Т.Д. УСТИНОВА,

кандидат юридических наук, ведущий научный сотрудник НИИ Генеральной прокуратуры РФ,

И.Д. ИЗМАЙЛОВА,

аспирантка НИИ Генеральной прокуратуры РФ

 

Федеральным законом от 08.12.2003 № 162 (в наст. время в ред. от 11.03.2004; далее — Закон № 162) в уголовное законодательство Российской Федерации была впервые введена ответственность за торговлю людьми. До этого момента к числу преступлений против личной свободы относились такие деяния, как похищение человека (ст. 126 УК РФ); незаконное лишение свободы (ст. 127); незаконное помещение в психиатрический стационар (ст. 128).

Включение в Уголовный кодекс РФ статьи 127.1 «Торговля людьми» позволило привлекать виновных к уголовной ответственности за ряд деяний, которым нельзя было дать надлежащую правовую оценку по действовавшему ранее уголовному закону. Торговля людьми включает куплю-продажу либо вербовку, перевозку, передачу, укрывательство или получение лица, совершенные в целях эксплуатации, под которой подразумевается использование потерпевшего для занятия проституцией или иных форм сексуальной эксплуатации, рабского труда либо иное подневольное состояние (примечание 2 к ст. 127.1 УК РФ).

В соответствии со ст. 3 Протокола от 15.11.2000 к Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности «О предупреждении и пресечении торговли людьми, особенно женщинами и детьми, и наказании за нее» (далее — Протокол) понятие «торговля людьми» означает осуществляемые в целях эксплуатации вербовку, перевозку, передачу, укрывательство или получение людей путем угрозы силой или ее применения или других форм принуждения, похищения, мошенничества, обмана, злоупотребления властью или уязвимостью положения, либо путем подкупа, в виде платежей или выгод, для получения согласия лица, контролирующего другое лицо.

Как видим, трактовка термина «торговля людьми» в УК РФ по содержанию близка к международному определению, однако не охватывает всего многообразия сделок, которые могут быть совершены в отношении человека. Законодатель не учел, что в отношении человека помимо купли-продажи могут быть совершены и иные сделки, а именно: дарение, обмен, использование жертвы в качестве залога, обеспечивающего возвращение долга, предоставление человека во временное пользование.

Данный факт следует признать пробелом в законе, и для его преодоления в диспозицию ч. 1 ст. 127.1 УК РФ необходимо, на наш взгляд, наряду с куплей-продажей включить и совершение иных сделок в отношении человека в качестве уголовно наказуемого деяния.

С определенной уверенностью можно сказать, что фундаментом для конструирования новой уголовно-правовой нормы стала ст. 152 УК РФ, где в первоначальной редакции (УК РФ 1996 года) была установлена ответственность за торговлю несовершеннолетними. В настоящее время эта статья исключена из Уголовного кодекса РФ.

Торговля несовершеннолетними выделена в качестве квалифицированного состава в п. «б» ч. 2 ст. 127.1 УК РФ. Отнесение данного обстоятельства к числу отягчающих обусловлено особенностями объекта данного преступления, поскольку посягательство происходит как на основной непосредственный объект — личную свободу человека, так и на дополнительный — общественные отношения, обеспечивающие нормальное развитие несовершеннолетнего.

Однако и в отношении таких потерпевших законодатель не учел всех возможных форм посягательства на их свободу и нормальное развитие. В большинстве случаев купля-продажа несовершеннолетнего осуществляется с целью его последующего усыновления, однако такие действия не подпадают под признаки преступления, предусмотренного ст. 127.1 УК РФ, так как не охватываются понятием «эксплуатация». В то время как в международном законодательстве, а именно в ст. 2 Факультативного протокола к Конвенции о правах ребенка, торговля детьми означает любой акт или сделку, посредством которых ребенок передается любым лицом или любой группой другому лицу или группе лиц за вознаграждение или любое иное возмещение[1].

В результате реформы уголовного законодательства противоправные деяния указанной направленности, совершенные в отношении несовершеннолетних, не будут учитываться в уголовной статистике в качестве самостоятельных видов преступлений, что приведет к искажению общей картины преступности в отношении несовершеннолетних. Этот факт свидетельствует о незаметной частичной декриминализации общественно опасных посягательств на несовершеннолетних и прямо противоречит международным стандартам. Так, Рекомендацией № 1583, принятой в 2002 году на осенней сессии Парламентской ассамблеи Совета Европы по проблеме предупреждения рецидивных преступлений против детей, признано целесообразным в особенных частях уголовных кодексов специально выделять преступления, в которых потерпевшими являются дети, — с целью дифференциации уголовной ответственности и получения точных данных о распространенности преступлений против детей.

В соответствии с ч. 1 ст. 87 УК РФ несовершеннолетними признаются лица, которым ко времени совершения преступления исполнилось 14, но не исполнилось 18 лет. Однако, как представляется, эти возрастные границы установлены лишь для привлечения несовершеннолетних к уголовной ответственности, и на них не следует ориентироваться при квалификации деяний по п. «б» ч. 2 ст. 127.1 УК РФ. Ведь потерпевшим от анализируемого преступления может быть любой ребенок в возрасте до 18 лет, в том числе малолетний. Как показывает практика, дети именно этой возрастной группы чаще всего становятся объектами купли-продажи для усыновления, использования для попрошайничества и в иных целях. Поэтому под несовершеннолетними, в силу расширительного толкования, подразумевается любой ребенок, не достигший 18-летнего возраста. Такое решение вытекает в первую очередь из положений международных правовых актов. Так, в Протоколе термин «ребенок» означает любое лицо, не достигшее 18-летнего возраста (п. «d» ст. 3). Российское гражданское законодательство (ст. 54 Семейного кодекса РФ) также признает ребенком лицо, не достигшее возраста 18 лет (совершеннолетия).

В связи с этим разумно изменить редакцию ч. 1 ст. 87 УК РФ, указав в ней, что понятие «несовершеннолетний» используется только применительно к статьям главы 14 «Особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» УК РФ[2].

Квалифицируя преступление по п. «б» ч. 2 ст. 127.1 УК РФ, необходимо, чтобы факт несовершеннолетия охватывался умыслом виновного — на это указывает формулировка в словосочетании «заведомо несовершеннолетнего».

«Заведомость» означает, что лицо, совершившее действия, связанные с торговлей людьми, достоверно знает о возрасте потерпевшего или осознает, что потерпевшим является несовершеннолетний.

Думается, что при рассмотрении вопроса о квалификации преступления по п. «б» ч. 2 ст. 127.1 УК РФ возможно применение разъяснения, изложенного в Постановлении Пленума Верховного суда РФ, в соответствии с которым «добросовестное заблуждение, возникшее на основании того, что возраст потерпевшего лица приближается к 18-летию или в силу акселерации оно выглядит взрослее своего возраста, исключает вменение виновному лицу данного квалифицирующего признака»[3].

Некоторые ученые негативно воспринимают включение «заведомости» в число признаков субъективной стороны состава торговли несовершеннолетними, поскольку видят в этом снижение правовой защиты детей-жертв. При этом приводятся формулировки зарубежных уголовных кодексов. Так, добросовестное заблуждение преступника, посягающего на ребенка, относительно возраста потерпевшего по уголовному законодательству ряда стран (Великобритании, Ирландии, Италии, Норвегии) не признается основанием для освобождения виновного от уголовной ответственности за преступления против несовершеннолетних[4].

Однако, на наш взгляд, следует признать правомерным указание в ст. 127.1 УК РФ на «заведомость» для того, чтобы исключить объективное вменение.

Подводя некий итог рассмотрению вопросов, связанных с торговлей несовершеннолетними, следует сказать, что целесообразнее было бы сохранить в самостоятельной статье УК РФ ответственность за торговлю детьми. Это объясняется следующим. Во-первых, права и свободы детей находятся под особой защитой как международного права (Декларация о правах ребенка, Конвенция о правах ребенка, Гаагская конвенция о защите детей и сотрудничества в области межгосударственного усыновления и др.), так и внутреннего законодательства каждого государства (например, согласно ст. 38 Конституции РФ детство находится под защитой государства).

Во-вторых, международное законодательство при сотрудничестве на уровне судебных органов призывает государства и далее разрабатывать или дополнять законодательство, устанавливающее ответственность за торговлю людьми, и предусматривать, если необходимо, особые формы инкриминирования[5].

Международные правовые акты прямо включают в понятие «торговля детьми» не только действия, направленные на усыновление детей, но и неправомерное склонение в качестве посредничества к согласию на усыновление ребенка в нарушение положений международных документов, касающихся усыновления. Ответственность за подобные деяния, как представляется, необходимо предусмотреть и в российском уголовном законодательстве в качестве квалифицированного состава при положительном решении вопроса о введении в самостоятельной статье ответственности за торговлю несовершеннолетними.

Следует остановиться и на признаках иных квалифицированных составов, содержащихся в ч. 2 ст. 127.1 УК РФ.

Затруднения при практическом применении рассматриваемой статьи вызывает квалификация содеянного по ее п. «а» ч. 2, где предусмотрена ответственность за совершение противоправных действий в отношении двух или более лиц. В первую очередь это вызвано тем, что Закон № 162 из числа квалифицированных составов преступлений всех видов исключил признак неоднократности. Ранее, когда этот признак был включен в те или иные составы, под преступлением, совершенным в отношении двух или более лиц, понималось такое деяние, когда умыслом виновного охватывалось совершение преступления в отношении одновременно двух или более лиц. Руководствуясь этим положением, по п. «а» ч. 2 ст. 127.1 УК РФ следует квалифицировать куплю-продажу либо вербовку, перевозку, передачу, укрывательство или получение в целях эксплуатации одновременно двух или более человек. Не имеет значения, например, в случае перевозки или передачи, что в отношении указанных лиц имеет место быть последовательное осуществление отдельных деяний: сначала перевозится или передается один человек, а затем другой. Главное, что это отдельные эпизоды одного общего преступления, объединенные единым умыслом и преследующие одну и ту же цель. Важно установить, что виновный изначально имел умысел на совершение действий в отношении двух и более лиц. При этом необходимо, чтобы намерение совершить такие действия в отношении второго человека возникло не после свершения сделки в отношении первого, а до этого.

Если умыслом виновного охватывалось совершение предусмотренных уголовным законом действий в отношении двух и более лиц, но была произведена, допустим, купля-продажа только одного потерпевшего, а при попытке совершения такой же сделки в отношении другого преступник был задержан (т. е. преступление не было доведено до конца по не зависящим от лица обстоятельствам), то содеянное подлежит квалификации по ч. 3 ст. 30 и по п. «а» ч. 2 ст. 127.1 УК РФ.

В тех случаях, когда торговля людьми осуществлялась в разное время и не охватывалась единым преступным намерением лица, содеянное также следует квалифицировать по п. «а» ч. 2 ст. 127.1 УК РФ. Подобное решение вытекает из положений ст. 17 УК РФ, в которой записано, что совокупность преступлений отсутствует, когда совершение двух или более преступлений предусмотрено статьями Особенной части УК РФ в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание. Такая позиция законодателя представляется справедливой и целесообразной. Ведь в случае квалификации содеянного по совокупности преступлений максимальное наказание в соответствии с правилами ч. 3 ст. 69 УК РФ не могло бы превышать 7,5 лет лишения свободы. В то же время при осуждении лица за куплю-продажу двух и более лиц, но при наличии единого умысла, возможно назначение наказания в пределах до 10 лет. Но в обоих случаях потерпевших от преступления несколько.

При использовании служебного положения (п. «в» ч. 2 ст. 127.1 УК РФ) в качестве субъекта выступает должностное лицо или лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации. Дополнительной квалификации по статьям 201 и 285 УК РФ в этом случае не требуется, поскольку при конкуренции общей и специальной норм предпочтение отдается последней.

Перемещение потерпевшего через Государственную границу РФ при торговле людьми (п. «г» ч. 2 ст. 127.1 УК РФ) может осуществляться как на законном основании, так и незаконно, в том числе с использованием поддельных документов, удостоверяющих личность потерпевшего. Во втором случае содеянное квалифицируется одновременно по пунктам «г» и «д» ч. 2 ст. 127.1 УК РФ.

Если пересечение границы происходит незаконно, дополнительной квалификации действий виновного по ст. 322 УК РФ не требуется, поскольку нарушение установленных правил въезда или выезда в этом случае выступает в качестве способа осуществления квалифицированного состава торговли людьми, а достаточно строгое наказание, предусмотренное в ч. 2 ст. 127.1, полностью охватывает такие ситуации.

В то же время нельзя забывать и о том, что потерпевший формально так же может незаконно пересекать государственную границу. В пояснительной записке к Рекомендации № R (2000) 11 указано, что организация транспортировки или миграции может осуществляться законным и незаконным путями. В одних случаях людей провозят в страну нелегально или без законного разрешения на проживание, в других — легально (в качестве туристов, будущих жен, артистов, домашней прислуги, а также соискателей убежища — в зависимости от законодательства того или иного государства).

Международное законодательство предусматривает меры по защите таких пострадавших лиц. Посвященные данному вопросу документы призывают государства предусмотреть в законодательстве возможности, не допускающие судебного преследования, заключения под стражу или наказания людей, ставших предметом торговли, в связи с незаконным въездом или проживанием[6]. Таким образом, следуя стандартам международного права, пострадавших от рассматриваемого преступления не следует привлекать к уголовной ответственности за незаконное пересечение Государственной границы РФ (ст. 322 УК РФ). Видимо, было бы целесообразно дополнить Примечание к ст. 127.1 УК РФ пунктом 3, включив в него положение о том, что лица, в отношении которых было совершено указанное преступление, не подлежат уголовной ответственности за незаконное пересечение границы.

Торговлю людьми с перемещением потерпевшего через Государственную границу РФ следует отграничивать от организации незаконной миграции (ст. 322.1 УК РФ). Во-первых, эти преступления посягают на разные объекты. Во-вторых, они отличаются как по объективной, так и по субъективной стороне. Торговля людьми, сопряженная с перемещением их через государственную границу (п. «г» ч. 2 ст. 127.1 УК РФ), совершается в целях эксплуатации.

Объективную сторону незаконной миграции составляют действия, связанные с организацией незаконного въезда в Россию лишь иностранных граждан или лиц без гражданства, а также их незаконного пребывания в стране или незаконного транзитного проезда через ее территорию. При этом в отношении указанных лиц не совершаются противоправные действия, входящие в объективную сторону торговли людьми.

Международное законодательство специально подчеркивает, что торговля людьми означает гораздо больше, чем организованное перемещение людей для целей извлечения прибыли. Главнейшей дополнительный фактор, который отличает торговлю людьми от незаконного ввоза мигрантов, заключается в присутствии элемента силы, принуждения и (или) обмана в ходе всего процесса или на определенной его стадии, причем такой обман, сила или принуждение используется для эксплуатации[7].

Таким образом, если лицо, допустим, завербовало иностранного мигранта, желая в дальнейшем использовать его для сексуальной эксплуатации, и организовало его незаконный въезд в Российскую Федерацию, содеянное следует квалифицировать только по

п. «г» ч. 2 ст. 127.1 УК РФ. Квалификация преступления по ст. 322.1 возможна только в том случае, если оно никаким образом не было связано с торговлей людьми. Вместе с тем желательно в самой ст. 322.1 УК РФ сделать оговорку — «за исключением торговли людьми».

Под применением насилия или угрозой его применения (п. «е» ч. 2 ст. 127.1 УК РФ) при торговле людьми следует понимать любую разновидность (как неопасное насилие, так и опасное для жизни или здоровья), в результате чего были причинены побои, легкий, средний или тяжкий вред здоровью либо возникла реальная угроза причинения такого вреда. Применение насилия, повлекшее по неосторожности смерть человека, причинение тяжкого вреда здоровью или иные тяжкие последствия, подпадает под признаки деяния, содержащегося в п. «а» ч. 2 ст. 127.1 УК РФ, и образует особо квалифицированный состав рассматриваемого преступления.

Если торговля людьми осуществлялась с целью изъятия органов или тканей потерпевшего, это деяние подпадает под признаки преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 127.1 УК РФ независимо от того, успел или нет виновный завладеть биоматериалом. Сам факт изъятия у потерпевшего органов или тканей подлежит дополнительной квалификации по соответствующим статьям против здоровья или жизни, если в результате этого наступила смерть потерпевшего (п. «м» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Особо квалифицированные виды торговли людьми предусмотрены законодателем в ч. 3 ст. 127.1 УК РФ. Среди них — деяние, повлекшее по неосторожности смерть человека, причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего или иные тяжкие последствия. Речь идет о преступлении с двумя формами вины. Последствия, указанные в п. «а» ч. 3 ст. 127.1, являются неосторожным результатом умышленно совершенного действия, относящегося к торговле людьми.

При умышленном причинении указанных последствий при торговле людьми содеянное следует квалифицировать по совокупности статей 127.1 и 105 или 111.

К иным тяжким последствиям относятся самоубийство потерпевшего, его тяжкое заболевание, психическое расстройство и т. д. «Иные тяжкие последствия» — понятие с оценочными признаками, и вопрос о характере последствий в каждом конкретном случае решает суд в зависимости от обстоятельств дела. Действия, связанные с торговлей людьми, квалифицируются как совершенные способом, опасным для жизни и здоровья многих людей (п. «б» ч. 3 ст. 127.1 УК РФ), только в том случае, если такой способ представлял заведомую опасность для жизни и здоровья не только потерпевшего, но и хотя бы еще одного лица.

Торговля людьми, совершенная организованной группой (п. «в» ч. 3 ст. 127.1 УК РФ), подразумевает, что преступление совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Таковы основные характеристики преступления, введенного в УК РФ, и возникающих при его квалификации проблем, которые требуют совершенствования уголовного законодательства.

 

Библиография

1 Факультативный протокол от 25.05.2000 к Конвенции о правах ребенка, касающийся торговли детьми, детской проституции и детской порнографии.

2 См.: Милевский А.И. Уголовно-правовая борьба с торговлей несовершеннолетними: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. — М., 2000. С. 13.

3 Пункт 14 Постановления Пленума ВС РФ от 15.06.2004 № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации».

4 См.: Формы и методы взаимодействия органов прокуратуры с общественными объединениями // Научная информация по вопросам борьбы с преступностью. 2004. № 3 (162). С. 59.

5 См. п. 42 Приложения к Рекомендации № R (2000) 11 о борьбе с торговлей людьми в целях сексуальной эксплуатации, принятой Комитетом министров Совета Европы 19.05.2000 в рамках 710-го заседания представителей министров.

6 См.: Доклад Верховного комиссара ООН по правам человека Экономическому и социальному совету (Нью-Йорк, 1—26 июля 2002 г.) // Противодействие торговле людьми: Сб. норм. прав. док. / Под ред. Н.И. Абубикировой. — М., 2004. С. 117.

7 См.: Доклад Верховного комиссара... С. 113.