Т.В. ТЕМИРОВ,

кандидат психологических наук, заведующий Отделом Президиума РАО

 

Статья посвящена исследованию проблемы идентичности  личности и актуализации идентичности в ситуациях кризиса развития.

Ключевые слова: формирование идентичности личности, кризис развития личности, профессиональное самоопределение.

 

The article deals with the problem of personal identity and mainstream identity in situations of crisis development.

 Keywords: formation of personal identity, a crisis of personality development, vocational self-determination

 

В современной отечественной психологии идентичность рассматривается как некая тождественность; чувство собственной истинности, полноценности, сопричастности миру и другим людям, самотождественности; чувство обретения, адекватности и стабильного владения личностью собственным «Я», вне зависимости от изменений последнего и ситуации; способность личности к адекватному решению задач, возникающих на каждом этапе развития [1].

В трудах исследователей можно наблюдать появление идентичности разного рода: ядерной, половой, ролевой, личностной, профессиональной, осознанной, неосознанной, тендерной, социальной и т.п.

Следует также отметить, что в основе большинства названных подходов лежат концептуальные идеи Э. Эриксона и Дж. Марсиа. Согласно представлениям Э. Эриксона, идентичность может достигать кульминации и обретать целостность в пубертатный период.

Индивид, достигнувший идентичности, проходит путь самосознания и формирует систему личностно значимых ценностей, убеждений и целей и таким образом, исходя из этого, структурирует свою жизнь. Индивидам с достигнутой идентичностью присущи оптимизм в отношении будущего, чувство глобального доверия, стабильности. Собственно цели, ценности и убеждения индивид переживает как личностно значимые и обеспечивающие ему чувство векторности и осмысленности жизни [2].

 Э. Эриксон и Дж. Марсиа изучали четыре статуса эго-идентичности: предрешенная или псевдоидентичность, диффузная или размытая эго-идентичность, достигнутая или автономная и мораторий. Критериями определения статуса идентичности являются соотношение конфликта и решения о выборе [3].

Идентичность имеет структурное строение и находится континууме субъективного времени. Несмотря на то, что некоторая целостность в представлении о себе у индивида достигается в пубертатный период, на каждом возрастном этапе происходит соотнесение идеального и реального образа «Я».

Ядром, вокруг которого строится личность, является приобретение ею «эго-идентичности», а процесс самоотождествления личности актуализируется в ситуациях нормативных кризисов развития.

Жизненные кризисы являются предметом тщательного исследования зарубежных (Б. Ливехуда, Г. Шихи, Э. Эриксона и др.) и отечественных психологов (Р.А. Ахмерова, Э.Ф. Зеера, К.Н. Поливановой, В.И. Слободчикова, Е.Л. Солдатовой и др.). Распределяя период жизни индивида на периоды, они обращают внимание на то, что существуют некоторые трудности перехода от одной стадии к другой.

Согласно исследованию А. Ватерман, чувство достижения идентичности постепенно деструктуризируется по мере того, как цель, ценности и убеждения индивида теряют свою жизнеспособность и уже не отвечают требованиями изменившихся условий жизни.

Если в этой ситуации начинается процесс преодоления кризиса, то идентичность изменяются в соответствии с новыми требованиями социума. Если в структуре идентичности постепенно будет доминировать «механизм психологической защиты», индивид не будет замечать произошедшие изменения, и возникает кризис идентичности [4].

Современный зарубежный психолог Г. Шихи выделяет основные кризисы взрослого человека (Шихи, 1999):

 — кризис «вырывания корней» (18-22 лет), в котором одна часть сознания молодого человека пытается стать индивидуальностью, а другая — обеспечить свою безопасность и стабильность (в связи с этим и возникает основное противоречие);

— кризис «поиска в двадцать лет» (23 года), для которого характерны два основных направления: (обеспечить стабильность и безопасность по готовым образцам (но такие люди чувствуют себя скованными) и стремление к эксперименту (здесь можно зря «растратить свои двадцатые годы в затянувшемся переходном периоде»);

— кризис «попытки «осознания своих тридцати» (30 лет); для этого периода зачастую характерно осознание того факта, что выбор в двадцатые годы оказался неудачным, от чего возникает стремление обвинить в этом всех окружающих и стремление «начать все сначала»;

— наиболее тяжелым кризисом считается кризис «середины жизни» (35-37 лет), в котором обычно возникает «изменение привычных ролей, утрата чувства молодости, угасание физических сил»;

— кризис обновления или покорности («проблема 45 лет»), в развитии которого возможны два варианта: если индивид проявил активную позицию и преодолел предыдущие кризисы, то к 45-ти годам появляется чувство стабильности и удовлетворения; если же он смирился со своим положением, то возникает чувство покорности: индивид лишается поддержки тех, с кем недавно поддерживал активные отношения [5].

Б. Ливехуд, вслед за предыдущим исследователем, выделяет изменения ценностно-смысловой сферы личности, такие, как следующие основные фазы жизни:

1) душевное развитие, рост (до 20 лет);

2) экспансивная фаза: переработка опыта, которая характеризуется гармонией между биологической и духовной линией развития (20 — 40 лет);

3) социальная фаза, или фаза руководства: передача своего опыта, которая характеризуется опережением духовного развития и угасанием биологической линии развития [6].

Большое значение придавалось исследованию кризисов психического развития детей в отечественной психологии. Л.С. Выготский рассматривал такие поведенческие критерии кризиса, как: трудновоспитуемость, конфликтность, упрямство, негативизм и другие, считая их необходимыми условиями и отражающими единство негативной (деструктивной) и позитивной (конструктивной) сторонами возрастного кризиса.

Л.С. Выготский отмечал негативный характер развития в критические периоды, показывая психологическую характеристику этих периодов онтогенеза: «затухание» прогрессивного развития и выдвижение на первый план процессов «отмирания и свертывания, распада и разложения того, что образовалось на предыдущей стадии развития» [7, С. 32].

В целом возрастной кризис в культурно-исторической теории определяется как необходимый для нормального, поэтапного процесса развития личности, как кульминационный момент накопления в стабильные периоды микроизменений. По мнению Л.С. Выготского, психологической сущностью возрастного кризиса является механизм смены социальных ситуаций развития.

При исследовании социальной ситуации развития необходимо опираться на идею Л.С. Выготского о соотношении реальной и идеальной форм развития индивида, который, развиваясь, встречается не только с реальными людьми, но и с миром идей, представлений, а также с образом действий других людей.

По ммнению Л.С. Выготского, мир идеальных (высших) форм, мир культуры является источником, из которого ребенок получает образцы или образы. Источником же развития выступает среда, поскольку именно в ней и находятся идеальные, высшие формы.

Л.С. Выготский подчеркивал, что отношение к среде меняется с возрастом, следовательно, меняется и роль среды в развитии.

Л.С. Выготский указывал на две главенствующие характеристики социальной ситуации развития: объективный и субъективный аспект. Объективный аспект выявляет место личности в системе социальных отношений, отражая объективные сферы взаимоотношений личности с социумом. Субъективный аспект определяет внутреннюю позицию личности индивида, которая связана с развитием самосознания и самооценки, а также с переживанием своих отношений.

В настоящее время сделан большой вклад в понимание содержания важнейших понятий культурно-исторической теории, таких, как «возрастной кризис детских периодов в развитии» (К.Н. Поливанова) [8], «психология нормативных кризисов взрослости» (Е.Л. Солдатова) [9]. Эти исследования в значительной мере разъясняют и структурируют содержание и особенности кризисов в развитии личности.

По мнению К.Н. Поливановой, возрастной кризис, развиваясь в логической последовательности открытия новой идеальной формы, мифологизации, конфликта, рефлексии и разрешения, завершается формированием новой социальной ситуации развития стабильного возраста.

К.Н.Поливанова, исследуя кризисы психического развития детей, отмечает, что ведущими факторами кризисов детства являются перестройка системы отношений с взрослыми и окружающим миром, изменение социальной ситуации развития, а также смена ведущей деятельности [10].

Р.А. Ахмеров рассматривал биографические кризисы личности: кризис нереализованности, субъективное негативное переживание жизненной программы; кризис опустошенности — душевная усталость и переживание отсутствия достижений; кризис бесперспективности — отсутствие перспектив профессионального роста, реалистичных планов на будущее. Автор не связывал данные кризисы с возрастом человека, считая, что они определяются субъективными переживаниями [11].

В.И. Слободчиков отмечает, что первоначальный этап каждой возрастной ступени всегда является новым «рождением», переходом в иную форму жизни. Он акцентирует внимание на том, что последовательная смена ступеней не является условным членением непрерывного процесса эволюции, а, прежде всего, сменой режима индивидуальной жизни как кризиса самости и единичности. Он выделят две группы кризисов: кризисы «рождения» («так жить нельзя»); кризисы развития («хочу быть, как ты») и поиск новых способов самоопределения [12].

С точки зрения Э.Ф. Зеер, кризисы не связаны с возрастом; он считает, что развитие кризисных явлений наблюдается в определенные относительно кратковременные периоды, но они никак не продуцируются возрастом. Возраст является только фоном, на котором развивается кризис, главным здесь выступает изменение социальной ситуации и ведущей деятельности. [13]

 Э.Ф. Зеер указывает, что кризисы психического развития не ограничиваются периодом детства, поскольку социальная ситуация раз-вития и ведущая деятельность изменяются и за границами детского возраста. Он описывает кризисы психического развития как переход от одной стадии развития к другой, характеризующийся изменением социальной ситуации, сменой ведущей деятельности и возникновением психологических новообразований.

Исходя из утверждения о том, что ведущей деятельностью взрослого человека становится учебно-профессиональная и профессиональная, Э.Ф. Зеер называет эти глобальные изменения кризисами профессионального развития личности. Доминирующее значение в возникновении этих кризисов принадлежит смене и перестройке ведущей деятельности. Эти кризисы являются нормативными; их переживают все индивиды, но уровень выраженности кризиса не обязательно приобретает характер конфликта. Преобладающей тенденцией нормативных кризисов становится конструктивная, развивающаяся личность.

Литература

 

1.            Солдатова, Е.Л. Структура и динамика нормативного кризиса перехода к взрослости: монография [Текст] / Е.Л. Солдатова. — Челябинск: Изд-во ЮУрГУ, 2007. — 267 с.

2.            Эриксон, Э. Идентичность: Юность и кризис [Текст] / Э. Эриксон; пер. с англ. — М.: Прогресс, 1996. — 344 с.

3.            Ericson, E. Identity end the life cycle: Selected papers / E. Ericson // Psychological Issues. — 1959. -V. 1.

4.            De Longe, J. Job characteristics and employee well-being: A test of Warr's Vitamin Model in health care workers using structural equation modeling / J. De Longe, W.B. Schaufeli // J. of Organizational Behavior.- 1998. — V. 19 (4). — P. 387-407.

5.            Шихи, Г. Возрастные кризисы — ступени личностного роста [Текст] / Г. Шихи. — СПб.: Ювента, 1999. — 435 с.

6.            Ливехуд, Б. Кризисы жизни — шансы жизни: Развитие человека между детством и старостью [Текст] / Б. Ливехуд. — Калуга, 1994.

7.            Выготский, Л.С. Развитие личности и мировоззрения ребенка [Текст] / Л.С. Выготский // Психология личности: тексты / под ред. Ю.Б. Гиппенрейтер, А.А. Пузырей. — М., 1982. — С. 32-52.

8.            Полунина, О.В. Увлеченность работой и профессиональное выгорание: особенности взаимосвязей [Текст] / О.В. Полунина // Психологический журнал. — 2009. — Т. 30. — № 1. — С. 73-85.

9.            Солдатова, Е.Л. Динамика эго-идентичности и представлений о будущем в нормативных кризисах взрослости [Текст] / Е.Л. Солдатова // Психологическая наука и образование. — 2006. — № 2. — С. 16-30.

10.          Полунина, О.В. Увлеченность работой и профессиональное выгорание: особенности взаимосвязей [Текст] / О.В. Полунина // Психологический журнал. — 2009. — Т. 30. — № 1. — С. 73-85.

11.          Ахмеров, Р.А. Биографические кризисы личности [Текст] / Р.А. Ахмеров. — М, 1994.

12.          Слободчиков, В.И. Категория возраста в психологии и педагогике развития [Текст] / В.И. Слободчиков // Вопросы психологии. — 1991. — № 2.

13.          3еер, Э.Ф. Кризисы профессионального становления личности [Текст] / Э.Ф.Зеер, Э.Э. Сыманюк // Психологический журнал. — 1997. — № 6.