А.Ю. АРАКЕЛЯН,

аспирант кафедры гражданского права Кубанского государственного университета (г. Краснодар)

 

С   древних времен вопрос о сущности справедливости, о том, что следует считать справедливым, а что несправедливым, является предметом исследования философии, социологии, экономики и других наук. Проблема соотношения справедливости и права имеет многовековую историю, ее разрешению традиционно уделяется большое внимание в общей теории и философии права, все чаще она поднимается в отраслевых правовых дисциплинах, в том числе в гражданском праве.

Тенденцией развития современной цивилистики является обращение к фундаментальным понятиям, их переосмысление с точки зрения частного права. В последнее время в науке гражданского права повысился интерес к исследованию цивилистической категории «справедливость», но проблема понимания справедливости до конца не разрешена, поскольку остаются без внимания многие вопросы.

Формированию современного гражданско-правового понимания справедливости предшествовал длительный период, связанный с главными этапами развития цивилистики. Его основы заложены римскими юристами в принципе справедливости (aequitas), который означал равное и пропорциональное распределение благ. Г.С. Мэн отмечал, что равенство перед законом имеет мало общего со справедливостью римлян. Слово «aequitas» первоначально означало либо уравнивание в обмене, либо устранение неправильностей, которое имело место везде, где преторская система применялась к спорам между чужестранцами. Понятию справедливости в римской юриспруденции не придавалось этического значения[1]. В.И. Синайский, наоборот, отмечал нравственный характер aequitas, но в то же время указывал, что римлянам было не свойственно понимание справедливости в смысле какого-то непреодолимого чувства. Для них идея справедливости была соответствием правовых норм гражданскому обороту, его потребностям[2].

При применении категории «справедливость» римляне руководствовались объективным критерием — потребностями гражданского оборота. Справедливость наряду с нравственным имела сугубо правовое значение. Римские юристы опирались на справедливость в процессе применения и толкования законов. Одним из ее главных требований было учитывать особенности каждого случая, и если необходимо, то в соответствии со справедливостью допускалось отступление от буквы закона. Смысл справедливости заключался в следовании духу права, ориентации на общие, сущностные правовые начала.

В римском частном праве справедливость мыслилась как объективный фактор правообразования. Применяя закон либо создавая новое правовое предписание путем интерпретации норм, юристы исходили их того, что право должно быть продолжением справедливости. Если из содержания закона следовало, что он создан на ином основании, нежели справедливость, такой закон считался неправовым, и римляне обращались к самой справедливости как первоначалу частного права.

Многие положения, разработанные римскими юристами в отношении справедливости, были восприняты и развиты российскими дореволюционными цивилистами. Справедливость в их представлении служила отражением «начал личности» в гражданских правоотношениях. Действовать в соответствии с требованиями справедливости означало руководствоваться при толковании положений договора либо при разрешении спора в судебном порядке волей субъектов правоотношения[3]. Справедливость воспринималась как индивидуализирующее начало гражданского права, поскольку требование соблюдать справедливость ассоциировалось как необходимость учитывать специфику каждого конкретного случая.

Справедливость в дореволюционном гражданском праве воспринималась с общефилософ-ских позиций как соотношение свободы индивида и потребности ее ограничения в общественных интересах[4]. Некоторыми цивилистами она рассматривалась в контексте устранения пробелов в праве. Эта процедура связывалась с познанием духа законов, который усматривался не только в общих принципах права, но и в идеалах, включающих в себя справедливость, целесообразность, милостивость[5]. Поиск внутренних начал гражданского права привел классиков российской цивилистики к пониманию справедливости как к социально-культурному идеалу, отражающему особенности общественных условий. Достижение справедливости становилось первоначальной целью существования правовых институтов, той идеей, на которой право зарождается, развивается и к реализации которой стремится.

Многоаспектность в понимании справедливости, отмеченная римскими и отечественными дореволюционными цивилистами, наблюдается и сегодня. Справедливость является многофункциональным понятием современного гражданского права.

Принцип справедливости осуществляет функцию регулирования гражданско-правовых отношений. В соответствии с п. 2 ст. 6 ГК РФ при отсутствии нормы, регулирующей гражданско-правовые отношения, права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости. Гражданское законодательство регулирует наиболее типичные отношения, в то же время в соответствии с заложенными в нем основными началами (ст. 1) субъекты обладают значительной самостоятельностью в выборе вариантов поведения, как предусмотренных, так и не предусмотренных нормами закона.

Положения ст. 6 ГК РФ рассчитаны на случаи, когда субъекты гражданского права вступают в нетипичные отношения, которые не регулируются конкретными нормами права. Однако это не означает, что подобные ситуации выпадают из-под правового регулирования, так как законодатель, предвидя такие случаи, указал на возможность определять права и обязанности сторон в соответствии с требованиями, предъявляемыми в том числе справедливостью. Справедливость, учитывая особенности конкретной ситуации, является регулятором гражданско-правовых отношений.

Справедливость в гражданском праве является принципом, в соответствии с которым гражданские права ограничиваются. Несмотря на то что гражданское законодательство строится на началах диспозитивности, а его субъектам предоставляется широкая возможность действовать по своему усмотрению, ограничение прав, определение их пределов — объективная потребность, с одной стороны, нормального функционирования гражданского оборота, а с другой — свободы личности[6]. Справедливым считается установление самой возможности ограничения прав в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (п. 2 ст. 1 ГК РФ). Но и справедливость является критерием, в соответствии с которым устанавливаются пределы ограничений. Ограничивая тем или иным образом гражданские права, законодатель должен руководствоваться принципом справедливости, в соответствии с которым степень ограничений должна соответствовать целям их установления.

Справедливость обеспечивает индивидуализированное и дифференцированное применение норм гражданского законодательства. В рамках этой функции справедливость находит проявление в нескольких аспектах. Во-первых, справедливость является критерием дифференциации и индивидуализации гражданско-правовой ответственности, что проявляется в зависимости объема возлагаемой ответственности от обстоятельств, предваряющих, сопровождающих возникновение оснований юридической ответственности, а также целей, мотивов, характера деяния лица, поведения потерпевшего[7].

Во-вторых, многие нормы гражданского законодательства необходимо применять с учетом индивидуальных особенностей личности. Так, в силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Справедливость привносит в гражданское право нравственные начала. Справедливость в морально-этическом значении — это то, что должно быть с позиции определения системы ценностей. Важнейшее требование справедливости — согласованность права и морали, соответствие права нравственным ориентирам. Справедливость, являясь первичным понятием нравственности, распространяет свои требования и на область правоведения, обеспечивая действие в праве правил морали.

Справедливость выполняет координирующую функцию, обеспечивая сбалансированность взаимных интересов субъектов гражданских правоотношений. Гражданские права осуществляются путем совершения определенных волевых действий. Они представляют собой не просто сумму разрозненных поведенческих актов, а целеориентированную деятельность. Поскольку эта деятельность осуществляется в рамках общественных отношений, реальны ситуации, при которых интересы субъектов не просто пересекаются, но вступают в противоречие, либо когда те средства, с помощью которых достигаются цели, противоречат общественным интересам. Категория «справедливость» призвана не только подкреплять частноправовой интерес, но и поддерживать компромисс в обществе. Еще дореволюционный правовед Н. Рождественский отмечал, что справедливость — это то, что «определяет и уравнивает взаимные отношения свободных людей друг с другом»[8]. Эта функция справедливости проявляется в соизмерении действий субъектов и их последствий.

Для того, чтобы функции были реализованы, принцип справедливости должен быть практически применимым. Последнее возможно только с учетом действующих в гражданско-правовой сфере критериев справедливости. Существуют единство и необходимая связь между характером распределительной ситуации и соответствующими критериями справедливости. На это в рамках общей теории права указывает Г.В. Мальцев: распределительная ситуация, как правило, осуществляется на основе множества критериев справедливости, при этом один и тот же критерий способен обслуживать распределительные отношения различных типов[9].

Поскольку справедливость является многопонятийной категорией, применяемой для оценки разнообразных общественных отношений, оценочным понятием, содержание которого уточняется в каждом случае в зависимости от тех или иных обстоятельств, то и ее критерии различаются в зависимости от сферы жизнедеятельности, в которой она применяется, в том числе в правовой сфере. Каждая отрасль права действует на основе определенных принципов, которые зависят от особенностей опосредуемых ею отношений. Критерии справедливости приобретают специфику внутри каждой отрасли; при их исследовании необходимо учитывать закономерности развития той или иной отрасли, начала, на которых она базируется.

Особенностью распределительной ситуации в рамках гражданского права является то, что отношения между субъектами строятся на принципе равенства и имущественной обособленности, а предметом обмена являются материальные и нематериальные блага. Процесс обмена, т. е. отношения перехода материальных и иных благ, происходит при наличии волеизъявления субъектов и строится на эквивалентно-возмездных началах. Эти особенности распределительной ситуации обусловливают и наличие специфических критериев справедливости.

Для характеристики справедливости в цивилистике предлагается использовать понятия соразмерности и эквивалентности. Соразмерность понимается как «соответствующий какой-нибудь мере, соответственный чему-нибудь; правильный в соотношении своих размеров, частей, в своем строении, пропорциональный»[10]. Соразмерность означает равновесие, согласие, баланс, соответствие между действиями субъектов гражданского права, между получаемым и отдаваемым в процессе их взаимодействия.

Соразмерность в гражданском законодательстве как критерий справедливости — выразитель меры, которую необходимо соблюдать при обмене, при этом мера выдерживается в некоем соответствии какой-то средней или идеальной величине. Так, в ст. 255 ГК РФ закреплено правило, определяющее, что, если при обращении взыскания на долю в общем имуществе выделение доли в натуре невозможно либо против этого возражают остальные участники долевой или совместной собственности, кредитор вправе требовать продажи должником своей доли остальным участникам общей собственности по цене, соразмерной рыночной стоимости этой доли. В данном случае желаемая цена соотносится с рыночной, являющейся тем масштабом, на который следует ориентироваться.

Реализация требований справедливости, заключающихся в том, что при осуществлении гражданских правоотношений должен быть соблюден баланс интересов сторон, невозможна без учета соразмерности их действий. Соразмерность как критерий справедливости означает, что действия субъектов гражданских правоотношений должны быть согласованы между собой и отвечать какой-либо идеальной величине, не выходить за ее пределы.

В теории гражданского права эквивалентность раньше не рассматривалась. В гражданских правоотношениях она понимается как равенство субъективных прав и обязанностей[11]; равенство обмениваемых благ[12]; предметный признак, характеризующий предмет регулирования гражданского права[13]. Во всех этих случаях эквивалентность отождествляется с понятием равенства.

Вместе с тем эквивалентность имеет и иной смысл, может пониматься как равноценность. В этом значении она является критерием справедливости. Только при соблюдении эквивалентности гражданских правоотношений можно достичь справедливости как соотношения между потребностями различных лиц. В силу того что затраты и вознаграждение производны от потребностей, достигнуть абсолютного количественного равенства в процессе обмена невозможно. Критерием справедливости служит относительная эквивалентность, выражающаяся в том, что значение, придаваемое лицом обладанию чем бы то ни было, зависит в каждом случае исключительно от индивидуальных вкусов и наклонностей лица, «так как обладание любым благом (как материальным, так и отвлеченным) ценится каждым постольку, поскольку это последнее удовлетворяет субъективным потребностям обладателя»[14].

Справедливость обеспечивается путем реализации сторонами их субъективного интереса в приобретении определенных благ, получении не равного, а равноценного удовлетворения. Эквивалентность как критерий справедливости отвечает за конечный результат распределения, соответствие вознаграждения субъектов вложенным затратам.

Условиями выявления и применения критериев эквивалентности являются, во-первых, установление вклада субъектов в реализацию правоотношения, а во-вторых, определение соотношения между вкладом и последствиями. От вклада как первичного действия зависит конечный результат распределения, характеристика его как справедливого или несправедливого. На основании установления прямой функциональной зависимости между тем, что субъект гражданского правоотношения вкладывает в его реализацию, и тем, что он получает в итоге, можно сделать вывод о соблюдении требований справедливости.

Значение справедливости в гражданских правоотношениях тесно связано с категорией «интерес». Психологи часто ассоциируют термин «интерес» со словом «выгода», однако такое понимание не всегда применимо при характеристике интереса в гражданском праве. Так, не исключены ситуации, когда субъекты деятельности «проявляют интерес к поведению, действиям, не приносящим экономической выгоды, денежно убыточным, но доставляющим моральное удовлетворение»[15].

Как полагает В.П. Грибанов, с определением интереса как выгоды нельзя согласиться, так как выгода всегда ассоциируется с каким-либо имущественным приобретением, в то время как закон говорит не только об имущественных, но и о личных неимущественных интересах граждан и организаций. Более того, в некоторых случаях интерес управомоченного лица не только не связан с какой-либо выгодой, а наоборот, предполагает «невыгоду» для самого управомоченного лица, например при дарении, заключении договора в пользу третьего лица, ведении чужих дел без поручения[16].

Справедливость в обменных гражданско-правовых отношениях реализуется в возможности удовлетворения личного интереса в результате совершения определенных волевых действий. Именно наличие интереса обусловливает возможность выделения и применения таких критериев справедливости, как соразмерность и эквивалентность.

Еще одним аспектом исследования категории «справедливость» является восприятие ее в качестве принципа гражданского права. В цивилистике существует несколько мнений в отношении того, что представляет собой принцип справедливости. С.А. Иванова указывает, что принцип справедливости (как общий принцип права) нашел воплощение в принципах разумности и добросовестности (как отраслевых принципах права), «растворился» в огромном массиве гражданского законодательства, обретя формы разумности и добросовестности[17]. Напротив, В.А. Белов отмечает, что принцип добросовестности является обобщающим по

отношению к двум другим принципам — разумности и справедливости[18]. Д.Л. Кондратюк полагает, что принципы справедливости, гуманности, добросовестности и разумности представляют собой единую систему нравственных принципов гражданского права, применение одного из которых не должно исключать и умалять значения других[19].

Признавая безусловную взаимосвязь между принципами добросовестности, разумности, справедливости, считаю, что их нужно рассматривать как самостоятельные, поскольку это явления разнопорядковые. Добросовестность определяется как субъективная оценка поведения лица, характеризующая совесть человека, отягощенную или не отягощенную знанием о возможном причинении вреда другому лицу[20]; разумность отражает интеллектуальный момент деятельности субъектов; справедливость служит мерой вклада и получения.

Справедливость можно назвать общим принципом гражданского права, поскольку его действие проявляется при возникновении, осуществлении, прекращении и защите гражданских прав и обязанностей, а также при применении и толковании норм гражданского права. Справедливость в гражданских правоотношениях можно определить как принцип, в соответствии с которым гражданско-правовые явления оцениваются с позиций эквивалентности, соразмерности, а также в зависимости от вклада участников правоотношений в реализацию своего интереса.

Идея справедливости находит воплощение в иных принципах гражданского права. Принципы неприкосновенности собственности, свободы договора, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты, нерасторжимости договора в форме недопустимости одностороннего отказа от исполнения, реального и надлежащего исполнения обязательств направлены на реализацию справедливости в нормах права.

Таким образом, существует преемственность в понимании значения справедливости в цивилистике. Основы справедливости, заложенные римскими юристами и российскими дореволюционными цивилистами, прослеживаются и сегодня. В современном гражданском праве суть справедливости заключается в таком согласовании интересов субъектов гражданских правоотношений, при котором одновременно поддерживается частноправовой интерес и общественный компромисс. Требования справедливости состоят в необходимости учитывать особенности каждого гражданского правоотношения, истинное волеизъявление субъектов, господствующие нравственные принципы.

 

Библиография

1 См.: Мэн Г.С. Древнее право, его связь с древней историей общества и его отношение к новейшим идеям. — СПб., 1873. С. 45—46.

2 См.: Синайский В.И. История источников римского права. — Варшава, 1911. С. 58.

3 См.: Кривцов А.С. Абстрактные и материальные обязательства в римском и в современном гражданском праве. — М., 2003. С. 165; Синайский В.И. Русское гражданское право. — М., 2002. С. 62, 88, 320; Чичерин Б.Н. Избранные произведения. — СПб., 1998. С. 96—97.

4 См.: Мейер Д.И. Русское гражданское право. — М., 1997 С. 44; Хвостов В.М. Система римского права: Учеб. — М., 1996. С. 15.

5 См.: Васьковский Е.В. Руководство к толкованию и применению законов. — М., 2002. С. 95.

6 См.: Эбзеев Б.С. Ограничения конституционных прав // Теория и практика ограничения прав человека по российскому законодательству и международному праву. — Н. Новгород, 1998. Ч. I. С. 7.

7 См.: Чураков А.Н. Принципы юридической ответственности: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Волгоград. 2000. С. 14.

8 Рождественский Н. Энциклопедия законоведения. — СПб., 1863. С. 33.

9 См.: Мальцев Г.В. Социальная справедливость и право. — М., 1977. С. 86.

10 Ожегов С.И. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. — М., 1990. С. 747.

11 См.: Бублик В.А. Эквивалентность прав и обязанностей как требование социальной справедливости // Вопросы теории юридических обязанностей: Тезисы II межвуз. науч. конф. молодых ученых-юристов. — Воронеж, 1988. С. 3.

12 См.: Бару М.И. Возмездность и безвозмездность в советском гражданском праве: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. — М., 1957. С. 6—7.

13 См.: Венедиктов А.В. О системе Гражданского кодекса СССР // Сов. гос-во и право. 1954. №. 2. С. 30.

14 Пассек Е.В. Неимущественный интерес и непреодолимая сила в гражданском праве. — М., 2003. С. 51.

15 Райзберг Б.А. Психология в экономике и управлении. — М., 2005. С. 141—143.

16 См.: Грибанов В.П. Интерес в гражданском праве // Осуществление и защита гражданских прав. — М., 2000. С. 238.

17 См.: Иванова С.А. Некоторые проблемы реализации принципа социальной справедливости, разумности и добросовестности в гражданском праве // Законодательство и экономика. 2005. № 4. С. 31.

18 См.: Белов В.А. Добросовестность, разумность, справедливость как принципы гражданского права // Законодательство. 1998. № 8.

19 См.: Кондратюк Д.Л. Нравственно-правовые принципы в гражданском праве России (на примере справедливости, гуманности, разумности и добросовестности): Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 2006. С. 11.

20 См.: Емельянов В.И. Понятие «разумность» в гражданском праве России // Вестник ВАС РФ. 2002. № 10. С. 102.