УДК 341.225 

Страницы в журнале: 136-143

 

А.А. САЛИМГЕРЕЙ,

кандидат юридических наук, директор Института государства и права Казахского национального университета им. аль-Фараби, президент Казахстанской ассоциации международного права, доцент

 

Анализируется важнейший документ, касающийся охраны окружающей среды, в частности, охраны морской среды Каспийского моря; выясняется, насколько эффективно он регулирует отношения в данной сфере и какую пользу может принести при решении проблем защиты и сохранения экологической среды Каспия.

Ключевые слова: Рамочная (Тегеранская) конвенция, охрана морской среды Каспийского моря, проблемы Каспийского моря, специальные протоколы, международная ответственность.

 

The framework convention on protection of the marine environment of the Caspian Sea  (practical comment)

 

Salimgerey A.

 

The major document concerning environmental protection, in particular, protection of the marine environment of the Caspian Sea is analyzed, it becomes clear, how effectively it regulates the relations in this sphere and what advantage can bring at the solution of problems of protection and preservation of the ecological environment of the Caspian Sea.

Keywords: Framework convention, protection of the marine environment of the Caspian Sea, problem of the Caspian Sea, special protocols, international responsibility.

 

В  ноябре 2003 года в Тегеране была подписана Рамочная конвенция по защите морской среды Каспийского моря[1] (далее — Рамочная конвенция, Тегеранская конвенция), которая вступила в силу 12 августа 2006 г.[2]

На сегодняшний день Тегеранская конвенция[3] — единственное межгосударственное соглашение, подписанное всеми прибрежными государствами, поэтому роль ее в правовом регулировании вопросов сотрудничества в области охраны окружающей среды велика. Название «Рамочная конвенция» (Framework сonvention) говорит о том, что документ содержит лишь основные положения по урегулированию общих и организационных вопросов сотрудничества и кооперации в сфере охраны морской среды Каспийского моря, следовательно, подразумевается, что регулирование отдельных специальных положений, касающихся ответственности, биоразнообразия, рыболовства и т. д., будет осуществляться дополнительными документами. На сегодняшний день страны — участницы Тегеранской конвенции пришли к согласию в отношении четырех протоколов[4].

В настоящей статье проведен предварительный анализ норм Тегеранской конвенции с позиции ее практической аппликации в целях выяснения, насколько эффективно она регулирует отношения в сфере правовой охраны морской среды Каспийского моря, насколько содержащиеся в ней нормы будут полезны при решении экологических проблем водоема, и, таким образом, создания своего рода практического комментария к данной конвенции.

Итак, Тегеранская конвенция традиционно состоит из преамбулы, общих положений и регулирования отдельных подвопросов предмета конвенции.

В разделе «Общие положения» приводятся термины, используемые в документе, определяются цель и сфера применения конвенции.

Исходя из содержания терминов и ст. 3, можно отметить, что конвенция применяется не только при антропогенном загрязнении, но и при загрязнении от природных катаклизмов, «биологическом» загрязнении, а также с учетом колебаний уровня моря. На сегодня такое явление, как колебания уровня моря, до конца не исследовано, однозначно лишь то, что оно может вызвать самые губительные последствия для экосистемы региона. В этой связи страны-участницы в ст. 16 Тегеранской конвенции договорились о сотрудничестве при разработке протоколов к конвенции, предписывающих проведение необходимых научных исследований и, насколько это возможно, принятие согласованных мер и процедур по смягчению последствий колебаний уровня Каспийского моря.

Определенный интерес представляет термин «инвазивные виды-вселенцы», означающий виды организмов, появление и распространение которых может нанести экономический или экологический ущерб экосистеме или биологическим ресурсам Каспийского моря (ст. 1).

Еще в середине прошлого века к проблеме видов-вселенцев, которые, будучи завезенными (случайно или преднамеренно) в те географические области, где ранее не встречались, начинали там необычайно быстро размножаться и расселяться, привлек внимание знаменитый английский эколог Чарлз Элтон[5] в своей книге «Экология нашествий животных и растений»[6]. Некоторые из видов-вселенцев стали злостными сорняками и вредителями. За полсотни лет, прошедших с момента выхода книги Элтона, число заносных, или, как теперь их называют, инвазивных, видов (см.: invasive species) значительно возросло, но механизмы, определяющие их «процветание», по-прежнему остаются малопонятными. В связи с этим объяснимы стремления стран-участниц, направленные на предотвращение привнесения в Каспийское море инвазивных видов-вселенцев, контроль и борьбу с ними.

В настоящее время одной из главных проблем, угрожающих биологическому разнообразию Каспийского моря, является деформация трофических (пищевых) цепочек экосистемы. Проблема возникла в результате проникновения около двух лет назад в водоем (по-видимому, вследствие человеческой халатности) нового агрессивного вселенца — гребневика североамериканского происхождения — Mnemiopsis leidyi[7]. Для замкнутых экосистем, островных или озерных, поселение нового вида может оказаться гибельным. Для карасей из подмосковных прудов таким видом-убийцей стала дальневосточная рыбка-головешка (ротан), для гигантского голубя дронта с острова Маврикий — кошки и собаки голландских поселенцев, для травоядных животных Австралии — кролики и овцы из Европы. Для Каспия таким видом может стать мнемиопсис. Он уже разрушил экосистемы Черного и Азовского морей, куда попал из прибрежных вод атлантического побережья США вместе с балластными водами. Мнемиопсис очень быстро размножается на новом месте и поедает кормовую базу промысловых рыб и их личинки, отчего рыболовство в этих морях почти прекратилось[8].

Ученые предполагают, что в результате вторжения мнемиопсиса значительно сократилась биомасса зоопланктона, которым кормится каспийская килька. Вследствие этого уловы каспийской кильки, являющейся основным кормом белуги, в настоящее время резко снизились.

 

Не очень удачными представляются определения терминов «загрязнение» и «загрязнение из наземных источников». В первом случае, учитывая рамочный характер Тегеранской конвенции, можно было бы определить понятие в широком смысле, не ограничивая субъектный состав только физическими лицами (людьми), тогда как непосредственными загрязнителями выступают юридические лица. Кроме того, загрязнением считается сам факт эмиссии в морскую среду вредных веществ. При этом из определения следует, что вредные последствия могут быть как реальными, так и потенциальными. В принципе, последнее объяснимо спецификой экологического вреда, т. е. тем, что вредные последствия могут наступить не сразу или могут быть недоступны «невооруженному взгляду».

Что касается второго понятия, то не совсем понятно, почему разработчики решили выделить его как отдельный термин. На наш взгляд, было бы достаточно дать общее определение загрязнения, а далее в статьях описать его виды, как это было сделано, например, в отношении терминов «загрязнение с судов», «загрязнение, вызванное сбросом», «загрязнение, вызванное деятельностью на дне моря».

Далее, указанная в ст. 2 Тегеранской конвенции цель не совсем соответствует действительности, поскольку нужно признать, что основной целью ее принятия является объединение усилий прикаспийских государств по предотвращению загрязнения Каспия и координирование их деятельности по ликвидации последствий загрязнений.

Следующий раздел Тегеранской конвенции — «Общие обязательства» — в самом общем виде предусматривает обязательства стран-участниц в рамках Тегеранской конвенции.

При этом конвенция не ограничивает самостоятельность стран-участниц и при определении общих обязательств провозглашает, что договаривающиеся стороны:

— самостоятельно или совместно принимают все необходимые меры для предотвращения, снижения и контроля загрязнения Каспийского моря;

— самостоятельно или совместно принимают все необходимые меры для охраны, сохранения и восстановления морской среды Каспийского моря;

— используют ресурсы Каспийского моря таким образом, чтобы не наносить ущерба его морской среде;

— сотрудничают друг с другом и с компетентными международными организациями для достижения цели конвенции  (ст. 4).

Как видим, самостоятельность государств не ограничивается, а выводится на совершенно новый уровень межгосударственных отношений, когда в зависимости от ситуации государство может определить, действовать ли ему самостоятельно или привлечь другие заинтересованные стороны. Также можно отметить, что Тегеранская конвенция направлена на изучение реального экологического состояния всего Каспийского региона, всесторонность которого можно обеспечить только совместными усилиями.

Кроме того, отдельной статьей предусматривается обязанность сторон сотрудничать на двусторонней и многосторонней основе при разработке протоколов, предписывающих дополнительные меры, процедуры и стандарты для выполнения конвенции (ст. 6). По сути, Тегеранская конвенция является призывом для всех прикаспийских государств к сотрудничеству в целях предотвращения, сохранения и защиты морской среды Каспия.

Таким образом, страны-участницы, принимая на себя обязательства в рамках Тегеранской конвенции, становятся субъектами, ответственными по международному праву.

Статья 5 закрепляет три основных принципа, которыми должны руководствоваться страны-участницы: принцип предосторожности, принцип «загрязняющий платит» и принцип доступности информации (принцип гласности). Данные принципы характерны для экологического права многих государств. Более того, они закреплены во многих международных экологических конвенциях[9] и, конечно же, предусмотрены в основополагающих экологических документах — Стокгольмской декларации 1972 года и Декларации Рио-де-Жанейро по окружающей среде и развитию 1992 года[10]. Поэтому очевидна необходимость имплементации этих принципов в национальные законодательства, что естественно.

Согласно принципу предосторожности при наличии угрозы серьезного или необратимого ущерба для морской среды Каспийского моря ссылки на отсутствие полной научной уверенности не используются в качестве причины для отсрочки экономически эффективных мер по предупреждению подобного ущерба. Данный принцип тесно связан с принципом обязательности превентивных мер по предотвращению загрязнения окружающей среды и нанесения ей ущерба в любых иных формах, закрепленным в Экологическом кодексе Республики Казахстан 2007 года (ст. 5). Реализация последнего обеспечивается проведением оценки воздействия на окружающую среду (ОВОС) — процедуры, в рамках которой оцениваются возможные последствия хозяйственной и иной деятельности для окружающей среды и здоровья человека, разрабатываются меры по предотвращению неблагоприятных последствий (уничтожения, деградации, повреждения и истощения естественных экологических систем и природных ресурсов). Также соблюдение данного принципа обеспечивается путем проведения государственной и общественной экспертизы.

В соответствии со следующим принципом — «загрязняющий платит» — лицо, непосредственно осуществляющее загрязнение или являющееся ответственным за причинение вреда, обязано нести все расходы по возмещению экологического вреда. Тегеранская конвенция не просто закрепляет этот принцип для регулируемых отношений, но и поясняет, что согласно ему «загрязняющий несет расходы по осуществлению мер предотвращения, контроля и снижения загрязнения морской среды Каспийского моря».

Что касается закрепленного в Тегеранской конвенции принципа доступности информации, то страны-участницы обязуются предоставлять друг другу соответствующую информацию в максимально полном объеме, что имеет огромное значение для дальнейшего практического применения норм конвенции.

Здесь необходимо отметить, что данный принцип разделяется как бы на две составляющие. Так, согласно ст. 21 Тегеранской конвенции, с одной стороны, это — регулярный обмен информацией между договаривающимися сторонами, с другой — доступ к данной информации общественности.

Все это вполне согласуется с общими международными нормами, которые в последнее время акцентируют внимание на необходимости обеспечения и соблюдения такого принципа, как доступность информации практически во всех сферах. Для отрасли экологического права таким документом выступает Орхусская конвенция[11], участниками которой являются три из пяти прикаспийских государств.

Следующие два раздела можно условно объединить, поскольку они предусматривают требования для стран-участниц по принятию необходимых мер по двум направлениям:

— предотвращение, снижение и контроль загрязнения Каспийского моря (раздел III);

— защита, сохранение и восстановление морской среды (раздел IV).

В разделе III предусматриваются всевозможные виды загрязнений в рамках конвенции: загрязнение из наземных источников (ст. 7), загрязнение с судов (ст. 8), загрязнение, вызванное сбросом (ст. 9), загрязнение, вызванное деятельностью на дне моря (ст. 10), загрязнение, вызванное иными видами деятельности (ст. 11). Кроме того, в качестве источников загрязнения выступают также инвазивные виды-вселенцы (ст. 12) и чрезвычайные экологические ситуации (ст. 13).

Общая логика требований конвенции по всем вышеназванным пунктам — призыв к сотрудничеству и принятие всех необходимых мер для того, чтобы предотвращать, снижать и контролировать загрязнение Каспийского моря. В этой связи активное сотрудничество должно проявляться в разработке и принятии протоколов к Тегеранской конвенции. При этом конвенция сразу предопределила, какие вопросы предпочтительно отразить в этих протоколах, в частности:

— применение малоотходных и безотходных технологий для предотвращения, снижения и контроля выбросов загрязняющих веществ;

— лицензирование национальными органами договаривающихся сторон сбросов сточных вод для предотвращения, снижения и контроля загрязнения из наземных источников;

— внедрение экологически обоснованной технологии при лицензировании сбросов сточных вод;

— установление более строгих требований, чем предусмотрены конвенцией, которые определяются дополнительными протоколами в случаях, когда этого требует состояние вод или экосистемы Каспийского моря;

— применение (в том числе, где это необходимо, — поэтапно) различных видов очистки городских сточных вод;

— использование наилучших существующих технологий для сокращения притока органических веществ из коммунальных и промышленных источников;

— использование наилучших существующих методов для сокращения притока опасных веществ, включая органические, из рассредоточенных источников, в том числе имеющихся в сельском хозяйстве;

— консервация и полная ликвидация находящихся на суше источников загрязнения, продолжающих оказывать отрицательное воздействие на морскую среду Каспийского моря.

В принципе, эти вопросы могут служить ориентиром и для протоколов по другим источникам загрязнения.

Стороны Тегеранской конвенции также уделяют особое внимание мерам по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций, в частности, обязуются незамедлительно оповещать друг друга о промышленных авариях и природных катастрофах, а также обеспечивать и поддерживать адекватную готовность к чрезвычайным экологическим ситуациям, включая наличие надлежащего оборудования и квалифицированного персонала (ст. 13).

Раздел IV Тегеранской конвенции предусматривает сотрудничество договаривающихся сторон при разработке протоколов «для выполнения необходимых мер по охране, сохранению и восстановлению биологических ресурсов» Каспийского моря. Данное положение служит юридической основой для регионального сотрудничества по мероприятиям, связанным с сохранением рыбных хозяйств, и в то же время трактуется в более широком смысле. Также перечисляется шесть областей, в которых стороны должны «принять надлежащие меры на основании имеющихся самых надежных научных доказательств». Несмотря на то что ст. 14 Тегеранской конвенции четко охватывает аспекты сохранения и управления рыбными хозяйствами, она также может толковаться по-разному. Кроме того, она признает, что коммерчески ценные виды рыб составляют лишь одну часть общей морской экосистемы, хотя и очень важную. При включении в нее морских биоресурсов и признании связи между человеком и природой статья приводит доводы в пользу более комплексного и интегрированного подхода к сохранению и управлению морскими биоресурсами в Каспийском регионе.

Раздел V Тегеранской конвенции можно назвать процессуальным в том смысле, что он предусматривает проведение таких мероприятий, как ОВОС Каспийского моря в трансграничном контексте, сотрудничество между договаривающимися сторонами при разработке плана действий защиты морской среды Каспийского моря, который, в свою очередь, определяет виды работ, осуществляемые сторонами как самостоятельно, так и совместно. Здесь же предусматриваются обязательства по экологическому мониторингу, исследованиям, обмену информацией и доступу к ней.

Так, стороны обязуются принимать меры для постоянного мониторинга окружающей среды и использования процедур ОВОС любой планируемой деятельности, которая может оказать значительное отрицательное воздействие на морскую среду Каспийского моря, и оповещать друг друга о результатах оценки.

В целом проведение всех этих мероприятий обеспечивает соблюдение сторонами вышеуказанных принципов (ст. 5).

Следующий раздел посвящен организационной структуре, т. е.  органам управления Тегеранской конвенции.

Постоянно действующим рабочим органом Тегеранской конвенции (ст. 22) является Конференция договаривающихся сторон, которая включает по одному представителю от каждой договаривающейся стороны, причем каждый представитель имеет один голос.

На сегодняшний день состоялось три сессии[12] Конференции договаривающихся сторон Тегеранской конвенции:

1) первая сессия — Баку (Азербайджан), май 2007 г.;

2) вторая сессия — Тегеран (Исламская Республика Иран), 10—12 ноября 2010 г.;

3) третья сессия — Актау/Астана (Республика Казахстан), 24—26 ноября 2010 года.

В ходе заседания первой сессии был учрежден временный Секретариат, и страны-участницы взяли на себя обязательство по предоставлению Секретариату финансовой поддержки начиная с 2009 года. Необходимо отметить, что статус данного органа остался прежним.

В то же время было бы целесообразным учреждение на основе специального соглашения прикаспийскими государствами постоянно действующей структуры Секретариата, определение его местоположения и других взаимосвязанных вопросов, поскольку сотрудничество в рамках Тегеранской конвенции имеет долгосрочную перспективу и временный Секретариат может послужить ослаблению инициативы и деятельности стран-участниц. С этим нельзя не согласиться, поскольку наличие ответственных структур всегда более эффективно с точки зрения исполнительности.

Последние три раздела Тегеранской конвенции (раздел VII «Протоколы и приложения», раздел VIII «Осуществление и соблюдение», раздел IX «Заключительные статьи») предусматривают стандартные положения, характерные для международных документов, поэтому нет необходимости в проведении их анализа.

Вместе с тем хотелось бы обратить внимание на то, что Тегеранская конвенция в ст. 29 призывает страны-участницы к разработке правил материальной ответственности и компенсации за ущерб, что действительно является прогрессивной нормой в целях защиты окружающей среды Каспия. Тем более надо учитывать, что определенные нормы международной ответственности в сфере причинения трансграничного экологического вреда уже сформированы в современном международном праве. Кроме того, Республика Казахстан является участницей ряда трансграничных экологических конвенций, следовательно, на нее распространяются положения по предотвращению экологического вреда и ответственности.

Дополнительно хотелось бы отметить, что на сегодняшний день страны-участницы уже разработали несколько протоколов. Будучи рамочным правовым инструментом, Тегеранская конвенция предусматривает формулирование и выполнение конкретных обязательств сторон с помощью обязательных вспомогательных инструментов, в основном в виде протоколов:

— протокола по наземным источникам загрязнения;

— протокола по региональному взаимодействию в чрезвычайных ситуациях;

— протокола по оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте;

— протокола  по сохранению биоразнообразия  (ст. 6).

Указанные протоколы обеспечат реальное управление и институциональное учреждение для реализации соответствующих положений Тегеранской конвенции. Эти инструменты будут служить основой региональной природоохранной стратегии и национальных мероприятий по охране здоровья окружающей среды Каспийского моря. Следует отметить, что это первые протоколы, разработанные в рамках Рекомендаций[13].

Повестка дня второй сессии Конференции договаривающихся сторон включала обсуждение и принятие решений по следующим вопросам: согласование проектов Стратегической программы действий по конвенции, Программы работы конвенции на 2009—2010 годы и бюджета конвенции; обсуждение доклада Секретариата Тегеранской конвенции о состоянии дел с разработкой приоритетных протоколов, Обзора взаимосвязи между рыболовством и защитой морской среды Каспийского моря, предложений доноров по поддержке конвенции, а также организационных вопросов деятельности Секретариата конвенции[14].

По итогам встречи стороны одобрили Программу работы конвенции на 2009—2010 годы, а также утвердили ее бюджет. При этом стороны еще раз подтвердили свои обязательства о перечислении ежегодно в бюджет Тегеранской конвенции в 2009 и 2010 годах взносов в размере 72 000 долл. США[15].

Кроме того, на второй сессии Конференции договаривающихся сторон важным моментом было высказывание сторон о необходимости завершения работы и подписания на третьей сессии Конференции договаривающихся сторон Тегеранской конвенции ряда протоколов, в том числе протокола по сохранению биоразнообразия, протокола о региональном сотрудничестве в случае инцидентов, вызывающих загрязнение нефтью, протокола по защите Каспийского моря от загрязнения из наземных источников, а также протокола по оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте.

Следует также подчеркнуть, что на второй сессии Конференции договаривающихся сторон была принята Стратегическая программа действий по конвенции, за исключением двух пунктов, по которым не был достигнут консенсус: а) по вопросу создания регионального центра реагирования на разливы нефти и б) по вопросу регионального сотрудничества по управлению, защите, восстановлению и рациональному использованию морских живых ресурсов Каспийского моря[16].

Второй пункт разногласий в отношении Стратегической программы действий по конвенции, исходя из аналитической справки о выполнении Плана мероприятий на 2007—2009 годы по реализации Концепции экологической безопасности Республики Казахстан на 2004—2015 годы[17], связан с предложением от России по дополнению текста Стратегической программы словами: «Сотрудничество, связанное с управлением, защитой, восстановлением и рациональным использованием водных биоресурсов Каспийского моря, будет осуществляться непосредственно национальными органами власти прикаспийских государств в рамках существующих механизмов взаимодействия в данной области»[18].

Вместе с тем, как указывается в аналитической справке, согласие по первому пункту не было достигнуто потому, что до настоящего времени стороны конвенции не пришли к консенсусу в отношении подготовки проектов протоколов о необходимости создания регионального центра. Разногласие же по второму пункту связано с тем, что включение предложения России косвенно можно расценить как признание сторонами легитимности деятельности Комиссии по водным биоресурсам Каспийского моря[19].

24—26 ноября 2010 г. в Актау/Астане (Республика Казахстан) на третьей сессии Конференции договаривающихся сторон были представлены проекты протокола о региональной готовности, реагировании и сотрудничестве в случае инцидентов, вызывающих загрязнение нефтью, и протокола по оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте, по которым велись переговоры и представителями договаривающихся сторон было достигнуто предварительное соглашение. Однако в ходе заседания Конференции проекты указанных протоколов не были утверждены представителями договаривающихся сторон[20].

Необходимо отметить, что переговоры по протоколам продвигаются быстро, однако переговорный процесс достиг стадии, когда требуется более активная поддержка и консолидация всех основных заинтересованных сторон для окончательного составления текстов протоколов и их представления на подпись. Возможно, постоянно действующий Секретариат Тегеранской конвенции будет играть в этом не последнюю роль.

Поскольку Тегеранская конвенция является рамочной, необходим основательный план действий для достижения ее целей и осуществления ее важных положений, а также для эффективного мониторинга этого процесса.

Как пробел в Тегеранской конвенции можно также отметить отсутствие механизма участия общественности в решении вопросов защиты морской среды Каспийского моря[21]. И это несмотря на то, что три государства из пяти (Казахстан, Туркменистан и Азербайджан) являются участниками Орхусской конвенции. Напомним, что статьями 6 и 7 Орхусской конвенции устанавливается, что страны—участницы данной конвенции должны принимать меры для участия общественности в решении вопросов, связанных с окружающей средой.

Вместе с тем преимуществом Тегеранской конвенции можно считать то, что она предусматривает не только институциональные, но и финансовые механизмы практической реализации собственных положений[22].

Отмечая достоинства Рамочной конвенции, необходимо учесть тот факт, что одними правовыми средствами невозможно будет решить на региональном уровне проблему сохранения экологической среды Каспия, поскольку практика последних лет показала неэффективность норм международного права во взаимоотношениях прикаспийских государств.

Поэтому весьма позитивным шагом в этом направлении является разработка Министерством охраны окружающей среды Республики Казахстан проекта национального плана действий по охране окружающей среды Каспийского моря, предусматривающего концентрацию усилий государственных органов, частного сектора и общественности для решения основных экологических проблем региона. Таким образом, эффективность национального плана действий во многом будет зависеть от комплексного подхода с участием всех заинтересованных лиц, причем не только в отношении акватории Каспия, но и применительно ко всей территории региона. Об эффективности Тегеранской конвенции можно будет говорить только тогда, когда вступят в силу специальные протоколы, содержащие детальный механизм ее реализации, которые позволят должным образом обеспечить защиту и сохранение экологической среды Каспийского моря.

 

Библиография

1 В соответствии с материалами презентации Программы охраны окружающей среды Каспийского моря условной датой начала разработки Рамочной конвенции можно считать 1995 год, когда прикаспийские государства на международной конференции выразили свое согласие на сотрудничество в этом вопросе. URL: http://pptgeo.3dn.ru/index/0-77. В целом процесс разработки и принятия Рамочной конвенции был достаточно длительным и трудоемким, что подтверждается многочисленными конференциями, встречами и переговорами, которые проводились в рамках этого процесса. Более подробно можно ознакомиться по адресу: http://www.caspianenvironment.org/newsite/Calendar.htm

2 В соответствии со ст. 33 Рамочная конвенция вступает в силу на 90-й день после сдачи на хранение документов о ее ратификации, принятии, об утверждении или о присоединении к ней всех прикаспийских государств. Руководящим Комитетом Каспийской экологической программы (КЭП) в декабре 2006 года было предложено объявить 12 августа Днем Каспия. URL: http://www.caspianenvironment.org/newsite/Convention-EntryIntoForce-R.htm

3 В соответствии с Законом РК от 13.12.2005 № 97-III «О ратификации Рамочной конвенции по защите морской среды Каспийского моря» Республика Казахстан является участником данной конвенции.

4 URL: http://www.caspianenvironment.org/NewSite/Convention-Protocols-R.htm

5 Ч.С. Элтон  — известный британский эколог и зоолог, один из основателей популяционной экологии.

6 См.: Carlton, James T. Introduced Species in U.S. Coastal Waters. Pew Oceans Commission. 2002.

7 См.: Море проблем: опыт системного исследования Каспийского региона. — М., 2001. С. 60.

8 Там же. С. 61.

9 См., например, п. 1 ст. 111 Международной конвенции о гражданской ответственности за ущерб от загрязнения нефтью.

10 Принципы 10, 15, 16, 17 и 18 Декларации Рио-де-Жанейро по окружающей среде и развитию 1992 года; Принцип 19 Стокгольмской декларации 1972 года.

11 Конвенция о доступе к информации, участии общественности в процессе принятия решений и доступе к правосудию по вопросам, касающимся окружающей среды (г. Орхус, Дания, 1998 г.).

12 Первая сессия Конференции договаривающихся сторон созывается не позднее чем через 12 месяцев после даты вступления Рамочной конвенции в силу. Впоследствии сессии Конференции договаривающихся сторон проводятся на регулярной основе с периодичностью, установленной в ходе первой сессии Конференции договаривающихся сторон (ст. 22 Рамочной конвенции).

13 Рекомендации, принятые на первом заседании представителей государств, подписавших Рамочную конвенцию  (Тегеран, 19—20 июля 2004 г.).

14 Согласно докладу второй сессии Конференции договаривающихся сторон Рамочной конвенции (Тегеран, 10—12 ноября 2008 г.).

15 См. там же.

16 Из материалов доклада второй сессии Конференции сторон Рамочной конвенции. С. 2—3.

17Источник: ministr.iacoos.kz/content/files/Analitika%20KEB.doc

18 Из материалов доклада второй сессии Конференции договаривающихся сторон Рамочной конвенции. С. 22. Источник: http://www.unep.ch/roe/documents/Caspiancop2/Strategic_programmerev1_rus.pdf

19 Источник: ministr.iacoos.kz/content/files/Analitika%20KEB.doc

20 Все решения Конференции договаривающихся сторон принимаются единогласно (п. 8 ст. 22 Рамочной конвенции).

21 См.: Уоттерс К., Кинман М. Рамочная конвенция по защите морской среды Каспийского моря: игнорирование роли общественности ослабляет этот документ. URL: http://www.crudeaccountability.org/ru/uploads/File/tegeranskaia_konventsii/ Convention_Analysis_FINAL_ru.pdf

 

22 Финансовые правилa, регулирующие управление трастовым фондом Рамочной конвенции по защите морской среды Каспийского моря, принятые решением первой сессии Конференции договаривающихся сторон Рамочной конвенции по защите морской среды Каспийского моря (25 мая 2007 г., Баку).