Е.Е. ТОНКОВ,

декан юридического факультета Белгородского государственного университета, профессор кафедры уголовного права и криминологии, доктор педагогических наук

 

Концепцией государственной политики по контролю за наркотиками в Российской Федерации (далее — Концепция) еще в 1993 году были определены принципы, соблюдение которых должно обеспечить ее реализацию: сбалансированное применение воспитательных и принудительных мер, а также скоординированное проведение просветительных, лечебно-реабилитационных и правоохранительных мероприятий[1].

В Концепции были определены первоочередные задачи по совершенствованию и правовому обеспечению деятельности по контролю за оборотом наркотиков, по созданию межведомственной системы сбора и анализа информации об их распространении, широкому внедрению объективных методов идентификации наркотических средств, совершенствованию медицинских и юридических подходов к раннему выявлению незаконных потребителей этих средств, а также по выделению групп населения с повышенным риском незаконного потребления наркотиков и дифференцированному проведению в отношении них предупредительных мероприятий.

Более развернутое определение принципы государственной политики в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ и в области противодействия их незаконному обороту нашли в ст. 4 Федерального закона от 08.01.1998 № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» (в ред. от 01.12.2004; далее — Закон о наркосредствах). К ним относятся:

· государственная монополия на основные виды деятельности, связанные с оборотом наркотических средств, психотропных веществ;

· лицензирование всех видов деятельности, связанных с оборотом наркотических средств, психотропных веществ;

· координация деятельности федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления;

· приоритетность мер по профилактике наркомании и правонарушений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных веществ;

· стимулирование деятельности, направленной на антинаркотическую пропаганду;

· государственная поддержка научных исследований в области разработки новых методов лечения наркомании;

· привлечение негосударственных организаций и граждан к борьбе с распространением наркомании и развитию сети учреждений медико-социальной реабилитации больных наркоманией;

· развитие международного сотрудничества в области противодействия незаконному обороту наркотических средств, психотропных веществ на многосторонней и двусторонней основе.

Время, прошедшее с момента принятия Концепции и Закона о наркосредствах, показало, что государство не справляется с возложенными на него функциями в рассматриваемой сфере, а его деятельность не отвечает философским основам осуществляемых реформ. Изложенный в Концепции неблагоприятный общий прогноз ситуации с наркотиками не только подтвердился, но и существенно усугубился прогрессирующими негативными процессами.

Как справедливо подчеркивает Н.И. Матузов, «в результате допущенных в ходе реформ ошибок, поспешности и некомпетентности было потеряно много возможностей»[2].

Распространению наркотизации способствовало и то, что в 1990-х годах российское общество не осознавало всех масштабов опасности, которую несет расширение неконтролируемого использования психоактивных веществ. Общественное мнение в отношении значимости антинаркотической политики длительное время не формировалось, пока проблема не затронула интересы существенной части населения страны. В выступлениях политиков, руководителей органов законодательной и исполнительной власти, ученых, представителей творческой интеллигенции, где была представлена объективная картина развития наркоситуации в стране, обращалось внимание на необходимость принятия экстренных мер в условиях отсутствия действенной государственной антинаркотической политики. Но все эти призывы не смогли консолидировать общество для реального решения проблем борьбы с наркобизнесом и наркоманией.

В связи с этим есть все основания полагать, что принципы государственной антинаркотической политики нуждаются в переосмыслении, дополнении и переоценке с учетом достигнутых результатов, анализа упущений, определения новых подходов и актуализации задач. Формирование свободного гражданского общества, реальной демократии, создание правового государства подразумевают господство права и закона. Сильное государство, соответствующее современным характеру и структуре общества, должно располагать не менее эффективной методологией и реальным инструментарием, позволяющими обеспечить надежное противостояние угрозе наркотизации.

Тем самым актуализируется проблема развития научной составляющей государственно-правовой политики в сфере противодействия незаконному обороту наркотиков, которая должна проводиться в неразрывной связи с деятельностью по защите прав и свобод человека и гражданина, установлению конституционного правопорядка, сохранению психического здоровья нации при соблюдении принципов сбалансированного применения воспитательных и принудительных мер, скоординированного решения задач правоохранительной и просветительской направленности.

По мнению В.В. Лапаевой, «...расширение сферы действия государственной научной политики обусловлено тем обстоятельством, что в настоящее время без науки невозможно обеспечить такое качество государственных решений, которое гарантировало бы населению современные стандарты жизни»[3].

Методологическим инструментом реформирования системы противодействия наркотизации общества должна стать концепция управления рассматриваемым процессом, означающая не только изменение направленности государственно-правовой политики страны в данной сфере, но и придание самой категории «противодействие наркотизации общества» временного статуса одной из функций государства. Рассмотрение права в плоскости социальной технологии предполагает, что методология должна выстраиваться с позиции не только ее системности, но и функциональности. Это дает веские основания оценивать в рамках правовой системы государства эффективность противодействия наркотизации, то есть качество деятельности государства и общества по решению поставленной задачи.

Право, как и другие виды социальных норм, осуществляет специфические регулятивные функции в тесном взаимодействии с другими социальными регуляторами, в частности с моралью. При этом имеется в виду не только ориентированность на безусловное исполнение законов и совершенствование правоприменительной практики, но и наполнение антинаркотической деятельности качественно иным содержанием, подразумевающим, помимо прочего, использование нравственного потенциала общества. В механизме противодействия наркотизации присутствует сложная духовная составляющая, что требует расширения методологических границ формально-юридического подхода до социологических и психолого-педагогических параметров.

Реализация государственно-правовой политики противодействия наркотизации общества предполагает и обусловливает наличие особого управляющего механизма в виде различных учреждений и организаций. Данный механизм представляет собой определенный комплекс социальной регуляции, располагающий специфическими стимулами, методами и средствами управления деятельностью государственных органов и общественных организаций. Он характеризуется системой мер, с помощью которых обеспечивается выполнение поставленных задач. В нее входят как юридические нормативы и административно-дисциплинарные меры, так и методы общественного воздействия.

Научно обоснованное и эффективное управление социальным развитием общества сегодня становится пристальным объектом наиболее перспективных междисциплинарных исследований. Несмотря на то, что фундаментальная наука непрерывно производит новое знание, адекватная взаимосвязь между наукой и обществом пока не сформировалась. Это является немаловажным аргументом в пользу разработки системы управления процессом противодействия наркотизации общества.

Новое понимание принципов взаимодействия теории с практикой социального управления, основанное на приоритете человеческих целей и ценностей, является одним из характерных признаков управления противодействием наркотизации общества. Его объектом служит процесс управления, а задачи заключаются в разработке теоретических проблем и практических вопросов, в выработке научных рекомендаций по его совершенствованию.

Но управление — это не строгая регламентация, а обеспечение направленности развития личности на основе ее собственной активности. Именно такой подход позволяет рассматривать противодействие наркотизации общества как процесс государственного управления антинаркотической деятельностью. Опосредующим звеном этой связи служит теоретический раздел формализации знаний, причем при моделировании рассматриваемых явлений формальный подход не угрожает науке потерей ее предмета — напротив, на этом пути открываются перспективы сочетания качественных и количественных показателей в исследовании явлений и закономерностей, совершенствовании механизма правового регулирования рассматриваемой деятельности.

Без обеспечения эффективного правового регулирования любой сферы социальной практики невозможно достижение поставленных целей. С.С. Алексеев определяет сущность правового регулирования как проводимое при помощи правовых средств (юридических норм, правоотношений, индивидуальных предписаний и др.) результативное, нормативно-организационное воздействие на общественные отношения с целью их упорядочения, охраны, развития в соответствии с общественными потребностями[4].

В общем механизме правового регулирования оборота наркотических средств и психотропных веществ на территории Российской Федерации система противодействия наркотизации действует с учетом определенных тенденций, выражающих причинную связь между компонентами процесса управления, при которой изменение одних параметров приводит к изменению других.

Если тенденции выражают существенные и необходимые связи между причиной и следствием, то принципы определяют стратегию и тактику управления. В принципах отражаются наиболее общие нормы деятельности, тогда как тенденция — это предполагаемая потенциальная, будущая закономерность или закон, неразрывная связь между явлениями и процессами, состояниями и свойствами, которая при определенных объективных условиях может перейти в категорию закономерностей. Тенденция указывает на движение, устойчиво выраженное направление развития. При этом познание закономерностей осуществления процесса обеспечивает возможность своевременной коррекции.

По словам Н.И. Матузова, важнейшей задачей правоведения является раскрытие внутренней закономерности развития любой сущности, что предполагает выявление тенденций такого развития, каждая из которых воплощает различные возможности его дальнейшего хода, соотношение этих тенденций, борьбы их между собой. Под действительностью он понимает все реально существующее, то есть реализованную возможность[5].

Принципы в научном смысле выполняют двоякую роль. Во-первых, принцип (как центральное понятие) распространяет свое действие на все явления той области, из которой он абстрагирован. Во-вторых, принцип выступает в качестве алгоритма действия — норматива, предписания. В общем виде принципы, трактуемые в теории управления как устойчивые правила сознательной деятельности людей, обусловлены действием объективных законов.

Сформулировать систему принципов деятельности государства по противодействию наркотизации общества затруднительно без обращения к принципам права, которым посвятили свои труды многие специалисты. Если регулятивное значение законодательно закрепленных принципов представляется общепризнанным, то нормативно-регулятивная роль принципов, которые в законодательстве не отражены, целым рядом ученых отрицается. Так, В.И. Зажицкий полагает, что никакие идеи, не получившие закрепления в законе, не могут считаться правовыми принципами2. Нам же более импонирует точка зрения [6].С. Байниязовой, в соответствии с которой «...такое понимание существенным образом умаляет объективное значение принципов в правовой жизни и правовой системе, судьба которых, их правовая роль в обществе, исходя из такой позиции, фактически зависят не от их правовой природы, а от воли законодателя, которая в некоторых случаях весьма субъективна»[7].

Поэтому мы присоединяемся к мнению тех ученых, которые не связывают столь категорично существование и действие правовых принципов с их формально-юридической закрепленностью. Это дает нам основания выделить принципы деятельности государства по противодействию наркотизации, под которыми следует понимать систему основных положений, определяющих важнейшие черты содержания рассматриваемого процесса и перспективы его развития в пределах системы общественных отношений.

По нашему мнению, управление процессом противодействия незаконному обороту наркотиков предполагает построение его (процесса) в соответствии с определенной тенденцией, в основе которой находится диалектика возможного и действительного. Было бы заманчиво выдвинуть и обосновать закономерности управления противодействием наркотизации, однако противоречивый характер его развития не дает веских доводов для формулирования закономерностей. Вместе с тем, планируя свои цели с учетом не только организационных взаимодействий, но и влияния доминирующих социальных отношений, государственно-правовая политика получает возможность корректировать и оптимизировать процесс антинаркотической деятельности.

Исходя из этого, мы выявили тенденцию, раскрывающую зависимость эффективности государственно-правовой политики противодействия наркотизации общества от личностной самореализации и социально-правовой активности граждан. Государственно-правовая политика не только обеспечивает основу самореализации, но и выступает ее средством. Потребность населения в личностной самореализации должна не подавляться государством, а напротив, постепенно становиться доминирующей ценностной ориентацией. Только в этом случае возможно положительное отношение общества к государственно-правовой антинаркотической политике на базе развитого мышления и актуализированной потребности в постоянном самосовершенствовании.

Эффективность политики во многом зависит от наличия у управляющей системы адекватной информации относительно объекта управления. Соответственно эффективность процесса самореализации во многом определяется наличием у человека адекватной информации о самом себе, о качествах своей личности, о возможностях. Ведущим фактором самореализации является самооценка личности, основанная на достоверном осознании персональных достоинств и недостатков.

Значимость рассматриваемой тенденции состоит в том, что она делает максимально актуальной проблему конкретизации параметров внешних управляющих воздействий, адекватных фактическому состоянию противодействия незаконному обороту наркотиков и обеспечивающих конструктивную направленность самореализации личности в целях повышения эффективности государственно-правовой политики в данной сфере.

Принципы деятельности государства по противодействию наркотизации имеют определяющее значение и связаны с обеспечением необходимых и достаточных условий для эффективной антинаркотической политики. При определении этих принципов следует исходить из общей концепции государственно-правовой политики, учитывать отраслевые концепции и отраслевые программы, общее и особенное в региональных программах.

Учитывая изложенное, мы определяем следующие принципы деятельности государства по противодействию наркотизации общества.

Принцип системности создает предпосылки для создания в обществе условий, дающих возможность оперативно выявлять проблемные ситуации и предпринимать целенаправленные действия по их локализации, а также использовать механизм координации и интеграции интересов и потребностей. Без общего единства всех элементов системы управления противодействием наркотизации, интегрирующей и регулирующей роли государства невозможно целостное, логически стройное, целенаправленное конструирование и действие рассматриваемого процесса. Сочетание общего, особенного и единичного в системе является необходимой основой ее функционирования.

Принцип субъектно-объектной сбалансированности между сторонами управленческих отношений, управляющей и управляемой системами, в организационных параметрах которых осуществляется взаимодействие в процессе реализации цели управления.

Принцип межфакторной взаимообусловленности отражает специфику реализации государственно-правовой антинаркотической политики. Эта политика требует от руководителей государственных органов нетрадиционного понимания сущности наркотизации, а значит, и адекватных практических действий, определенной переоценки стереотипов и сформированных ими ценностей.

Принцип поуровневой дифференциации профилактических действий требует учета личностных особенностей граждан и одновременно учета особенностей структурированных групп общества, в которые они объединены.

Принцип социально-правовой компетентности, основу которого составляет юридическая грамотность, выражающаяся не только в обладании специальными навыками и знаниями, но и в интеграции социальных стратегий управления, создающих необходимый позитивный эффект. Юридическая грамотность является результатом концентрации управления на развитии социальной и культурной компетентности личности.

Принцип формирующей направленности отражает воспитывающий характер государственно-правовой политики противодействия наркотизации. Хотя политика государства основана во многом на директивной мотивации поведения граждан, она должна обеспечивать их нравственно-правовое воспитание. Логика эффективной антинаркотической деятельности объясняется конкретизацией цели не «сверху вниз», а от самого общества, его потребности в преодолении наркотической зависимости граждан.

Принцип аксиологической функциональности: государственно-правовая антинаркотическая политика отдает приоритет целям и интересам общества, а уже опосредованно речь идет о целях, ориентациях, потребностях индивидов, составляющих социум. По отношению к личности интересы общества выступают в качестве определенной системы требований, направляющих, ограничивающих и регулирующих ее социальное поведение. В антинаркотической деятельности движущими силами являются главным образом не личные интересы, а потребности общества, в той или иной мере усвоенные индивидом.

Принцип пропорциональности взаимообмена требует поиска взаимоприемлемых решений и инициативного взаимодействия на основе готовности общества к противодействию наркотизации. Необходимо, чтобы не только государство, но и само общество проявили желание решить проблему, — без этого обеспечить эффективность социального взаимодействия и адекватной коммуникации невозможно. Правовые ограничения призваны при этом обозначить пределы негативной активности и создать условия для повышения уровня позитивной активности населения.

Таким образом, государственно-правовая политика противодействия наркотизации общества должна осуществляться на основе всемерного развития и стимулирования сущностных сил личности, обеспечения ее возможностей совершить собственный выбор социальной позиции.

 

Библиография

1 См.: Концепция государственной политики по контролю за наркотиками в Российской Федерации (утв. Постановлением Верховного Совета РФ от 22.07.1993 № 5494-1).

2 Матузов Н.И. Право и политика в их взаимодействии / Российская правовая политика: Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. — М., 2003. С. 34.

3 Лапаева В.В. Политика Российской Федерации в области науки и технологий: проблемы правового обеспечения // Законодательство и экономика. 2004. № 2. С. 25.

4 См.: Алексеев С.С. Философия права: История и современность. Проблемы. Тенденции. Перспективы. — М., 1999. С. 145—146.

5 См.: Матузов Н.И. Актуальные проблемы теории права. — Саратов, 2003. С. 15.

6 См.: Зажицкий В.И. Правовые принципы в законодательстве Российской Федерации // Государство и право. 1996. № 11. С. 92.

7 Байниязова З.С. Некоторые вопросы понимания функций правовых принципов // Актуальные проблемы правоведения. 2004. № 1. С. 33.