И.В. ВЕЛИЕВ,

кандидат юридических наук

 

В  результате глубоких социально-политических преобразований в обществе, смещения приоритетов в соотношении интересов государства и личности в сторону повышения значимости прав и свобод конкретного человека, перехода к рыночной экономике в Республике Казахстан, как и в Российской Федерации, назрела необходимость принятия нового уголовно-процессуального законодательства. В уголовно-процессуальных кодексах обеих стран нашли отражение демократические принципы, закрепленные в конституциях и обеспечивающие эффективное и целесообразное уголовно-процессуальное производство, а также защиту личности, ее прав и свобод, презумпцию невиновности и осуществление правосудия на основе состязательности и равноправия сторон. Реформа законодательства обеспечила свободный доступ к правосудию и предоставила возможность субъектам этих правоотношений защищать свои права и законные интересы правовыми способами.

Главные достоинства обоих кодексов — расширение прав личности и закрепленных гарантий прав всех участников судопроизводства, введение судебного контроля за предварительным расследованием, предоставление обвиняемому и защитнику права судебного обжалования действий следователя и прокурора, более конкретное регулирование применения мер процессуального принуждения.

В связи с тем, что процесс совершенствования процессуального законодательства продолжается, обмен опытом по применению его норм и устранению пробелов в некоторых статьях кодексов должен позитивно отразиться и на правоприменительной практике, и на законотворческой деятельности. При рассмотрении отдельных вопросов правоприменения следует учитывать специфику подходов к некоторым процессуальным положениям.

В связи с этим замечания и выводы по некоторым нормам кодексов могут быть неоднозначны.

Так, в ст. 5 УПК РФ перечисляются 60 основных понятий, использованных в кодексе, а в ст. 7 УПК РК их всего 43 и излагаются они не по алфавиту, что существенно затрудняет работу. Кроме того, отсутствие необходимых понятий также отрицательно влияет на качество соответствующей нормы и создает трудности в применении.

В разделах о принципах уголовного судопроизводства прослеживается единство задач и принципов. Главной задачей является защита личности, ее прав и свобод, интересов общества и государства от преступных проявлений. В обоих кодексах принципы в основном одинаковы: предусмотрены соблюдение законности, презумпция невиновности, неприкосновенность личности и жилища, свобода оценки доказательств, возможность обжалования в суд процессуальных решений следователя и прокурора и др.

В уголовном судопроизводстве Республики Казахстан предусмотрен прокурорский надзор за судебными решениями, что, безусловно, влияет на роль и значимость органов прокуратуры в судебном процессе. Статья 17 УПК РФ закрепляет свободу оценки доказательств, которая основывается на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств. Правоприменитель оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, руководствуясь при этом законом и совестью, что аналогично ст. 25 УПК РК. Однако ст. 24 УПК РК закрепляет принцип всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, в то время как в УПК РФ этот принцип не предусмотрен. Заслуживает внимания положение ч. 4 ст. 24 УПК РК о том, что «суд не связан мнением сторон и вправе по собственной инициативе принимать необходимые меры для установления истины по уголовному делу»; это конкретно закрепляет соответствующие права суда.

Уголовное преследование и обвинение в суде согласно обоим кодексам осуществляется в частном, частно-публичном и публичном порядке.

В УПК РК отсутствуют институты мировых судей и рассмотрения дел с участием присяжных заседателей. Между тем введение этих институтов в уголовное судопроизводство Республики Казахстан усилило бы гарантии соблюдения прав и свобод граждан и позволило бы снизить нагрузку на суды общей юрисдикции и сократить сроки судебного разбирательства.

Следует отметить, что ч. 2 ст. 38 УПК РК («Обстоятельства, позволяющие не осуществлять уголовное преследование») содержит положение о том, что «заявленный государственным обвинителем отказ от уголовного преследования не препятствует частному обвинителю продолжать уголовное преследование обвиняемого с использованием материалов уголовного дела». Это положение отсутствует в аналогичной по содержанию ст. 21 УПК РФ.

В нормах УПК РК (ч. 1 ст. 62 раздела «Участники уголовного судопроизводства») закреплено осуществление прокурором в пределах своей компетенции надзора за законностью судебных решений, а также уголовное преследование на всех стадиях уголовного процесса. УПК РФ не предусматривает надзорной функции прокурора в уголовном процессе. Считать это положительным фактором довольно спорно, однако отсутствие этой нормы соответствует задачам и принципам УПК РФ.

Правило ч. 1 ст. 90 УПК РК о том, что судья не может участвовать в рассмотрении дела, если он рассматривал жалобу на решение прокурора, можно считать целесообразным; в ст. 63 УПК РФ, к сожалению, этот запрет не содержится.

В основном порядок судопроизводства по УПК РФ и УПК РК аналогичен. Участие государственного обвинителя в судебном разбирательстве обязательно для обоих кодексов, и действующее уголовно-процессуальное законодательство не дает прокурору перед другими участниками процесса никаких преимуществ по представлению доказательств, участию в их исследовании, заявлению ходатайств. Оба кодекса предусматривают процедуру предварительного слушания дела с участием государственного обвинителя.

В то же время в порядке судопроизводства имеются и некоторые отличия. Так, УПК РФ предусматривает полномочия суда возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения по ходатайству одной из сторон или по собственной инициативе (ст. 237), а согласно УПК РК судья вправе как по ходатайству стороны, так и по собственной инициативе направить дело для дополнительного расследования (ст. 303).

Вопросы участия подсудимого в судебном разбирательстве более удачно излагаются в УПК РК. Так, ч. 2 ст. 315 УПК РК предоставляет возможность проведения судебного разбирательства без обвиняемого только по делам о преступлениях небольшой тяжести, а ч. 4 ст. 247 УПК РФ — по делам о преступлениях небольшой или средней тяжести.

Кроме того, предпочтительней положение ч. 1 ст. 315 УПК РК, определяющее, что при «отказе подсудимого, содержащегося под стражей, явиться в судебное заседание, суд вправе рассмотреть дело в его отсутствие с обязательным участием защитника». Заслуживает внимания следующее положение п. 2 ч. 2 этой статьи: если подсудимый находится вне пределов Республики Казахстан и уклоняется от явки в суд, то дело также можно рассмотреть в его отсутствие.

Следует обратить внимание на ч. 7 ст. 317  «Участие государственного обвинителя в главном судебном разбирательстве» УПК РК, которая предусматривает, что в случае полного отказа прокурора от обвинения, а также отказа от обвинения потерпевшего суд вправе своим постановлением прекратить дело, но если потерпевший настаивает на обвинении, то суд продолжает разбирательство в общем порядке, а прокурор освобождается от дальнейшего участия в процессе и обвинение поддерживает потерпевший лично или через представителя. В остальном полномочия государственного обвинителя по УПК РК существенно не отличаются от положений, содержащихся в ст. 246 УПК РФ.

Что касается пределов судебного разбирательства, то здесь имеются некоторые отличия в подходах. В частности, ст. 252 УПК РФ запрещает изменение обвинения, если этим ухудшается положение подсудимого и нарушается его право на защиту, а ст. 320 УПК РК допускает возможность рассмотрения вопроса при необходимости изменения обвинения на более тяжкое в пределах предъявленного обвинения по ходатайству стороны. Кроме того, ст. 323 УПК РК предоставляет суду право направить дело на дополнительное расследование, в то время как в УПК РФ такая норма отсутствует.

В обоих кодексах предусмотрен особый порядок судебного разбирательства, который, как представляется, наиболее удачно изложен в УПК РФ. Так, в УПК РК только ст. 363 закрепляет все правила, связанные с рассмотрением дел по этим основаниям, а в УПК РФ имеется раздел X, в четырех статьях главы 40 которого всесторонне и полно излагается особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением. В то же время, согласно ст. 363 УПК РК, судебное разбирательство в сокращенном виде возможно только по делам о преступлениях небольшой и средней тяжести, что существенно отличается от положения ч. 1 ст. 314 УПК РФ, допускающей особый порядок по уголовным делам о преступлениях, наказание за которые не превышает 10 лет лишения свободы.

В УПК РК меры по обеспечению безопасности участников процесса, членов их семей, близких родственников выделены в самостоятельную главу, и это более удачное для применения на практике решение, чем в УПК РФ, где эти меры регламентированы в отдельных статьях различных разделов и глав.

Производство по делам частного обвинения имеет незначительные отличия. Так, согласно УПК РФ эти дела рассматриваются мировыми судьями; в УПК РК эти нормы отсутствуют. Часть 6 ст. 392 «Представление и собирание доказательств по инициативе сторон» УПК РК содержит правило, что суд должен оказать содействие сторонам в собирании доказательств по их ходатайству, а в ч. 2 ст. 319 УПК РФ по ходатайству сторон мировой судья вправе оказать им содействие в собирании таких доказательств, которые не могут быть получены сторонами самостоятельно. Как представляется, для обеспечения всестороннего исследования доказательств, предупреждения судейского произвола более удачной является редакция ч. 6 ст. 392 УПК РК, обязывающая судью в любом случае оказывать сторонам названное содействие.

Отмечаются некоторые отличия в апелляционном и кассационном обжаловании судебных решений, не вступивших в законную силу. Так, по УПК РФ обжалование носит форму представления, право внесения которого имеет государственный обвинитель или вышестоящий прокурор (ч. 4 ст. 354), а согласно УПК РК протест приносится прокурором, участвовавшим в рассмотрении дела в качестве государственного обвинителя, а также вышестоящим прокурором (ч. 3 ст. 396).

Согласно ч. 1 ст. 410 УПК РК суд вправе исследовать доказательства дела по ходатайству сторон или по собственной инициативе, тогда как в соответствии с ч. 4 ст. 377 УПК РФ суд вправе непосредственно исследовать доказательства только по ходатайству стороны.

Имеются отличия в решениях, принимаемых апелляционной и кассационной инстанциями, а также в основаниях их отмены или изменения. В п. 5 ст. 411 и п. 1 ст. 412 УПК РК имеются такие основания отмены или изменения приговора с направлением дела для дополнительного расследования, как односторонность и неполнота судебного следствия. Кроме того, в п. 1 ст. 420 УПК РК в качестве основания отмены приговора указано существенное нарушение уголовно-процессуального закона, тогда как в УПК РФ говорится о простом нарушении (п. 2 ч. 1 ст. 379).

В то же время п. 9 ч. 2 ст. 381 УПК РФ предусматривает такое основание отмены приговора, как обоснование его доказательствами, признанными судом недопустимыми. В УПК РК это основание отсутствует.

При отмене или изменении судебного решения в кассационном порядке УПК РФ закрепляет положение о том, что суд кассационной инстанции вправе применить к осужденному закон о менее тяжком преступлении и снизить наказание (ч. 1 ст. 387). Согласно п. 3 ст. 421 УПК РК при наличии протеста или жалобы возможно применение закона о более тяжком преступлении и усиление наказания. Эта норма более целесообразна для устранения пробелов и ошибок суда и обеспечения прав и законных интересов потерпевших.

Анализ норм, касающихся производства в надзорной инстанции, показывает, что здесь имеются существенные отличия. Основным среди них является предусмотренная ст. 405 УПК РФ недопустимость поворота к худшему при пересмотре судебного решения в порядке надзора. Часть 2 ст. 461 УПК РК допускает в течение 6 месяцев по основаниям, влекущим применение закона о более тяжком преступлении или ухудшение положения осужденного, обжалование и опротестование судебных решений, вступивших в законную силу, если об этом указывается в протесте прокурора или жалобе потерпевшего. Суд не вправе ухудшить положение осужденного по его надзорной жалобе (ч. 10 ст. 467 УПК РК). Следует признать, что норма УПК РК в данном случае наиболее целесообразна для обеспечения прав и законных интересов потерпевших. При этом по УПК РФ приносится надзорное представление, по УПК РК — надзорный протест. Кроме того, УПК РК закрепляет обязательное участие прокурора в судебном заседании надзорной инстанции (ч. 1 ст. 467), а в УПК РФ указывается на «участие прокурора» (ч. 2 ст. 407).

Что касается полномочий суда надзорной инстанции, то они предусматривают положение о недопустимости поворота к худшему. При этом в УПК РК корректнее изложены нормы, касающиеся пределов прав суда, в частности, при рассмотрении уголовных дел после отмены судебных решений (ст. 411 УПК РФ и ст. 468 УПК РК).

Вопросы возобновления производства по уголовным делам более удачно для применения регламентированы в УПК РФ. Так, ст. 413 УПК РФ излагает исчерпывающие основания применения новых и вновь открывшихся обстоятельств, а ст. 471 УПК РК предусматривает основания только ввиду вновь открывшихся обстоятельств.

Однако по УПК РК после отмены судебных решений возможно и расследование, и судебное разбирательство по делу (ст. 478), в отличие от УПК РФ, который разрешает только судебное разбирательство (ст. 418).

Стадия исполнения приговоров, определений и постановлений суда сходно представлена в обоих кодексах, но одни вопросы лучше отражены в УПК РК, а другие — в УПК РФ, поэтому возможно обоюдное заимствование ряда положений. В частности, отсрочка исполнения приговора по УПК РК допускается по причине тяжелой болезни осужденного (п. 1 ч. 1 ст. 452), а согласно УПК РФ отсрочка может быть предоставлена просто по причине болезни осужденного, препятствующей отбыванию наказания (п. 1 ч. 1 ст. 398). Очевидна целесообразность варианта УПК РК. Вопросы, подлежащие рассмотрению судом при исполнении приговора, более удачно для применения излагаются в ст. 397 УПК РФ, включающей 21 вопрос, в то время как ст. 453 УПК РК содержит 13 таких вопросов.

Порядок разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора, не имеет существенных различий, однако некоторые моменты трактуются по-разному. Так, в ч. 8 ст. 455 УПК РК указано, что «в судебном заседании принимает участие прокурор», и ч. 9 этой же статьи дополняет: «...выслушивается мнение прокурора». В ч. 6 ст. 399 УПК РФ предусмотрено, что в судебном заседании вправе участвовать прокурор. Бесспорно, удачнее полномочия прокурора закреплены в УПК РК.

В итоге следует отметить свойственные для судопроизводства обеих стран позитивные тенденции, показывающие важную роль прокуратуры в стадии судебного разбирательства; полномочия прокуратуры позволяют принимать все предусмотренные законом меры для вынесения законных, обоснованных и справедливых решений.

Представляется, что для оптимизации участия прокурора в сфере уголовного судопроизводства необходимо внести следующие изменения и дополнения в действующее уголовно-процессуальное законодательство:

1) закрепить в ст. 63 УПК РФ, что «судья не может участвовать в рассмотрении дела, если он рассматривал жалобу на действие или решение прокурора»;

2) исключить из ч. 4 ст. 247 УПК РФ положение о том, что судебное разбирательство в отсутствие подсудимого допускается по делам о преступлениях средней тяжести, оставив лишь указание на рассмотрение дел в таком порядке о преступлениях небольшой тяжести;

3) предусмотреть возможность применения особого порядка принятия судебного решения (ч. 1 ст. 314 УПК РФ) только по уголовным делам о преступлениях небольшой и средней тяжести;

4) статью 405 УПК РФ изложить в следующей редакции: «Пересмотр в порядке надзора обвинительного приговора, а также определения и постановления суда в связи с необходимостью применения уголовного закона о более тяжком преступлении ввиду мягкости наказания или по иным основаниям, влекущим за собой ухудшение положения осужденного, а также пересмотр оправдательного приговора либо определения или постановления суда о прекращении уголовного дела допускаются в течение одного года после вступления в законную силу судебного решения по представлению прокурора либо по жалобе потерпевшего. Суд не вправе ухудшить положение осужденного по его надзорной жалобе»;

5) дополнить п. 1 ч. 1 ст. 398 УПК РФ положением о том, что «отсрочка исполнения приговора может быть назначена при наличии тяжелой болезни осужденного, препятствующей отбыванию наказания, до его выздоровления».

Полагаем, предложенные дополнения в значительной степени позволят усовершенствовать организацию деятельности прокурора как субъекта уголовно-процессуальных правоотношений в законодательстве Российской Федерации и Республики Казахстан.