УДК 347.2/3
Б.Н. АЛЕЙНИКОВ,
кандидат юридических наук,  профессор кафедры теории права и государственно-правовых дисциплин  Пензенского государственного педагогического университета 
 
Вопросы о понятии отрасли права и отрасли законодательства, об их основах и о критериях выявления постоянно находятся в центре внимания юридической науки.
Р.З. Лившиц в своей работе «Отрасль права — отрасль законодательства» отстаивает позицию  содержательного равенства отраслей права и законодательства. В доказательство своего вывода ученый приводит два основных аргумента. Первый аргумент автор формулирует так: «Доказательство этого тезиса связано с преодолением устоявшихся представлений об отличии отрасли права от отрасли законодательства. Такое отличие, как принято считать, состоит, во-первых, в различии первичных элементов: у отрасли права — это норма права, у отрасли законодательства — правовое предписание и нормативный акт. Но как провести границу между нормой права и нормативным актом? 
 
Норма — одно правило, а нормативный акт — несколько норм? А если в акте только одна норма? Примеров тому немало. Но главное не в этом. Если на стадии первичного элемента чисто количественный признак еще может быть относительным критерием, то на стадии отрасли его значение утрачивается полностью. Ведь отрасль — всегда совокупность, а в совокупности норм или нормативных актов значение исходного элемента теряется. Как совокупность и отрасль права, и отрасль законодательства оказываются тождественными по содержанию»[1]. С этим доводом мы согласны. Второй аргумент Р.З. Лившица заключается в следующем: «Считается также, что в отрасли права преобладает объективный момент — внутренние закономерности правовой материи, в отрасли же законодательства — субъективный момент, принятые законодателем решения. Следовательно, отрасль законодательства — реальное образование, а отрасль права — ее идеальный образ. Но такое противопоставление вряд ли правильно. Сами критерии объективного и субъективного в праве достаточно расплывчаты. И право как система норм, и законодательство — синтез объективного и субъективного, четкую грань между ними провести невозможно. Если же эту грань видеть в идее (отрасль права) и ее осуществлении (отрасль законодательства), то разрыв между сущим и должным канонизируется. В отрасли права концентрируется логика, обоснованность, четкость, словом, как все должно быть в идеале, в отрасли же законодательства — как фактически получилось у законодателя, не все логично и обоснованно. Если отрасль права и отрасль законодательства сочетаются — хорошо, а если нет — тем хуже для отрасли законодательства, отошедшей от своего идеального эталона. Тем самым закрепляется разрыв между теорией и практикой, уделом практики (отрасли законодательства) могут быть и ошибки, и несогласованность»[2].
Это положение ученого мы не разделяем.
На наш взгляд, право — это продукт естественноисторического развития, право предшествует закону (нормативному акту), поэтому система права объективна, а точнее — объективна по происхождению. Законодательство также обладает свойством объективности, ведь его предметом, как и предметом права, являются отношения. Однако это объективность иного, низшего порядка, поэтому субъективные аспекты системы законодательства проявляются значительно заметнее, чем в системе права.
По нашему убеждению, право собственности в объективном смысле выступает как институт каждой отрасли российского права и как отрасль законодательства. Право собственности как научная категория представляет собой не только элемент системы каждой отраслевой юридической  науки (при ведущей роли конституционной и гражданско-правовой), но и как понятие «всеобщий институт права собственности» общей теории права и государства[3].
В настоящей статье попытаемся обосновать качество права собственности как отрасли законодательства. По нашему мнению, признаками (или критериями выявления) отрасли законодательства о собственности (назовем ее —законодательство о собственности) являются предмет отрасли, цель, принципы, функции и общая часть отрасли.
Предмет — основной, или объективный, критерий; цель, принципы, функции и общая часть составляют в совокупности дополнительный, или субъективный, критерий.
Содержание предмета законодательства о собственности — это отношение лица к вещи как к своей собственной и отношения между людьми по поводу принадлежности вещи этому лицу.
Надо сказать, что в общетеоретической правовой литературе общественные отношения как признак отрасли законодательства указываются и как единственный признак отрасли[4]. 
Идентифицировать законодательство о собственности по признаку предмета (отношениям собственности) мо