М.М. ЗЕЙНАЛОВ,

доцент кафедры уголовного права и криминологии Дагестанского государственного университета, главный специалист-эксперт Управления Минюста Россиипо Южному федеральному округу 

М.-С.И. МАГОМЕДОВ,

соискатель кафедры уголовного права и криминологии Дагестанского государственного университета

 

Переход к рыночной экономике в России открыл новые возможности. Увеличение имущественного оборота и усложнение его содержания, запаздывающая за меняющимися преступными проявлениями законодательная база, появление новых форм и способов совершения мошенничества, профессионализм исполнителей способствовали беспрецедентному росту мошеннических посягательств на собственность.

Предметом мошенничества выступает имущество и право на имущество. Понимание имущества как предмета мошенничества в науке неоднозначно. Одни исследователи акцентируют внимание на том, что предметом хищения может быть имущество, обладающее хозяйственно-экономической значимостью, стоимостью. Другие наряду с этим признаком отмечают наличие у имущества, выступающего предметом хищения, свойства полезности, способности удовлетворять потребностям людей. Третьи, кроме того, указывают на то, что имущество как предмет хищения является материальным выражением, проявлением отношения собственности.

В целом большинство юристов сходится в том, что под предметом хищения следует понимать вещь (или их совокупность), охваченную отношениями собственности, обладающую потребительской стоимостью и стоимостью, посредством изъятия или завладения которой со стороны неуправомоченного лица причиняется ущерб отношениям собственности. При этом в качестве обязательных указываются физический, экономический и правовой признаки имущества.

Интересными представляются суждения Н.Г. Иванова по поводу понимания имущества в уголовном праве. Гражданское законодательство относит к имуществу не только вещи материального мира, но и право на имущество. Уголовное право должно определиться: либо по-прежнему считать имуществом лишь физическую материальную субстанцию, и тогда такое положение следует признать уголовно-правовой фикцией, либо присоединиться к гражданско-правовой интерпретации, и тогда пересмотреть нормы статей 159 и 163 УК РФ[1].

Право на имущество не может быть идентифицировано с имущественными правами. Право на имущество — это юридическая категория, включающая в себя определенные полномочия собственника, т. е. права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему имуществом. Актуальность вопроса о соотношении понятий «имущество» и «право на имущество» обусловливается потребностью их разграничения.

Дробление предмета мошенничества имеет большое значение при определении момента его окончания. Право на имущество может быть закреплено в различных документах — в завещании, страховом полисе, доверенности, ценных бумагах и др. При получении мошенником документов, на основании обладания которыми он приобретает право на имущество, преступление считается оконченным независимо от того, удалось ли мошеннику получить по ним соответствующее имущество или нет. Такой же позиции придерживаются Ю.И. Ляпунов[3], Г.Н. Борзенков[3].

Рассмотрение предмета мошенничества обусловливает необходимость анализа такого признака, как размер. УК РФ дифференцирует ответственность в квалифицированных и особо квалифицированных составах в зависимости от размера предмета мошенничества. Последний определен законодателем в твердой денежной сумме: не менее 2,5 тыс. руб. (значительный ущерб), более 250 тыс. руб. (крупный размер), более 1 млн руб. (особо крупный размер).

Вместе с тем в самом УК РФ не определен минимальный размер имущества, мошенническое завладение которым влечет за собой уголовную ответственность. Этот размер устанавливается исходя из толкования норм КоАП РФ.

В 2007 году в КоАП РФ внесены изменения в части трансформации способа выражения денежного взыскания, налагаемого за административное правонарушение. Минимальный размер оплаты труда заменен на фиксированные денежные суммы. Изменен способ выражения размера мелкого хищения чужого имущества. Хищение чужого имущества признается мелким и не влечет за собой уголовной ответственности, если стоимость похищенного имущества не превышает 100 руб.

Ранее при определении минимального размера имущества, мошенническое завладение которым влекло за собой уголовную ответственность, суды руководствовались ст. 1 Федерального закона от 19.06.2000 № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда», устанавливающей минимальный размер оплаты труда. Позиция законодателя была основана, во-первых, на положении ст. 3, в которой определено, что суммы минимального размера оплаты труда, установленные ст. 1, применяются исключительно для регулирования оплаты труда, т. е. для установления минимального размера, ниже которого не может производиться выплата заработной платы. Во-вторых, установленная ст. 5 базовая сумма в размере 100 руб. была не минимальным размером оплаты труда, а временной ставкой и ее действие распространялось только на период до внесения изменений в соответствующие федеральные законы, определяющие порядок исчисления налогов, сборов, штрафов и иных платежей (см. письмо Управления по надзору за исполнением налогового и таможенного законодательства Генеральной прокуратуры РФ от 21.11.2002 № 37/1-582-02).

С 1 мая 2006 г. минимальный размер оплаты труда был установлен в сумме 1100 руб. в месяц. В настоящее время размер хищения, влекущего за собой уголовную ответственность, законодатель зафиксировал уже в денежной сумме и снизил его до 100 руб.

Установление различных единиц измерения предмета мошенничества в уголовном и административном законодательстве подрывало единую линию государственной политики борьбы с этим явлением. Вместе с тем, учитывая позицию Конституционного суда РФ, допустившего наличие такой единицы измерения ущерба в УК РФ, как минимальный размер оплаты труда, и имеющуюся инфляцию, полагаем, что законодатель поспешил с решением исчисления размера хищения в УК РФ и КоАП РФ в фиксированной денежной сумме.

 

Библиография

1 См.: Иванов Н.Г. Парадоксы уголовного закона // Гос-во и право. 1998. № 3.

2 См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. 2-е изд. / Под ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева. — М., 1997. С. 348.

3 См.: Борзенков Г.Н. Ответственность за мошенничество (вопросы квалификации). — М., 1971. С. 54.