связывается направленное избирательное воздействие системы на определенные стороны внешней среды[12].

В функциях рассматриваемой нами науки аккумулируется ее направленность на осуществление коренных задач, стоящих перед уголовно-исполнительным правом на данном этапе его развития, что свидетельствует об их динамизме. К наиболее очевидным функциям науки уголовно-исполнительного права можно отнести объяснение явлений и свойств, раскрытие закономерностей, лежащих в основе исполнения наказания с учетом анализа их социальной обусловленности.

Другими, не менее важными функциями науки являются накопление, развитие и внедрение научных знаний, а также организация и проведение разнообразных исследований. К таким исследованиям в первую очередь относятся разработки по дальнейшему развитию уголовно-исполнительного законодательства, реформы уголовно-исполнительной системы в целом. Процесс организации и проведения научных разработок должен сопровождаться использованием теоретических положений, обобщений, эмпирических данных других наук.

Практическое осуществление функций науки уголовно-исполнительного права возлагается на специальные научные учреждения и учебные заведения. Одним из них является Научно-исследовательский институт УИС Министерства юстиции РФ, который обеспечивает проведение и координацию научных исследований в области уголовно-исполнительного права. В числе гражданских вузов ведущее место по разработке проблем уголовно-исполнительного права принадлежит юридическому факультету Томского государственного университета; серьезную работу в этом направлении проводит кафедра уголовного права юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета. Реализация научных достижений обеспечивается органами и учреждениями Главного управления по исполнению наказаний Минюста России.

Таким образом, в функциях науки уголовно-исполнительного права проявляются ее основные свойства, ее главные цели и задачи, находящие свое воплощение в научных разработках актуальных проблем теории и практики исполнения наказания.

Специфическая черта, присущая исключительно науке как форме знания и сразу же выделяющая ее из череды других форм знаний, заключается в том, что наука существует в виде системы теоретических знаний. Представляя собой наиболее строгую и проверенную часть знаний, теория по своей логической форме выступает как система достоверных и доказанных высказываний, связанных между собой определенными логическими отношениями.

Являясь накопителем знаний, теория в то же время проявляет себя как метод исследований, так как все они начинаются с теоретического обоснования соответствующей научной работы, опираются на закрепленный в теории опыт и ведутся с учетом имеющихся знаний[13].

Теория уголовно-исполнительного права выступает методом исследования не только свойств и закономерностей реальных явлений и процессов сферы исполнения уголовных наказаний, но и построения и развития самой системы научных знаний в указанной области. Теория пронизывает всю науку уголовно-исполнительного права, но традиционно главная роль отводится так называемой общей теории, которая содержит знания о структуре, системе, закономерностях и социальных функциях уголовно-исполнительного права. Такое деление фактически является условным, но приемлемым для организации знаний, составляющих сущность предмета науки уголовно-исполнительного права. Поэтому и учебный курс одноименной отрасли права традиционно состоит из общей и особенной частей. Общая теория раскрывает цели и задачи уголовно-исполнительного законодательства; рассматривает само пенитенциарное законодательство России и его историю; порядок исполнения наказаний в зарубежных странах; соответствующие международные акты и стандарты; правовое положение лиц, отбывающих наказание; систему учреждений и органов исполнения наказаний. Безусловно, все это анализируется в тесной связи с социально-экономическими и политическими явлениями, происходящими в обществе.

Знания, относящиеся к особенной части теории науки уголовно-исполнительного права, содержат более узкие понятия, которые непосредственно отражают опыт правового регулирования основных направлений деятельности учреждений и органов по исполнению уголовных наказаний. (Например, опыт правовой регламентации исполнения основных и дополнительных наказаний, не связанных с изоляцией осужденного от общества, ареста, лишения свободы, военных пенитенциарных вопросов и т.д.).

Систематизация теории уголовно-исполнительного права как явление объективного характера складывается не произвольно, а в связи с системой существующих общественных отношений и отражает в своей основе предмет науки. Наиболее полным образом система теории выражена в учебной программе курса названной отрасли права. В научной литературе систематизация, как правило, определяется целями, отраженными в тематике научных работ. В законодательной практике теория находит свое отражение в принципах и общих положениях права, что ярко проявляется в структуре актов высшей юридической силы — законах.

Движение понятий науки уголовно-исполнительного права — процесс постоянный. В нем состоит объективная закономерность логики научного познания. Поэтому устойчивость понятий относительна и проявляется в основном в устойчивости формы[14]. Что же касается содержания понятий, то оно непрерывно совершенствуется вследствие непрерывного пополнения знаний о том или ином явлении в области исполнения наказаний, многоаспектности и более высокого научного уровня исследований.

Говоря о новых понятиях, необходимо отметить, что большинство из них сложилось в период становления науки уголовно-исполнительного права, когда коренные преобразования вызвали к жизни совершенно новые явления, которые требовали своего научного истолкования.

Так, анализ законодательного материала и научной литературы позволяет выделить следующие специфические понятия: уголовно-исполнительная политика; наука уголовно-исполнительного права; уголовно-исполнительное право; закономерности и принципы уголовно-исполнительного права; правовой статус осужденных; исполнение уголовного наказания; отбывание уголовного наказания; основные средства исправления осужденных; наказания, связанные с мерами исправительного воздействия; наказания, не предусматривающие мер исправительного воздействия; уголовно-исполнительные инспекции; места содержания под стражей; арестные дома; исправительные центры; места лишения свободы; исправительное учреждение; режим; воспитательное воздействие; общеобразовательное и профессиональное обучение осужденных; общественно полезный труд осужденных; участие общественности в деятельности учреждений и органов, исполняющих наказания; материально-бытовое и медицинское обслуживание осужденных; наказания, сопряженные с прохождением военной службы; освобождение от наказания; эффективность деятельности исправительного учреждения.

Данный перечень содержит только основные, специфические понятия, которые сами служат производными для иных понятий уголовно-исполнительного права (например, такое многоаспектное понятие, как режим (ст. 82 УИК РФ), может быть представлено как режим содержания под стражей, режим исправительного учреждения и как основное средство исправительного воздействия на осужденных и т.д.). Поэтому в этот список не вошли понятия норм, источников, уголовно-исполнительных правоотношений и др., а также понятия, характеризующие сущность исполнения наказания в пенитенциарных учреждениях зарубежных государств.

Приняв за основу качественную составляющую базовых понятий, можно сгруппировать их в три блока, наглядно характеризующие содержание науки уголовно-исполнительного права. Во-первых, основополагающие понятия о политической основе уголовно-исполнительного права, его закономерностях, принципах, об исполнении наказания, соответствующем правовом регулировании и др. Во-вторых, понятия о деятельности учреждений и органов, исполняющих наказания. В-третьих, понятия о средствах исправительного воздействия.

Приведение в порядок терминологии, совершенствование определений и самих понятий — очень трудоемкая, но необходимая научная работа. Подчеркивая настоятельную потребность в углубленной разработке понятийного аппарата науки уголовно-исполнительного права как непременное условие ее поступательного развития, следует отметить, что такая разработка будет эффективной лишь тогда, когда исследования понятий пойдут от практики правового регулирования исполнения наказания и будут возвращаться к ней, обогащенные соответствующими рекомендациями. Трудности объективного и субъективного порядка на этом пути есть и будут. Их преодоление возможно только при условии усвоения как аксиомы того главного, чему должны быть подчинены научные исследования в области исполнения наказания как методологического, так и прикладного уровня. Это главное — человек, его свобода и достоинство, его жизнь и безопасность, его права и обязанности. Вполне понятно поэтому, что проблема логической четкости, целостности и непротиворечивости понятийного аппарата ныне не только не теряет своего значения, но и, напротив, становится еще более острой, чем прежде. Это обусловлено рядом причин: новыми задачами науки в условиях реформирования уголовно-исполнительной системы, подъемом теоретического уровня самой науки, укреплением ее связей с иными отраслями знаний, усилением влияния на уголовно-исполнительное право международных соглашений и др.

 

Библиография

1 Копнин П.В. Логические основы науки. — К.: Наукова думка, 1968. С. 210.

2 См.: Уголовно-исполнительное право России: Учебник / Под ред. проф. В.И. Селиверстова. 2-е изд. — М., 2001. С. 45; Зубарев С.М. Правовое обеспечение реформы уголовно-исполнительной системы: Дис. ... канд. юрид. наук. — М., 1999.

3 Кондаков Н.И. Логический словарь. — М., 1971. С. 475.

4 См.: Спиркин А.Г. Философия: Учебник. — М., 2000. С. 555.

5 В известном смысле все формы знаний об универсальных связях бытия в контексте диалектики могут быть представлены как сложная совокупность тесно связанных между собой универсальных закономерностей природного и социального бытия, а также их познания.

6 См.: Кедров Б.М. Беседы о диалектике. — М., 1983. С. 38.

7 См.: Стручков Н.А. Правовое регулирование исполнения наказания (основные проблемы советского ИТП): Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. — М., 1963. С. 26.

8 См.: Шмаров И.В. Основные проблемы изучения и повышения эффективности деятельности исправительно-трудовых учреждений: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. — М., 1970. С. 16.

9 См.: Наташев А.Е. Теоретические основы советского исправительно-трудового законодательства (задачи, сущность и применение): Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. — М., 1973. С. 17; Сперанский И.А. Принципы советского исправительно-трудового права и их закрепление в основах исправительно-трудового законодательства Союза ССР и союзных республик: Дис. ... д-ра юрид. наук. — М., 1970.

10 См.: Артамонов В.П. Наука советского исправительно-трудового права: Дис. ... д-ра юрид. наук. — М., 1974. С. 153.

11 Ткачевский Ю.М. Прогрессивная система исполнения уголовных наказаний. — М., 1997. С. 142.

12 См.: Общая теория государства и права: Акад. курс: В 2 т. / Под ред. М.Н. Марченко. Т. 2. — М., 1998. С. 53.

13 См.: Степин В.С. Становление научной теории. — Минск, 1976. С. 23.

14 См.: Пашушканис Е.Б. Избранные произведения по общей теории права и государства. — М., 1980. С. 51.