УДК 347.763.3

Страницы в журнале: 102-107

 

В.П. ШТЫКОВ,

аспирант кафедры гражданского права Дальневосточного федерального университета

 

В эпоху стремительно развивающихся экономических отношений договор перевозки представляет собой одну из актуальнейших тем для исследования. В статье рассматривается ответственность перевозчика за несохранность груза по договору перевозки. Приводятся доводы и мнения ученых в пользу того, что ответственность перевозчика построена на принципах безвиновной ответственности, показано отсутствие единой судебной практики по данному вопросу.

Ключевые слова: ограниченная ответственность, безвиновная ответственность, утрата груза, недостача груза, повреждение груза, порча груза.

 

Responsibility of a carrier for damage to cargo

 

Shtykov V.

 

In the age of rapidly developing economic relations, the contract of transportation is one of the hottest topics for research. In this article responsibility of a carrier for failure to preserve the goods under the contract of transportation is considered. Arguments and opinions of scientists in favor of that responsibility carrier is constructed on principles unguilty responsibility are put, showed no uniform court practice on this issue.

Keywords: limited liability, unguilty responsibility, loss of cargo, shortage of cargo, damage of cargo.

 

Общие правила об ответственности за нарушение обязательств, вытекающих из договора перевозки, сформулированы в ГК РФ применительно к перевозкам, осуществляемым всеми видами транспорта, и состоят они в следующем. В случае неисполнения либо ненадлежащего исполнения обязательства по договору перевозки стороны несут ответственность, предусмотренную ГК РФ, транспортными уставами и кодексами, а также соглашением (договором) сторон. В первую очередь законодатель оговаривает вопрос об ответственности перевозчика при перевозке груза, так как именно на нем лежит обязанность по своевременной и надлежащей доставке груза в пункт назначения. Причем всякие соглашения транспортных организаций с пассажирами и грузовладельцами об ограничении или устранении установленной законом ответственности перевозчика недействительны. Таким образом, большинство норм об ответственности перевозчика являются императивными, за исключением случаев, когда возможность таких соглашений при перевозках грузов предусмотрена транспортными уставами и кодексами (например, при морских перевозках). А.Б. Бабаев полагает, что такая точка зрения представляется не вполне верной: «в соответствии с п. 1 ст. 793 ГК РФ в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по перевозке стороны несут ответственность, установленную ГК РФ, транспортными уставами и кодексами, а также соглашением сторон. При этом п. 2 этой же статьи предусматривает ничтожность соглашений транспортных организаций с пассажирами и грузовладельцами об ограничении или устранении установленной законом ответственности перевозчика, если иное не предусмотрено транспортными уставами и кодексами»[1].

Неисполнение условий договора, как правило, налагает на перевозчика ответственность в виде возмещения убытков. Вместе с тем ответственность за нарушение обязательств по перевозке грузов имеет и значительную специфику, отличающую ее от обычной ответственности за нарушение обязательств. Так, характерной чертой ответственности за нарушение обязательств по перевозке грузов является ее усеченный характер, сужающий право на полное возмещение убытков по сравнению с общим порядком. Ограничения могут распространяться на упущенную выгоду и даже на часть реального ущерба[2]. Так, в ст. 96 Федерального закона от 10.01.2003 № 18-ФЗ «Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации» (далее — УЖТ РФ) ответственность перевозчика установлена в форме реального ущерба либо его части, но не распространяется на упущенную выгоду.

В юридической литературе высказывалась позиция, согласно которой в тех случаях, когда ГК РФ, транспортным законодательством и договором не предусмотрено наказание за какие-либо нарушения своих обязательств перевозчиком, он должен нести ответственность в виде полного возмещения убытков по общим правилам гражданского законодательства. О.Н. Садиков указывает: «Помимо ответственности за несохранность груза и просрочку в его доставке перевозчик отвечает за ненадлежащее исполнение и других его обязанностей в договоре: невыполнение указаний грузовладельца о переадресовке груза, выдачу груза не в пункте его назначения, утрату перевозочных документов. Возможно принятие на себя перевозчиком и других дополнительных обязательств по договору перевозки груза, при нарушении которых должна наступать ответственность перевозчика. Транспортные уставы и кодексы не содержат прямых указаний об условиях такой ответственности перевозчика...

в названных случаях должны применяться общие положения ГК об имущественной ответственности в форме возмещения убытков (статьи 15, 393 ГК), причем перевозчик должен нести ответственность как предприниматель, т. е. отвечать независимо от вины (п. 3 ст. 401 ГК)». В последующем О.Н. Садиков пишет о том, что нет достаточных причин для того, чтобы строить отдельные случаи ответственности перевозчика в рамках одного договора на разных основаниях[3].

В.В. Витрянский, напротив, полагает, что нарушение перевозчиком своих обязательств, за которые не предусмотрена ответственность ни договором, ни транспортным законодательством, ни главой 40 ГК РФ, не означает, что должны применяться общие положения ГК РФ об имущественной ответственности в форме возмещения убытков (статьи 15, 393 ГК РФ)[4].

Следует согласиться с мнением В.В. Витрянского в связи с тем, что действие принципа ограниченной ответственности применительно к обязательствам по перевозке грузов не сводится только к тем нарушениям, за которые такая ответственность предусмотрена транспортным законодательством или соглашением сторон, а распространяется на все нарушения

любых условий договора перевозки. В противном случае императивные нормы, устанавливающие ограниченную ответственность перевозчика, могут быть проигнорированы путем предъявления требования о полном возмещении перевозчиком убытков, причиненных невыполнением указаний грузоотправителя о переадресовке груза, утратой перевозочных документов либо выдачей груза не в пункте назначения.

Согласно п. 1 ст. 796 ГК РФ перевозчик несет ответственность за несохранность груза, происшедшую после принятия его к перевозке и до выдачи грузополучателю, управомоченному им лицу, если не докажет, что утрата, недостача или повреждение (порча) груза произошли вследствие обстоятельств, которые перевозчик не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело.

Под утратой груза понимается невозможность перевозчика его выдать грузополучателю в течение установленных сроков. Так, согласно УЖТ РФ утраченным считается не выданный грузополучателю груз по истечении 30 дней со дня окончания срока его доставки либо 4 месяца со дня приема груза к перевозке в прямом смешанном сообщении. Факт утраты груза носит негативный характер. Он не фиксируется составлением коммерческого акта либо акта общей формы, а удостоверяется отметкой в квитанции о неприбытии груза, которая и служит основанием для предъявления требования к железным дорогам о возмещении стоимости груза. Утрата груза не означает его фактической гибели, поскольку он может быть ошибочно выдан другому лицу, задержаться в пути следования или затеряться на складе перевозчика.

Недостача груза означает разницу между количеством (массой) груза, указанным в транспортном документе, и фактическим количеством (массой) груза, прибывшего в пункт назначения. В соответствии с вышеуказанным, если по одной накладной отгружено несколько контейнеров или вагонов, а на станцию назначения прибывают не все контейнеры или вагоны, то это следует рассматривать как недостачу.

Повреждение груза — такое понижение его качества, которое вызвано механическим нарушением его целостности (поломка, погнутость, потертость перевозимых предметов). Под повреждением может пониматься также утрата какой-либо части груза, составляющей одно целое с перевозимым предметом (например, утрата отдельных частей механизмов при перевозке сельскохозяйственной техники).

Порча груза — несоответствие качества груза, прибывшего в пункт назначения, его первоначальному качеству, полная или частичная утрата грузом его полезных свойств. Это может быть вызвано химическими, биологическими или иными изменениями свойств груза в процессе перевозки[5].

Вопрос об основании ответственности перевозчика за несохранность груза целесообразно рассмотреть сквозь призму соотношений статей 796 и 401 ГК РФ. При этом следует отметить отсутствие единообразной судебной практики по данному вопросу. Так, ФАС Московского округа (постановление от 10.10.2003 № КГ-А40/7817-03) и ФАС Уральского округа (постановление от 25.11.2002 № Ф09-2835/02-ГК) одновременно применили ст. 401 и п. 1 ст. 796 ГК РФ к рассматриваемому спору, из чего, по всей видимости, должно следовать, что между данными нормами не существует какой-либо иерархии. В другом случае (постановление от 23.09.2003 № КГ-А40/6885-03), соглашаясь с выводом суда апелляционной инстанции, согласно которому перевозчик несет ответственность за утрату груза в результате преступных действий третьего лица, ФАС Московского округа не сослался на ст. 796 ГК РФ, аргументировав свою позицию лишь ст. 401 ГК РФ. Вместе с тем ФАС Северо-Западного округа (постановление от 12.09.2001 № А56-13613/01) посчитал ст. 401 ГК РФ общей нормой, а п. 1 ст. 796 ГК РФ — специальной, предусматривающей такое дополнительное основание освобождения перевозчика от ответственности, как невозможность обеспечения сохранности груза вследствие обстоятельств, которые перевозчик не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело[6].

Необходимо отметить, что исследуемый вопрос неизбежно возникает в арбитражной практике при рассмотрении любого спора, связанного с утратой (повреждением) груза в процессе его перевозки, при условии отсутствия вины или, по крайней мере, умысла либо грубой неосторожности перевозчика. Ответ на него позволяет установить границы ответственности перевозчика. Тем не менее суды, как правило, не исследуют соотношения указанных норм, а лишь применяют п. 1 ст. 796 ГК РФ и соответствующую норму УЖТ РФ.

Необходимость применения п. 1 ст. 796 ГК РФ к отношениям сторон при утрате (повреждении) груза при перевозке сомнений не вызывает. Данная норма сформулирована не вполне четко. В соответствии с ней перевозчик несет ответственность за несохранность груза или багажа, если не докажет, что утрата, недостача или повреждение (порча) груза или багажа произошли вследствие обстоятельств, которые перевозчик не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело.

Ответственность субъекта гражданского права может быть построена на началах вины или включать в себя также ответственность за случай. Так, в соответствии с п. 1 ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. В то же время, согласно п. 3 ст. 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, т. е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельствах.

Таким образом, лицо, причинившее вред при осуществлении предпринимательской деятельности, по общему правилу несет ответственность за неисполнение (ненадлежащее исполнение) обязанности, произошедшее в результате любых обстоятельств, за исключением обстоятельств непреодолимой силы. Данная норма в полной мере применима и к перевозчику, поскольку утрата (повреждение) груза наступает при осуществлении им предпринимательской деятельности. В то же время п. 3 ст. 401 ГК РФ предусматривает возможность установления законом и договором иных мотивов ответственности субъекта. Иным основанием может являться ответственность на началах вины (как это предусмотрено п. 1 ст. 401 ГК РФ). Понятие вины раскрывается в абзаце втором п. 1 ст. 401 ГК РФ: лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Формулировка п. 1 ст. 796 ГК РФ не совпадает ни с абзацем вторым п. 1 ст. 401 ГК РФ, ни с п. 3 ст. 401 ГК РФ. Тем не менее А.Б. Бабаев приводит два довода в пользу того, что ответственность перевозчика должна строиться на началах безвиновной ответственности[7].

Так, О.Н. Садиков отмечает: «Термин “вина” в ст. 796 ГК не употреблен, однако имеющаяся в этой статье ссылка на исключающие ответственность обстоятельства, которые перевозчик не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело, означает, что его вина презюмируется. В большинстве транспортных уставов и кодексов вина перевозчика характеризуется не в общей форме, как это сделано в ст. 401 ГК, а в виде примерного перечня обстоятельств, наличие которых освобождает перевозчика от ответственности...»[8] К аналогичному выводу приходят Д.А. Медведев и В.Т. Смирнов[9], Г.П. Савичев[10] и некоторые другие авторы.

Однако такая точка зрения представляется не совсем обоснованной, поскольку в ст. 796 ГК РФ, в транспортных уставах и кодексах речь как раз идет о безвиновной ответственности.

В этом плане следует согласиться с мнением В.В. Витрянского о том, что «определенные в транспортных уставах и кодексах обстоятельства, признаваемые основаниями освобождения участников обязательств по перевозке грузов от ответственности за нарушение соответствующих условий договора (при их надлежащем доказывании нарушителем), никак не могут свидетельствовать о том, что такая ответственность строится на принципе вины. Такой подход законодателя, скорее всего, свидетельствует об обратном: в соответствии с п. 3 ст. 401 ГК  лицо, нарушившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы. Однако иное может быть предусмотрено законом или договором. Применительно к обязательствам по перевозке грузов транспортные уставы и кодексы и определяют это самое “иное”, т. е. дополнительные основания освобождения от ответственности. Такая конструкция ответственности не имеет ничего общего с принципом вины»[11].

На основании изложенного можно сделать следующий вывод. Так, норма п. 3 ст. 401 ГК РФ является общим правилом для ответственности предпринимателя. Если законодатель желает установить определенные исключения из этого правила, то они должны быть ярко выражены. Из пункта 1 ст. 796 ГК РФ прямо не следует, что перевозчик несет ответственность только при наличии вины, т. е. в случае, когда лицо приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства, данное обстоятельство не исключает ответственности перевозчика за несохранность груза. Норма главы 40 ГК РФ требует от перевозчика не просто принятия всех мер, но и доказывания наличия обстоятельств, которые перевозчик не мог предотвратить.

Само слово «предотвратить», использованное законодателем в п. 1 ст. 796 ГК РФ, ориентирует на применение п. 3 ст. 401 ГК РФ. Обстоятельство, которое перевозчик не может предотвратить, и является обстоятельством непреодолимой силы, т. е. чрезвычайным и непредотвратимым при данных условиях.

Таким образом, ответственность перевозчика необходимо воспринимать с позиций п. 3 ст. 401 ГК РФ. Отождествляя смысл п. 3 ст. 401 и п. 1 ст. 796 ГК РФ, А.Б. Бабаев приходит к выводу о правильности подхода судов, которые мотивируют свои решения ссылкой на п. 3 ст. 401 ГК РФ, п. 1 ст. 796 ГК РФ или одновременно на оба положения. В этом случае п. 1 ст. 796 ГК РФ не является специальной нормой по отношению к п. 3 ст. 401 ГК РФ, поскольку правила, в них изложенные, идентичны[12].

Перевозчик освобождается от ответственности за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза, произошедшие в ходе перевозки, если докажет, что он не мог предотвратить или устранить обстоятельства, вследствие которых это случилось (непреодолимая сила; иные явления стихийного характера; военные действия; недостатки тары или упаковки, которые не могли быть замечены при наружном осмотре в ходе приема груза к перевозке; сдача груза к перевозке без указания в товарно-транспортных документах его свойств, требующих особых условий или мер предосторожности для сохранения груза при перевозке или хранении), либо это произошло в результате прекращения или ограничения перевозки грузов в определенных направлениях, установленных в порядке, предусмотренном соответствующим транспортным уставом или кодексом. Пункт 1 ст. 796 ГК РФ освобождает перевозчика от ответственности в случае наступления не только чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств, но и иных непредотвратимых, но не чрезвычайных обстоятельств. Понятие чрезвычайности является весьма неопределенным и подлежит определению судом при рассмотрении конкретного спора.

Таким образом, гражданское законодательство устанавливает презумпцию виновности перевозчика в случае несохранности груза и обязанность перевозчика доказать свою невиновность.

Основываясь на вышесказанном, можно утверждать, что транспортными обязательствами являются обязательства по перевозке грузов, пассажиров и багажа, а также иные обязательства по оказанию транспортных услуг, связанные с перевозкой либо направленные на перемещение грузов иным способом. Обеспечение сохранности грузов является одной из важнейших задач перевозчика. Ответственность за нарушение обязательств по перевозке грузов имеет значительную специфику, отличающую ее от обычной ответственности за нарушение обязательств. Она носит ограниченный характер. Применительно к отдельным нарушениям условий договора перевозки груза ответственность установлена либо в форме компенсации прямого урона, либо в виде возмещения части ущерба (но не упущенной выгоды).

Общим условием ответственности перевозчика за утрату, недостачу или порчу груза является вина, которая презюмируется. Именно перевозчик должен доказать свою невиновность. Вместе с тем действующим законодательством (ст. 109 Федерального закона от 08.01.1998 № 2-ФЗ «Транспортный устав железных дорог Российской Федерации», ст. 118 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации от 07.03.2001 № 24-ФЗ, ст. 168 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации от 30.04.1999 № 81-ФЗ) предусмотрены случаи, когда бремя доказывания вины перевозчика прямо возлагается на грузовладельца, а перевозчик может освободиться от ответственности за утрату, недостачу или порчу груза путем ссылки на одно из следующих обстоятельств:

а) прибытие груза в исправном транспортном средстве с исправными запорно-пломбировочными устройствами отправителя или иными средствами фиксации сохранности груза, установленными им;

б) прибытие груза в сопровождении представителя (охранника, экспедитора) отправителя или получателя;

в) недостоверность, неточность или неполнота сведений, указанных в перевозочном документе;

г) естественные причины, связанные с перевозкой груза в открытом месте (например, в открытом составе);

д) естественную убыль груза в пределах нормы.

 

Библиография

1 Практика применения Гражданского кодекса Российской Федерации, частей второй и третьей / Под общ. ред. В.А. Белова. — М., 2009. С. 468.

2 Cм.: Гражданское право: Учеб.: В 3 т. Т. 2 / Отв. ред. А.П. Сергеев, Ю.К. Толстой. 4-е изд., перерераб. и доп. — М., 2005.

3 Cм.: Гражданское право России. Часть вторая: Обязательственное право: Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. — М., 1997. С. 401.

4 Cм.: Витрянский В.В. Ответственность по договору перевозки // Хозяйство и право. 2001. № 5. С. 39.

5 Cм.: Морозов С.Ю. Транспортное право: Учеб. пособие. — М., 2008. С. 112.

6 Cм.: Практика применения Гражданского кодекса Российской Федерации, частей второй и третьей. С. 468.

7 Там же. С. 469.

8 Гражданское право России. Часть вторая: Обязательственное право. С. 398

9 Cм.: Гражданское право: Учеб.: В 3 т. Т. 2 / Отв. ред. А.П. Сергеев, Ю.К. Толстой. С. 398.

10 Cм.: Гражданское право: Учеб.: В 2 т. Т. II. Полутом 2 / Отв. ред. проф. Е.А. Суханов. — М., 2000. С. 57.

11 Цит. по: Морозов С.Ю. Указ. раб. С. 109.

12 Cм.: Практика применения Гражданского кодекса Российской Федерации, частей второй и третьей. С. 470.