УДК 347.19

Страницы в журнале: 56-59 

 

Ю.М. НИКИТЕНКО,

соискатель кафедры теории государства и права, старший преподаватель кафедры трудового права  Саратовской государственной юридической академии

 

Исследуется правовой статус органа юридического лица как основного субъекта локальной юридической деятельности; предпринимается попытка осмысления основных общетеоретических и цивилистических концепций юридического лица и его органов.

Ключевые слова: локальная юридическая деятельность, структура локальной юридической деятельности, орган юридического лица, правовой статус, компетенция органа юридического лица.

 

The legal status of the legal entity as the subject of a local law

 

Nikitenko J.

 

Investigate the legal status of the legal entity as the main subject of the local legal practice, attempts to understanding the basic concepts of general theoretical and civilistic legal entity and its organs.

Keywords: local legal work, the structure of local legal capacity, body of the legal entity, the legal status, the competence of the legal entity.

 

Включение в субъектный состав юридической деятельности организаций, учреждений и предприятий государственной, муниципальной, частной и иных форм собственности является традиционным для авторов, занимающихся разработкой данного института. При этом подавляющее большинство ученых, допуская участие указанных юридических лиц в осуществлении юридической деятельности, ограничиваются указанием на правовое положение этих субъектов во внешней деятельности преимущественно как субъектов гражданского оборота.

В аспекте локальной юридической деятельности подобного понимания явно недостаточно, поскольку в этом случае характеризуется преимущественно внешняя сторона деятельности предпринимательских структур и общественных организаций как коллективных субъектов, наделенных определенной право- и дееспособностью и имеющих в этой связи возможность участвовать в гражданском обороте. Тогда как специфика исследуемого уровня юридической деятельности сопряжена с необходимостью воздействия на сложную систему разнообразных внутренних отношений, опосредуемых механизмом локального правового регулирования. Следовательно, в качестве субъектов данного уровня необходимо рассматривать не организации в целом, а ее органы, которые вправе принимать, реализовывать соответствующие правовые предписания, осуществлять контроль их исполнения.

В этом случае логичный ответ на поставленный вопрос необходимо искать в отраслевых исследованиях. Но и здесь анализ научной литературы как юридического, так и экономического содержания поражает множественностью мнений. Приведем лишь некоторые из них.

Так, И.С. Шиткина к числу субъектов, регулирующих деятельность акционерных обществ, относит само акционерное общество как целостную корпорацию; органы управления акционерным обществом; акционеров, в том числе их различные группы (миноритарных держателей крупных пакетов акций, стратегических инвесторов, акционеров-менеджеров и пр.); персонал акционерного общества, в том числе высший менеджерский персонал, имеющий специфические ценностно-мотивационные установки[1].

С.Д. Могилевский в качестве субъектов корпоративного регулирования рассматривает группу или отдельное физическое лицо, оформленные в виде органов хозяйственных обществ или должностных и иных лиц, которые, являясь стороной управленческих отношений, осуществляют целенаправленное воздействие на вторую сторону (объект корпоративного управления) в процессе практической реализации функций корпоративного управления[2].

По мнению О. Осипенко, ведущая роль в генерировании правил игры в сфере собственно корпоративной саморегуляции принадлежит советам директоров и корпоративным секретарям, т. е. субъектам, формируемым собственником и выражающим его волю в корпоративном управлении[3].

П.Т. Подвысоцкий в круг субъектов локального регулирования включает работодателей и коллектив работников в лице их представителей. Далее автор разъясняет: поскольку термин «работодатель» в трудовом праве означает организацию, вполне очевидно, что организации реализуют свои полномочия через свои органы (своих представителей), в качестве которых выступает руководитель организации, назначаемый (избираемый) собственником или органом, им уполномоченным[4].

Резюмируя сказанное, предположим, что подобное «многоголосье» объясняется не только узкоотраслевой направленностью исследований, но и некоторой непроработанностью указанной проблемы на уровне общей теории права.

В отношении юридических лиц такими субъектами в основе своей выступают органы юридического лица. Несмотря на очевидность  этого вывода, в отечественной цивилистике данное положение одно из дискуссионных.

Основным предметом спора выступает вопрос о том, кем является  орган юридического лица: самостоятельным субъектом права либо лишь частью юридического лица, не обладающей собственной волей, интересами, дееспособностью. В этой связи представляется возможным выделить две основные точки зрения. Представители первой (С.Н. Братусь[5], В.А. Рясенцев[6], Я.А. Розенберг[7], Б.Б. Черепахин[8], С.Д. Могилевский[9], Д.В. Ломакин[10]) категорически отвергают тезис о признании за органами юридического лица свойства правосубъектности. Так, Д.И. Мейер, решая проблему об осуществлении юридическим лицом своей правоспособности, отмечал: «…создается орган юридического лица, действия которого считаются действиями самого юридического лица: признавая существование юридического лица, законодательство в то же время определяет орган, через который оно должно проявлять свою деятельность»[11]. Подобная позиция поддерживается авторами современных учебников по гражданскому праву[12]. Б.Б. Черепахин отмечал в этой связи: «Разумеется, в известном смысле можно считать, что орган представляет юридическое лицо, которое в его лице совершает правомерные юридические действия: сделки, процессуальные действия и т. д. Однако ни в коем случае нельзя сказать, что орган представительствует от имени юридического лица»[13].

По мнению сторонников второй точки зрения, которой придерживаются А. Гордон[14], В.В. Витрянский[15], Е.В. Богданов[16], Д.И. Дедов[17], А.Я. Ганижев[18], органы юридического лица являются его особыми представителями. При этом авторами отмечается, что отношения органа с юридическим лицом можно рассматривать как особый вид представительства только с точки зрения внешних отношений юридического лица с третьими лицами. С точки зрения внутренних отношений конструкция «действия органа юридического лица — это действия самого юридического лица» понимается в том смысле, что, осуществляя свою деятельность «внутри», органы образуют волю самого юридического лица[19].

Думается, такая трактовка значения указанных субъектов сводится к признанию за ними роли своеобразного аккумулятора и выразителя воли юридического лица, но одновременно исключает их из перечня субъектов, имеющих реальную возможность влияния на локальные отношения. Подобные выводы вряд ли применимы в сфере локального правового регулирования имущественных, организационных, социально-экономических, трудовых отношений, складывающихся внутри организации.

В теории права под субъектами права, которые зачастую не совсем правомерно отождествляются с субъектами (участниками правоотношений), понимаются люди, их объединения, выступающие носителями предусмотренных законом прав и обязанностей[20]. Учитывая данное определение, органы юридического лица не могут быть признаны субъектами права, поскольку они не имеют ни прав, ни обязанностей. Такими правами обладает юридическое лицо или иное социальное образование в целом. Однако в ряде специальных федеральных законов прописана компетенция соответствующих органов управления, которая позволяет говорить о наличии у таких субъектов определенного правового статуса. В отличие от правового статуса физических лиц, основной составляющей которого являются права, обязанности, ответственность, правовой статус органа юридического лица раскрывается посредством его компетенции, в рамках которой, собственно говоря, и осуществляется его деятельность. Поскольку такая деятельность основана на законе, протекает в определенной законом или локальных правовых актах процессуальной форме, преследует социальные цели, нет никаких препятствий для обозначения ее в качестве юридической.

Анализируя практику локального правового регулирования и действующее законодательство, мы обнаруживаем, что в локальных отношениях органы юридического лица действуют от собственного имени. Так, общее собрание, исполнительные органы хозяйствующих субъектов принимают локальные правовые акты по вопросам своей компетенции самостоятельно, без указания на осуществление этих действий от имени юридического лица. Данные выводы подтверждаются положением п. 8 ст. 225.1 АПК РФ, предусматривающим рассмотрение арбитражными судами споров об обжаловании решений органов управления юридического лица.

Сказанное, на наш взгляд, не оставляет сомнений в том, что в процессе локального правового регулирования юридическое лицо как субъект не функционирует, поскольку на этом уровне его свойства как субъекта гражданского оборота теряют свое значение, а на передний план выходят его органы управления.

 

Библиография

1 См.: Шиткина И.С. Правовое регулирование деятельности коммерческих организаций внутренними документами // СПС «Гарант».

2 См.: Могилевский С.Д. Правовые основы деятельности акционерных обществ // СПС «Гарант».

3 См.: Осипенко О. Формирование институтов корпоративной сферы: российский опыт (экспериментальный спецкурс) // Российский экономический журнал. 2005. № 4. С. 67.

4 См.: Подвысоцкий П.Т. Субъекты локального регулирования // Трудовое право. 2003. № 6. С. 67.

5 См.: Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. — М., 1984.

6 См.: Рясенцев В.А. Представительство и сделки в современном гражданском праве. — М., 2006.

7 См.: Розенберг Я.А. Представительство в советском гражданском праве. — Рига, 1974.

8 См.: Черепахин Б.Б. Труды по гражданскому праву. — М., 2001.

9 См.: Могилевский С.Д. Органы управления хозяйственными обществами. — М., 2001.

10 См.: Ломакин Д.В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. — М., 2008.

11 Мейер Д.И. Русское гражданское право. — М., 1997. Ч. 1. С. 126.

12 См.: Ломакин Д.В. Общие положения об органах акционерного общества // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 2003. № 4. С. 27—30.

13 Черепахин Б.Б. Указ. соч. С. 306.

14 См.: Гордон А. Представительство в гражданском праве. — Спб., 1879. С. 125.

15 См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга первая: Общие положения. — М., 2005. С. 660.

16 См.: Богданов Е.В. Правовое положение органа юридического лица // Журнал российского права. 2001. № 3. С. 108—113.

17 См.: Дедов Д.И. Конфликт интересов. — М., 2004. С. 39—40.

18 См.: Ганижев А.Я. Проблема правового статуса органа юридического лица и пути ее разрешения в российском гражданском законодательстве // Журнал российского права. 2010. № 7.

19 Там же. С. 114—115.

 

20 См.: Матузов Н.И., Малько А.В. Теория государства и права: учеб. — М., 2003. С. 388.