УДК 340.5 

СОВРЕМЕННОЕ ПРАВО №8 2011 Страницы в журнале: 43-47

 

В.А. КОЗЯРСКИЙ,

старший преподаватель кафедры частного права Государственного университета управления

 

Приведен сравнительно-правовой анализ двух разновидностей товариществ по праву России и ФРГ, имеющих много общих черт. Исследована правовая природа простых товариществ как обособленной единицы, не являющейся юридическим лицом.

Ключевые слова: товарищество, товарищество гражданского права, организация, законодательство, правовое положение.

 

Тhe Legal Position of the Partnerships in Russian Federation and the Partnerships of the Civil Law of Germany

 

Kozarskij V.

 

In the article author made comparative-legal analysis of the two varieties of partnerships on the law of the Russian Federation and Germany. This is because they have a lot of common features: the contractual type, joint pursuit of the objective of their parties, etc.

Keywords: partnership, partnership of civil law, company, legislation, legal status.

 

Участниками большинства экономических отношений как в России, так и в зарубежных странах являются юридические лица. Отечественное гражданское законодательство предусматривает в качестве организационно-правовой формы юридических лиц хозяйственное товарищество, создаваемое в форме полного или коммандитного (на вере) товарищества. Анализ практики предпринимательской активности на российском рынке свидетельствует о том, что российские хозяйственные товарищества не получили широкого распространения и не стали предпочтительной организационно-правовой формой мелкого и среднего предпринимательства в России, в отличие от ФРГ. В настоящее время наибольшее распространение имеют хозяйственные общества, создаваемые в форме акционерных обществ либо обществ с ограниченной ответственностью.

Сложившаяся в России ситуация обусловлена, на наш взгляд, недостаточной степенью разработанности в цивилистической науке и гражданском законодательстве правового статуса хозяйственных товариществ, а также отсутствием серьезных исследований о целесообразности фиксации данной организационно-правовой формы в качестве коммерческой организации с учетом специфики складывающихся в стране предпринимательско-правовых отношений. Помимо общих положений, сформулированных в ГК РФ, более детально статус иных коммерческих организаций урегулирован в специальных федеральных законах.

Правовой статус хозяйственных товариществ крайне поверхностно определен лишь в статьях 66—86 ГК РФ. Анализ этих норм свидетельствует о явной «непривлекательности» использования такой конструкции юридического лица для осуществления предпринимательской деятельности. Участники хозяйственных товариществ (полные товарищи — индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации) несут повышенную имущественную ответственность по обязательствам юридического лица, возникшим в ходе предпринимательской деятельности. Другой «дискредитирующий» фактор — критичный характер положения об отсутствии обязательств по оплате значительного размера складочного капитала хозяйственных товариществ. В результате небольшого размера складочного капитала утрачивает смысл само понятие «объединение капиталов». Например, в праве ФРГ эта проблема отсутствует благодаря четкому разграничению между объединением лиц и объединением капиталов именно по имущественной составляющей. Желающие учредить хозяйственное общество (на основе объединения капиталов) в ФРГ обязаны оплатить значительный по размеру уставный капитал: 25 000 евро для ООО и 50 000 евро для АО, причем уже на момент регистрации ООО должно быть оплачено или 50% уставного капитала, или 12 500 евро (в зависимости от того, какая сумма выше), если вклад вносится в денежной форме, и все 100% уставного капитала, если форма оплаты неденежная. Таким образом, организационно-правовая форма хозяйственных обществ призвана служить формированию средних и крупных юридических лиц. Для мелкого предпринимательства в ФРГ активно используются организационно-правовые формы товариществ, создаваемые на основе объединения лиц и имеющие статус неправосубъектного образования. Не являясь юридическими лицами, такие товарищества не подлежат обложению корпоративным налогом, что играет роль стабилизирующего фактора в секторе мелкого предпринимательства.

Указанные причины привели к тому, что хозяйственные товарищества стали мертвой правовой конструкцией юридических лиц, предусмотренной в российском гражданском законодательстве. Согласно данным статистической налоговой отчетности по состоянию на 01.09.2009 в Едином государственном реестре юридических лиц зарегистрировано: полных товариществ — 523 (142 прекратили свою деятельность ранее); коммандитных товариществ — 739 (105 прекратили свою деятельность ранее); обществ с дополнительной и с ограниченной ответственностью — 1 625 615 (82 541 прекратили свою деятельность ранее); акционерных обществ (открытых и закрытых) — 184 99 (23 672 прекратили свою деятельность ранее)[1].

Привлечь широкое внимание к проблеме правового статуса хозяйственных товариществ как одной из организационно-правовых форм предпринимательства можно, на наш взгляд, путем реформирования российского корпоративного законодательства с изучением опыта применения законов ФРГ.

Простое товарищество в России и товарищество гражданского права в ФРГ (далее — ТГП) имеют много общих черт: договорный тип, неправосубъектный характер, совместное преследование цели их участниками и др. Данная разновидность товарищества была широко известна уже со времен Институций Гая (II в. до н. э.) под названием societas[2].

Анализируя нормы, регламентирующие правовое положение ТГП (BGB-Gesellschaft, GbR), немецкие правоведы делают вывод, что эта организационно-правовая форма является основной формой всех товариществ в современной правовой системе ФРГ. Нормы, посвященные ТГП, распространяются субсидиарно на иные товарищества, предусмотренные в Германском торговом уложении (ГТУ). ТГП имеет широкий спектр применения в современной деловой практике.

Форма ТГП самодостаточна для различных объединений, создающихся с целью совместных игр, соревнований и покупок, а также для всевозможных консорциумов и картелей, т. е. целевых образований в банковском секторе экономики ФРГ. Особое практическое значение придается форме ТГП при создании объединений в строительной промышленности ФРГ, в совместном имуществе супругов, а также в иных, подобных семейным, образованиях.

Свое широкое практическое применение эта разновидность товариществ получила вследствие того, что лицам свободных профессий (адвокаты, врачи, архитекторы, аудиторы и налоговые консультанты) в ФРГ, а также иным лицам, которые желали бы объединиться для ведения мелкого промысла или управления собственным имуществом, немецкий законодатель не предоставил иной организационно-правовой формы. В качестве альтернативы ТГП для таких лиц с 01.07.1995 предусмотрено партнерство — новая, самостоятельная организационно-правовая форма.

К ТГП относятся и товарищества по управлению имуществом, в рамках которых отсутствует всякий промысел (например, фонды по управлению недвижимостью, владельческие и холдинговые товарищества). Однако такие товарищества являются ТГП до тех пор, пока они не внесены в торговый реестр согласно § 105 и 161 Германского гражданского уложения (ГГУ). Эти положения распространяются также на предприятия сельского или лесного хозяйства при условии, что они не являются мелкими по объему промыслами и не нацелены на внесение в торговый реестр согласно § 3 ГТУ.

На практике принято различать следующие разновидности ТГП: длящиеся и целевые, персональные и капиталистические, массовые и публичные, внутренние и внешние, с общим имуществом и без такового.

Учреждается ТГП, как и всякое товарищество, путем заключения учредительного договора. При этом согласно § 705 ГГУ императивными признаками немецкого товарищества гражданского права являются: договор между двумя или более лицами; направленность на достижение общей цели; обязательство всех участников договора способствовать ее достижению (обязательство содействия).

Участниками ТГП могут быть физические и юридические лица, неправосубъектные образования, которые (как полное и коммандитное товарищества) могут выступать в правовом обороте под собственной фирмой. Не может быть участником ТГП сообщество наследников. По общему мнению немецких правоведов, допускаются случаи, когда участником ТГП становится другое такое товарищество или же неправоспособный союз.

Учредительный договор ТГП может быть заключен в любой форме, в том числе устной. Если учредительный договор содержит обещание исполнения, требующее определенной формы (например, обязательство внести земельный участок в имущество товарищества или обязанности по приобретению чего-либо), тогда согласно § 313 ГГУ весь договор должен иметь определенную форму. Порок формы может быть устранен самим исполнением договора.

Что касается правовой природы учредительного договора ТГП, то ГГУ считает его гражданско-правовым (на это указывает регулирование данного вида договора особенной частью обязательственного права). По отношению к учредительному договору следует применять общие предписания о договорах и волеизъявлениях, а также общие обязательственно-правовые предписания ГГУ.

Учредительный договор ТГП — это двусторонний гражданско-правовой договор, потому что стороны, как сказано в § 705 ГГУ, двусторонне обязываются способствовать достижению совместной цели.

Учредительный договор создает не только обязательственно-правовые отношения, но и основание корпоративных правоотношений как длящихся обязательственных отношений. К этому добавляется, что договор является основой для совместной деятельности людей и тем самым позволяет возникать социальным образованиям, которые закон определяет как товарищество. В юридической литературе об этой стороне договора говорится как об «основывающем сообщество»[3] либо как об «организационном»[4]. Здесь важно понимание того, что с заключением учредительного договора возникает товарищество, которое признается законом как обособленная единица, т. е. как бы юридическое лицо.

Сегодня ведется спор о том, правоспособны ли товарищества, т. е. кто является носителем прав и обязанностей. Это противоречие делает статус ТГП сложнее и неопределеннее. ТГП были бы правоспособными лишь в том случае, если бы они являлись юридическими лицами, так как согласно господствующей доктрине только юридическим лицам  принадлежит правоспособность (правосубъектность). До недавнего времени считалось, что никакое товарищество в ФРГ не является юридическим лицом. Однако некоторые немецкие правоведы рассматривали полное и коммандитное товарищества и партнерство с технической точки зрения — как юридические лица, поскольку они под собственным наименованием (фирмой) приобретают права и несут обязанности, выступают истцами и ответчиками в суде. Согласно такому мнению спор относительно правоспособности товарищества касается только ТГП. В современной немецкой научной литературе высказываются тезисы в поддержку того, чтобы признать в юридико-техническом смысле за ТГП статус юридического лица.

В плане значения корпоративно-правового принципа совместного ведения дел идет долгий спор — прежде всего о том, что является предметом этого принципа (только имущественные ценности или еще и обязательства), а также об имплементации этого принципа в правовую систему. Эта дискуссия приобрела особенное значение в последние три года. В результате на основе учения немецкого цивилиста Флумме появилась небесспорная теория совместного ведения дел в товариществе[5], которую можно считать продолжением другой известной теории — О.Ф. Гирке. И та и другая признают совместные товарищества правовыми субъектами[6].

Однако большинство немецких ученых придерживаются традиционного учения о совместном ведении дел, согласно чему данный принцип имеет значение только тогда, когда следует выделить из общего имущества обособленное, носителями которого являются участники товарищества в совместном образовании. Исходя из индивидуалистского учения о совместном имуществе, в товариществе отсутствует общность как таковая, а носителями ее являются участники товарищества. Следует еще раз подчеркнуть, что это мнение большинства немецких правоведов в области корпоративного права.

Учредительный договор должен содержать согласование совместной цели, на достижение которой ориентирован каждый из участников ТГП. При этом рассматривается любая разрешенная цель (противоречащий закону или «добрым нравам» цели учредительный договор признается ничтожным): речь может идти как об идеальной (например, товарищество по укреплению немецко-российской дружбы), так и о хозяйственной цели (для личных нужд и не только). Цель может повлечь за собой как разовое, так и длящееся взаимодействие. При определении хозяйственной цели следует проводить дифференциацию: если цель состоит в осуществлении торгового промысла (его понятие дано в § 1 ГТУ), то такое товарищество автоматически признается полным; если данный промысел по виду или объему не требует наличия коммерческого предприятия (понятие «мелкий промысел» дано в § 2 ГТУ), то в таком случае товарищество презюмируется как ТГП (однако оно может преобразоваться потом в полное товарищество, если его участники внесут наименование предприятия в торговый реестр).

Данные положения применяются и при управлении собственным имуществом в качестве цели ТГП. Если же цель представляет собой совместное ведение предпринимательской деятельности лицами свободных профессий, то участники могут сделать выбор либо в пользу ТГП, либо в пользу партнерства.

Особо следует оговорить тот факт, что цель должна быть совместной. Это достижимо при условии, если все участники желают преследовать одну и ту же цель своей деятельности (при этом отдельный участник или все сразу могут преследовать различные конечные цели). Мотивация и субъективные интересы участников не играют никакой роли. Важным является также то, что совместная цель должна быть определена в учредительном договоре, что подразумевает, во-первых, факт однократного изъявления желания определить совместную цель, во-вторых, согласование совместной цели.

Немецким законодательством не предъявляется строгих требований к обязательствам, способствующим достижению цели, которые в зависимости от объема или содержания могут быть совершенно различными. Достаточно лишь наличия закрепленного в учредительном договоре обязательства на каждое возможное (не обязательно имущественное) способствование достижения цели товарищества.

По нашему мнению, в Российской Федерации наиболее приближенной к ТГП формой является простое товарищество (глава 55 ГК РФ). В дореволюционной России также широко использовалось понятие товарищества как договорного объединения лиц, преследующих общую цель.

В Российской Федерации простые товарищества можно разделить на коммерческие и некоммерческие. По аналогии с ТГП простое товарищество также признается неправосубъектным образованием, т. е. в нем отсутствуют какие-либо признаки юридического лица. Особенность российского права в том, что гражданам, государству и государственным (муниципальным) образованиям законодательно закрыт доступ к коммерческому простому товариществу. В отечественной судебной практике закреплено положение о том, что сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации[7]. Участие некоммерческих организаций в договорах простого товарищества, заключенных для осуществления предпринимательской деятельности, запрещено ГК РФ[8].

Участниками некоммерческого простого товарищества в России может быть неограниченный круг лиц.

Простое товарищество (совместная деятельность без образования для этих целей юридического лица) возникает в силу соответствующего договора между его участниками. В договоре стороны (участники) обязуются путем объединения имущества и усилий совместно действовать для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели. Данный договор может иметь различные названия: о совместной деятельности, о научно-техническом сотрудничестве, консорциум, о долевом участии, о совместной кооперации, о взаимопомощи, о сотрудничестве, о совместном финансировании и т. п. При этом такие договоры не отличаются друг от друга по своей юридической природе, содержанию прав и обязанностей участников.

Применение договора простого товарищества регулируется статьями 1041—1054 ГК РФ. До вступления в силу части второй ГК РФ рассматриваемая форма совместной деятельности регулировалась Основами гражданского законодательства Союза ССР и республик (ст. 122); кроме того, соответствующий договор применялся на основании  ГК РСФСР 1964 года, согласно ст. 434 которого стороны совместно действовали для достижения общей хозяйственной цели (строительство и эксплуатация дорог, спортивных сооружений и т. д.). При этом запрещалось заключать подобные договоры между гражданами и социалистическими организациями.

Договор простого товарищества может быть заключен между двумя и несколькими лицами (товарищами).

Каждый участник соответствующего договора (товарищ) вносит свой вклад для осуществления совместной деятельности. Это могут быть деньги, имущество или товарно-материальные ценности, профессиональные и иные знания и опыт, навыки и умения, деловая репутация и связи. Денежная оценка вклада проводится по соглашению между товарищами.

Внесенное сторонами договора простого товарищества имущество используется в интересах всех товарищей и составляет их общее имущество. Продукция, произведенная в результате совместной деятельности, а также полученные от такой деятельности доходы признаются общей долевой собственностью участников, если иное не установлено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства. В договоре простого товарищества определяются обязанности товарищей по содержанию общего имущества и порядок возмещения расходов, связанных с выполнением этих обязанностей. Пользование общим имуществом товарищей осуществляется по их общему согласию. При отсутствии согласия порядок использования общего имущества определяется судом.

Судебная практика устанавливает, что внесенное товарищами имущество, которым они обладали на праве собственности, признается их общей долевой собственностью, если иное не предусмотрено законом или договором простого товарищества либо не вытекает из существа обязательства[9].

Ведение бухгалтерского учета общего имущества товарищей может быть поручено одному из участвующих в договоре простого товарищества юридическому лицу. При ведении общих дел товарищей действуют специальные правила[10]. В случае прекращения договора простого товарищества вещи, переданные в общее владение, возвращаются предоставившим их товарищам без вознаграждения, если иное не предусмотрено соглашением сторон. С момента прекращения договора простого товарищества его участники несут солидарную ответственность по неисполненным общим обязательствам в отношении третьих лиц.

Договор простого товарищества — один из наиболее распространенных, но в то же время один из самых юридически коварных договоров. Причиной многочисленных и неизбежных ошибок при ведении учета совместной деятельности является незнание требований, предъявляемых законом к бухгалтерскому учету.

В рамках простого товарищества хозяйственные операции могут осуществляться на основании договоров, предметом которых выступает хозяйственная деятельность, имеющих при этом совершенно различные названия. Вместе с тем предметом так называемых договоров о совместной деятельности часто является выполнение работ, оказание услуг,

предоставление безвозмездной или возмездной помощи, поставка товаров или продукции. В связи с этим следует четко обозначить отличительные черты хозяйственного договора, позволяющего отнести его к категории договора простого товарищества (что особенно важно для целей налогообложения): наличие единой цели всех участников простого товарищества, которую предполагается достигать согласно договору; объединение имущества и усилий участников для достижения поставленной цели согласно условиям договора[11].

Соблюдение указанных условий договора простого товарищества и фактическое осуществление хозяйственных операций по реализации положений договора позволяет предпринимателям пользоваться льготами по уплате налогов на прибыль и на добавленную стоимость. Налоговые органы допускают применение к субъектам данного договора адекватного режима налогообложения.

Существенное отличие простого товарищества от ТГП в том, что ТГП прежде всего организационно-правовая форма неправосубъектного образования. В свою очередь простое товарищество именуется таковым только в целях облечения в договорную форму совместной деятельности хозяйствующих субъектов, а не для того, чтобы служить особой правовой формой разновидности товариществ. ТГП является основным видом товариществ по праву ФРГ. В Российской Федерации же простое товарищество выведено за рамки корпоративного права и не признается правосубъектным по причине того, что это вид совместной деятельности без образования юридического лица, а не корпоративное образование.

 

Библиография

1 Официальное письмо ФНС России от 01.09.2009 № 09-3-05/4-167 «О предоставлении сведений о количестве юридических лиц».

2 См.: Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права: Репринт (по изд. 1907 года). — М., 1995. С. 387.

3 Wurdinger. Recht der Personalgesellschaften. S. 32.

4 Raiser Th. Archiv fur die zivilistische Praxis. — 1994. S. 495.

5Flumme. Allg. Teil des Burgerlichen Rechtes. Bd. I 1. S. 50, Die Personalgesellschaft.

6 Schulge-Osterloh. Das Prinzip der gesamthanderischen Bindung. 1972. S. 163. Wiedemann. Gesellschaftsrecht. S. 248.

7 Постановление ФАС Московского округа от 02.07.1999 № КГ-А40/2048-99.

8 Постановление ФАС Московского округа от 04.02.2003 № КГ-А40/40-03.

9 Постановление ФАС Московского округа от 12.11.2001 № КГ-А40/6550-01.

10 Подробнее об этом см.: Блицау Л.П. Совместная деятельность. Договор простого товарищества. — М., 1999.

11 См.: Яковлев М.А. Простое товарищество и его налогообложение // Налоги. 1997. № 1. С. 88—98.