С.В. МОЛЧАНОВ,

 кандидат юридических наук, доцент

 

В  настоящее время становится совершенно очевидным, что, осознавая все преимущества современного информационного общества, научное сообщество не может не признавать: порождающая его информационная революция несет с собой не только новые решения и возможности, но и новые проблемы.

 Так,  в условиях интенсивного использования глобальных информационных сетей в них возникают новые формы информационной агрессии, появляется опасность утраты целыми сообществами своей культурной и национальной самобытности, происходит навязывание человечеству потребительских предпочтений и вкусов в интересах узкой группы транс-национальных компаний-производителей и пр. Эффективные методы противодействия этим и другим опасностям информационного века, разумеется, лежат не в области отгораживания себя от глобального информационного пространства, а в сфере развития собственного полноценного участия в его формировании.

 Другим аспектом проблемы является связанная со все более широким распространение «экранной» культуры неизбежность столкновения с виртуальной реальностью, в которой трудно различимы иллюзия и действительность. Это создает огромные психологические (и даже психические) проблемы (например, проблему эскапизма). Кроме того, по мере нарастания объема информации людям становится труднее ориентироваться в ее содержании, ограждать себя от ее избытка.

 Наконец, в условиях существования открытых, легко доступных и легко наполняемых информационных сетей возникает проблема ограничения информации, считающейся со-циально и экономически опасной; проблема электронного распространения персональных данных, проблема информационного элитаризма, когда лишь часть населения получает доступ к новым технологиям и информационным ресурсам и в состоянии реализовать это преимущество; проблема соблюдения авторских прав и прав производителей электронной информации.

 Решение этих и других проблем становления информационного общества требует серьезных усилий специалистов самых разных профилей.

Поэтому естественно, что и юристы не оставляют без внимания глобальную информационную сеть. Появляется объективная потребность в правовом регулировании новой отрасли. Соответственно возникает новая юридическая специализация — Интернет-право. При этом опросы нормативного регулирования глобальных сетей носят лишь постановочный характер. На пути исследования проблем и разработки адекватных законодательных предложений для их решения пока делаются лишь первые робкие шаги.

Тем не менее в настоящее время необходимость правового регулирования отношений, которые возникают при использовании глобальной сетей, окончательно стала совершенно очевидной. На этом этапе и будет зарождаться и формироваться Интернет-право, как правовая форма регулирования общественных отношений, которые возникают при обмене информацией в глобальной сети Интернет с помощью публично правовых и частноправовых методов.

Во-первых, речь идет о воздействии на индивидуальное сознание человека как гражданина, как субъекта политической жизни, обладающего правосознанием и менталитетом, духовными идеалами и ценностными установками. Политическая реальность нашей жизни такова, что любые информационно-психологические воздействия, осуществляемые через каналы СМИ или межличностного общения (например, слухи), являются манипулятивыми по сути дела, а нередко инструментами провокации. И если к манипулятивной природе воздействия электронных СМИ большинство населения привыкло, признает их цивилизованными средствами политико-психологической борьбы и к ним уже выработан политический иммунитет и приемы личностной психологической защиты, то с анонимными сообщениями, запущенными через Интернет, дело обстоит сложнее. Хотя использование глобальной сети электронных коммуникаций только набирает силу, в Интернете уже вольготно расположились политические авантюристы, пропагандисты, разжигатели слухов, лишенные доступа к официальным СМИ.

Во-вторых, речь идет об информационных воздействиях, прямо угрожающих физическому или психическому здоровью человека. Такие воздействия на протяжении многих лет формируют морально-психологическую атмосферу в обществе, питают криминальную среду и способствуют росту психических заболеваний. Сектантское проповедничество, распространение мистических и эзотерических учений и практик, магии, целительство, шаманство и т.п. по Интернету приобрели угрожающий размах. Как результат — социальная и личностная дезадаптация, а в ряде случаев — разрушение психики человека.

В-третьих, Интернет служит весьма удобной площадкой для подготовки и осуществления информационно-террористических и информационно-криминальных действий. В нем могут распространяться пропагандистские материалы преступных организаций, рецепты изготовления взрывчатых и ядовитых веществ, оружия, наркотических и психотропных средств, наконец, изощренных алгоритмов вскрытия шифров. Вся эта информация легко маскируется под научно-техническую информацию. Отсутствие географических границ, трудно определяемая национальная принадлежность объектов сети, возможность анонимного доступа к ее ресурсам — все это делает системы общественной и личной безопасности уязвимыми.

В-четвертых, это правовая защита персональных информационных ресурсов и интеллектуальной собственности, а также авторских прав на материалы, распространяемые в сети Интернет. В данном случае особенно важна выработка согласованных международно-правовых норм, устанавливающие ответственность за компьютерные преступления, злоумышленное проникновение в информационные сети и личные архивы, нарушение прав и законных интересов граждан в процессе информационного обмена.

Стоит отметить, что исторически сложилось так, что Интернет сам по себе никогда, ни в США, ни в Западной Европе, не был предметом государственного контроля. Чтобы установить связь с сетью Интернета, не требуется никакой лицензии. Сама сеть устроена так, что, имея к ней подсоединение, каждый получает возможность пользоваться большинством предоставляемых ею услуг. Иными словами, пользуясь одним и тем же подсоединением, можно предоставлять другим свои услуги как в виде информации, так и в виде подсоединения к различным источникам. Новые технологии размывают границы между содержанием информации и средством связи. В этом отличие Интернета от многих других «досетевых» технологий связи и информации.

В США контроль за содержанием информации разрешается согласно Первой поправке к Конституции только в тех случаях, когда такой контроль оправдан в силу веского государственного интереса или когда такой контроль применяется к очень узкому предмету. Таким образом, контроль за содержанием информации в США — дело весьма непростое; исключение составляет контроль в целях ограждения от порнографии и защиты несовершеннолетних.

В основе регулирования средств массовой информации в Европе лежит запрет на высказывания, направленные на возбуждение ненависти. Действительно, ограничения в отношении такого рода высказываний были узаконены Международным пактом о гражданских и политических правах. Однако контроль, направленный на ограничение или запрещение возбуждающих ненависть высказываний, содержит свои проблемы. Не исключено, что определение такого рода высказываний будет столь широким, что многие виды высказываний или публикаций будут запрещены просто потому, что представляют угрозу сильным мира сего. С другой стороны, методы контроля за возбуждающими ненависть высказываниями (даже в очень узком смысле) могут быть таковы, что под запрет или ограничение попадут многие вполне законные высказывания.

По мере возникновения новых технологий многие страны, разумеется, вносят изменения в действующие законы в области электронной слежки, чтобы иметь возможность перехватывать сетевые и мобильные телекоммуникации. Это создает угрозу приватности, поскольку правительства нередко слепо переносят старые стандарты на новые технологии без учета того, насколько новые технологии изменили характер и конфиденциальность информации. Защита приватности и прав человека настоятельно требуют, чтобы генерируемые новыми технологиями данные лучше защищались по закону, чем обычная техническая информация о телефонных переговорах или иная информация, связанная с более старыми видами связи.

Отсутствие законодательных актов о развитии Интернета в России, равно как и слабые организационно-технологические возможности их эффективного применения, уже сейчас отрицательно сказываются на развитии общественных отношений (например, в области реализации прав граждан на информацию, предотвращения распространения сведений, затрагивающих честь и достоинство граждан, охраны объектов интеллектуальной собственности, в других сферах общественно-политической жизни). Кроме того, в Российской Федерации до настоящего времени вообще отсутствуют  четкие юридические правила, позволяющие хоть как-то оградить несовершеннолетних от чрезмерного воздействия сцен жестокости и насилия, которые они могут наблюдать на экране телевизора или в Интернете.

При разработке российского законодательства в области Интернета целесообразно придерживаться следующих принципов, вытекающих из специфики построения и функционирования Интернета как глобальной информационной сети.

1. Сама сеть Интернет не является ни объектом, ни субъектом национального правового регулирования. Предметом регулирования российского права являются правоотношения между операторами и пользователями Интернета, как между собой, так и во взаимоотношениях с иными лицами и государственными органами в связи с передачей информации и оказанием услуг через Интернет (принцип предметного регулирования).

2. Связанные с Интернетом правоотношения носят «экстранациональный» характер. Применение локальных правовых норм к таким правоотношениям без учета и связи с законодательством других стран может быть неэффективным. Это требует приоритетного внимания разработке правовых норм Интернета на международно-правовом уровне, путем заключения и исполнения (в том числе инкорпорирования соответствующих норм в российское законодательство) универсальных международных соглашений (принцип приоритета международного уровня правотворчества).

3. Определенное число нормативных проблем, связанных с Интернетом, может и должно быть решено без использования методов государственно-правового регулирования, в том числе на уровне организационного взаимодействия участников «Интернет-сообщества» (в самом широком смысле), а также на уровне алгоритмизации и автоматизации используемых в Интернете процедур (принцип использования внеюридических методов регулирования).

4. Социальная значимость Интернета как средства практически неограниченного доступа к глобальным информационным ресурсам требует законодательного (юридического) закрепления норм и правил, регулирующих прежде всего аспекты функционирования Интернета, непосредственно затрагивающие важнейшие права и законные интересы личности, общества и государства (например, охрана частной жизни граждан, борьба с нарушением общественной нравственности, защита интересов государства в сфере информационной безопасности, охрана правопорядка) (принцип разумной достаточности регулирования).

5. Многообразие и разнородность правоотношений, так или иначе связанных с Интернетом, не позволяет при разработке соответствующей правовой базы ограничиться лишь созданием относительно изолированного, «специального» массива нормативно-правового регулирования. Одновременно с разработкой новых правовых норм, связанных со спецификой функционирования Сети, требуется вносить изменения в уже действующее российское законодательство, с целью обеспечения возможности его прямого использования применительно к отношениям по поводу деятельности в Интернете (принцип комплексного подхода).

Современное состояние законодательной базы о российском сегменте Интернета и необходимость ее изменения и развития с учетом указанных выше принципов обозначают три основных направления развития внутрироссийского законодательства в области Интернета:

1) разработка принципиально новых законодательных и иных нормативных актов, учитывающих специфику функционирования и развития Сети (например, базового федерального закона «О правовом регулировании глобальной информационной сети «Интернет» в Российской Федерации»),

2) совершенствование действующей в Российской Федерации нормативно-правовой базы с целью ее адаптации к правоотношениям, возникающим в связи с функционированием сети Интернет;

3) создание правоприменительного механизмов использования для регулирования указанных отношений уже действующих законодательных актов, без изменения их содержания.

К действующим в Российской Федерации законам, в той или иной степени могущим быть применимыми к отношениям, связанным с Интернетом, относятся, в частности:

1) по наиболее общим вопросам правового режима функционирования информационных сетей и их государственного регулирования: Конституция РФ, Гражданский кодекс РФ, Федеральный закон «Об информации, информатизации и защите информации», Федеральный закон «Об участии в международном информационном обмене», Федеральный закон «О связи», Закон РФ «О средствах массовой информации» и т.д.;

2) по вопросам охраны исключительных прав в отношении информационных объектов, циркулирующих в Интернете: Федеральный закон «Об авторском праве и смежных правах», Федеральный закон «О правовой охране программ для ЭВМ и баз данных», Федеральный закон «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров», Уголовный кодекс РФ, патентное законодательство России и т.п.;

3) по иным вопросам, имеющим отношение к правовому режиму информации в Интернете и определению условий доступа к ней: Федеральный закон «О государственной тайне», Федеральный закон «О федеральных органах правительственной связи и информации», Федеральный закон «О рекламе», Федеральный закон  «Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации» другие законодательные акты. К числу основных проблем, нуждающихся в скорейшем нормативном урегулировании для предотвращения отставания российского сегмента Интернета от общемировых тенденций и обеспечения защиты государственных интересов Российской Федерации в данной области, думается, стоит отнести:

1) определение государственной политики Российской Федерации в отношении развития российского сегмента глобальной информационной сети Интернет; решение на международном уровне вопросов государственной юрисдикции применительно к различным сегментам Интернета,

2) обеспечение свободного доступа российских пользователей к сети Интернет и соответствующим сетевым информационным ресурсам, а также беспрепятственного информационного обмена;

3) определение порядка и условий подключения к Интернету государственных органов (в том числе с целью обеспечения граждан информацией о деятельности этих органов), а также учреждений библиотек, школ и иных учреждений социально-культурной сферы;

4) определение правового режима информации, размещаемой в Интернете или передаваемой через предоставляемые в Интернете средства обмена;

5) предотвращение общественно опасных деяний, совершаемых в Интернете, (в частности, распространения оскорбительной и непристойной информации, антиобщественных призывов), а также создание нормативных условий для эффективного выявления и наказания лиц, совершающих такие правонарушения;

6) действенная охрана авторских и иных исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, размещаемые в Интернете;

7) защита персональных данных, в частности тех данных о пользователях Интернета, которые собираются в процессе их взаимодействия между собой и с операторами услуг в Интернете;

8) создание нормативных условий для электронного документооборота в Интернете; установление принципов и порядка использования адресного пространства Интернета; подтверждение подлинности и авторства информации в информационных продуктах, средствах просмотра и передачи информации;

9) обеспечение нормативной базы для электронной коммерции; признание юридической силы за сделками, совершенными в Интернете; определение порядка производства электронных платежей;

10) обеспечение информационной безопасности (в частности, предотвращение распространения по Интернету компьютерных вирусов, недопущение несанкционированного доступа к информации); установление порядка применения средств криптозащиты применительно к использованию Интернета.