Д.П. СТРИГУНОВА,

аспирантка кафедры частного права ГУУ

 

Договор по туристскому обслуживанию занимает одно из центральных мест в туризме, в том числе международном. В отличие от неорганизованной туристской поездки, регламентируемой множеством разнообразных гражданско-правовых договоров, заключаемых туристом с исполнителями отдельных услуг, для осуществления организованной туристской поездки достаточно заключения одного договора по туристскому обслуживанию с лицом, которое принимает на себя обязательство по предоставлению туристского обслуживания.

Договор по туристскому обслуживанию стал активно исследоваться лишь в последнее время[1]. В настоящей статье рассматриваются его особенности, связанные с понятием, субъектами и видами договора.

Договор по туристскому обслуживанию не имеет общепринятого наименования в международной практике и торговле. Единственным международным правовым актом, содержащим унифицированные нормы, посвященные рассматриваемому договору, является Международная конвенция по контракту на путешествие, принятая в 1970 году (далее — Конвенция), но не вступившая в силу. Несмотря на это, ее положения представляют интерес для исследователей, занимающихся правовыми вопросами международного туризма. В Конвенции используется понятие «организованный контракт на путешествие», которое означает любой контракт, в соответствии с которым одно лицо, выступающее от своего имени, обязуется предоставить другому лицу комплекс услуг за общую цену. Аналогичное определение рассматриваемого договора содержит § 651 Германского гражданского уложения. В некоторых законодательных актах договор между туристом и организатором путешествия не имеет определенного названия. Например, в Директиве Евросоюза о комплексных турах от 13.06.1990 № 90/314 ЕЕС (далее — Директива) лишь указывается на контракт, связывающий потребителя с организатором путешествия и (или) продавцом. Непоименованный договор используется также в Законе о продавцах путешествий штата Флориды (США) и других штатов.

В отечественном законодательстве встречается две модели договора, связанных с обслуживанием туристов. Так, в п. 2 ст. 779 Гражданского кодекса РФ содержится упоминание договора по туристическому обслуживанию; в п. 3 ст. 1212 ГК РФ речь также идет о договоре в сфере туристического обслуживания. В Федеральном законе от 24.11.1996 № 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности» (в ред. от 22.08.2004; далее — Закон о турдеятельности) используется конструкция договора розничной купли-продажи туристского продукта. Различия между этими нормами ГК РФ и Закона о турдеятельности долгое время служили основанием для дискуссии в отечественной юридической науке о приоритете между указанными актами и, как следствие, о правовой природе рассматриваемого договора. Определенную ясность внес Верховный суд РФ, который, рассматривая в порядке надзора конкретное дело, указал, что отношения между покупателем и туристской фирмой регулируются не по правилам купли-продажи, а по правилам договора возмездного оказания услуг. В связи с этим О.Ю. Шилохвост отмечает, что Закон о турдеятельности в части, регламентирующей договорные отношения по туристскому обслуживанию, не соответствует ГК РФ, а потому его положения, противоречащие последнему, не подлежат применению[2]. Несмотря на то, что указанное мнение поддерживает подавляющее большинство российских правоведов, единообразного понятия и определения договора по туристскому обслуживанию как разновидности договора возмездного оказания услуг отечественной доктриной не выработано. Очевидно, это вызвано отсутствием надлежащего закрепления понятия данного договора, а также определения термина «туристское обслуживание» в отечественном законодательстве. Так, в п. 2 ст. 779 ГК РФ говорится только, что к отношениям по туристскому обслуживанию применяются правила, предусмотренные главой 39 ГК РФ.

По нашему мнению, туристское обслуживание является комплексным понятием, т. е. включает в себя разнообразные услуги (перевозку, размещение, питание и многие другие), которые предлагаются в совокупности. Из смысла понятия «международное туристское путешествие», а также из анализа международного, зарубежного и российского законодательства следует, что основными услугами для международного туриста являются перевозка и размещение. Нормативное закрепление такого положения имеется в Директиве, согласно которой перевозка или размещение в комплексе с одной или несколькими услугами, предлагаемыми туристу за общую цену, представляет собой «услуги, включающие все» (читай: туристское обслуживание. — Д.С.).

С учетом изложенного, а также положений главы 39 ГК РФ, договор по туристскому обслуживанию представляет собой соглашение, в силу которого одна сторона (исполнитель-туроператор) в целях осуществления международной туристской поездки туриста обязуется предоставить другой стороне (заказчику, которым может являться не только турист, но и лицо, приобретающее услуги не для себя) комплекс услуг (как минимум две), одной из которых в сфере международного туризма является перевозка или размещение, а также иные услуги, а заказчик обязуется их оплатить.

Рассматриваемый договор является консенсуальным, двусторонне-обязывающим, возмездным. Как правило, договор по туристскому обслуживанию — публичный. Кроме того, в ст. 10 Закона о турдеятельности предусматривается письменная форма данного договора. В силу положений главы 39 ГК РФ сторонами рассматриваемого договора являются исполнитель и заказчик.

Исполнителем в рассматриваемом договоре признается лицо, способное предоставить туристское обслуживание. В п. 5 ст. 1 Конвенции таким лицом называется организатор путешествия, который в рамках своей обычной деятельности заключает договоры с туристами, вне зависимости от того, является ли такая деятельность основной и ведется ли она на профессиональной основе. Согласно п. 1 § 651 «а» ГГУ организатором путешествий является лицо, действующее под свою личную ответственность, обязанностью которого является предоставление туристу совокупности туристских услуг. Как отмечает Е.Л. Писаревский, организатором путешествий в смысле § 651 «а»— «к» ГГУ может быть признан не только туроператор, но и турагентство, воздушный перевозчик, автобусный оператор или судовладелец, если они продают более чем одну туристскую услугу. Такие лица несут перед туристом ответственность за действия непосредственных исполнителей отдельных услуг, если они действуют под свою личную ответственность[3]. Напротив, в Нидерландах исполнителем в рассматриваемом договоре признается туроператор.

Директива не содержит прямого ответа на вопрос о том, кто является исполнителем в рассматриваемом договоре. Согласно положениям Директивы в качестве исполнителя может выступать организатор и (или) продавец. При этом под организатором понимается лицо, которое регулярно организует «услуги, включающие все» и продает их или предлагает для продажи самостоятельно или через продавца.

Представляет интерес Типовой контракт, подлежащий в соответствии с Директивой подписанию клиентом и турагентством. В нем содержатся положения, согласно которым турагентство (продавец), у которого приобретается (бронируется) турпакет, ни в коей мере не несет ответственности по обязательствам, связанным с организацией путешествия, а отвечает лишь по тем, которые вытекают из его посреднических функций, и в любом случае в рамках, предусмотренных правовыми актами, в соответствии с которыми составлен турпакет[4]. Однако, учитывая то, что Директива не содержит каких-либо положений о лице, от имени и за счет которого надлежит действовать турагенту, можно предположить различные варианты, в том числе и такой, когда турагент заключает сделки по туристскому обслуживанию от своего имени и под свою ответственность. Таким образом, в зависимости от законодательства конкретной страны Евросоюза и условий заключаемого договора, контрагентом потребителя могут выступать организатор (туроператор), продавец (турагент) либо оба указанных лица (ст. 5 Директивы). А поскольку Директива содержит лишь общие для стран Евросоюза положения, внутреннее законодательство по туристскому обслуживанию этих стран может существенным образом различаться.

В законодательных актах США о туризме, в частности в штатах Калифорния и Флорида, упоминаются оптовики и розничные продавцы, которые предлагают напрямую или через других лиц заранее организованные путешествия или туристские услуги. К продавцам путешествий не относятся авиаперевозчики, морские перевозчики, гостиницы и ряд других организаций. Согласно американскому праву оптовик не заключает договоров с потребителями, если только он не является одновременно розничным продавцом, а специализируется на формировании предложений туров, предлагаемых широкой публике через сеть розничных агентов и через авиакомпании. Розничный продавец реализует услуги непосредственно потребителям, действуя в качестве агента авиакомпаний, круизных компаний, отелей, а также оптовиков.

Как правило, в американском праве исполнителем в договоре по туристскому обслуживанию признается тот, кто оказывает услуги от своего имени и под свою ответственность. Исполнителем может быть признан как оптовик, так и розничный продавец, однако последний вправе ограничить свою ответственность, проинформировав надлежащим образом туриста о том, что он не несет ответственности за оказание всего комплекса туристских услуг. Заслуживает внимания пример из американской судебной практики. При рассмотрении дела «Bucholtz vs Sirotkin» суд установил, что путешественник приобретал туристские услуги через розничного продавца и не был предупрежден о существовании еще одного посредника (т. е. оптовика). Вследствие этого агентство было признано ответственным за услуги, приобретенные путешественником. В решении суда сказано, что агентство имеет специальные обязанности по проверке порядочности и надежности оптовиков, а потому может быть признано ответственным за их действия.

В Законе о турдеятельности называются два вида субъектов, осуществляющих туристскую деятельность: туроператор и турагент, понятия которых не раскрываются. Различие между ними можно установить на основании определений туроператорской и турагентской деятельности. В соответствии со ст. 1 Закона о турдеятельности к туроператорской относится деятельность по организации, продвижению и реализации турпродукта, а к турагентской — деятельность по его продвижению и реализации. При этом понятия «организация турпродукта» и «реализация турпродукта» в Законе о турдеятельности также не определены. А поскольку в соответствии со ст. 10 данного закона турист вправе требовать предоставления всех услуг как от туроператора, так и от турагента, многие правоведы, применяя указанные положения закона к договору по туристскому обслуживанию, полагают, что последний может заключаться как туроператором, так и турагентом[5].

Представляется верной позиция А.Н. Ошнокова и других ученых о том, что единственным лицом, организующим туристские поездки, а следовательно, заключающим договор от своего имени и несущим ответственность за его исполнение, может быть признан туроператор, во всяком случае до тех пор, пока в Российской Федерации сохраняется лицензирование указанного вида деятельности[6] (аналогично решается вопрос в проекте закона о туризме и туристской индустрии, согласно которому договор оказания услуг по туристическому обслуживанию заключается самим туроператором или от его имени). Что касается турагента, то здесь интересны нормы Конвенции, в которых содержатся положения о туристском посреднике. Так, туристский посредник вправе заключать «посреднический контракт на путешествие», однако заключается такой договор от имени и в интересах путешественника (ст. 17 Конвенции). Таким образом, отношения между посредником и путешественником являются отношениями по прямому представительству[7]. Указанные положения, очевидно, должны применяться в тех случаях, когда турагент и туроператор не связаны договорными правоотношениями. Однако, учитывая тот факт, что указанные субъекты, как правило, состоят в договорных правоотношениях, должна быть предусмотрена возможность заключения турагентом договоров по туристскому обслуживанию от имени и за счет туроператора. Экономическая сущность деятельности турагента состоит обычно в оказании консультационных, информационных и посреднических услуг, а не в предоставлении туристского обслуживания, поэтому в законодательстве необходимо предусмотреть возможность ограничения ответственности турагента его собственными действиями и упущениями.

Одной из особенностей договора по туристскому обслуживанию является возможность туроператора привлекать к исполнению договора третьих лиц. Такая возможность вытекает из смысла ст. 780 ГК РФ, устанавливающей, что исполнитель обязан оказывать услуги лично, если иное не предусмотрено договором оказания услуг. Таким образом, заказчик, являющийся кредитором в обязательстве по туристскому обслуживанию, заключает договор с исполнителем (туроператором), который выступает в качестве должника. Лица, которых туроператор привлекает к непо-средственному оказанию туристских услуг, являются третьими лицами, связанными договорными отношениями с туроператором и одновременно связывающими кредитора и должника в обязательстве по туристскому обслуживанию. Главное, что при данной конструкции ответственность перед кредитором за действия третьих лиц в соответствии со ст. 403 ГК РФ несет непосредственно должник, что позволяет урегулировать правовые последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения третьими лицами обязательств по оказанию соответствующих услуг[8].

Следующая особенность рассматриваемого договора заключается в том, что его субъектом всегда выступает турист, определение которого содержится в международных правовых актах по туризму, а также в ст. 1 Закона о турдеятельности. На основании положений статей 1 и 10 указанного закона туриста принято относить к потребителю. Однако, учитывая то, что среди туристских целей в законе названы профессионально-деловые цели, некоторые правоведы, не считая их туристскими, предлагают исключить их из определения понятия «турист»[9]. Соглашаясь с тем, что профессионально-деловые цели, упоминающиеся не только в Законе о турдеятельности, но и во многих международных правовых актах по туризму, могут в определенных случаях означать цели, связанные с осуществлением предпринимательской деятельности, полагаем все же, что исключать их из определения понятия «турист» не стоит. Для категории «турист» важно не осуществление предпринимательской деятельности как таковой, и уж тем более не тот факт, что лицо является предпринимателем, а ведение предпринимательской деятельности в стране посещения.

Другое дело, что не всякий турист является потребителем. Так, А.Н. Ошноков считает, что статус туриста как потребителя зависит от целей осуществляемой поездки; этот статус должен определяться судом исходя из гибкого толкования нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности[10]. Полагаем, что турист, заключающий договор по туристскому обслуживанию, должен считаться потребителем до тех пор, пока не доказано обратное. Е.Л. Писаревский высказывает мнение о недопустимости защиты прав туристов-«челноков» нормами о защите прав потребителей[11].

Вместе с тем судебная практика свидетельствует, что «обнаружение» в туристе предпринимателя происходит, как правило, в случаях нарушения прав указанного лица, например при повреждении его товара во время перевозки. До того момента, пока права туриста не нарушены, и если речь не идет о так называемых шоп-турах, доказать намерения туриста, посещающего иностранное государство (ведение предпринимательской деятельности на родине), представляется затруднительным. Вместе с тем отказывать туристу в защите его потребительских прав, если нет доказательств того, что его поездка носит исключительно деловой характер, недопустимо. Выходом из данной ситуации могло бы стать отдельное выделение поездок делового (предпринимательского) характера и их регулирование в рамках договоров по туристскому обслуживанию, где предусматривались бы гарантии туриста как предпринимателя и в то же время присутствовало положение о том, что турист не является потребителем. Однако на практике осуществить такую классификацию затруднительно.

Следующей особенностью рассматриваемого договора является то, что стороной, заключающей договор по туристскому обслуживанию, может быть как сам турист, так и иное лицо, действующее в его пользу. В Директиве используется понятие «потребитель», которое не следует путать с аналогичным понятием, принятым в отечественном законодательстве, а также в Директиве ЕС о несправедливых условиях в потребительских договорах. В рамках Директивы понятие «потребитель» означает лицо, которое приобретает или намерено приобрести турпакет (основная договаривающаяся сторона); либо любое лицо, в пользу которого основная сторона соглашается приобрести турпакет (прочие бенефициары); либо любое лицо, которому основная договаривающаяся сторона или прочие бенефициары передают турпакет (правопреемник). Таким образом, речь здесь идет  скорее о заказчике, приобретающем комплекс услуг для себя или третьих лиц.

Закон о турдеятельности подобных положений не содержит. Однако возможность заключения договора в пользу туриста — третьего лица следует из ст. 430 ГК РФ. Очевидно, это будет предусмотрено в проекте закона о туризме и туристской индустрии, в соответствии с которым заказчиком комплексной туристской услуги является потребитель (турист), турагент, а также иное лицо, использующее или заказывающее соответствующие услуги. Вопрос о заключении договора в пользу туриста рассматривался Н.В. Сирик, которая приводит следующие примеры таких договоров: заключаемый работодателем в пользу своих работников; заключаемый законным представителем в пользу малолетнего; заключаемый гражданином в пользу родственников[12].

Директива, а также законодательство некоторых стран предоставляет возможность замены одного туриста другим в уже заключенном договоре. В Законе о турдеятельности, равно как и в проекте закона о туризме и туристской индустрии, такая возможность не предусматривается, однако предложение о необходимости введения соответствующей нормы высказывалось[13].

Классификация договоров по туристскому обслуживанию может быть проведена по различным основаниям. Во-первых, договоры могут заключаться в пользу его участников, т. е. между туристом и туроператором, или в пользу третьих лиц, т. е. между туроператором и другим лицом в пользу туриста[14].

Во-вторых, классификация может быть проведена в зависимости от способа заключения договора. Статья 9 Закона о турдеятельности предусматривает два способа: а) договоры, формирование комплекса услуг по которым осуществляется туроператором самостоятельно; б) договоры, условия которых формируются по конкретному заказу туриста. Подобное деление договоров характерно не только для России, но и для других стран.

В-третьих, договоры могут подразделяться в зависимости от целей туристской поездки, указанных в предусмотренных законодательством определениях туризма и туриста.

В-четвертых, классификация может быть проведена по наличию либо отсутствию в туристском правоотношении иностранного элемента. Очевидно, что подобные правоотношения и договоры, их опосредующие, имеют место в международном туризме. Однако не каждый иностранный элемент является решающим для того, чтобы тот или иной договор признавался международной сделкой в смысле международного частного права.

Таким образом, договор по туристскому обслуживанию является центральным элементом в организованном туризме, поскольку усилия всех хозяйствующих субъектов в данной сфере направлены на то, чтобы обеспечить организацию туристской поездки, инструментом осуществления которой как раз и выступает рассматриваемый договор.

 

Библиография

1 См., например: Сергеев В. Договор об оказании международных туристских услуг // Хозяйство и право. 1998. № 7. С. 12; Сирик Н.В. Договор оказания туристских услуг в гражданском праве России: Дис. ... канд. юрид. наук. — М., 2001.

2  См.: Гражданское право России. Обязательственное право: Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. — М., 2004. С. 768—769.

3 См.: Писаревский Е.Л. Туристская деятельность: Проблемы правового регулирования. — Владивосток, 1999. С. 25—26.

4 См.: Международный туризм: правовые акты / Сост. Н.И. Волошин. — М., 2002. С. 393.

5 См., например: Гражданское право России. Обязательственное право. С. 769; Сирик Н.В. Указ. раб. С. 77.

6 См.: Ошноков А.Н. Гражданско-правовые договоры в сфере международного туризма: Дис. ... канд. юрид. наук. — М., 2002. С. 30—31.

7 См.: Ошноков А.Н. Указ. раб. С. 29—30.

8 См.: Гражданское право России. Обязательственное право. С. 768.

9 См., например: Чененов Ю.А. Гражданско-правовое регулирование туристской деятельности: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. — Екатеринбург, 2003. С. 10.

10См.: Ошноков А.Н. Указ. раб. С. 23.

11 См.: Писаревский Е.Л. Указ. раб. С. 144.

12 См.: Сирик Н.В. Указ. раб. С. 87—89.

13 См., например: Сирик Н.В. Субъекты договора оказания туристских услуг // Туризм: право и экономика. 2003. № 3. С. 9—10.

14 См.: Гражданское право: Учеб.: В 3 т. / Отв. ред. А.П. Сергеев, Ю.К. Толстой. — М., 2005. Т. 1. С. 597.