Н.С. СКРИПЕЦ,

аспирант кафедры гражданского права  и процесса Львовского национального университета им. Ивана Франко

 

Анализируя современные мировые тенденции разрешения споров, можно заметить, что с каждым годом все большее число лиц предпочитает внесудебные альтернативные способы их разрешения. Государственные суды «отпугивают» своим чрезмерным формализмом и неоправданной длительностью рассмотрения дел. В то же время негосударственные институции, такие как третейские суды, обещают быстрое решение спора, не осложненное лишними формальностями. В связи с этим с каждым годом количество обращений в третейские суды растет.

При рассмотрении любого дела и в су-де государственном, и в суде третейском важным для участников процесса является его результат, т. е. исполнение принятого решения. Именно в этом аспекте третейские суды уступают государственным, поскольку не имеют собственных полномочий для обеспечения принудительного исполнения своего решения. Поэтому сторона, в пользу которой принято решение третейского суда, может выбрать один из двух путей:

1) ждать добровольного исполнения решения третейского суда противоположной стороной;

2) обращаться в государственный суд с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Проанализируем процедуру рассмотрения судом общей юрисдикции дела по заявлению о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. Для более детального анализа этого вопроса считаем целесообразным исследовать законодательство двух государств, близких как территориально, так и нормативно, — Украины и Российской Федерации. Такое сопоставление позволит узнать больше о законодательстве обоих государств, определить преимущества и недостатки нормативного регулирования того или иного государства, выбрать оптимальную форму для производства по делам о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Прежде всего следует отметить, что производство по делам о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда регламентируется нормами Гражданского процессуального кодекса Украины 2004 года [1] (гл. 2 раздела VII-1) и Гражданского процессуального кодекса РФ (гл. 47 раздела VI). Отдельные вопросы, касающиеся исполнения решений третейских судов, освещены также в Законе Украины от 11.05.2004 «О третейских судах» (далее — Закон Украины) и Федеральном законе от 24.07.2002 № 102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» (далее — Закон № 102-ФЗ).

Нельзя обойти вниманием и правовую позицию высших судебных органов по этому вопросу: Обобщение Верховного Суда Украины от 11.02.2009 «Практика применения судами Закона Украины "О третейских судах"» (далее — Обобщение ВСУ) и информационное письмо Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об обжаловании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов».

На первый взгляд оба законодателя закрепили одинаковый порядок рассмотрения этой категории дел. Однако при детальном исследовании нормативно-правового регулирования производства по делам о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда обнаруживается ряд отличий, которые играют ключевую роль в осуществлении судопроизводства по рассматриваемой категории дел.

Подсудность. Первым отличием производства по делам относительно исполнения решений третейских судов в Украине и в Российской Федерации является подсудность. Так, согласно ст. 423 ГПК РФ заявление о выдаче исполнительно листа на принудительное исполнение решения третейского суда подается в районный суд по месту жительства или месту нахождения должника либо, если место его жительства или место нахождения неизвестны, — по месту нахождения имущества должника — стороны третейского разбирательства. Таким образом, устанавливается подсудность по месту жительства/нахождения должника.

Украинский законодатель иначе решил этот вопрос: в ст. 389-7 ГПК Украины закреплено, что заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда подается в суд по месту проведения третейского рассмотрения. Стоит отметить: такое определение подсудности украинским законодателем повлекло немалые проблемы на практике. Ведь до 2009 года в национальном законодательстве Украины не закреплялась обязанность третейского суда рассматривать дела по своему месту нахождения. Следовательно, на практике были случаи, когда местные суды выдавали исполнительный лист на решение третейского суда, располагавшегося в другой области, и в отношении имущества, которое также находилось на территории другой административной единицы. Так, суды Запорожской области рассмотрели 16 дел в отношении имущества, находившегося в г. Ялте, 4 дела в отношении имущества в Днепропетровской области, 3 — по поводу имущества в г. Кривой Рог, по одному делу — в городах Симферополе и Геническе. Во всех этих случаях имело место привлечение в качестве ответчиков физических лиц, зарегистрированных в г. Запорожье, которые якобы намеревались приобрести спорное имущество, но не признавали за истцом права собственности [2]. Украинский законодатель отреагировал на сложившуюся ситуацию только после опубликования Обобщения ВСУ и разоблачения в нем ряда злоупотреблений с подсудностью дел об исполнении решений третейских судов государственными судами. Поэтому 5 марта 2009 г. были внесены изменения в Закон Украины, в котором определено место проведения третейского разбирательства: согласно ст. 30 местом проведения третейского рассмотрения дела в постоянно действующем третейском суде является место нахождения этого третейского суда. Место проведения третейского рассмотрения дела в третейском суде для разрешения конкретного спора определяется третейским соглашением.

Теперь попытаемся выяснить, кто из законодателей (украинский или российский) более удачно определил подсудность дел о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения  третейского суда. Как представляется, российское законодательство в этом аспекте стоит на принципах защиты прав должника. Ведь исполнение решения третейского суда, принятого не в его пользу, в первую очередь повлечет определенные негативные последствия для него.

Украинский законодатель определяет подсудность данной категории дел исходя из следующих принципов:

1) стороны добровольно избрали постоянно действующий третейский суд для решения имеющегося между ними спора или же добровольно определили место проведения третейского рассмотрения судом ad hoc, а следовательно, логично, что и процедура исполнения такого решения определяется исходя из места проведения третейского рассмотрения;

2) в определенных случаях, а именно по ходатайству одной из сторон, государственный суд должен истребовать материалы третейского дела. Очевидно, что законодатель учел и этот аспект и решил упростить процедуру передачи материалов дела, уменьшив территориальные расстояния.

Как видим, оба способа определения подсудности дел о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда являются обоснованными и имеют право на существование. Один базируется на первоочередном учете интересов должника, другой исходит из принципов договорного характера третейского рассмотрения и определения сторонами места его проведения.

Сроки рассмотрения дела о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда в украинском и российском законодательстве различны. Так, ст. 425 ГПК РФ определяет, что анализируемая категория дел должна рассматриваться судьей в срок, не превышающий одного месяца. В статье 389-9 ГПК Украины предусматривается срок вдвое короче — 15 дней с момента поступления заявления в суд. Учитывая, что при рассмотрении данной категории дел не происходит разрешения спора по существу, а лишь устанавливается наличие/отсутствие оснований, которые могут быть причиной для отказа в выдаче исполнительного листа, представляется, что 15-дневного срока для рассмотрения дела о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда вполне достаточно.

Следовательно, установление 15-дневного срока для рассмотрения анализируемой категории дел в украинском гражданском процессуальном законодательстве является обоснованным и соответствует положению ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года относительно разумного срока рассмотрения дела судом.

Истребование материалов третейского дела. Как украинское, так и российское гражданское процессуальное законодательство предусматривает возможность государственного суда истребовать материалы третейского дела при рассмотрении вопроса о выдаче исполнительного листа. Обязательным условием для такого истребования является наличие ходатайства обеих сторон (ст. 425 ГПК РФ) или хотя бы одной из сторон (ст. 389-9 ГПК Украины). В данном вопросе российский законодатель оказался последовательнее, чем украинский. Ведь нормой ст. 425 ГПК РФ предусмотрено обязательное условие для истребования материалов третейского дела государственным судом (согласие двух сторон), а также указано, что данная правомочность является правом суда, а не обязанностью, о чем свидетельствует словосочетание «судья может». Следовательно, при рассмотрении дел о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда истребование материалов дела происходит крайне редко.

Что касается украинского законодателя, то истребование материалов третейского дела оно определяет обязанностью суда при наличии ходатайства одной из сторон, о чем свидетельствует формулировка «суд истребует». Кроме того, следует отметить и несогласованность норм ГПК Украины и Закона Украины: в последнем закреплена обязанность суда истребовать дело из постоянно действующего суда независимо от воли сторон (ст. 56). Поэтому смело можно констатировать тот факт, что процедура истребования материалов третейского дела в российском законодательстве, в отличие от украинского, определена без так называемого нормативного конфликта.

Основания для отказа в выдаче исполнительного листа в украинском и российском гражданском процессуальном законодательстве также несколько отличаются. Общими для нормативных правовых актов обоих государств, исходя из положений ст. 426 ГПК РФ и ст. 389-10 ГПК Украины, являются следующие основания:

1) третейское соглашение недействительно по основаниям, предусмотренным законом;

2) решение третейского суда принято по спору, не предусмотренному третейским соглашением или не подпадающему под его условия, либо содержит постановления по вопросам, выходящим за пределы третейского соглашения;

3) состав третейского суда или процедура третейского разбирательства не соответствовали третейскому соглашению или закону;

4) решение третейского суда было отменено судом в соответствии с законом;

5) спор, рассмотренный третейским судом, не может быть предметом третейского разбирательства в соответствии с законом.

В то же время ст. 426 ГПК РФ предусматривает два дополнительных основания для отказа в выдаче исполнительного листа: 1) решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права; 2) сторона не была уведомлена должным образом об избрании (назначении) третейских судей или о третейском разбирательстве, в том числе о времени и месте заседания третейского суда, либо по другим уважительным причинам не могла представить третейскому суду свои объяснения.

В статье 389-10 ГПК Украины как основания для отказа в выдаче исполнительного листа также определены: 1) пропущенный срок для обращения о выдаче исполнительного листа, причем причины пропуска срока не признаны судом уважительными (для сравнения: следствием пропуска срока, установленного для обращения об исполнении решения третейского суда, ст. 45 Закона № 102-ФЗ определено возвращение заявления без рассмотрения); 2) решение третейского суда содержит способы защиты прав и охраняемых интересов, не предусмотренные законом; 3) постоянно действующий суд не предоставил по требованию соответствующее дело; 4) третейский суд решил вопрос о правах и обязанностях сторон, не участвовавших в деле.

Интересным представляется и тот факт, что, согласно ст. 60 ГПК Украины, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений. Следовательно, именно заявитель по делам о выдаче исполнительного листа обязан доказать отсутствие оснований для отказа в выдаче исполнительного листа, а противоположная сторона — их наличие.

Таким образом, анализ этой категории дел свидетельствует, что в Украине действуют принципы состязательности и диспозитивности гражданского судопроизводства. В то же время ст. 426 ГПК РФ разграничивает основания для отказа в выдаче исполнительного листа, доказательство наличия которых возлагается на сторону, и основания, наличие которых выясняет непосредственно суд. Из вышеизложенного можно сделать вывод, что при рассмотрении анализируемой категории дел в Российской Федерации, в отличие от Украины, принципы диспозитивности и состязательности действуют в ограниченном виде. Следовательно, каждое государство выбрало для себя наиболее подходящую модель рассмотрения дел о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, отвечающую принципам гражданского судопроизводства, закрепленным в национальном законодательстве.

Обжалование определений суда. По-разному законодатели исследуемых стран решают и вопрос о возможности апелляционного обжалования определений, вынесенных по результатам рассмотрения дела о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. Так, в ст. 427 ГПК РФ предусматривается возможность апелляционного обжалования определения как о выдаче исполнительного листа, так и об отказе в его выдаче. Однако украинский законодатель в ст. 389-11 ГПК Украины позволяет обжаловать лишь определение об отказе в выдаче исполнительного листа, а определение о выдаче исполнительного листа, следуя буквальному толкованию законодательства, апелляционному обжалованию не подлежит.

Представляется, по данному вопросу более оправданной является позиция российского законодателя, который гарантирует возможность апелляционного обжалования обоих определений, обеспечивая при этом права как заявителя, так и лица, относительно которого выдан исполнительный лист.

Резюмируя, отметим: производство по делам о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда в Украине и в Российской Федерации имеет свои национальные особенности. К преимуществам украинской модели рассмотрения анализируемой категории дел следует отнести сокращенные сроки судебного разбирательства. А вот в российском законодательстве лучше прописана процедура истребования материалов третейского дела, а также обоснованно закреплена возможность апелляционного обжалования определения о выдаче исполнительного листа.

Исследование законодательства и судебной практики обоих государств будет способствовать улучшению судопроизводства по делам о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

 

Библиография

1 URL: http://zakon4.rada.gov.ua/laws/show/1618-15

2 Узагальнення Верховного Суду України «Практика застосування судами Закону України “Про третейськїі суди"» [Электронный ресурс] Верховна Рада України. URL: http://zakon1.rada.gov.ua/laws/show/n_005700-09