УДК 341:343.1
 
ЗИЯД ЗАХЕР ЕДИН,
 соискатель кафедры международного права  Российского университета дружбы народов
 
В статье рассматривается позиция мусульманских правоведов по вопросу отношения ислама к международному терроризму и к определению сущности международного терроризма.
Ключевые слова: ислам, международный терроризм, международное сотрудничество.
 
In the article position of moslem legists is examined through question of attitude of islam toward international terrorism and to the decision of essence of international terrorism.
Keywords: islam, international terrorism, international cooperation.
 
На современном этапе развития цивилизации терроризм по-прежнему является одной из самых серьезных угроз миропорядку, стабильности и безопасности. Мировое сообщество решительно осуждает эту «социальную чуму» ХХI века во всех ее проявлениях. Как было подчеркнуто в Заявлении по борьбе с терроризмом на встрече глав государств и правительств G8 (8—10 июля 2009 г., Италия, Аквила), любые террористические акты, где бы и кем бы они ни совершались, носят преступный, негуманный характер и не имеют никакого оправдания.
В рамках фундаментального изучения международного терроризма и в связи с возникающими нередко неясностями, приводящими к искажению его сущности[1], а также учитывая глубокую заинтересованность мирового сообщества в полной и скорейшей ликвидации этого крайне опасного социального зла современности, были разработаны и приняты универсальные и региональные соглашения, внутригосударственные законодательные акты, направленные на борьбу против терроризма.
В своей работе мы руководствуемся теми критериями, которые позволяют не только отчетливо устанавливать причины появления международного терроризма, но и определять факторы, препятствующие международному сообществу вести консолидированную и эффективную борьбу с ним.
Непростая ситуация в рассматриваемом вопросе усугубляется тем обстоятельством, что в последнее время радикальными движениями был осуществлен ряд террористических актов, сопровождавшихся попыткой связать их реализацию с мусульманской верой. При этом ряд арабских государств стали объектами так называемых упреждающих войн, предлогом для развязывания которых явилась борьба с терроризмом. Кроме того, отчетливо проявилась неспособность или нежелание ведущих государств участвовать в процессе выработки четкого, универсального (общепризнанного) определения понятия «международный терроризм».
Ислам как религия заинтересован в разъяснении своей, казалось бы, четко выраженной позиции, состоящей в отрицании и осуждении терроризма. В последние годы исламские государства принимают заинтересованное и активное участие в процессе консолидации усилий мирового сообщества, направленных на борьбу с международным терроризмом: они участвуют в разработке соглашений и принятии конвенций и законов, вносят изменения в свои национальные законодательства об ужесточении наказания за террористические деяния.
В древних арабских словарях и в некоторых аятах Корана слово «террор» изначально употреблялось в значении «устрашать». Например, «И наготове против них держите всю вашу мощь и конные войска, чтоб устрашать врагов Аллаха…»[2]. В целом террор в древних арабских письменных источниках — это страх перед Богом, чтобы верующий избегал гнева и наказания Всевышнего и одновременно просил Его милости и прощения[3].
Терроризм как уголовно наказуемое деяние не упоминается в Коране, но употребляется в значении безнравственности, духовного разложения и плотского разврата, беспутства и несправедливой войны. Внимательный анализ многих положений Корана однозначно подтверждает, что Коран уделяет большое внимание вопросам безопасности и заботы о сохранности имущества и жизни людей.
В современных арабских словарях термин «терроризм» также связан с понятием «терроризировать», однако под ним подразумевается режим правления, базирующийся на насилии и устрашении людей[4]. Для сравнения следует отметить, что слово «террор» в других языках (например, в английском и французском) имеет значение способа распространения страха и устрашения при помощи использования насильственных средств, направленных на достижение политических целей. В этом контексте указывается на применение насилия в равной мере как со стороны государства, так и со стороны отдельных лиц.
Исламские правоведы отмечают, что террор как социальное явление берет свое начало в глубине человеческой истории. Более того, по мнению многих специалистов, он является социально растущим явлением и его невозможно ликвидировать окончательно, какие бы ради этого ни были приложены усилия[5].
Изначально террор проявлялся в простых формах, но со временем развился и превратился в сложное явление.
Внимательный и объективный анализ работ исламских правоведов и философов подтверждает, что они аналогично западным ученым и специалистам акцентируют свое внимание на тех же проблемах концептуального характера, касающихся борьбы против терроризма.
В частности, исследователями отмечается сложность определения понятия «терроризм». По этому поводу высказывались и российские исследователи[6]. Об этом же свидетельствуют и трудности в международной нормотворческой деятельности. Международное сообщество до настоящего момента не может однозначно определить понятие «терроризм». Причин такой ситуации достаточно много: позиция ведущих держав в отношении терроризма, различный контекст понятий терроризма, двойственность форм и целей терроризма и др. Некоторые авторы объясняют данную трудность наличием дифференцированных доктринальных подходов, основанных прежде всего на политических соображениях.
Трудности выработки единого (универсального) определения понятия «терроризм» в свою очередь непосредственно влияют на степень эффективности международного сотрудничества в сфере борьбы с этой «социальной чумой» современности.
Следует особо подчеркнуть, что в подходах исламских правоведов имеется расхождение в трактовке термина «терроризм». Вместе с тем значение дефиниции терроризма как правового понятия возрастает с каждым днем, так как благодаря данному определению можно начертить облик терроризма и разграничить его элементы[7]. Более того, закрепление термина «терроризм» помогает в продвижении международных усилий в борьбе с терроризмом как в концептуальном, так и в организационном плане. Благодаря этому станет возможно отделить национально-религиозную подоплеку от самого определения, отбрасывая те характерные черты, которые придаются терроризму некоторыми западными державами.
Анализ фундаментальных исследований исламских правоведов, а также материалов международных конференций позволяет выделить два важных момента. Первый связан с подходом к решению вопроса терроризма ряда арабских государств и исламских ученых, которые отрицают необходимость определения терроризма как такового. По их мнению, описывать данное явление гораздо легче, чем характеризовать его, тем более что характеристика относится к академическому вопросу, способному усугублять разногласия, связанные с философскими взглядами, которые в различных обществах, естественно, отличаются друг от друга. Сторонники такого подхода отмечают, что, по сути, в вопросе определения терроризма любой исследователь соприкасается с его истинными причинами, связанными с проявлениями несправедливости, порабощения и деспотизма[8].
Второй момент связан с противоположным подходом ученых, которые пытаются раскрыть определение терроризма при помощи характеристики его элементов, перечисляя действия, составляющие суть террористического преступления. В этом подходе различаются два направления: 1) материальное; 2) связанное с определением терроризма в соответствии с его целями.
Материальное направление характеризует терроризм в качестве акта или действия (ряда действий), нацеленного на достижение конкретной цели. Сторонники этого направления определяют терроризм как действие, считающееся террористическим по своему характеру: убийство, захват заложников. В данном контексте основным критерием является квалификация тех действий, которые составляют материальную составляющую терроризма. Такие действия определяют остальные его компоненты, их наличие делает преступление собственно террористическим[9]. Ряд исламских специалистов выделяют пять деяний в качестве состава преступления, которые различаются по степени тяжести. При этом необходимым является наличие какого-либо из этих пяти элементов. Только в таком случае акт можно считать террористическим. К указанным элементам относятся:
— вооруженное насилие, уносящее жизни невинных людей;
— необычное тяжкое насилие;
— наличие у преступления черт организованности, проявляющейся в используемых методах действия;
— осознанное преступление, т. е. существование у субъекта преступного умысла, нацеленного на создание обстановки паники и хаоса в массах;
— незаконность акта, отличающегося скрытностью и внезапностью.
Другое направление, как было уже отмечено, сопряжено с определением терроризма в соответствии с его целями.
Следует подчеркнуть, что одна часть сторонников этого направления квалифицируют террористический акт как форму использования насилия для достижения определенной политической, идеологической или религиозной цели. Другая же часть апологетов считают, что террористы, создавая ситуацию сильного страха, пользуются тревогой и паникой людей для достижения политических целей. В целом сторонники этого направления характеризуют акт терроризма как форму использования насилия со стороны одного лица или группы лиц для создания хаоса или паники в целях принуждения объекта непосредственного воздействия выполнять выдвинутые совершившими такие действия требования[10]. По общему мнению сторонников данного направления, терроризм совершается при помощи насильственных действий, нацеленных на создание атмосферы страха у масс, что ведет к достижению целей, большинство из которых имеют политический характер[11].
Террористические акты (и это наглядно подтверждает практика) вполне могут иметь и международные последствия. Терроризм может быть использован одним государством для того, чтобы принудить другое принять его условия. При вооруженном противостоянии терроризм нередко используется в качестве орудия борьбы, он становится альтернативой традиционной войны. Исламские правоведы видят в терроризме международное преступление, сердцевиной которого является нарушение основ международного права[12]. По мнению ряда исламских исследователей, терроризм может быть международным, если в нем наличествуют определенные черты. Но если таковые отсутствуют, то терроризм остается внутренним, национальным[13]. При этом точки зрения ученых расходятся в определении международных черт (составляющих) терроризма. Самое простое объяснение заключается в том, что под понятие международного терроризма подпадают все акты терроризма (преступных деяний террористического характера), кроме тех, которые считаются внутригосударственными. Хотя такое объяснение на теоретическом уровне выглядит в достаточной степени упрощенным, однако и оно создает ощутимые трудности в определении того, что является международным терроризмом.
Правоведы перечисляют признаки действий, которые позволяют квалифицировать данные акты как международный терроризм, обозначив наличие конкретных особенностей в природе самого действия, направленного на провоцирование состояния паники и хаоса в обществе. Такое деяние не может быть оправдано каким-либо политическим мотивом или же характером объекта, будь то иностранное правительство, участники международной организации или иностранные граждане.
Совокупность изложенного позволяет более четко определить позицию международного сообщества при характеристике международного терроризма, в которой просматриваются два явно выраженных подхода. При первом подходе учитывается наличие потенциальной всеобщей угрозы, т. е. незаконное использование средств, способных создать общую угрозу или уничтожить основы международной политической системы. Однако, например, Абдалла Халифа Ашияжи считает, что последнее нуждается в конкретизации, поскольку необходимо точно знать, что именно представляют собой используемые средства. Также необходимо определить, что имеется в виду под основами политической системы, на уничтожение которых направлены эти средства[14].
При втором подходе учитываются методы исполнения террористических действий и принимается во внимание то, что цели достигаются средствами, создающими общую угрозу, или же подготовка к таким действиям и их исполнение переходят границы определенного государства[15].
Интерпол дополняет перечень признаков терроризма и считает его международным, если объявленные цели затрагивают более чем одно государство; начинается совершение преступления в одной стране, а завершается в другой; ущерб наносится другим государствам и международным организациям[16].
Таким образом, можно сказать, что терроризм становится международным, если в нем наличествует какой-либо материальный или индивидуальный признак и он связан с международным преступлением.
Тем не менее понятие «терроризм» в общем является единым для межгосударственного и регионального уровней и означает применение насилия для создания ситуации хаоса и страха, позволяющей террористам диктовать свою волю.
Несмотря на наличие универсальных и внутригосударственных механизмов борьбы с террором, включая те, которые были выработаны в рамках исламских международных организаций, нормы исламского шариата, касающиеся проблем международного терроризма, были выработаны исламскими правоведами полностью с опорой на Коран и Сунну — источники, не содержащие четкого определения понятия терроризма. Но вместе с тем имеется достаточное число исламских шариатских норм, наказывающих за деяния, равнозначные международному терроризму.
Усилия, предпринимаемые государственными и общественными институтами в сфере борьбы с экстремистской деятельностью, оказываются неадекватными остроте вопросов и проблем, сопряженных с проявлениями религиозного экстремизма. Как демонстрирует практика, нужен комплексный подход к реализации противодействия экстремизму, при котором предусматривались бы меры не только регулирующего и запретительного, но и профилактического характера. Необходимо предпринимать дальнейшие меры, направленные на совершенствование действующего национального законодательства государств в этой сфере, а также повышение эффективности правоприменительной практики противодействия религиозному экстремизму.
 
Библиография
1 В качестве яркого примера справедливости данного тезиса можно привести статью российского правоведа М. Куршева (см.: Куршев М. Стратегия борьбы против международного исламского терроризма // Уголовное право. 2007. № 3. С. 132—136).
2 Сура 8. Аль-Анфаль. Аят 60 // Коран. Перевод смыслов и комментарии Иман Валерии Пороховой. 7-е изд. — М., 2004.
С. 213.
3 См.: Ибен Манзур Аль-Марси. Лисан Аль-Араб. Т. I. — Бейрут, 1995. С. 36.
4 См.: Халиль Аль-Жесер. Современный арабский учитель. — Париж, 1975. С. 67.
5 См.: Абдала Бен Абедель-Мухсен Аттурки. Позиция ислама по отношению к терроризму. — Бейрут, 1999. С. 25.
6 См., например: Ишков В.А. Стратегия противодействия экстремизму // Сеть этнополитического мониторинга и раннего предупреждения конфликтов. 1999. № 23. С. 7.
7 См.: Абдалла Халифа Ашияжи. Государственный терроризм в современном мировом порядке // Аль-Мустакбал Аль-Араби. 1998. С. 20.
8 Там же.
9 См.: Абдулла Аль-Хадиси. Международный терроризм в реалиях и законе. — Каир, 2004. С. 150.
10 См.: Ансимов Ю.Н., Алтунин В.Н. Антитеррористическая деятельность и борьба с экстремизмом: опыт, организация, правовая основа. — Майкоп, 2003. С. 223—224.
11 См.: Набил Бушр. Международная ответственность в изменяющемся мире. 1-е изд. С. 376.
12 См.: Имам Хасанен Абдалла. Терроризм и правовая структура преступления. — Марокко, 2004. С. 245—250.
13 См.: Абед Аль-Мутальб. Определения международного терроризма между политическими и объективными понятиями. — Александрия, 2007.
14 См.: Абдалла Халифа Ашияжи. Указ. соч.
15 См.: Ансимов Ю.Н., Алтунин В.Н. Указ. соч. С. 223—224.
16 См.: Авдеев Ю.И. Терроризм как социально-политическое явление. — М., 1997.