УДК 347.91/.95 

Страницы в журнале: 86-90

 

А.Ю. ЕФРЕМОВА,

аспирант факультета государственного управления МГУ

 

Статья посвящена проблеме единообразного применения высшими судами норм материального и процессуального права, разграничения подведомственности дел между судами общей юрисдикции и арбитражными судами. Автор высказывает мысль о необходимости создания единого судебного органа, призванного решать спорные вопросы судебной практики.

Ключевые слова: судебная практика, подведомственность, взаимодействие судов.

 

Problems of interaction of the Supreme Arbitration Court of the Russian Federation  with the Russian Supreme Court and Constitutional Court of the Russian Federation

 

Efremova А.

 

The article deals with the uniform application of the highest courts of substantive and procedural law, the division of case jurisdiction between courts of general jurisdiction and arbitration courts. The author expresses this idea of creating a single judicial body to resolve disputed issues of judicial practice

Keywords: jurisprudence, jurisdiction, the interaction of the courts.

 

В  настоящее время судебную систему Российской Федерации составляет конституционная юстиция, суды общей юрисдикции, арбитражные суды. Рассмотрением споров между хозяйствующими субъектами занимаются суды общей юрисдикции, Конституционный суд РФ, арбитражные суды. По роду своей деятельности высшие органы трех систем судов в России должны сотрудничать и взаимодействовать друг с другом. Целью данного сотрудничества выступает оптимальное по своему распределению функций разрешение экономических, управленческих и административных споров, конституционный контроль, эффективное регулирование гражданского оборота. Данное взаимодействие осложняется рядом проблем.

Ведущим субъектом регулирования публично-правовых отношений в единой федеральной системе арбитражных судов выступает государство в лице Высшего арбитражного суда РФ, выполняющего целый ряд важных полномочий[1]. ВАС РФ является высшим судебным органом по разрешению экономических споров и иных дел, рассматриваемых арбитражными судами, осуществляет надзор за деятельностью нижестоящих судов, дает разъяснения по вопросам судебной практики (ст. 127 Конституции РФ).

Правовая позиция ВАС РФ находит отражение в виде постановлений пленума и Президиума ВАС РФ. Особенность таких постановлений заключается в том, что они:

— занимают особое место в системе источников права, применяемых судом при разрешении спора, являясь одним из эффективных способов совершенствования законодательства;

— обладают особыми юридическими свойствами, проявляющимися в том, что арбитражные суды используют их наряду с нормативными правовыми актами в качестве правовых оснований;

— представляют собой обнародование официальной позиции высших судебных инстанций по вопросам арбитражной судебной практики и направлены на единообразное применение судами законодательства;

— не ставя перед собой задачи заменить одну действующую норму закона на другую, наполняют ее конкретным содержанием, например, расширяя сферу ее применения, уточняя механизм ее реализации.

При парадоксальной ситуации в российской правовой системе, когда официально в нормах позитивного права прецедент отсутствует, а в судебной деятельности правовое значение судебной практики не отрицается, следует закрепить роль постановлений пленума ВАС РФ2. Постановление Пленума ВАС РФ от 14.02.2008 № 14 «О внесении дополнений в Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.03.2007 № 17 “О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре вступивших в законную силу судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам”» на деле вводит в Российской Федерации прецедентную систему права.

В 2008 году, комментируя проект указанного постановления, председатель Арбитражного суда г. Москвы А. Большова отметила, что данные коррективы приведут к нестабильности сложившейся судебной практики, так как формирование ВАС РФ новой правовой позиции не является, как указано в проекте, основанием пересмотра дел, по которым утрачена возможность обжалования. Позиция ВАС РФ ставит в неравное положение участников арбитражного судебного процесса, часть из которых, не утратившая возможности обжалования, может получить желаемый результат по делу, а другая часть, такое право утратившая, — не может и никогда не сможет[3]. Выход виделся в принятии постановлений пленума ВАС РФ сразу после принятия закона в целях формирования единообразной судебной практики и единого толкования и применения судами норм права. Примеры такой позитивной практики — совместное постановление Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 28.02.1995 № 2/1, принятое в связи с введением в действие части первой ГК РФ, постановление Пленума ВАС РФ от 09.12.2002 № 11, принятое в связи с введением в действие АПК РФ 2002 года.

Если говорить о взаимодействии ВАС РФ с КС РФ, то в Федеральном конституционном законе от 28.04.1995 № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации» конкретизированы полномочия ВАС РФ и его пленума, связанные с обращением в КС РФ с запросом о проверке конституционности указанных в ч. 2 ст. 125 Конституции РФ законов, иных нормативных актов и договоров, а также полномочия любого арбитражного суда, касающиеся обращения с запросом о проверке конституционности закона, примененного или подлежащего применению в рассматриваемом им деле. АПК РФ 1995 года в ст. 81 обязывал арбитражные суды приостанавливать производство по делу в случае невозможности его рассмотрения до принятия решения по вопросу, рассматриваемому в порядке конституционного судопроизводства[4]. В АПК РФ 2002 года обязательным основанием для приостановления производства по делу в соответствии со ст. 143 является невозможность его разбирательства до принятия решения по другому делу, рассматриваемому КС РФ, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции или арбитражным судом. По АПК РФ 1995 года у арбитражных судов не было обязанности приостанавливать дело до разрешения другого дела конституционными (уставными) судами субъекта Российской Федерации; в АПК РФ 2002 года такая обязанность предусмотрена.

Приостановление производства по делу обязательно в случае рассмотрения КС РФ жалобы на нарушение конституционных прав и свобод граждан, если эта жалоба связана с делом, рассматриваемым арбитражным судом. Решая вопрос о приостановлении, суд должен убедиться в том, что жалоба принята КС РФ к рассмотрению, т. е. возбуждено производство по делу.

Также следует отметить, что существует проблема двойственности — обязанности или права — арбитражных судов на обращение с запросом о конституционности законов в КС РФ. Часть 4 ст. 125 Конституции РФ предусматривает право судов обратиться в КС РФ с запросом о конституционности закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле[5]. Согласно ч. 1 ст. 15 Конституции РФ Основной закон имеет прямое действие, а следовательно, любой судья, независимый и подчиняющийся в первую очередь Конституции РФ, вправе непосредственно применять конституционные положения в конкретном деле[6]. Часть 3 ст. 5 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» гласит, что при обнаружении противоречий в нормативных актах суд принимает решение в соответ-ствии с правовыми положениями, имеющими наибольшую юридическую силу. ВС РФ так же истолковал эту возможность суда в постановлении Пленума ВС РФ от 31.10.1995 № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия»: в случае неопределенности в вопросе о том, соответствует ли примененный или подлежащий применению по конкретному делу закон Конституции РФ, суд обращается в КС РФ с запросом. То есть суд на свое усмотрение применяет Конституцию РФ напрямую либо обращается в КС РФ за разъяснением, если считает это необходимым.

Вместе с тем ст. 101 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» устанавливает обязанность суда обращаться в КС РФ с таким запросом. Кроме того, существует аналогичная позиция самого КС РФ, которая нашла выражение в мотивировочной части постановления от 16.06.1998 № 19-П «По делу о толковании статей 125, 126, 127 Конституции Российской Федерации» (именно в ст. 125 закреплена невозможность официального признания закона неконституционным и утрачивающим юридическую силу исходя из выводов других судов, кроме КС РФ).

Некоторые ученые критикуют федеральные конституционные законы как не соответствующие Конституции РФ[7].

Еще один интересный аспект взаимодействия трех высших судов затрагивает Л. Грось, которая, видимо, тоже стоит на позиции восприятия прямого действия конституционных положений. Она ставит вопрос о возможности защиты нарушенных конституционных прав юридического лица субъекта в арбитражном суде, считая, что в постановлении КС РФ от 16.06.1998 № 19-П необоснованно отнесено к исключительной компетенции КС РФ разрешение дел о такой защите при нарушении прав неконституционными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, что ограничивает права граждан и других субъектов права в стране на судебную защиту[8]. Она обоснованно считает, что КС РФ призван решать вопросы права в целом, а арбитражный суд — защищать нарушенные права юридических лиц и делать вывод об отсутствии определенной юридической обязанности из-за неконституционности нормативного акта субъекта Российской Федерации. Также автор отмечает и положительно оценивает зарождение практики отношения к Конституции РФ как к акту прямого действия в деятельности арбитражных судов и судов общей юрисдикции.

Л.А. Грось, утверждая о том, что арбитражный суд может применять Конституцию РФ напрямую (ссылаясь на ч. 1 ст. 11 АПК РФ), делает вывод о несомненном праве арбитражного суда признавать федеральные законы неконституционными. Однако при анализе Конституции РФ можно увидеть разницу между утратой нормативным актом юридической силы вследствие признания его неконституционным (ч. 6 ст. 125 Конституции РФ) и неприменением акта, противоречащего нормативному акту большей юридической силы, без формальной его отмены (ч. 4 ст. 15, ч. 2 ст. 120 Конституции РФ). Арбитражные суды и суды общей юрисдикции, таким образом, могут отказаться от применения неконституционного (по их мнению) нормативного акта, но не имеют права признавать законы и ряд иных нормативных актов, определенных ст. 125 Конституции РФ как утрачивающие юридическую силу[9]. Нередко бывает так, что КС РФ выходит за рамки толкования закона, как, например, в случае с постановлением от 03.02.1998 № 5-П «По делу о проверке конституционности статей 180, 181, пункта 3 части 1 статьи 187 и статьи 192 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», где он признал неконституционным положение ч. 1 ст. 192 АПК РФ (о праве граждан, организаций и иных лиц на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании нормативного правового акта недействующим), поскольку она служит основанием для отказа в пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам постановлений Президиума ВАС РФ в тех случаях, когда судебный акт принят в результате судебной ошибки, которая не была или не могла быть выявлена ранее (п. 4). Это означает, что Президиум ВАС РФ должен исправлять ошибки, которые он допустил при проверке законности и обоснованности судебных актов в порядке надзора. Высшей надзорной инстанции в системе арбитражных судов предоставлено право, используя возможности такой формы судебного надзора, как пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам судебных актов, исправлять собственные ошибки в рамках процессуального законодательства.

Однако миру неизвестна такая процедура пересмотра судебных постановлений по вновь открывшимся обстоятельствам, когда в качестве последних выступает судебная ошибка. В.Ф. Яковлев в 1998 году так прокомментировал сложившуюся ситуацию: «Арбитражный суд рассматривает гражданский спор на очень большие суммы и выносит решение в пользу или одной стороны, или другой. Проигравшая сторона почти всегда решает, что суд ошибся. Выигравшая сторона считает, что суд вынес абсолютно законное решение. Всегда в делах кто-то проигрывает. Если мы пересматриваем дело, то оно пересматривается в пользу одной стороны, но против другой. Возникает вопрос: сколько же времени будет продолжаться правосудие, если в Президиум можно будет обращаться с просьбой об устранении ошибки, допущенной Президиумом? Не получится ли так, что по всем постановлениям, принятым Президиумом, появятся заявления с просьбой исправить ошибку, допущенную им? Не размывается ли само понятие высшей судебной инстанции? Правосудие где-то должно заканчиваться. Это мировая практика. Придется подумать, как выполнять это Постановление Конституционного суда РФ, которое во всяком случае для нас обязательно»[10].

Кроме того, сложным вопросом в отношениях ВАС РФ и ВС РФ остается вопрос подведомственности дел по спорам, вытекающим из административных правоотношений. В соответствии со ст. 127 Конституции РФ ВАС РФ является высшим судебным органом по разрешению экономических споров и иных дел, рассматриваемых арбитражными судами.

Как подчеркивает В.М. Жуйков, указание в этой статье на «иные дела», рассматриваемые арбитражными судами, не дает оснований для отнесения к ним административных дел, объясняя это тем, что такие дела согласно ст. 126 Конституции РФ находятся в ведении судов общей юрисдикции[11].

Таким образом, можно сделать вывод о несоответствии Конституции РФ практики отнесения административных и иных дел, возникающих из публичных правоотношений, к компетенции арбитражных судов, равно как и включение в АПК РФ раздела III «Производство в арбитражном суде первой инстанции по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений».

В связи с тем что большая часть дел, ранее рассматривавшихся судами общей юрисдикции, перешла в ведение арбитражных судов, а также из-за все еще существующих зон совместного ведения, можно говорить о проблеме подведомственности. Дуализм гражданской юрисдикции в некоторых случаях препятствует реализации конституционного права на судебную защиту и создает проблему разграничения компетенции между судами и установления подсудности споров. Общий подход к определению подсудности споров базируется на разграничении компетенции по характеру спорных правоотношений (арбитражные суды решают экономические споры и иные дела, отнесенные к их компетенции законодательством) и по субъектному составу участников (в первую очередь это юридические лица, граждане-предприниматели, а также Российская Федерация и ее субъекты). Статья 22 АПК РФ содержит примерный перечень видов экономических споров, подсудных арбитражным судам; практические рекомендации об отнесении конкретных дел к спорам, рассматриваемым арбитражными судами, даются в совместных постановлениях пленума ВС РФ и пленума ВАС РФ. Так, постановление Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» проясняет некоторые аспекты подведомственности. В частности, в п. 13 говорится: «Споры между гражданами, зарегистрированными в качестве индивидуальных предпринимателей, а также между указанными гражданами и юридическими лицами разрешаются арбитражными судами, за исключением споров, не связанных с осуществлением гражданами предпринимательской деятельности. В таком же порядке рассматриваются споры с участием глав крестьянского (фермерского) хозяйства. При разрешении указанных споров арбитражным судам следует руководствоваться нормами Кодекса, которые регулируют деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями, если иное не вытекает из закона, иного правового акта или существа правоотношений (пункт 3 статьи 23)». Такие разъяснения проводятся при совместной работе двух судов высшей инстанции.

Применение одинаковых норм материального права арбитражными судами и судами общей юрисдикции может привести к нарушению конституционного принципа равенства всех перед судом и законом и к отличию решений по аналогичным делам в зависимости от субъектного состава участников спора.

ВС РФ и ВАС РФ принимают меры для решения указанных проблем путем принятия совместных постановлений, в которых разъясняются возникшие вопросы. Однако это всех проблем не решает, поскольку процесс подготовки и принятия совместных постановлений занимает много времени. Кроме того, не всегда можно прийти к согласованному решению. Сейчас существуют зафиксированные в постановлении Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 07.06.1999 № 36/6 «О Регламенте совместных заседаний Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации» и в Федеральном конституционном законе от 29.03.2010 № 2-ФКЗ «О внесении изменений в статью 12 Федерального конституционного закона “Об арбитражных судах в Российской Федерации”» совместные заседания пленума ВС РФ и пленума ВАС РФ, на которых в соответствии с регламентом высшие судебные органы, осознавая опасность развития вышеописанного сценария развития судебной практики, принимают разъяснения в целях единообразного применения норм материального и процессуального права, разграничения подведомственности дел между судами общей юрисдикции и арбитражными судами, решения вопросов о совместном использовании права законодательной инициативы, о совместных обращениях судов в КС РФ с запросами о проверке конституционности законов, иных нормативных правовых актов и договоров. В пункте 3 регламента, приведенного в указанном постановлении от 07.06.1999 № 36/6, говорится: «Совместные заседания Пленумов проводятся по инициативе Председателей судов и по достижении предварительной договоренности между ними о содержании вопроса, выносимого на заседание, дате, времени и месте его проведения». Однако ввиду отсутствия законодательно оформленного перечня случаев и обязательств проведения совместных заседаний, а также очень сложной процессуальной формы проведения заседаний и совместного принятия постановлений, описанных в регламенте, эти заседания хаотичны, и часто высшие судебные органы принимают разъяснения без таких заседаний, в обход порядка формального совместного согласования[12].

Обособленность высших судебных органов препятствует выработке единообразной судебной практики и развитию судебной системы страны. В связи с этим возникает потребность в создании органа, который был бы компетентен решать спорные вопросы разграничения подведомственности дел между судами общей юрисдикции и арбитражными судами, причем как в общем плане, так и по конкретным делам. Кроме того, необходим орган, который решил бы и спорные вопросы толкования и применения норм материального права (с учетом того, что суды общей юрисдикции и арбитражные суды зачастую применяют одни и те же законы, но толкуют их нормы не всегда одинаково, порождая проблемы в реализации заинтересованными лицами права на доступ к правосудию) в целях обеспечения единства судебной практики в судебной системе страны.

Это мог бы быть орган, создаваемый на паритетных началах ВС РФ и ВАС РФ из числа их судей. Такой орган позволил бы оперативно решать указанные проблемы, что положительно сказалось бы на обеспечении заинтересованным лицам доступа к правосудию. Деятельность этого органа могла бы быть дополнена ежегодным отчетным собранием президиумов ВАС РФ и ВС РФ, которое проводилось бы по инициативе ВАС РФ. Так, во Франции существует Трибунал по конфликтам, который рассматривает споры о компетенции между органами административной юстиции и общегражданского правосудия. Председатель ВАС РФ А. Иванов на встрече в Санкт-Петербурге представителей всех высших судебных инстанций страны с Президентом РФ 19 июля 2010 г. предложил создать Высшее судебное присутствие — совет, который мог бы обсуждать проблемы судебной практики и вырабатывать рекомендации, не имеющие обязательного характера[13]. Однако пока эта идея не нашла поддержки: критики в виде экспертов-судей не видят необходимости в создании такой инстанции и ссылаются на то, что уже есть такая процедура, как совместные заседания пленумов ВАС РФ и ВС РФ. Однако, учитывая недостатки, о которых говорилось выше, а также возможность участия представителей КС РФ в таком совете, видится целесообразным создание такого органа.

Следует серьезно отнестись к проблеме эффективного взаимодействия трех высших судебных инстанций, ведь именно они формируют судебную практику и отвечают за ее единство, которое невозможно без налаженных тесных, плодотворных и беспрепятственных взаимоотношений. На эту проблему указал на встрече в Санкт-Петербурге представителей всех высших судебных инстанций России с Президентом РФ 19 июля 2010 г. и Председатель КС РФ В. Зорькин.

 

Библиография

1 См.: Гришина И.И. Правовой статус Высшего арбитражного суда Российской Федерации в системе органов государственной власти: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2006.

2 Там же. С. 16.

3 См.: Шиняева Н., Каширин А., Арутюнян А. Прецедент или процедурный вопрос? // ЭЖ-Юрист. 2008. 12 янв. С. 4.

4 См.: Мазуров А.В. Комментарий к Федеральному конституционному закону «О Конституционном Суде Российской Федерации» (постатейный). — М., 2009; Кутафин О.Е. Российский конституционализм. — М., 2008.

5 См.: Авакьян С.А. Конституция России: природа, эволюция, современность. — М., 2000. С. 29.

6 См.: Конституция Российской Федерации: Проблемный комментарий / А.С. Автономов, Н.С. Бондарь, А.М. Ковалев и др.; Рук. авт. колл. и отв. ред. В.А. Четвернин. — М., 1997. С. 353.

7 См., например: Хабриева Т.Я. Толкование Конституции Российской Федерации: теория и практика. — М., 1998. С. 156.

8 См.: Грось Л.А. Акты Конституционного суда РФ и право на судебную защиту // Российская юстиция. 1998. № 11. С. 3—4.

9 См.: Боровский М.В. Суды общей юрисдикции: проблемы и перспективы // Черные дыры в российском законодательстве. 2001. № 1.

10 Яковлев В.Ф. От реформирования к совершенствованию судебно-арбитражной системы, укреплению независимости судебной власти // Вестн. ВАС РФ. 1998. № 4. С. 20.

11 См.: Жуйков В.М. Судебная реформа: проблемы доступа к правосудию. — М., 2006. С. 34.

12 См.: Жуйков В.М. Указ. раб. С. 35.

13 См.: Пушкарская А., Плешанова О. Первый среди высших // Коммерсантъ. 2010. 20 июля. С. 3.