УДК 347.9

Страницы в журнале: 82-88 

 

И.Н. ЛУКЬЯНОВА,

кандидат юридических наук, старший научный сотрудник Института государства и права РАН

 

Рассматриваются установленные гражданским процессуальным законодательством полномочия суда и других субъектов гражданского процесса, направленные на формирование круга лиц, участвующих в гражданском деле, с точки зрения их соответствия праву на справедливое судебное разбирательство в разумный срок, гарантированному ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Ключевые слова: гражданский процесс; стороны; третьи лица; истец; ответчик; лица, участвующие в деле; право на справедливое судебное разбирательство в разумный срок; принцип диспозитивности.

 

Procedural rules for determining the number of persons, involved in the case as a factor in the timely resolution of civil cases on the merits

Lukyanovа I.

In this article are considered the power of court and other participants of a litigation to involve new participants in the light of the right on the fair hearing within a reasonable time, guaranteed in the s.6 of the European Convention on human rights.

Keywords: civil procedure, the parties, third parties, plaintiff, defendant, a person involved in the case, the right to a fair trial within a reasonable time, the principle of optionality.

 

К онституционный суд РФ в своих постановлениях от 20.02.2006 № 1-П и от 21.04.2010 № 10-П характеризует полномочие суда первой инстанции по определению лиц, участвующих в деле, как его обязанность. Причем суд должен выполнить эту обязанность независимо от того, инициировано ли соответствующее процессуальное действие лицами, участвующими в деле. В обоснование такой позиции приводится ч. 2 ст. 12 ГПК РФ, согласно которой именно суд создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

Согласно п. 2 ст. 1 ГК РФ частные лица своей волей и в своем интересе осуществляют свои права. Следовательно, частное лицо самостоятельно решает, обращаться ему за судебной защитой своего права или нет. Принцип диспозитивности в гражданском процессуальном праве непосредственно связан с принципом диспозитивности в гражданском праве. Именно поэтому первоначальное право формировать круг лиц, участвующих в деле, принадлежит истцу, так как именно на основании его обращения в суд возбуждается производство по делу между сторонами, определенными истцом в исковом заявлении.

В этой связи представляется, что полномочие суда определять состав лиц, участвующих в деле, не может иметь абсолютный и исключительный характер. Полномочие суда по определению круга лиц, участвующих в деле, должно ограничиваться прежде всего принципом диспозитивности.

Приоритетное значение права истца определять состав лиц, участвующих в деле, требует внимательного отношения к выводу Конституционного суда РФ о том, что суд обязан определить состав лиц, участвующих в деле, независимо от того, инициировано ли соответствующее процессуальное действие лицами, участвующими в деле. Закрепленное в п. 1 ст. 1 ГК РФ положение о том, что гражданское законодательство основывается на недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, остается всего лишь декларацией, если допускается произвольное вторжение суда в частные правоотношения при разрешении спора по гражданскому делу.

Рассматриваемая обязанность суда должна иметь четко определенные пределы.

Выявив обязательных соучастников на стороне истца, суд иногда привлекает их к соучастию в деле в нарушение принципа диспозитивности. Так, в ходе судебного разбирательства по иску одного из сособственников квартиры о признании В. утратившей право пользования жилой площадью в квартире суд по ходатайству истца привлек к участию в деле остальных сособственников квартиры в качестве соистцов без волеизъявления последних. Отменяя решение по делу, суд надзорной инстанции верно отметил, что вступление в дело соистцов возможно только на основании их волеизъявления, оформленного путем подачи искового заявления как самостоятельно, так и совместно[1]. Бесспорно, суд в силу принципа диспозитивности не может по собственной инициативе привлекать к участию в деле соистца без волеизъявления последнего.

В судебной практике такая точка зрения отражена в п. 23 постановления Пленума ВС РФ от 24.06.2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству». По тем же основаниям в ст. 42 ГПК РФ не предусмотрено право суда по собственной инициативе привлечь к участию в деле третье лицо с самостоятельными требованиями на предмет спора.

Отсутствие у суда полномочий привлечь к участию в деле соистца или третье лицо с самостоятельными требованиями не означает, что суд может оставаться пассивным, обнаружив, что рассмотрение дела по существу требует участия указанных лиц. Возложение на суд обязанности определить состав лиц, участвующих в деле, применительно к соистцу и третьему лицу с самостоятельными требованиями означает прежде всего необходимость совершения судом действий, направленных на выяснение круга лиц, обладающих правами на предмет спора. Частью деятельности суда по установлению обоснованности заявленных требований истца должна быть проверка оснований активной легитимации, т. е. установление обстоятельств, позволяющих сделать вывод о том, что истец является единственным обладателем права на требование, заявляемое им против ответчика.

Представляется, что суд должен известить обязательных соистцов о рассматриваемом деле и разъяснить им право вступить в дело путем подачи искового заявления и ходатайства с просьбой объединить его в одно производство с уже рассматривающимся делом. В данном случае суд должен определить круг лиц, участвующих в деле, и предоставить обязательным соистцам возможность вступить в дело о защите принадлежащего им права, возбужденное иным лицом, т. е. известить обязательных соистцов о таком деле.

Если иск предъявлен прокурором или иным процессуальным истцом, суд должен проверить, выполняются ли законодательно установленные пределы полномочий таких лиц на предъявление иска, и во исполнение ч. 2 ст. 38 ГПК РФ известить истца о возбуждении дела в его интересах.

Можно сделать вывод, что обязанность суда — определить соистцов, третьих лиц с самостоятельными требованиями, истцов в деле, возбужденном по обращению процессуального истца, — должна считаться выполненной, если в материалах дела есть документы, подтверждающие направление названным лицам копий определения суда, содержащего извещение этих лиц о рассмотрении дела и разъяснение их права  вступить в дело и порядка такого вступления.

Вопрос о пределах правомочий суда по определению соответчиков по иску должен быть решен с учетом принципа диспозитивности, а также права истца на справедливое судебное разбирательство в разумный срок. Часть 3 ст. 40 ГПК РФ позволяет суду первой инстанции по собственной инициативе (без просьбы истца) привлекать соответчика, если без его участия дело не может быть рассмотрено.

Как разъяснил Пленум Верховного суда РФ в своем постановлении от 27.12.2007 № 52 «О сроках рассмотрения судами Российской Федерации уголовных, гражданских дел и дел об административных правонарушениях», в случае привлечения соответчика или соответчиков к участию в деле подготовка и рассмотрение дела в суде производятся с самого начала, течение срока рассмотрения дела должно начинаться со дня совершения соответствующего процессуального действия. В качестве правового основания данного вывода Пленум ВС РФ в приведенном выше постановлении указал на применение по аналогии положений ч. 3 ст. 39 ГПК РФ, согласно которым при изменении основания или предмета иска, увеличении размера исковых требований течение срока рассмотрения дела начинается со дня совершения соответствующего процессуального действия.

Возможность применения по аналогии ч. 3 ст. 39 ГПК РФ к случаю привлечения в дело соответчиков по инициативе суда в соответствии с ч. 3 ст. 40 ГПК РФ вызывает определенные сомнения. Основанием для таких сомнений является различие между инициаторами процессуальных действий, каждое из которых влечет увеличение срока рассмотрения дела.

Часть 3 ст. 39 ГПК РФ рассчитана на случаи, когда истец выражает волеизъявление на совершение процессуального действия, влекущего увеличение срока рассмотрения дела. В противоположность этому, соответчик может быть привлечен по инициативе суда даже в случае возражений истца.

Суд не всегда имеет возможность во время подготовки дела к судебному разбирательству выяснить из представленных сторонами документов и объяснений, имеется ли необходимость привлекать к участию в деле соответчика. Если такая необходимость появляется в ходе судебного разбирательства, то, привлекая к участию в деле новое лицо, суд вынужден отложить судебное разбирательство. Таким образом, даже если соответчик не пожелает явиться в судебное заседание и принимать активное участие в разбирательстве, срок рассмотрения дела увеличивается. Несмотря на то что привлечение соответчика в любом случае увеличивает срок рассмотрения дела, согласие истца на привлечение к участию в деле соответчика суду не требуется.

Нельзя не принимать во внимание негативные (прежде всего для истца) процессуальные последствия в виде увеличения срока рассмотрения дела. Истец в таком случае несет также дополнительные судебные расходы. Однако он при этом никак не может повлиять на привлечение к участию в деле без его согласия новых лиц.

Статья 40 ГПК РФ не предоставляет истцу даже право подать частную жалобу на определение о привлечении к участию в деле соответчиков. Единственная мера защиты его интересов — мотивированность определения суда о привлечении соответчика. Пленум ВС РФ в рассмотренном выше постановлении указал на  обязанность суда называть в определении о привлечении соответчиков мотивы, по которым суд признал невозможным рассмотреть данное дело без указанных лиц. Однако ВС РФ требует направлять копию такого определения только лицам, привлекаемым к участию в деле[2], но не истцу, что фактически лишает последнего возможности своевременно узнать об изменении круга лиц, участвующих в деле, возбужденном на основании его обращения.

Сложившаяся по некоторым категориям дел судебная практика свидетельствует, что выявление в кассационной инстанции лиц, которые могли участвовать в деле в качестве солидарных соответчиков, приводит к отмене решения и направлению дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В частности, при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного несколькими транспортными средствами, по инициативе суда привлекаются владельцы всех транспортных средств, взаимодействовавших в дорожно-транспортном происшествии[3].

Однако п. 1 ст. 323 ГК РФ позволяет истцу в подобном случае предъявить иск к любому из владельцев транспортных средств, несущих ответственность на основании п. 3 ст. 1079 ГК РФ. Более того, согласно абзацу второму ст. 1080 ГК РФ потерпевший вправе как заявить требование о возмещении вреда ко всем сопричинителям вреда совместно, так и потребовать возмещения в части или в целом от любого из них в отдельности в соответствии с положениями п. 1 ст. 323 ГК РФ[4].

Истец может предъявить иск к одному ответчику и не предъявлять иск к другому, например, родственником которого он является. Истец может возражать против вступления в дело одного или нескольких соответчиков, даже под угрозой проиграть дело.

Если истец не дает согласия на вступление в дело сопричинителя вреда в качестве соответчика, а суду для установления объема ответственности ответчика, названного в исковом заявлении, необходимы сведения, известные сопричинителю вреда, последний может быть вызван в суд в качестве свидетеля.

Из пункта 1 ст. 323 ГК РФ вытекает, что в случаях, когда материально-правовое соучастие основано на солидарной обязанности нескольких лиц, независимо от того, имеет она договорный или деликтный характер, непременное соучастие в процессуальном смысле не возникает. Даже если указанная обязанность связана с общим правом, принадлежащим соответчикам. Например, если автомобиль принадлежит нескольким лицам на праве общей собственности, иск о взыскании вреда, причиненного автомобилем, может быть предъявлен к любому из них.

Из предоставляемой частным лицам возможности осуществлять свои права в своем интересе и своей волей вытекает, что частные лица также своей волей решают, осуществлять ли защиту своих прав путем предъявления иска к определенному ответчику.

В соответствии с принципом диспозитивности в ст. 41 ГПК РФ решен вопрос о замене судом ненадлежащего ответчика надлежащим только с согласия истца. Предъявление иска к ответчику, который не может нести ответственность по предъявленным требованиям без участия других соответчиков в силу принадлежащего им общего права на имущество, в сущности, имеет много общего с предъявлением иска к ненадлежащему ответчику, так как в обоих случаях указанные истцом ответчики не могут нести ответственность по иску, т. е. отсутствует пассивная легитимация иска.

Представляются непоследовательными действия законодателя, допускающего в гражданском процессуальном законодательстве произвольное вмешательство суда в частные дела истца при решении вопроса о привлечении в дело соответчика, когда на то нет соответствующего волеизъявления истца.

Принцип диспозитивности подразумевает исключительное право истца не только возбудить производство по делу, но и указать ответчика. Нет оснований, по нашему мнению, наделять государство в лице суда правом вторгаться в частные отношения, привлекая к участию в деле соответчика, хотя бы и обязательного, без согласия на то истца. Принцип процессуальной экономии в этом случае не может превалировать над правом истца на предъявление иска к указанному им ответчику, а также на своевременное получение судебного акта.

Действующая редакция ч. 3 ст. 40 ГПК РФ, позволяющая привлекать соответчиков без согласия истца «в случае невозможности рассмотрения дела без участия соответчика или соответчиков в связи с характером спорного правоотношения», представляется концептуально ошибочной.

Иск должен быть рассмотрен, а дело — разрешено путем вынесения судебного решения, независимо от того, привлечены ли к участию в деле все возможные соответчики.

Рассмотреть дело без привлечения соответчиков суд может, так как согласно ч. 1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения суд определяет, подлежит ли иск удовлетворению. Ответить на этот вопрос в решении суд может независимо от того, привлечены ли соответчики. Истец, не соглашаясь на привлечение к участию в деле обязательных соответчиков, несет риск получения решения об отказе в удовлетворении исковых требований.

Обязанность суда определять состав лиц, участвующих в деле, следуя логике КС РФ, должна быть гарантией возможности для всех лиц, участвующих в деле, реализовать свои процессуальные права в равном объеме.

Соотношение принадлежащих суду, сторонам, третьим лицам полномочий по формированию состава лиц, участвующих в деле, должно быть определено с учетом позиции Европейского суда по правам человека, поддержанной КС РФ, согласно которой право на справедливое разбирательство дела предполагает окончательность и стабильность судебных актов, вступивших в законную силу[5].

Согласно ч. 2 ст. 327 ГПК РФ (в толковании постановления КС  РФ от 21.04.2010 № 10-П)  и ч. 2 ст. 347 ГПК РФ, суд, как апелляционной, так и кассационной инстанции, обнаружив, что решение было принято о правах или обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле, может по своей инициативе независимо от доводов жалобы отменить решение суда первой инстанции и отправить дело на новое рассмотрение. Следуя позиции КС РФ, такое полномочие может быть реализовано судом кассационной или апелляционной инстанции, только если лицами, о правах и обязанностях которых суд принял решение, являются потенциальные соучастники — соистцы или соответчики.

Полномочие суда привлекать к участию в деле соответчиков без соответствующего волеизъявления истца и третьих лиц — без волеизъявлений сторон ущемляет возможность истца и ответчика влиять на ход производства по делу, лишает производство по делу предсказуемости. 

Предоставление суду вышестоящей инстанции полномочия выходить за пределы жалобы и отменять решение в случае, когда судом первой инстанции не были привлечены к участию в деле названные лица, лишает решение свойств стабильности и окончательности.

Более того, судебная система в таком случае вынуждена возобновлять рассмотрение дела по правилам первой инстанции, хотя ни истец, возбудивший судебное производство своим иском, ни ответчик — вторая сторона, чьи права, обязанности или законные интересы являются непосредственным предметом судебного разбирательства, ни не привлеченные судом соучастники не просят суд об отмене судебного решения по этому основанию.

Конституционным судом РФ в постановлении от 21.04.2010 № 10-П[6] были сформулированы следующие требования к процессуальным правилам: процессуальная эффективность; экономия в использовании средств судебной защиты; прозрачность осуществления правосудия. Процессуальные правила должны также исключать возможность затягивания или необоснованного возобновления судебного разбирательства. Применительно к процедуре пересмотра в порядке надзора КС РФ в своем постановлении от 05.02.2007 № 2-П  отмечает, что соответствие процедурных правил этим требованиям должно обеспечить справедливость судебного решения и вместе с тем — правовую определенность, включая признание законной силы судебных решений, их неопровержимости (res judicata), без чего недостижим баланс публично-правовых и частноправовых интересов.

Процедурные правила определения круга лиц, участвующих в деле, их привлечения к участию в деле направлены на выполнение тех же задач: вынесение по делу справедливого решения и обеспечение его неопровержимости. Следовательно, рассматриваемые правила также должны отвечать требованиям, обозначенным Конституционным судом РФ.

В свете обеспечения приоритета права сторон на получение окончательного и своевременного судебного решения особое значение имеет обозначенное КС РФ требование процессуальной эффективности, означающее, что процессуальные нормы должны обеспечивать достижение основной задачи гражданского судопроизводства — правильного и своевременного разрешения гражданских дел.

Задача суда — обеспечить сторонам рассматриваемого судом дела возможность получить в разумный срок стабильный и окончательный судебный акт — приоритетна относительно задачи предоставить иным лицам, участвующим в деле, равные со сторонами возможности реализации своих процессуальных прав. Соответственно, третьи лица должны привлекаться судом к участию в деле только в том случае, когда об этом ходатайствуют стороны или сами третьи лица.

Требование эффективности процессуальных правил не может означать, что все полномочия по формированию круга лиц, участвующих в процессе, принадлежат исключительно сторонам. Согласно третьему принципу рекомендации № R (84) 5 Комитета министров Совета Европы государствам-членам относительно принципов гражданского судопроизводства, направленных на совершенствование судебной системы (принята 28.02.1984), суд должен по крайней мере в ходе предварительного заседания (а если возможно — и в течение всего разбирательства) играть активную роль в обеспечении быстрого судебного разбирательства, уважая при этом права сторон, в том числе право на беспристрастность.

Активная роль суда в определении круга лиц, участвующих в деле, должна проявляться прежде всего в обеспечении лицам, имеющим юридический интерес в исходе дела, возможности своевременно и эффективно реализовать свои процессуальные права.

Суд выполнит обязанность по предоставлению возможности потенциальным соучастникам и третьим лицам с самостоятельными требованиями реализовать свои процессуальные права, проверив основания активной и пассивной легитимации, т. е. обстоятельства, позволяющие истцу указывать себя в качестве истца по заявленным требованиям, и обстоятельства, позволяющие считать названного истцом ответчика лицом, в полном объеме отвечающим по исковым требованиям.

Установив, что иск предъявлен в защиту прав, свобод или интересов, принадлежащих не только истцу, но и другим лицам — потенциальным соистцам, суд должен известить последних о рассматриваемом деле.

Если иск предъявлен лицу, ответственному по иску наряду с другими лицами, обладающими общим правом на имущество, без участия которых иск не может быть удовлетворен (например, иск о вселении к сособственникам жилого помещения), суд должен с согласия истца привлечь к участию в деле остальных соответчиков. Суд не должен использовать правомочие привлекать к участию в деле обязательных соответчиков без согласия истца.

Отдельного внимания заслуживает вопрос о пределах полномочий суда по привлечению к участию в  деле третьих лиц без самостоятельных требований на предмет спора.

Конституционный суд РФ в п. 3 своего постановления от 20.02.2006 № 1-П обозначил следующую задачу суда первой инстанции: предоставить лицам, имеющим интерес в исходе дела, в равном объеме процессуальные права, такие как право быть своевременно извещенным о времени и месте рассмотрения дела, право участвовать в судебном разбирательстве, заявлять отводы суду, выступать с заявлениями и ходатайствами, связанными с разбирательством дела, давать объяснения.

Суд, ответчик, а также лицо, полагающее, что решение суда по делу может повлиять на его права по отношению к другой стороне, могут наряду с истцом ходатайствовать о привлечении к участию в деле третьего лица без самостоятельных требований на предмет спора. Если суд привлекает к участию в деле третье лицо по своей инициативе или по инициативе ответчика, согласие истца или третьего лица без самостоятельных требований согласно ст. 43 ГПК РФ не требуется.

Хотя суд обязан вынести определение о вступлении в дело третьих лиц, у истца отсутствует право оспорить такое определение. Закон также не наделяет суд правом отказать в удовлетворении ходатайства стороны или третьего лица о вступлении последнего в дело. Однако при вступлении в процесс третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, рассмотрение дела в суде производится с самого начала.

Если такое процессуальное действие совершается после окончания подготовки дела к судебному разбирательству, сроки принятия решения по делу существенно увеличиваются.

В отсутствие предельных сроков совершения действий по привлечению третьих лиц к участию в деле, процессуальные правила привлечения к участию в деле третьих лиц без самостоятельных требований создают недобросовестной стороне возможность для манипулирования институтом третьих лиц в целях затягивания сроков рассмотрения дела, а следовательно, не отвечают требованию эффективности.

Суд в судебном решении высказывается о правах и обязанностях истца и ответчика. Именно их материально-правовой интерес в исходе дела, а также их право на получение окончательного и своевременного судебного решения должны иметь для суда особое значение, преобладающее над интересами третьих лиц без самостоятельных требований.

Представляется, что пределы полномочий суда привлекать третьих лиц без самостоятельных требований на предмет спора должны определяться на основе баланса гарантий прав сторон на своевременное получение судебного решения и прав третьих лиц на судебную защиту своих прав, свобод и законных интересов.

Третьим лицам должна быть гарантирована возможность реализовать их процессуальные права в том же объеме, что и сторонам, если только это не создает существенных препятствий в реализации права стороны на получение окончательного и своевременного судебного акта.

В рассматриваемом постановлении КС РФ верно отметил, что в ГПК РФ предусмотрено несколько способов судебной защиты для иных заинтересованных лиц, не участвующих в деле, если принятым судебным актом нарушаются их права и законные интересы: в частности, путем предъявления самостоятельного иска в суд первой инстанции, как и до вступления в законную силу судебного акта, которым был разрешен вопрос об их правах и обязанностях. Обязательность судебного акта, закрепленная в ч. 4 ст. 13 ГПК РФ, в этом случае не является препятствием для обращения таких лиц в суд за защитой нарушенных прав и законных интересов, так как судебное решение, ранее вынесенное без их участия, но в отношении их прав и обязанностей, не будет иметь преюдициального значения в новом процессе, что вытекает из частей 2 и 3 ст. 61 ГПК РФ.

Так как третьи лица без самостоятельных требований имеют свой юридический интерес в исходе дела, суд в силу принципа диспозитивности не должен привлекать таких лиц к участию в деле без их волеизъявления или без инициативы сторон. Привлечение третьих лиц к участию в деле помимо их воли, если только этого не требуют истец или ответчик, в нарушение пунктов 1 и 2 ст. 1, п. 1 ст. 9 ГК РФ является недопустимым вмешательством суда в частные дела. Во всяком случае, истец и ответчик, чьи права и обязанности будут непосредственно определены решением суда, на которых лежит бремя судебных расходов, должны обладать правом оспаривать определение суда о вступлении в дело третьего лица без самостоятельных требований.

Однако участие в деле третьих лиц является формой защиты их интересов, а поэтому им должна быть обеспечена возможность вступить в дело по своей воле. Для создания такой возможности у суда должно быть правомочие известить потенциальных третьих лиц без самостоятельных требований о возбуждении гражданского дела, в которое такие лица могут вступить.

В целях защиты лиц, нуждающихся в особой заботе об их интересах (например, несовершеннолетние), суд должен сохранить полномочие привлекать к участию в деле соответчиков и третьих лиц без самостоятельных требований в особых случаях, когда решение суда может изменить или прекратить права рассматриваемой категории лиц; например, в делах по искам о взыскании алиментов на содержание ребенка у суда должно быть право привлекать без инициативы сторон в качестве третьего лица детей ответчика, уже получающих алименты. Однако такие случаи, подобно случаям выхода суда за пределы исковых требований, должны быть прямо установлены законом.

Принимая во внимание позицию КС РФ, согласно которой право на судебную защиту подразумевает создание государством необходимых условий для эффективного и справедливого разбирательства дела именно в суде первой инстанции, где подлежат разрешению все существенные для определения прав и обязанностей сторон вопросы[7], можно сделать вывод о том, что процессуальные действия по установлению всех лиц, участвующих в деле, следует считать своевременными, когда они совершены в ходе производства по делу в суде первой инстанции.

Эффективные процессуальные правила должны предусматривать препятствия для злоупотреблений институтом третьих лиц. Таким препятствием мог бы стать запрет для сторон и третьих лиц без самостоятельных требований ходатайствовать о привлечении последних к участию в деле после завершения подготовки дела к судебному разбирательству.

По нашему мнению, на основании изложенного выше можно сделать следующие выводы.

Материально-правовые интересы истца и ответчика в исходе дела, а также их право на получение окончательного и своевременного судебного решения должны иметь для суда и законодателя особое значение, преобладающее над интересами других лиц, участвующих в деле. В конкретном судебном деле суд должен рассмотреть и разрешить прежде всего требования истца.

Процессуальные действия суда, предпринимаемые по своей инициативе без обращения истца и ответчика, влекущие увеличение срока получения истцом и ответчиком окончательного своевременного судебного акта, свидетельствуют о невыполнении основной задачи гражданского судопроизводства — правильного и своевременного разрешения конкретного дела по иску истца к ответчику — и, соответственно, о необоснованном вмешательстве суда в частные дела и неэффективности его деятельности по обеспечению доступа к суду прежде всего сторонам дела: истцу и ответчику.

Государство, обеспечивая истцу возможность получения стабильного и окончательного судебного решения в разумный срок, не должно наделять суд правом определять ответчика или соответчиков по иску без согласия совершеннолетнего, дееспособного истца, даже в случае, когда требование истца, по мнению суда, не может быть удовлетворено без привлечения к участию в деле такого ответчика или соответчика.

Обязанность суда по определению круга лиц, участвующих в деле, должна включать  следующие действия:

— определение круга лиц, обладающих правами на предмет спора, путем проверки оснований активной и пассивной легитимации, а также выявление третьих лиц;

— извещение обязательных соистцов и третьих лиц с самостоятельными требованиями на предмет спора о рассматриваемом деле и разъяснение им возможности вступить в дело, а также порядка такого вступления;

— привлечение к участию в деле обязательных соответчиков с согласия истца;

— привлечение третьих лиц без самостоятельных требований на предмет спора к участию в деле на основании ходатайства стороны по делу;

— извещение третьих лиц без самостоятельных требований на предмет спора, не привлекаемых сторонами, о рассматриваемом деле и разъяснение им возможности вступить в дело, а также порядка такого вступления;

— привлечение к участию в деле третьих лиц без самостоятельных требований на предмет спора в предусмотренных законом случаях, когда в качестве таких третьих лиц выступают несовершеннолетние или недееспособные лица и их права или обязанности по отношению к истцу или ответчику могут измениться в результате принятого по делу решения.

Право стороны просить суд о привлечении к участию в деле третьих лиц без самостоятельных требований, а также право таких третьих лиц заявить о вступлении в дело должны быть ограничены сроком, истекающим в момент начала рассмотрения дела по существу в первом судебном заседании.

 

Библиография

1 См.: Обзор кассационной практики по гражданским делам Верховного суда Чувашской Республики за I квартал 2007 года // Судебный вестник Чувашии. 2007. № 2.

2 См. п. 23 постановления Пленума ВС РФ от 24.06.2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству».

3 См.: Справка Кемеровского областного суда от 18.09.2007 № 01-19/518 «О практике рассмотрения судами области гражданских дел в первом полугодии 2007 года по кассационным и надзорным данным» // Документ официально не опубликован. СПС «ГАРАНТ» (дата обращения: 29.10.2009); Справка Пермского краевого суда по результатам обобщения судебной практики по делам о возмещении вреда, причиненного деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих» // Документ официально не опубликован. СПС «ГАРАНТ» (дата обращения: 29.10.2009).

4 Комментарий к ГК РФ: В 2 т. 2-е изд., перераб. и доп. Т. 1. Части первая, вторая ГК РФ // Под ред. Т.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина. — М., 2009. (Автор комментария к ст. 1079 — Е.Н. Васильева.)

5 См.: Постановление КС РФ от 05.02.2007 № 2-П.

6 Официальный сайт КС РФ: http://www.ksrf.ru (дата обращения: 26.07.2010).

7 См.: Постановление КС РФ от 05.02.2007 № 2-П.