О.Г. НИКУЛЬШИНА,
 кандидат  юридических наук, доцент кафедры частного права Российского государственного гуманитарного университета
 
В  процесс оказания международной правовой помощи по гражданским делам вовлекается широкий круг физических и юридических лиц, целью которых является защита собственных прав и законных интересов либо осуществление представительства указанных лиц. С учетом специфики правоотношений, протекающих в сфере международной правовой помощи по гражданским делам, можно сделать вывод о том, что к числу таких лиц можно отнести граждан государства, иностранных граждан, лиц без гражданства, национальных и иностранных юридических лиц. 
 
Сфера оказания международной правовой помощи по гражданским делам может распространяться на реализацию и защиту гражданских и гражданско-процессуальных прав физических и юридических лиц.
Для механизма оказания международной правовой помощи по гражданским делам важны основные принципы определения правового положения иностранных граждан, из которых исходит российское законодательство:
· иностранные граждане пользуются теми же правами и свободами и несут те же обязанности, что и граждане Российской Федерации;
· иностранные граждане равны перед законом независимо от происхождения, социального и имущественного положения, расовой и национальной принадлежности, пола, образова-ния, языка, отношения к религии, рода и характера занятий и других обстоятельств;
· в отношении граждан тех государств, в которых имеются специальные ограничения прав и свобод отечественных граждан, могут быть установлены ответные ограничения;
· использование иностранными гражданами своих прав в Российской Федерации не должно наносить ущерба интересам общества и государства, правам и законным интересам граждан Российской Федерации и других лиц. Как и остальные участники гражданского оборота, иностранные граждане обязаны соблюдать действующие в Российской Федерации законы, включая и те, которые определяют порядок осуществления субъектами своих гражданских прав.
Следует отметить, что наличие у  гражданина Российской Федерации иностранного гражданства не умаляет его прав и не освобождает его от обязанностей, вытекающих из российского гражданства, если иное не предусмотрено федеральным законом или международным договором Российской Федерации.
Одним из обязательных элементов статуса субъекта международной правовой помощи по гражданским делам является правосубъектность. Так, современное гражданское законодательство России для определения права, подлежащего применению при решении вопроса о  правовом положении физических лиц, пользуется понятием личного закона физического лица (ст. 1195 ГК РФ). В свою очередь личный закон определяет право, подлежащее применению при решении вопросов гражданской правоспособности физического лица (ст. 1196 ГК РФ), его гражданской дееспособности (ст. 1197 ГК РФ), прав физического лица на имя (ст. 1198 ГК РФ), вопросов опеки и попечительства (ст. 1199 ГК РФ), признания лица безвестно отсутствующим или объявления его умершим (ст. 1200 ГК РФ).
Согласно многосторонним конвенциям о правовой помощи стран СНГ, правоспособность физического лица определяется законодательством договаривающейся стороны, гражданином которой является указанное лицо (ст. 23 Минской конвенции 1993 года, ст. 26 Кишиневской конвенции 2002 года).
Иностранный гражданин обладает в России такой же гражданской и гражданско-процессуальной правоспособностью, как российский гражданин, поэтому в Российской Федерации иностранный гражданин не может претендовать на иные гражданские права, нежели те, которые предоставлены отечественным законодательством гражданам России; иностранный гражданин не может требовать предоставления ему привилегий или установления изъятий из российского закона. Закрепленный в законодательстве национальный режим в отношении гражданской правоспособности граждан иных государств носит безусловный характер, т. е. он предоставляется иностранным гражданам в каждом конкретном случае без требования взаимности.
Указанные обстоятельства обусловливают активное участие иностранных граждан в правоотношениях по защите своих прав и законных интересов.
К субъектам, вовлекаемым в сферу международной правовой помощи по гражданским делам в целях защиты гражданских прав и охраняемых законом интересов, помимо физических лиц относятся и лица юридические, которых принято классифицировать как: международные, национальные, иностранные, со смешанным капиталом.
Современное российское гражданское законодательство исходит при определении «национальности» юридического лица из критерия инкорпорации. Этот принцип применялся и в предыдущем законодательстве[1]. Из этого следует, что, чтобы установить, является ли то или иное образование юридическим лицом, необходимо выяснить, какую государственную принадлежность оно имеет.
Согласно Минской конвенции 1993 года и иным международным договорам правоспособность юридического лица определяется законодательством государства, по законам которого оно было учреждено.
В соответствии со ст. 1203 ГК РФ личным законом иностранной организации, не являющейся юридическим лицом по иностранному праву, считается право страны, где эта организация учреждена. Например, если личным законом полного товарищества будет английский закон, тогда такое товарищество не признается юридическим лицом. В случае же, когда установлено, что личным законом является французский закон, аналогичное образование будет рассматриваться как юридическое лицо.
Следует обратить внимание на то, что в части третьей ГК РФ (ст. 1202) содержатся, во-первых, положение о применении права к юридическим лицам («Личным законом юридического лица считается право страны, где учреждено юридическое лицо»); во-вторых, перечень вопросов, которые должны определяться на основе личного закона юридического лица.
В международных договорах предусматривается взаимное предоставление определенного режима юридическим лицам договаривающихся государств. В договорах содержатся и критерии определения «национальности» юридических лиц. Однако во взаимоотношениях Российской Федерации с другими странами определение «национальности» юридического лица не имеет того значения, которое оно имеет во взаимоотношениях других государств. Это объясняется тем, что под юридическими лицами всегда подразумеваются юридические лица, учрежденные по российским законам и имеющие место пребывания на территории России. Участие иностранного капитала в совместных предприятиях, учрежденных в Российской Федерации, не меняет дела, поскольку все они являются юридическими лицами права России.
Правовое положение иностранных юридических лиц в России определяется как правилами отечественного законодательства, так и положениями международных договоров Российской Федерации с другими государствами.
Таким образом, субъектов, вовлекаемых в процесс оказания международной правовой помощи по гражданским делам, защищающих свои субъективные права и законные интересы, объединяют следующие существенные признаки:
а) наличие права на совершение юридически значимых действий от своего имени;
б) наличие самостоятельного материально-правового и процессуально-правового интереса в разрешении как гражданского дела в суде, так и правового конфликта, отнесенного к компетенции иного органа.
в) распространение на них в установленных законом пределах законной силы акта суда либо иного органа, разрешившего правовой конфликт.
Наиболее эффективной защите прав и интересов физических и юридических лиц посредством реализации международной правовой помощи по гражданским делам способствует деятельность представителей, назначенных судом, законных представителей, действующих на основании договора, доверенности, учредительных документов и др. Ведущая роль в числе субъектов, имеющих право быть представителями, принадлежит адвокатам. В связи с присоединением в 2001 году Российской Федерации к Гаагским конвенциям о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским и торговым делам (1965) и о получении за границей доказательств по гражданским и торговым делам (1970) круг субъектов, полномочных обращаться с запросом о международной правовой помощи по гражданским делам, существенно расширен. Ныне к таковым отнесены и адвокаты. Вопрос о том, является ли деятельность адвоката в сфере международной правовой помощи по гражданским делам правоприменительной, в литературе не поднимался. В процессе данного исследования не выявлено работ, где давалась бы правовая оценка данной ситуации. Правоприменение (от англ. application) — в теории права деятельность государственных органов, обеспечивающая реализацию норм права, содержащихся в законах и других нормативных правовых актах путем издания актов применения права. Акт применения права выражает официальное решение компетентного органа по конкретному юридическому делу, содержит государственно-властное веление, в отличие от нормативных правовых актов имеет индивидуальное значение, регулирует конкретное общественное отношение, обращен к конкретным лицам; его действие распространяется на конкретный случай; реализует общие предписания нормативного акта, выступая необходимым средством перевода общеобязательных нормативных предписаний в сферу конкретных жизненных ситуаций и применительно к конкретным субъектам права. В этой связи представляется, что адвоката нельзя отнести к субъектам правоприменения как в общем, так и в сфере международной правовой помощи по гражданским делам. Данный субъект вовлекается в обозначенную правовую сферу в связи с выполнением возложенных на него обязанностей представителя по гражданскому или уголовному (при решении вопроса о гражданском иске) делу. Соответственно реализация им полномочия по инициированию международной правовой помощи по гражданским делам возможна лишь при наличии волеизъявления на то представляемого и в его интересах, при этом права и обязанности  создаются только для представляемого.
Таким образом, в основе статуса физических и юридических лиц, национальных и иностранных (а применительно к юридическим лицам — также международных и со смешанным капиталом) как субъектов международной правовой помощи по гражданским делам лежат материально-правовые и процессуально-правовые нормы международного права, национального законодательства, а также в установленных законодательством случаях иностранного права.
Международная правовая помощь по гражданским делам не может существовать сама по себе, без наличия инициативы заинтересованных в ней физических и юридических лиц. Соответственно статус названных субъектов, вовлекаемых в процесс международной правовой помощи по гражданским делам в целях защиты гражданских прав и законных интересов, определяется в зависимости от вида правоотношений, в рамках которых протекает такая международная правовая помощь.
Исходя из многообразия правоотношений, в сфере которых протекает международная правовая помощь по гражданским делам, и, соответственно, имеющихся различий в статусах вовлекаемых в нее субъектов, в зависимости от избранной формы защиты нарушенных прав и законных интересов выделяются:
а) субъекты, использующие внесудебную (административную) форму защиты, т. е. обращающиеся в правоприменительные органы, которые в рамках своей компетенции полномочны направлять запросы об оказании международной правовой помощи по гражданским делам, а именно: в  федеральные органы исполнительной власти и органы исполнительной власти субъектов Федерации, органы прокуратуры, органы ЗАГС, органы опеки и попечительства, к нотариусам и другим должностным лицам, уполномоченным на осуществление нотариальных действий;
б) субъекты, использующие судебную форму защиты, т. е. обращающиеся в федеральные суды (общей юрисдикции и арбитражные различного уровня) и суды субъектов Федерации.
Вместе с тем независимо от области правоотношений, в которых протекает международная правовая помощь по гражданским делам, имеется определенная общность статуса перечисленных субъектов исходя из правовой связи с запрашивающим государством — собственные граждане и юридические лица, иностранные граждане и юридические лица, лица без гражданства, беженцы и переселенцы.
 
Библиография
1 См.: Ладыженский А.М. Теория национальности юридического лица в международном частном праве // Советский  ежегодник международного права. 1964—1965. — М., 1966; Городисский А.М. Определение национальности юридических лиц и их признание в других странах. Юридические аспекты осуществления внешнеэкономических связей. — М., 1979; и др.