УДК 340.132 

Страницы в журнале: 13-14

 

В.В. ТРОФИМОВ,

кандидат юридических наук, доцент Тамбовского государственного университета им. Г.Р. Державина

 

Рассматривается проблема социальной обусловленности права на фоне тенденций и закономерностей современного общественного развития. Отмечается значимость для юридической науки комплексных социолого-правовых исследований. Апробируются современные научные подходы к изучению социальных систем. Констатируется социально-интерактивная природа правообразовательного процесса.

Ключевые слова: правообразовательный процесс, современное общество, социология права, взаимодействие, закономерности, юридическое воздействие, правовая система.

 

Modern society and law making process

 

Trophimov V.

 

The article considers the problem of social law conditionality on a background of modern social development trends and rules. It is stressed that comprehensive social-legal researches is very important for the jurisprudence. Modern scientific approaches to social systems investigation are approved. It is stated that a law making process has a social-interactive nature.

Кeywords: law making process, modern society, law sociology, interaction, regularities, judicial impact, judicial system (jus).

 

На современном этапе развития общества становятся все более актуальными проблемы усиления роли права в жизни людей, преодоления ситуации правового нигилизма, повышения качества правового воздействия на социальные отношения. Важное место в решении этих вопросов отводится правотворческой политике, которая призвана способствовать на основе глубокого изучения социально-правовых закономерностей созданию положительного права, эффективного механизма правового регулирования.

Будучи социальной наукой, правоведение не может и не должно игнорировать общесоциальные закономерности, так как право — это прежде всего социальное явление. Как замечает С.С. Алексеев, «право, все части механизма правового регулирования существуют объективно, представляют собой реальные явления социальной жизни»[1]. Право имеет социальное, а не государственное происхождение. Задача государства — выявлять наиболее органичные для данного общества отношения и закреплять их на легитимной основе в качестве правовых[2]. Поэтому, изучая право и юридические конструкции, необходимо начинать с исследования социальной жизни, в ходе которой предметная деятельность людей трансформируется в соответствующие правовые значения и формы.

Согласно научным представлениям «общество — это определенный тип системы, состоящей из разнородных взаимосвязанных элементов и подсистем, свойств и отношений, созданной индивидами на основе механизма обратной связи, целью которой является реализация экстремальных принципов в жизнедеятельности индивидов с помощью законов, действующих в определенных границах»[3]. Это определение предлагается современными социологами, исходящими из принципов общей теории систем и критерия конструктивности; оно выражает главные (сущностные) характеристики этого феномена.

Функционирование системы рассматривается как итоговый результат активности и взаимодействия всех элементов, подсистем и уровней, влияния других социальных структур и окружающей среды, а также прошлого состояния системы и ожидаемого будущего. Основным механизмом деятельности социума является общесистемный механизм обратной связи[4], согласно которому существует влияние результатов функционирования системы на характер этого функционирования, включая элементы, связи, свойства и отношения, их изменения. Иными словами, общество есть результат взаимодействия индивидов, оказывающий обратное влияние на взаимодействие индивидов. Общество — это система субъектного типа, строящаяся на деятельностном взаимодействии людей[5], правовая жизнь которых зависит от самих личностей — субъектов права.

Сегодня российское общество испытывает серьезные изменения, касающиеся его внутренней структуры, системных взаимосвязей между различными социальными элементами. Современное российское общество представляет собой сложный высокодифференцированный социальный организм, состоящий из многочисленных автономных комплексных самореферентных (но в то же время интегрированных в общее социальное пространство) систем взаимодействия индивидов и их общностей. Оно трансформировалось из моносоциального образования (общества, состоящего из людей с усредненно равными «возможностями», а значит, объективно едиными интересами и стремлениями) в полисоциальную, многоуровневую и глубоко дифференцированную структуру, складывающуюся из многочисленных автономных комплексных социальных систем и субсистем со своими интересами, со своими образцами субкультуры, в том числе правовой субкультуры. Право как социальное явление, правообразование как социальный процесс воспринимают соответствующие общественные преобразования и также претерпевают глубокие структурные изменения.

Совершенно очевидно, что процесс формирования элементов системы права, берущий свое начало на уровне систем социального взаимодействия, должен быть исследован как объективный источник происхождения права; в качестве предмета теоретико-правового изучения и анализа должна предстать непосредственная социальная среда, в которой создаются необходимые в правовом пространстве организационные предпосылки. Это связано с проведением комплексных социолого-правовых исследований. Однако применение социологического подхода к праву не самоцель. С его помощью можно посмотреть на право с позиции его первооснов, первопричин, т. е. выйти на объективные основания права, правовых норм, включая все структурные их компоненты. Социолого-правовой метод позволяет вести наблюдение за технологией процесса формирования права. И если сама жизнь воспроизводит те или иные варианты нормативности и совокупности поступков и действий по отношению к окружающим, то правовая норма как идеально-типическая модель правового поведения в виде логического суждения будет истинной тогда, когда воплотит в своих формах все то, что создано самой социальной системой в целях поддержания внутреннего равновесия. Право есть важный элемент интеграционного механизма, существующего в обществе.

Следует признать, что отечественная правовая наука и ранее не исключала социологический подход из арсенала познавательных методов. Однако сегодня при условии наметившихся перспектив дальнейшей модернизации российского общества, политической и правовой систем с учетом достаточно глубокой дифференциации общественного организма на различные макро- и микросоциальные группы (страты, слои, корпорации, общности) необходимо в рамках социолого-правовых исследований переходить от традиционного понимания факторов социальной обусловленности права (на основе марксистской монистической социальной парадигмы) к обновленной социально-правовой теории, в которой при сохранении принципа социальной детерминации права на вооружение берется комплекс методологических построений, под различными углами зрения рассматривающих социальную жизнь[6]. С обновленных позиций, соответственно, следует исследовать одну из основных форм социальной жизни — правовую жизнь.

С целью более углубленного понимания современного социального механизма правообразования необходимо констатировать, что его действие осуществляется в системах социального взаимодействия, образующих главную ипостась всей социально-правовой жизни, генетическим уровнем которой является процесс формирования права. Правообразовательный процесс имеет глубокую социально-интерактивную природу, в силу которой правовое регулирование выражает (должно выражать) смысл и логику феномена социального взаимодействия. Взаимодействие, или деятельностная коммуникация, по меньшей мере двух человеческих индивидов — первокирпичик, матрица всякой социальности, всего социального. Коммуникация является тем элементарным процессом, который конституирует социальную реальность. И именно эта деятельностная коммуникация должна составлять главную цель познания процесса социальной обусловленности права, поскольку социальность, углубляясь до своих корней или предельных оснований, уточняется как интеракция, деятельностная коммуникация между людьми.

В современной западной социологии проводником данного подхода считается Т. Парсонс — ученик П. Сорокина, американский ученый, внесший немалый вклад в развитие социолого-правовых исследований посредством своего особого социологического метода — метода «структурного функционализма», посвятивший свою научную деятельность изучению внутренних системных механизмов. Основная заслуга Т. Парсонса состоит в том, по мнению Ф. Уилкинсона, что его акцент на взаимодействии социальных субъектов в сфере правового регулирования открыл перспективы для «интеракционистского анализа права»[7]. Этот методологический потенциал был реализован в исследованиях Т. Парсонса и его последователей. В частности, западногерманский социолог Н. Луман в книге «Социология права» полагал:  для того чтобы найти тот элементарный социальный уровень, на котором зарождается право, необходимо обратиться к свойствам «фактической жизни». По его мнению, «основы элементарных правообразующих структур и процессов» лежат в межличностных отношениях.

Н. Луман определяет право как структуру социальной системы, покоящуюся на конгруэнтной генерализации нормативных ожиданий поведения. По его оценке, это функциональное понятие права, из которого можно сделать вывод о том, что анализ развития права необходимо связывать с эволюцией общества[8].

Социально-интерактивная природа правообразовательного процесса достаточно убедительно подтверждается на примере сопоставления типов взаимодействия социальных субъектов (конфликт и сотрудничество) и характера обусловленных данными типами социальной интеракции правовых норм (диспозитивный и императивный) и юридических средств (позитивный и негативный). Правообразующие тенденции детерминируются двумя основными типами социально-правовых отношений в виде конфликта и социального сотрудничества. Конфликтные отношения в социальных системах обусловливают разрешительный тип правового регулирования, а отношения сотрудничества — общедозволительный, который, как и предыдущий, характеризуется специфическим набором юридических инструментов. Каждый из способов юридического воздействия предназначен для выполнения определенной функции с целью поддержания стабильности в социальной системе[9]. В условиях современного правового развития нужно стремиться к гармоничному использованию как стимулирующих (позитивных), так и ограничивающих (негативных) правовых средств[10].

Формирование правового опыта в настоящее время не ограничивается лишь осознанием и реализацией принимаемых исключительно законодателем правовых норм. Люди сами активно участвуют в создании права, установлении правовых основ. Обычное, договорное, корпоративное и судебное право — это плоды функционирования современного механизма общественной жизни, изменившейся социальной и политико-правовой реальности. Поэтому поднимаемая сегодня в юридической науке проблема гетерогенности и плюрализма источников права — это не только дань современным научным тенденциям, а также интеграции отечественной науки в мировое научное пространство, но главным образом объективная реакция на условия и факты современной социально-правовой жизни, отражающие правовую активность микросоциума. Этими социальными фактами определяется возможность по-новому посмотреть на проблему социальной (микро- и макро-) обусловленности типов источников (форм) права, а также их социальную адекватность (оптимальный выбор применительно к различным уровням социально-правовой жизни). Уровни социального взаимодействия детерминируют специфику форм (источников) права, охватывающих эти различные социальные пласты правового регулирования.

Правообразующая активность различных социальных слоев меняет характер требований к правовому инструментарию, механизму правового регулирования в целом. Модернизация правовой системы, приспособление ее к новым, более динамичным условиям жизни должна сопровождаться формированием более надежного и вместе с тем мобильного арсенала способов создания права. При этом речь может идти как о некотором расширении состава субъектов правообразования (судебная власть), так и о создании условий для саморазвития, саморегулирования правовой системы. В рамках правовой системы современного общества должен существовать баланс между различными способами правообразования (законотворчество, судебная практика, локальное правотворчество и др.) и венчающими правообразовательный процесс формами права. К такому выводу направляет и тот факт, что ни один из известных способов образования права не способен решить все задачи, связанные с проблемой воспроизводства актуального права, и ни одна из известных форм не может считаться универсальной в своем функциональном предназначении. Достигнуть искомого баланса реально при помощи разумной правовой политики, создав соответствующие условия для их комплементарного взаимодействия.

Необходимость изучения всех этих вопросов достаточно очевидна, поскольку право в обществе должно быть не только формальным, но и социально эффективным, а значит, должно базироваться на знании закономерностей и особенностей современных социальных отношений. Только в этом случае оно может стать юридической типовой моделью, которая действительно в состоянии охватить общественные отношения и предложить правовые средства, обеспечивающие оптимальное функционирование механизмов общественной жизни.

 

Библиография

1 Алексеев С.С. Общая теория социалистического права. Вып. IV. — Свердловск, 1966. С. 199.

2 См.: Милушева Т.В. Государственная власть и правообразование // Правовая политика и правовая жизнь. 2009. № 2. С. 202.

3 Давыдов А.А. К вопросу об определении понятия «общество» // Социологические исследования. 2004. № 2. С. 14.

4 «В широком смысле понятие обратной связи означает, что часть выходной энергии аппарата или машины возвращается на вход. Положительная обратная связь прибавляется к входным сигналам и корректирует их». См.: Ратников В.С. Обновление методологической культуры в процессе освоения наукой феномена сложности // Системный подход в современной науке. — М., 2004. С. 254—275.

5 См.: Бороноев А.О., Смирнов П.И. О понятиях «общество» и «социальное» // Социологические исследования. 2003. № 8. С. 11.

6 См.: Сагатовский В.Н. Социальная философия: поиски целостности // Социально-политический журнал. 1994. № 6. С. 55—70.

7 Wilkinson P. The potential of functionalism for the sociological analysis of law // Sociological approaches to law. — L., 1981. P. 79.

8 См.: Правовая мысль ХХ века: Сб. обзоров и рефератов / Отв. ред. Ю.С. Пивоваров. — М., 2002. С. 85—87.

9 См. подробнее о спецификации правового регулирования: Сапун В.А. Теория правовых средств и механизм реализации права. — СПб., 2002.

10 См.: Малько А.В., Шундиков К.В. Цели и средства в праве и правовой политике. — Саратов, 2003.