УДК 343.9.01 

СОВРЕМЕННОЕ ПРАВО №5 2011 Страницы в журнале: 123-126

 

А.В. ЯШИН,

кандидат юридических наук, докторант кафедры уголовного права и криминологии Саратовского юридического института МВД России

 

Дано определение постпреступного воздействия на участников уголовного судопроизводства. Опираясь на данные социологического исследования, автор приходит к выводу, что повышение уровня правовой культуры криминогенной личности может привести к снижению случаев постпреступного воздействия на участников уголовного процесса.

Ключевые слова: правовая культура, правонарушение, преступление, участники уголовного судопроизводства, постпреступное воздействие, профилактика.

 

The Role of the Legal Culture Level of the Person in the Preventive Measures  of the Postcriminal Influence on the Criminal Trial Participants

 

Общеизвестно, что право всегда было и остается частью человеческой культуры[1]. Тем не менее в настоящее время многими гражданами России довольно часто игнорируются правовые предписания, о чем свидетельствует состояние преступности. Так, за последние 20 лет количество зарегистрированных преступлений повысилось с 1 839 451 до 2 994 820[2], вследствие чего можно утверждать, что в России уровень правовой культуры личности еще недостаточно высок.

В научной литературе отмечается, что правовая культура личности — это знание, понимание и сознательное выполнение требований права в жизнедеятельности человека[3]. К сожалению, населением России не всегда сознательно выполняются данные требования, наоборот, они чаще сознательно не выполняются. Это связано с менталитетом российского народа, его традициями, обычаями, ценностными ориентациями и жизненными установками.

Можно согласиться с утверждением С.В. Полениной и Е.В. Скурко, которые считают, что «правовой нигилизм, низкий уровень правовой культуры населения как его (правового нигилизма) следствие — закоренелая традиция российского общества, самым негативным образом отражающаяся и влияющая как на самооценку каждого конкретного человека, его самоуважение, так и, следовательно, на социальную активность, культурные потребности личности, осознание возможностей своего развития»[4].

Действительно, проблема заключается в том, что российские граждане довольно часто совершают различные противоправные деяния, осознавая, что нарушают закон. Так, водители превышают скорость допустимого движения, проезжают на запрещающий сигнал светофора, управляют автомобилем в состоянии алкогольного опьянения. Многие лица занимаются индивидуальной предпринимательской деятельностью без лицензии на ее осуществление или с нарушением предписаний лицензии. Нередко нарушаются различные правила в области охраны труда, окружающей среды, природных ресурсов и т. п. Эти деяния становятся привычными для людей, вследствие чего совершение административных правонарушений постепенно трансформируется в преступную деятельность.

Во многих европейских странах, например в Швейцарии, наоборот, привычными действиями населения являются совершение правомерных поступков и удержание сограждан от нарушения закона. Среди местных жителей распространена поговорка: в Швейцарии каждый себе полицейский[5]. В нашей же стране сложились традиции, согласно которым удерживать людей от совершения противоправных деяний и тем более сообщать в правоохранительные органы о том, что кто-то совершил правонарушение, является постыдным поступком. По этой причине в Российской Федерации продолжает расти уровень преступности, в том числе и рецидивной. Одной из разновидностей совершения повторных преступлений является постпреступное воздействие на участников уголовного судопроизводства. Постпреступное воздействие в данном случае — это совершение субъектом повторных преступлений в отношении судей, следователей, дознавателей, потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного процесса.

Данные факторы нашли отражение в современной научной литературе. Так, О.А. Зайцев пишет: «Изучение правоприменительной практики показывает, что в последнее десятилетие незаконное воздействие на судей, свидетелей, потерпевших, обвиняемых, адвокатов и других участников процесса приобрело характер масштабной социально-правовой проблемы»[6]. Л.В. Брусницын отмечает: «Экспертами международного сообщества признано, что угрозы и насилие в отношении лиц, сотрудничающих с правоохранительными и судебными органами, стали наиболее распространенным средством подрыва системы уголовного правосудия; обеспечение безопасности таких лиц отнесено к глобальным проблемам в сфере борьбы с преступностью»[7].

В Российской Федерации не выработана единая концепция профилактики преступлений в отношении участников уголовного судопроизводства. К сожалению, ни в криминологической, ни в уголовно-правовой науке не дается определения преступлений против участников уголовного судопроизводства и не говорится о том, какие деяния следует отнести к данным преступлениям. Считаем, что указанное обстоятельство является не только пробелом в науках криминального цикла, но и значительной проблемой в деле предупреждения рассматриваемой группы преступлений.

На наш взгляд, под преступлениями против участников уголовного судопроизводства следует понимать виновно совершенные общественно опасные деяния, запрещенные УК РФ под угрозой наказания, потерпевшими от которых являются лица, перечисленные в разделе II УПК РФ. Следует заметить, что в УК РФ нет специальных разделов или глав, которые регламентировали бы уголовную ответственность за совершение указанных преступлений.

Системой того или иного вида преступлений в общем значении признается логически обоснованная совокупность уголовно-правовых норм, связанных между собой единым объектом преступного посягательства и объединенных в определенные группы, в качестве которых выступают главы УК РФ. Одной из разновидностей такой совокупности является система преступлений против правосудия. Эти деяния объединены в главу 31 УК РФ. Поскольку преступления данной группы связаны между собой общим объектом, группа становится единым целым. В то же время каждое из преступлений является единичным по отношению к категории целого, поскольку составы указанных преступлений могут различаться по дополнительному или факультативному объекту, объективной стороне, субъекту преступления, субъективной стороне. Но систему преступлений против участников уголовного судопроизводства следует рассматривать несколько иначе.

В первую очередь к таким преступлениям надо отнести часть общественно опасных деяний, предусмотренных главой 31 УК РФ. В данной главе содержатся составы преступлений, в диспозициях которых участники уголовного судопроизводства прямо указываются как потерпевшие (статьи 295—298, 301, 302, 309, 311). Субъекты указанных преступлений причиняют вред рассматриваемым нами потерпевшим непосредственно. Однако существуют такие составы преступления, в которых неприкосновенность участников уголовного судопроизводства является факультативным объектом и вред потерпевшим причиняется косвенно (статьи 294, 300, 303, 305, 307, 308, 310). Таким образом, в главе 31 УК РФ можно выделить 15 преступлений, совершаемых в отношении участников уголовного судопроизводства.

Кроме того, рассматриваемые преступления могут классифицироваться и по мотивации совершенного деяния, которая является одним из важнейших его элементов, непосредственной причиной преступной деятельности. Очевидно, что основным мотивом совершения преступлений против участников уголовного судопроизводства выступает воспрепятствование нормальной деятельности органов правосудия. Лицо, совершая такое преступление, желает избежать определенных последствий уголовного судопроизводства, но довольно часто воздействует на участников процесса из мести за ранее совершенные этими участниками поступки: дачу показаний либо отказ от нее, предъявление обвинения, заключение под стражу и т. п.

Следует отметить, что в отношении участников уголовного судопроизводства могут совершаться преступления и с иной мотивацией. Участники уголовного судопроизводства, вовлеченные в уголовный процесс, обладают повышенной виктимностью, их внимание и осмотрительность ниже, чем у обычных граждан, поэтому они часто становятся жертвами самых различных преступлений.

Таким образом, преступления против участников уголовного судопроизводства — самостоя-тельная система преступлений как элементов, объединенных одной категорией потерпевших — лиц, указанных в разделе II УПК РФ. Данная совокупность преступлений является подсистемой не преступлений против правосудия, а отдельной подсистемой преступлений Особенной части УК РФ, специально не выделенной в одну главу. Это связано с тем, что в силу повышенной виктимности из-за участия в уголовном процессе участники уголовного судопроизводства оказываются жертвами различных преступлений — например, против личности, собственности, общественной безопасности, правосудия. Следовательно, данная система является не уголовно-правовой категорией (поскольку преступления не выделены в одну главу УК РФ, а рассредоточены по различным главам), а криминологической.

Охрана участников уголовного судопроизводства от преступных воздействий только в связи с осуществлением правосудия и предварительного расследования необоснованно снижает степень их защищенности. Полагаем, что это приводит к значительным проблемам в деятельности правоохранительных органов по предупреждению преступлений против участников уголовного судопроизводства. В связи с этим возникает необходимость комплексной защиты таких лиц от всех преступных воздействий, а не только предусмотренных статьями главы 31 УК РФ.

Для сдерживания и минимизации уровня преступности, включающей в себя постпреступное воздействие на участников уголовного судопроизводства, применяются меры, которые делятся на общесоциальные и специально-криминологические. Первые включают в себя деятельность государства, общества, их институтов, направленную на разрешение противоречий в области экономики, социальной жизни, нравственно-духовной сферы и т. п.[8] К данным мерам, на наш взгляд, можно также отнести формирование правовой культуры лиц, склонных к совершению преступлений.

Одним из средств формирования правовой культуры является правовое воспитание личности. Особую сложность представляет правовое воспитание лиц, уже совершивших преступление, поскольку в данном случае необходимо убедить человека встать на путь исправления и не совершать повторных общественно опасных деяний. Например, в Дании, Франции, Нидерландах, Швеции, Великобритании и Германии существуют общественные советы по предупреждению преступлений, которые оказывают материальную и педагогическую помощь неполным семьям и семьям наркоманов и алкоголиков, содействуют организации досуга подростков, а также оказывают психологическую помощь лицам, совершившим преступления[9]. К сожалению, в России подобные советы отсутствуют, хотя общественность могла бы сыграть значительную роль в предупреждении повторных преступлений.

Кроме того, для стимулирования отказа от повторной преступной деятельности необходимо, на наш взгляд, вести пропаганду уголовного законодательства с той целью, чтобы население нашей страны знало о поощрительных уголовно-правовых нормах. Далеко не все граждане знают, что в УК РФ содержатся нормы, регламентирующие освобождение от уголовной ответственности за ряд общественно опасных деяний. Одно из условий освобождения — отказ от совершения новых преступлений и оказание помощи в раскрытии первоначального преступления.

В ходе проведенного опроса сотрудников правоохранительных органов 55,2% респондентов сообщили, что применяли на практике поощрительные нормы, регламентирующие освобождение лица от уголовной ответственности и наказания. Причем 50,6% сотрудников пропагандировали такие нормы среди граждан при рассмотрении материалов о совершенном преступлении и расследовании уголовных дел, но лишь 2,3% из их числа использовали для этой цели средства массовой информации. Считаем, что для повышения правовой культуры граждан (особенно склонных к совершению преступлений) и пропаганды поощрительных норм УК РФ необходимо активно использовать СМИ.

Кроме пропаганды сотрудникам, осуществляющим предварительное расследование, рекомендуется распространять сведения о данных нормах через участников уголовного судопроизводства, а также при внесении в соответствии с ч. 2 ст. 158 УПК РФ представлений в организации или должностным лицам о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления.

Также необходимо проводить культурно-просветительные и воспитательные мероприятия, направленные на формирование у граждан, склонных к совершению преступлений или уже их совершивших, четких убеждений отказа от дальнейшего противоправного поведения. Данные мероприятия должны проводить сотрудники правоохранительных органов и должностные лица органов исполнительной власти и местного самоуправления, в обязанности которых входит координация правоохранительной деятельности в том или ином регионе.

На основании изложенного можно сделать вывод о том, что повышение уровня правовой культуры криминогенной личности может привести к снижению случаев постпреступного воздействия на участников уголовного процесса, поскольку в большинстве случаев повторные преступления совершаются именно против них. Преступления против участников уголовного судопроизводства не только подрывают авторитет осуществления правосудия, но и причиняют серьезный вред личности, что значительно повышает степень их общественной опасности. Поэтому в Российской Федерации должно уделяться особое внимание повышению уровня правовой культуры граждан с целью формирования позитивного отношения не только к закону, но и к своим согражданам.

 

Библиография

1 См.: Поленина С.В., Скурко Е.В. Право и культура: от правовой культуры к культурным правам // Российская юстиция. 2007. № 12. С. 2.

2 По данным официального сайта МВД России (http://www.mvd.ru/stats).

3 См.: Теория государства и права: Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова, А.В. Малько. — Саратов, 1995. С. 484.

4 Поленина С.В., Скурко Е.В. Указ. раб. С. 2.

5 См.: Шнайдер Г. Криминология. — М., 1994. С. 36—37.

6 Зайцев О.А. Государственная защита участников уголовного процесса. — М., 2001. С. 6.

7 Брусницын Л.В. Теоретико-правовые основы и мировой опыт обеспечения безопасности лиц, содействующих уголовному правосудию: Дис. … д-ра юрид. наук. — М., 2002. С. 4.

8  См.: Чуфаровский Ю.В. Криминология в вопросах и ответах: Учеб. пособие. — М., 2004. С. 54.

9 См.: Егер Й. Совет по предупреждению преступности в Шлезвиг-Гольштейн // Криминологические исследования в мире. — М., 1995. С. 135—139.