УДК 343.137.5

Т.В. ЛЕОНОВА, 
адъюнкт факультета по подготовке научно-педагогических кадров Сибирского юридического института МВД России (г. Красноярск)

В  правоприменительной деятельности нередко возникают спорные вопросы о квалификации деяний, связанных с посягательством на половую свободу и половую неприкосновенность несовершеннолетних.
Наиболее типично разграничение составов преступлений, предусмотренных статьями 132 и 135 УК РФ. Как показывает практика, в ряде случаев следственные и судебные органы ошибочно квалифицируют преступные деяния, предусмотренные ст. 132 УК РФ, как развратные действия (ст. 135 УК РФ).
 
Статьей 135 УК РФ установлена уголовная ответственность за совершение развратных действий без применения насилия в отношении лица, заведомо не достигшего 16-летнего возраста. В юридической литературе выделяется два вида развратных действий: физические и интеллектуальные[1]. Наиболее распространенными формами и способами совершения физических развратных действий являются любые манипуляции виновного или третьего лица с телом жертвы, направленные на удовлетворение половых потребностей виновного либо преследующие цель возбудить половой инстинкт у лиц, не достигших 16-летнего возраста, исключая половое сношение, гомосексуальный контакт и иные действия сексуального характера.
Главный критерий отграничения ст. 135 УК РФ от ст. 132 УК РФ — отсутствие полового (сексуального) контакта, включающего половое сношение, гомосексуальный контакт и иные действия сексуального характера. Однако на практике сложно установить ту грань, где заканчиваются развратные действия и начинается половой (сексуальный) контакт.
Определение начала сексуального контакта —  главное условие для разграничения указанных составов. Верховный суд РФ не дает определения полового (сексуального) контакта и лишь указывает, что под мужеложством следует понимать сексуальные контакты между мужчинами, под лесбиянством — сексуальные контакты между женщинами. Иные действия сексуального характера — это удовлетворение половой потребности другими способами, включая понуждение женщиной мужчины к совершению полового акта путем применения (или угрозы применения) насилия[2].
При всем многообразии поведения человека в сфере интимных отношений определить момент начала сексуального контакта достаточно сложно.
Указанную проблему пытаются разрешить многие исследователи[3], приводя и обосновывая различные формулировки. В этой связи выскажем свои соображения. По нашему мнению, сексуальным контактом является введение (прикосновение) полового органа, а равно предмета, имитирующего половой орган, одного лица в какую-либо (к какой-либо) полость (полости) или часть (части) тела другого лица. 
Именно в связи с отсутствием точного определения начала сексуального контакта в правоприменительной практике существуют проблемы в отграничении насильственных действий сексуального характера от развратных действий. 
Приведем характерный пример: подсудимый М. с целью удовлетворения своих половых потребностей заманил 11-летнюю С. в заброшенный дом. Затем, обнажив свои половые органы и половые органы малолетней С., стал прикасаться руками и половым членом к половым органам потерпевшей. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, у С. в области преддверия влагалища обнаружены ссадина и кровоизлияние под слизистую оболочку, причиненные однократным воздействием тупым твердым предметом, имеющим заостренную кромку, возможно ногтем пальца, и однократным воздействием тупым твердым предметом с гладкой, возможно близкой к сферической, формой и ограниченной по площади поверхностью. Таковым предметом могла быть головка напряженного полового члена М. Суд рассмотрел дело в особом порядке, не проводя судебного следствия, и за указанные действия подсудимый М. был осужден по ст. 135 УК РФ. Ему было назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы условно[4].
Такая позиция суда представляется нам неправильной. Во-первых, исходя из заключения судебно-медицинской экспертизы, можно говорить о том, что в указанном случае был именно сексуальный контакт — физическое воздействие на потерпевшую, а не сексуальные манипуляции виновного или третьего лица с телом жертвы, направленные на удовлетворение половой страсти виновного либо преследующие цель возбудить половой инстинкт у лица, не достигшего 16-летнего возраста, исключая половое сношение, гомосексуальный контакт и иные действия сексуального характера. 
Во-вторых, согласно приговору суда, насилие к С. не применялось, но, если учитывать ее малолетний возраст и то, что она является инвалидом детства (суд необоснованно не конкретизирует, по каким основаниям), в данном случае в обязательном порядке должна была быть проведена судебная психолого-психиатрическая экспертиза потерпевшей, необходимая для установления ее психического состояния и возможности правильного понимания С. характера и значения совершаемых с ней действий. На основании заключения указанной экспертизы можно было бы поставить вопрос о беспомощном состоянии малолетней потерпевшей в момент совершения с ней сексуальных действий. В данном случае уместно говорить либо о насильственных действиях сексуального характера — ст. 132 УК РФ (в том случае, если по заключению психолого-психиатрической экспертизы судом будет установлено, что потерпевшая находилась в беспомощном состоянии), либо о половом сношении и иных действиях сексуального характера с лицом, не достигшим 16-летнего возраста, — ст. 134 УК РФ.
Приведем еще один пример: И., будучи в состоянии алкогольного опьянения, с целью удовлетворения половой страсти и возбуждения полового инстинкта у 10-летней П., лег рядом с ней на диван, снял с нее белье и стал гладить промежность, а затем средним пальцем правой руки дважды проник в область преддверия влагалища у основания девственной плевы, чем, по заключению судебно-медицинской экспертизы, нанес П. повреждения на слизистой оболочке области влагалища у основания девственной плевы. Это дело суд также рассмотрел в особом порядке, не проводя судебного следствия, и за указанные действия подсудимый И. был осужден по ст. 135 УК РФ. Ему было назначено 8 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении[5].
Как и в предыдущем примере, не была проведена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, необходимая для установления психического состояния потерпевшей и возможности правильного понимания П. характера и значения совершаемых с ней действий. Начавшийся сексуальный контакт был признан судом развратными действиями. 
Указанную выше позицию суда, с которой мы категорически не согласны, поддерживают и некоторые исследователи. Так, к развратным действиям, по их мнению, следует относить различные сексуальные действия в отношении малолетних, например, непристойные прикосновения к их половым органам[6], проникновение в женские половые органы рукой или прикосновение мужским половым органом к телу человека[7], нарушение девственной плевы[8]. 
Кроме того, по мнению С.Д. Цэнгэл, «главный и основной критерий разграничения составов преступлений, предусмотренных ст. 132 и 135 УК РФ, заключается в том, что при совершении развратных действий отсутствует физическое или психическое насилие, направленное на совершение действий сексуального характера помимо или вопреки воле потерпевшего»[9].
Перечисленные сексуальные действия, по нашему мнению, никак нельзя считать развратными, в данном случае уместно говорить об уже начавшемся половом (сексуальном) контакте.
Кроме того, для правильной квалификации преступления необходимо определить рассматриваемые нормы — конкурирующие  либо нормы смежных составов. При конкуренции всегда применяется приоритетная конкурирующая норма, а при наличии смежных норм — одна из них, когда несовпадающие признаки носят противоположный или взаимоисключающий характер, либо имеется идеальная совокупность преступлений с совместимыми несовпадающими признаками[10].
Конкурирующие нормы отличаются от смежных тем, что первые всегда содержат все признаки, имеющиеся во вторых нормах, в том числе и признаки, отсутствующие в них, а вторые не содержат признаков, отсутствующих в первых нормах[11]. 
Смежные нормы характеризуются тем, что они по одному или нескольким признакам отличаются при совпадении всех остальных. Отличающийся признак обязательно должен быть несовпадающим, при этом не должен находиться в соотношении части и целого либо общей и специальной норм. В противном случае это будут нормы конкурирующие, а не смежные[12]. 
Проведенный анализ дает нам основание полагать, что составы преступлений, предусмотренные статьями 132 и 135 УК РФ, являются смежными, а это означает, что в случае, когда совершению мужеложства, лесбиянства, иных действий сексуального характера предшествует развращение, действия виновного должны рассматриваться как идеальная совокупность преступлений: развратных и насильственных действий сексуального характера. 
Однако в юридической литературе существует и иная точка зрения, согласно которой насильственные действия сексуального характера, совершенные сразу после развратных действий, надлежит квалифицировать по ст. 132 УК РФ, а указанные действия рассматривать как начало выполнения объективной стороны преступления, предусмотренного ст. 132 УК РФ[13]. На практике преступление часто именно так и квалифицируется, и развратные действия, предшествующие совершению насильственных действий сексуального характера, остаются безнаказанными.
Значительные трудности для органов следствия и суда представляет отграничение покушений на насильственные действия сексуального характера от совершения развратных действий. Приведем пример: подсудимый Д. неоднократно, находясь возле средней школы, демонстрировал свои половые органы 11-летней П., после чего усаживал ее в свой автомобиль и совершал в ее присутствии акт мастурбации. Однажды Д. насильно взял руку потерпевшей и прикоснулся ею к своему половому органу. Д. был задержан проезжавшим мимо нарядом милиции. Органами следствия действия Д. были квалифицированы по ст. 132 УК РФ, однако суд признал Д. виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 135 УК РФ[14]. 
Итак, развратными признаются только деяния, которые носят выраженный сексуальный характер, возбуждают у жертвы интерес к сексуальным аспектам жизни, но в то же время не являются половым сношением или иными действиями сексуального характера.
Подводя итоги исследованию проблемных ситуаций в уголовно-правовой квалификации насильственных действий сексуального характера при отграничении этого общественно опасного деяния от развратных действий, полагаем, что наибольшее внимание в правоприменительной деятельности следует уделять названным критериям, создающим надежную основу для правильной уголовно-правовой оценки выявляемых половых преступлений.

Библиография
1 См.: Утямишев А.Б. Уголовная ответственность за насильственные действия сексуального характера, не связанные с изнасилованием: Дис. … канд. юрид. наук. — Хабаровск, 2001. С. 176.
2 См.: Бюллетень ВС РФ. 2004. № 8.
3 См.: Конева М.А. Уголовно-правовая и криминологическая характеристики насильственных действий сексуального характера при гетеросексуальных и гомосексуальных контактах: Дис. … канд. юрид. наук. — Краснодар, 1999. С. 18; Кибальник А., Соломоненко И. Насильственные действия сексуального характера // Российская юстиция. 2001. № 8. С. 65; Посохова Т.В. К вопросу о моменте окончания насильственных действий сексуального характера // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе: Сб. материалов международ. науч.-практ. конф.: Сиб. юрид. ин-т МВД РФ (15—16 февраля 2007 г.). Ч. 1 / Отв. ред. С.Д. Назаров. — Красноярск, 2007. C. 293.
4 Уголовное дело № 1-292/2004 //Архив Мариинского городского суда Кемеровской области. 2004. 
5 Уголовное дело № 1-209/2004 // Там же.
6 См.: Цэнгэл С.Д. Квалификация насильственных действий сексуального характера: Дис. … канд. юрид. наук. — СПб., 2005. С. 173.
7 См.: Игнатов А.Н. Квалификация половых преступлений: Учеб. пособие. — М., 1974. С. 214.
8 См.: Цэнгэл С.Д. Указ. раб. С. 177; Игнатов А.Н. Указ. соч. С. 214.
9 См.: Цэнгэл С.Д. Указ. раб. С. 179.
10 См.: Иногамова-Хегай Л.В. Конкуренция норм уголовного права: Дис. … д-ра юрид. наук. — М., 1999. С. 180.
11 См. там же. С. 171.
12 См. там же. С. 172.
13 См.: Цэнгэл С.Д. Указ. раб. С. 175.
14 Уголовное дело № 1-264/2002 // Архив Советского районного суда г. Красноярска. 2002.