И.В. ЧЕРНЫШЕВА,
начальник юридического управления ЕКУГИ администрации г. Екатеринбурга
 
В  науке гражданского права проблеме правового положения субъектов обязательств уделяется большое внимание. По мнению О.С. Иоффе, «обязательства с множественностью лиц подчиняются тем же правилам, что и гражданские отношения вообще. Но в некоторых вопросах, связанных в частности с исполнением, они нуждаются в особом урегулировании»[1].
 
Процесс постепенного формирования порядка исполнения обязательств с множественностью лиц можно наблюдать на примере развития римского права, а также российского дореволюционного законодательства и практики его применения. Ключевыми моментами является предоставление нескольким кредиторам или нескольким должникам в обязательстве долевого (солидарного) права или долевой (солидарной) обязанности.
В российском дореволюционном законодательстве нормы об исполнении обязательств с несколькими лицами были закреплены как в Своде законов гражданских, так и в проекте Гражданского уложения. Так, «если несколько лиц приняли на себя обязательство по одному и тому же договору, но не постановив, что при неисполнении договора ответствует каждый за всех и все за каждого, и если одни из них исполнили, а другие не исполнили своего обязательства, то имеющий право требовать исполнения по договору должен с сим обратиться не ко всем вступившим в обязательство, а к тем токмо, которые не исполнили его» (ст. 1548).
Согласно ст. 115 ГК РСФСР 1922 г. должник, исполнивший солидарное обязательство, имел право обратного требования к остальным должникам в равной доле, поскольку иное не установлено законом или договором. Не уплаченное одним из содолжников распределялось в равной мере на всех остальных. Аналогично содержание прав и обязанностей участников в солидарных обязательствах было в ГК РСФСР 1964 г.
В ГК РФ возможность одновременного участия нескольких лиц в качестве каждой из сторон обязательства — кредитора или должника — установлена п. 1 ст. 308, что определяет структуру обязательственного правоотношения как сложную. Норма помещена в главу «Понятие и стороны обязательства» и дает представление лишь об одном из элементов структуры правоотношения — его сторонах. Последующие нормы (ст. 321—326 главы «Исполнение обязательств») дополнительно к установленным в п. 1 ст. 307 общим положениям о правах кредитора и обязанностях должника закрепляют особенности правового положения участников солидарных обязательств. Такой правопорядок характерен как для русского, так и для советского гражданского законодательства, и является закономерным отражением особенностей исполнения правоотношения, отмеченных О.С. Иоффе: «Если в обязательстве участвуют несколько кредиторов, нужно установить, кто из них и в каком объеме вправе требовать от должника исполнения лежащей на нем обязанности. При участии в обязательстве нескольких должников необходимо выявить, кто из них и в каком объеме должен выполнить их общую обязанность перед кредитором. Если обязательство характеризуется множественностью как кредиторов, так и должников, то существенны оба указанных вопроса»[2].
Принципиальное отличие обязательств, в которых участвует несколько кредиторов или несколько должников, от обязательств с одним кредитором и одним должником заключается в круге лиц на той или иной стороне. Количественный состав — квалифицирующий признак обязательств с множественностью лиц. Он оказывает влияние на особенности возникновения, изменения и прекращения этих отношений, определяет как порядок исполнения, так и субъективные права и обязанности участников.
Должник обязан совершить в пользу кредитора определенное действие, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (ст. 307 ГК РФ). В обязательственных отношениях «каждый может обязаться и тем самым наделить правом другое лицо, но никто не может своими действиями, поскольку речь идет о договоре, создать другому обязанность»[3]. В солидарном обязательстве как кредиторы, так и должники, должны быть носителями не только обязанностей, но и прав. В обязательственном правоотношении «лицо может удовлетворить свои потребности, превратить требование в реальность только в результате осуществления его контрагентом тех действий, обязанность совершения которых тот возложил на себя путем соглашения. Именно обязывание контрагента и порождает право лица требовать, а для того, чтобы произвести отчуждение права, надлежит стать его обладателем посредством порождения требования. А это, в свою очередь, возможно лишь тогда, когда есть лицо, возложившее на себя обязанность того же содержания, что и требование»[4].
В солидарных обязательствах возникают отношения между кредитором и должниками, между содолжниками либо кредиторами и должником, а также между сокредиторами.
Содержание правовой связи кредитора и должников в солидарных пассивных обязательствах включает в себя следующие права и обязанности.
Право кредитора требовать исполнения. При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности (п. 1 ст. 323 ГК РФ). Право требования имеет две составляющие — право выбора должника и право определить объем требований. Право выбора должника обусловлено необходимостью предъявить требование к определенному лицу или лицам, которые с момента заключения договора и до его исполнения находятся в равном положении как по отношению к кредитору, так и друг к другу, так как приняли одно и то же обязательство в отношении одного и того же единого предмета исполнения.
Понятие «требование», по мнению Л.А. Чеговадзе, необходимо отличать от «правомочия на предъявление данного требования». Требование, являясь объектом субъективного гражданского права, «появляется в тот момент, когда обязанная сторона принимает на себя обязательство, чем выражает согласие на добровольное выполнение действий, составляющих содержание своей обязанности… Правомочие на предъявление требования — это одно из требований субъекта, существующее в потенции до того момента, когда появляются основания для его предъявления лицу обязанному». Оно «возникает не всегда и не всегда подлежит реализации. Это зависит от ряда юридических причин и фактических обстоятельств»[5].
Нарушение субъективных прав лица влечет за собой возникновение правомочия на предъявление требования, в том числе в судебном порядке. Право лица обратиться в суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов установлено ст. 4 АПК РФ, ст. 3 ГПК РФ.
«После достижения соглашения и придания ему соответствующей формы, когда договор обретает юридическую силу, происходит объективизация волевых моделей (условий) в адекватные права и обязанности, которые распределяются на основе закона между сторонами согласно достигнутому соглашению»[6]. Поэтому право кредитора выбрать из всех должников обязанного к исполнению обусловлено не только усмотрением кредитора, но и волей должников, заключивших договор. Это соответствует важнейшему положению о том, что граждане и юридические лица осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе (п. 2 ст. 1 ГК РФ).
Могут ли возражать должники против выбора кредитора? Физические и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, а правомочие на предъявление требования, являясь осуществлением субъективного права, реализуется в случае неисполнения (ненадлежащего исполнения) договора должниками (п. 1 ст. 9 ГК РФ). Такое возражение должников не будет основано на нормах права. Так, довод кассатора о необходимости привлечения к солидарной ответственности иных солидарных должников не принят судом во внимание, так как при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности (ст. 323 ГК РФ) (см. постановление ФАС Волго-Вятского округа от 21.05.2002 № А39-164/02-16/5).
Модель солидарных пассивных обязательств интересна кредитору, так как гарантирует от неплатежеспособности должника в большей степени, чем в простом обязательстве. Все отношения, порождающие право требования кредитора, предполагают известное доверие, оказанное им должнику. В любом обязательстве кредитор принимает на себя риск неисполнения обязанности должником. Участие в обязательстве нескольких должников, обладающих платежеспособностью, снижает риск кредитора.
Если солидарная ответственность (обязанность) возникла в силу закона, содолжники участвуют в правоотношении, модель которого определил законодатель. Это объясняется необходимостью повышенной правовой защиты интересов кредитора в связи с риском предпринимательских отношений либо возмещением вреда. Так, если ответственность за выбор продавца по договору купли-продажи лежит на арендодателе договора финансовой аренды, арендатор вправе предъявить требования, вытекающие из договора купли-продажи как к продавцу имущества, так и к арендодателю, которые несут солидарную ответственность (п. 2 ст. 670 ГК РФ). Продавец несет солидарную ответственность по включенным в состав переданного предприятия долгам, которые были переведены на покупателя с согласия кредитора (п. 4 ст. 562). Товарищи в договоре простого товарищества солидарно отвечают по всем предпринимательским обязательствам товарищества (ст. 1047). Лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно (ст. 1080).
Если обязательство возникло в силу договора, должник таким способом закрепляет, оформляет свою волю, выражая понимание, желание, интерес быть участником солидаритета и ожидая реализации корреспондирующего права требования кредитора. Должник, исполняя долг за всех, осознает, что «всякое обязательство имеет своей целью создать некоторую связанность воли должника, принудить его к известному поведению в интересах кредитора»[7].
Чем обусловлена договорная солидарность? Современные экономические отношения, безусловно, отличаются от отношений простых товаровладельцев, характерных для римского права. Право есть форма экономических связей. Не только кредиторы, но и должники имеют определенный экономический интерес, который реализуется посредством договорных отношений: приобретение вещи, получение оплаты за выполненную работу, возмездное пользование и др. В основе солидаритета, как и иного обязательства, лежит экономический интерес.
Доверие, являясь неотъемлемой частью жизни общества, играет колоссальную роль в экономике, праве. Без него тормозится товарно-денежный оборот, нет инвестиций. Природа доверительных отношений заложена в определении участников обязательства, так как слово «кредо», от которого произошло слово «кредитор», означает «верить». Поэтому кредитор — тот, кто доверяет. Играют роль отношения родства, дружбы и пр. В любом случае критерии, которыми руководствовались содолжники, правом не определены, но согласованы между ними.
Статья 323 «Права кредитора при солидарной обязанности» ГК РФ должна применяться к тем обязательствам, где должники принимают обязанности перед кредитором, являясь стороной договора. Однако ГК РФ содержит немало примеров, когда солидарные должники отвечают перед кредитором по основному обязательству, не являясь стороной такого обязательства и не принимая на себя корреспондирующих субъективных обязанностей. Зачастую к таким содолжникам нельзя предъявить требование до нарушения обязательства должником. Так, организации, возникшие в результате реорганизации должника, отвечают по его долгам в случае, если разделительный баланс не позволяет определить правопреемника (ст. 60); основное (материнское) хозяйственное общество, которое имеет право давать дочернему обществу обязательные для него указания, отвечает вместе с ним по сделкам, заключенным во исполнение таких указаний (ст. 105).
Так как гражданско-правовая ответственность является одним из средств защиты гражданских прав, установление в законе солидарной ответственности не следует понимать как обязанность реального исполнения обязательства (см., например, постановление Президиума ВАС РФ от 23.02.1999 № 6707/97).
Право кредитора определить объем требований. Требовать исполнения обязательства полностью либо в части является логическим продолжением действий кредитора после выбора количества должников. Если обязанным к исполнению кредитор выбрал одного должника, требования об исполнении могут быть заявлены только полностью, независимо от делимости либо неделимости предмета. При этом заявить требование об исполнении неделимого обязательства в части нельзя.
Если требования заявлены кредитором ко всем (или части) должникам, требовать исполнения в части можно только при делимости предмета. Поэтому при кажущейся на первый взгляд свободе выбора кредитором модели поведения, установленной ст. 323 ГК РФ, свойства делимости или неделимости предмета обязательства ограничивают реализацию его права требования.
Таким образом, выбор должника, объем требований обусловлены не только правом кредитора, но и содержанием обязательства.
Право кредитора требовать недополученное от остальных должников (п. 2 ст. 323 ГК РФ) является гарантией защиты интересов кредитора. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью. Каждый из должников должен исполнить «свое» обязательство. Нередко невозможность взыскания приводит к невозможности реального исполнения обязательства либо к исполнению обязательства в части. Кредитор заявляет требование к тем должникам, которые не были призваны к исполнению.
Статья 323 ГК РФ о субъективном праве кредитора корреспондирует с п. 2 ст. 325 о субъективном праве и обязанности исполнившего должника и иных содолжников, формируя содержание солидарного и регрессного обязательств. Исполнивший должник прекращает основное обязательство и приобретает регрессное требование к остальным должникам. Возникают обязательственные отношения особого рода. «Регресс порождает право»[8].
Должник, исполнивший по основному обязательству, становится кредитором для неисполнивших содолжников. При этом неисполнившие содолжники остаются в состоянии связанности последствиями исполнения, и это оказывает влияние на то, как будут складываться отношения между ними.
Содержание прав и обязанностей исполнившему должнику.
Право регрессного требования (подп. 1 п. 2 ст. 325 ГК РФ). Так как регрессное обязательство строится на началах вины, требование к остальным должникам предъявляется в равных долях, за вычетом доли, падающей на самого должника, исполнившего солидарную обязанность. Эти должники не исполнили свою обязанность, вытекающую из договора, вследствие причинения вреда либо по иным основаниям.
В силу диспозитивности подп. 1 п. 2 ст. 325 ГК РФ размер долей может быть неравным либо регрессное требования может быть предъявлено не ко всем содолжникам, а к нескольким или одному. Так как исполнивший должник наделен правом, а не обязанностью, он может отказаться от субъективного права, простив долг (ст. 415), и соответственно прекратить регрессное обязательство.
Право исполнившего должника обратиться к иным содолжникам с регрессным требованием может быть обусловлено не только его усмотрением, но и характером тех отношений, которые сложились между содолжниками по основному обязательству. Так, регресс невозможен, если при солидарности должник самостоятельно уплатил долг, так как он исполнил свой, а не чужой долг.
ГК РФ в части закрепления прав исполнившего должника продолжает традицию российского дореволюционного законодательства. Так, согласно абз. 1 ст. 1712 проекта Гражданского уложения исполнение совокупного обязательства одним из должников освобождало всех остальных. Должник, исполнивший совокупное обязательство, имел право обратного требования ко всем должникам (ст. 1718). Если невозможно было определить меру ответственности каждого из содолжников, они отвечали друг перед другом в равных долях. Последствия пассивно-солидарного обязательства сводились к отношениям между должниками и кредитором и между должниками. «Вопрос о том, должен ли веритель, принявший исполнение, произвести разверстку между остальными солидарными верителями, или вправе ли должник, исполнивший действие, которое составляло содержание обязательства, обратиться с требованием разверстки к остальным солидарным должникам, не соединен с солидарностью необходимой связью. Производство необходимой разверстки основывается не на солидарности, а на том отношении, которое существовало между субъектами одной стороны, активной или пассивной. Если же кто уплатил больше своей части, то тот имеет право обратного требования к своим должникам (право регресса)»[9].
Аналогичная норма применяется и в ГК РФ, если иное не вытекает из отношений между содолжниками (п. 2 ст. 325). Право регресса возникает на основании закона в силу юридического факта исполнения должником обязанности перед кредитором, а возможность реализации этого права и объем требований зависят от отношений между солидарными должниками и от усмотрения исполнившего должника. Исполнив обязательство в соответствии с тем предметом и содержанием, которое определено всеми участниками солидарного обязательства, он становится кредитором регрессного, производного обязательства.
Должник может быть или участником основного обязательства, или лицом, чье действие (бездействие) обусловливает неисполнение основного обязательства. Поэтому отношения между содолжниками могут строиться по модели, предусмотренной или п. 2 ст. 325, или подп. 1 п. 2 этой же статьи. Содолжники формируют объем и содержание регрессных прав и обязанностей своим соглашением. Бесспорно, праву регрессного требования корреспондирует обязанность содолжников возместить убытки.
Согласно п. 2 ст. 421 ГК РФ стороны могут заключить договор как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Практическая целесообразность заключения такого соглашения очевидна. Она обеспечит защищенность исполнившего должника, так как конструкция ст. 325 и механизм расчета не гарантируют исполнившему обязательство должнику даже частичного возвращения долга остальными содолжниками. Получение исполнения от одного или нескольких содолжников прекращает регрессное обязательство.
Обязанность нести убытки при неисполнении одним из содолжников своей обязанности. Исполнивший должник и иные содолжники, возвратившие долг в части, несут бремя ответственности в том числе за должника, который свою долю не исполнил. Объем обязанности между исполнившим должником и остальными содолжниками, призванными исполнить неуплаченное, определяется в равной доле (подп. 2 п. 2 ст. 325 ГК РФ). Так как эта норма носит диспозитивный характер, размер доли может быть неравным либо оставшиеся содолжники могут быть освобождены от бремени исполнять неуплаченное.
Последствия неисполнения регрессного требования, отличающиеся от установленных подп. 2 п. 2 ст. 325 ГК РФ, могут быть определены содолжниками только в соглашении. Причем во избежание различного толкования содержания соглашения ему следует придать письменную форму.
Правовое положение участников в солидарных активных обязательствах определено ст. 326 ГК РФ. Любой из солидарных кредиторов вправе предъявить требование в полном объеме (п. 1). Независимо от того, сколько лиц на стороне кредитора, право требования для всех единое, так как относится к одному и тому же предмету. С момента заключения обязательства и до его исполнения кредиторы находятся в равном правовом положении.
Закон не ограничивает право требования в отношении кого-либо из кредиторов и не расставляет приоритетов. Однако интерес получить реальное исполнение обязательства побудит к совершению действий одного из кредиторов первым. Так, если несколько лиц приобретают недвижимость по договору купли-продажи, обращение с требованием одним из кредиторов (п. 3 ст. 326 ГК РФ) приведет к прекращению договора.
Право требования кредитора в солидарных активных обязательствах так же, как и в пассивных, существует «в потенции» до того времени, пока должник надлежаще исполняет обязательство. Механизм солидаритета начитает работать с момента нарушения (неисполнения) обязательства. До нарушения должником своей обязанности он наделен правом исполнять обязательство любому из солидарных кредиторов по своему усмотрению. Право выбора кредитора остается за ним. Положение кредиторов в отношении возможности получить реальное исполнение договора, полностью обусловлено усмотрением самого должника. И только в связи с неисполнением (ненадлежащим исполнением) должником своих обязанностей возможна реализация права требования.
Кредиторы могут заявить требование одновременно либо с разрывом во времени. Если речь идет о принудительном внесудебном исполнении, должник должен реагировать на то требование, которое предъявлено в первую очередь. Если требование предъявлено всеми кредиторами, на предмет обязательства возникает общая собственность сокредиторов. В случае принуждения к исполнению в судебном порядке множественность лиц в обязательстве определяет процессуальное положение таких лиц как соистцов. Решение может быть в пользу всех сокредиторов, за исключением отказа кого-либо из кредиторов от права.
Факт принятия одним из кредиторов надлежащего исполнения, причем одним за всех, служит юридическим основанием возникновения нового обязательства, а момент исполнения основного обязательства является моментом возникновения нового. Стороны обязательства — прежние сокредиторы, которые в новом обязательстве занимают разные позиции. Кредитор, получивший исполнение, становится должником по отношению к остальным сокредиторам. Долг такого кредитора согласно п. 4 ст. 326 ГК РФ состоит в обязанности возместить причитающееся другим кредиторам в равных долях, если иное не вытекает из отношений между ними. Иным могут быть размер долей либо характер отношений между сокредиторами, в связи с чем не будет необходимости осуществлять возмещение.
Таким образом, обязанность кредитора, получившего исполнение, возместить другим сокредиторам причитающееся им по договору носит безусловный характер. Взаимоотношения между сокредиторами формируются по их усмотрению. Если порядок исполнения между кредиторами не согласован, между ними возникает долевое обязательство (п. 4 ст. 326 ГК РФ).
Объем и характер возмещения зависят от особенностей предмета договора. Доля причитающегося возмещения будет в денежном выражении, если реальное исполнение договора определено неделимостью предмета. Если предмет договора обладает свойством делимости, нет запрета возместить остальным кредиторам полученное в натуре.
Отсутствие в законе вида обязательства, возникающего между сокредиторами, вызывает сложности при выборе способа защиты. Требования сокредиторов могут быть заявлены как требования либо о возмещении убытков, либо о присуждении к исполнению обязанности в натуре. Причем последнее требование может быть удовлетворено при выяснении судом наличия необходимого имущества.
Требования сокредиторов не являются регрессными. Регрессное требование строится на началах вины и предъявляется к лицам, не исполнившим свою обязанность, которая вытекает из договора, вследствие причинения вреда.
 
Библиография
1 Иоффе О.С. Обязательственное право. — М., 1975. С. 70.
2 Иоффе О.С. Обязательственное право. — М., 1975. С. 70.
3 Скловский К.И. Механизм перехода права и последствия цессии // Хозяйство и право. 2002. № 2. С. 63.
4 Чеговадзе Л.А. Структура и состояние гражданского правоотношения. — М., 2004. С. 19.
5 Там же. С. 153—154.
6 Красавчиков О.А. Гражданско-правовой договор: понятие, содержание и функции // Антология уральской цивилистики.1925-1989: Сб. ст. — М., 2001. С. 175.
7 Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. — М., 2003. С. 242.
8 Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право: Общие положения. — М., 1998. С. 375.
9 Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. — М., 1995. С. 276.