УДК 347.132.12
 
В.А. СЕЛЕЗНЕВ,
помощник директора Федеральной службы судебных приставов
 
Вопросы теории исполнительного производства являются актуальными и дискуссионными. В связи с этим проанализированы доктринальные подходы в отношении сущности и правовой природы исполнительного производства. Рассмотрено соотношение исполнительного производства с судопроизводством, а также задачи и принципы исполнительного производства. Обоснована концепция исполнительного производства как самостоятельной отрасли права, имеющей комплексный характер, сформулирован ряд определений. Кроме того, обоснована необходимость формирования систем и принципов исполнительного производства.
 
V.A. Seleznev
 
The questions of enforcement proceeding theory are actual and discussible. The article analyzes doctrinal approaches to the entity and legal nature of enforcement proceeding. The article considers the correlation between enforcement proceeding and legal proceedings as well as the aims and principles of enforcement proceeding. The author has substantiated the concept of enforcement proceeding as a detached field of law that has a complex character. Several definitions are determined. Therewith the necessity of enforcement proceeding principle system formation is proved.
Ключевые слова (keywords): исполнительное производство (enforcement proceeding), гражданское судопроизводство (civil legal proceedings), принципы исполнительного производства (enforcement proceeding principles), гражданское исполнительное право (civil executive law), исполнительные документы (executive documents), судебный пристав-исполнитель (court enforcement officer (bailiff)).
 
Важное теоретическое и практическое значение имеет проблема определения сущности современного исполнительного производства и места законодательства об исполнительном производстве в системе российского права. Поскольку единая научная позиция в отношении данной проблемы отсутствует, рассмотрим существующие доктринальные подходы.
Традиционно исполнительное производство рассматривалось как стадия гражданского процесса. Такая концепция была закреплена в Гражданском процессуальном кодексе РСФСР. Позднее условия и порядок принудительного исполнения постановлений судов общей юрисдикции, арбитражных судов и других уполномоченных органов были определены Федеральным законом от 21.07.1997 № 119-ФЗ «Об исполнительном производстве». На момент принятия данного закона действовали в большинстве своем устаревшие положения раздела V «Исполнительное производство» ГПК РСФСР, а также положения раздела IV «Исполнение судебных актов» Арбитражного процессуального кодекса РФ 1995 года, что создавало определенные проблемы в правоприменительной практике.
В настоящее время условия и порядок принудительного исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц, которым при осуществлении установленных федеральным законом полномочий предоставлено право возлагать на граждан и юридические лица, Российскую Федерацию, субъекты Российской Федерации, муниципальные образования (далее — организации) обязанности по передаче другим гражданам, организациям или в соответствующие бюджеты денежных средств и иного имущества либо по совершению в их пользу определенных действий или воздержанию от совершения определенных действий, определены Федеральным законом от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее — Закон об исполнительном производстве), в соответствие которому приведены нормы АПК РФ, устанавливающие правила производства по делам, связанным с исполнением судебных актов арбитражных судов, и нормы ГПК РФ, устанавливающие правила производства по делам, связанным с исполнением судебных постановлений и постановлений иных органов.
Для определения правовой природы исполнительного производства необходимо рассмотреть существующие подходы к решению вопроса о соотношении исполнительного производства с судопроизводством.
Еще во второй половине ХХ века было высказано мнение, что исполнительное производство является самостоятельной комплексной отраслью права; это мнение получило дальнейшее развитие в процессуальной теории и законотворческой деятельности[1]. В дискуссии о месте исполнительного производства в системе права все больше ученых склоняются к мнению, что исполнительное производство выступает в качестве самостоятельной отрасли если не права, то законодательства. Однако в процессуальном законодательстве имелось множество норм, предусматривающих участие суда в решении вопросов исполнительного производства, что давало основу рассматривать исполнительное производство именно как стадию гражданского (арбитражного) процесса. Несмотря на единый подход к содержанию гражданского процесса как судопроизводства, в научной и учебной литературе выделяется различное количество его стадий, но неизменно указывается такая стадия, как исполнительное производство, и некоторыми учеными обосновывается гражданская процессуальная концепция исполнительного производства[2].
Отмечая особое место исполнительного производства в «системе гражданского процесса», Н.М. Коршунов и Ю.Л. Мареев полагают, что оно «представляет собой гражданско-процессуальную деятельность специально уполномоченных государственных органов, целью которой является принудительное исполнение судебных постановлений, а также юрисдикционных актов других государственных органов по гражданским делам»[3].
В свое время видный отечественный цивилист В.П. Грибанов указывал, что «право на защиту как одно из правомочий самого субъективного гражданского права представляет собой возможность применения в отношении правонарушителя мер принудительного воздействия»[4]. Таким образом, принудительное исполнение судебных актов посредством применения административно-процессуальных норм, которое уже выходит за рамки гражданского процесса, гарантирует реализацию субъективного права. Классик процессуальной науки К.И. Малышев определял исполнительное производство как «процесс принудительного изменения фактического состояния отношений на основе судебного решения или другого акта, имеющего исполнительную силу»[5].
Понятия «гражданский процесс» и «гражданское судопроизводство» в процессуальной науке традиционно рассматривались как тождественные. С созданием системы арбитражных судов, осуществляющих посредством гражданского судопроизводства судебную власть по правилам арбитражного процессуального законодательства, появилось понятие «арбитражный процесс», но все указанные понятия употребляются для обозначения формы (способа) осуществления правосудия по гражданским делам.
Нельзя не согласиться с мнением Г.А. Жилина, полагающего, что «сторонники отнесения деятельности судебных приставов-исполнителей по принудительному исполнению решений суда к гражданскому (арбитражному) процессу как его составной части, по существу, ревизуют эти устоявшиеся понятия, поскольку допускают возможность существования гражданских и арбитражных процессуальных отношений без участия суда при очевидности того, что осуществление судопроизводства, т. е. правосудия, есть исключительная прерогатива суда. Тем самым в понятие “гражданский (арбитражный) процесс” вкладывается более широкий смысл, чем в понятие “судопроизводство”»[6].
Как в гражданском, так и в арбитражном судопроизводстве выделяется отдельная стадия — производство, связанное с исполнением судебных постановлений. Нормы раздела VII ГПК РФ и раздела VII АПК РФ, корреспондируя нормам Закона об исполнительном производстве, регулируют порядок участия судов в исполнительном производстве, а не порядок исполнительного производства. Суд участвует в исполнительном производстве, осуществляя функции судебного контроля, рассматривая жалобы на действия (бездействие) судебных приставов-исполнителей и решая ряд процессуальных вопросов исполнительного производства (разъяснение исполнительного документа, отсрочка или рассрочка исполнения судебного постановления, изменение способа и порядка его исполнения, приостановление, возобновление и прекращение исполнительного производства). Кроме того, в компетенцию арбитражного суда входит решение вопросов об отложении исполнительных действий, а также об ответственности в сфере исполнительного производства в установленных законом случаях.
В Законе об исполнительном производстве предусмотрен также административный порядок обжалования постановлений, действий (бездействия) должностных лиц службы судебных приставов и существенно расширены полномочия судебных приставов-исполнителей. Им предоставлено право в установленных законом случаях решать вопросы о полном или частичном приостановлении, а также о возобновлении и прекращении исполнительного производства. Усилена роль ведомственного контроля в исполнительном производстве: жалобы на постановления и действия (бездействие) судебных приставов могут быть поданы в порядке подчиненности вышестоящим должностным лицам службы судебных приставов, которые по результатам рассмотрения могут выносить мотивированные решения в форме постановлений. Таким образом, контроль за законностью в исполнительном производстве не относится к исключительной компетенции суда.
Учитывая изложенное, следует признать спорным аргумент о судебном контроле в исполнительном производстве, который приводится в подтверждение того, что исполнительное производство представляет собой стадию гражданского процесса. Кроме того, следует учитывать, что исполнительное производство возбуждается не только в связи с судебным производством по гражданским делам, но и по уголовным делам в части имущественных взысканий, а также на основании постановлений других органов и должностных лиц.
Данные обстоятельства характеризуют исполнительное производство как самостоятельный процесс исполнения не только актов судов общей юрисдикции и арбитражных судов, но и актов специально уполномоченных органов (налоговых, таможенных и иных органов, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях)[7]. Для исполнительного производства не характерен, например, такой основной принцип гражданского судопроизводства, как состязательность, и не вполне характерны процессуальное равноправие сторон и диспозитивность. Исполнительному производству не свойствен диспозитивно-разрешительный метод регулирования общественных отношений, присущий гражданскому процессуальному праву.
Принимая во внимание то, что нормы законодательства об исполнительном производстве регулируют отношения, возникающие при исполнении не только судебных актов, но и актов иных уполномоченных органов, нельзя ограничиваться рассмотрением исполнительного производства лишь как составной части гражданского процессуального права. Именно в таком понимании В.В. Ярков определяет исполнительное производство как «систему правовых норм, регулирующих юридическую деятельность по принудительному осуществлению исполнительных документов»[8].
Исполнительное производство характеризуется как правоприменительная деятельность и как правовой институт. Оно является самостоятельным правовым образованием в системе российского права, регулирующим отношения, возникающие при исполнении актов судов, других органов и должностных лиц. Поэтому рассмотрение его как составной части гражданского процессуального права не соответствует современным реалиям.
Комментируя положения Федерального закона от 21.07.1997 № 119-ФЗ «Об исполнительном производстве», В.М. Шерстюк и М.К. Юков отмечали: «… с принятием… закона… изменилось место исполнительного производства в системе российского права. Теперь его правовые нормы и институты вряд ли могут быть включены в состав отрасли гражданского процессуального права»[9].
В постановлениях Европейского суда по правам человека подчеркивается, что исполнение решения рассматривается как неотъемлемая часть судебного разбирательства в смысле ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод[10]. Вместе с тем  это не дает основания для отождествления понятий судопроизводства и исполнительного производства. Право на исполнение решения действительно является частью судебного разбирательства в его широком понимании и входит в механизм судебной защиты, что, однако, не означает понимания исполнительного производства только как стадии судебного процесса.
Таким образом, исполнительное производство должно рассматриваться как целостная правовая общность, однородность норм которой обусловлена однородностью предмета правового регулирования. Аналогичного мнения придерживается и ряд ученых[11]. Учитывая, что нормы исполнительного производства обладают самостоятельным предметом и методом правового регулирования, т. е. основными признаками, характеризующими самостоятельность отрасли права, они должны составлять отдельную отрасль права. Основываясь на том, что
законодательством об исполнительном производстве установлена единая процедура исполнения не только судебных актов, но и актов других уполномоченных органов, Д.Я. Малешин справедливо полагает, что «есть некоторые основания рассматривать совокупность норм об исполнительном производстве как комплексную отрасль права»[12].
В связи с изложенным можно определить гражданское исполнительное право как отрасль права, включающую в себя совокупность норм, регулирующих отношения, возникающие в процессе принудительного исполнения судебных актов, а также актов других специально уполномоченных органов. К специально уполномоченным относятся органы, которым при осуществлении установленных федеральным законом полномочий предоставлено право возлагать на граждан, организации обязанности по передаче другим гражданам, организациям или в соответствующие бюджеты денежных средств и иного имущества либо по совершению в их пользу определенных действий или воздержанию от совершения определенных действий.
Нормы, регулирующие отношения в исполнительном производстве, не являются полностью однородными с процессуальными нормами, регулирующими отношения в гражданском и арбитражном процессах, несмотря на наличие у исполнительного производства и гражданского процесса общих принципов (диспозитивности, гласности, непосредственности и др.). Однако общие принципы имеют своеобразное проявление в исполнительном производстве.
Предмет гражданского исполнительного права составляют общественные отношения, возникающие между субъектами исполнительного производства в процессе исполнения судебными приставами судебных актов, а также актов других органов и должностных лиц. Для гражданского исполнительного права характерно применение преимущественно императивного метода (обязывание, запрет и принуждение).
Указывая на отсутствие четкого разграничения понятий «исполнительное производство» и «исполнительное право», В.А. Гуреев и В.В. Гущин рассматривают исполнительное производство как «особую нормативно установленную процедуру или совокупность процедур, имеющих в качестве своей главной цели принудительное исполнение судебных актов, а также актов иных органов»[13].
Поскольку, как уже отмечалось, место исполнительного производства в системе права окончательно не определено, исполнительное производство рассматривается учеными и как подотрасль гражданского процессуального права, и как подотрасль административного (административного процессуального) права[14], и как межсистемный комплекс норм гражданского процессуального, арбитражного процессуального, административного и других отраслей права. Рассмотрение исполнительного производ-ства как института административного права основывается на внепроцессуальном и бесспорном порядке принудительного исполнения.
Задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях — исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций.
В развитие концепции самостоятельности института исполнительного производства и при рассмотрении его в перспективе как отделившейся от гражданского процессуального права самостоятельной отрасли актуальными направлениями в правотворчестве следует указать создание системы общеобязательных норм, регулирующих общественные отношения, возникающие в процессе исполнительного производства, а также разработку проекта такого законодательного нормативного акта, как Исполнительный кодекс. Практика диктует необходимость именно такой формы правотворчества в сфере исполнительного производства, поэтому изменение и совершенствование действующих норм законодательства об исполнительном производстве в современных условиях имеет второстепенное значение. Ученые и правоприменители все чаще сходятся во мнении, что «необходимость создания самостоятельной отрасли — гражданского исполнительного права — уже давно назрела»[15]. Однако известный процессуалист профессор А.Т. Боннер, критикуя концепцию самостоятельности исполнительного производства, считает, что «вряд ли можно рассматривать в качестве само-
стоятельного предмета правового регулирования общественные отношения, складывающиеся в процессе исполнительного производства»[16].
В.М. Шерстюк и В.В. Ярков, обосновывая необходимость создания единого правового акта, регулирующего отношения, складывающиеся в процессе исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц, указывают, что «кодекс в отличие от федерального закона предполагает исчерпывающее и детальное правовое регулирование данной сферы юридической деятельности»[17].
Исполнительное производство может рассматриваться как совокупность процессуальных действий судебного пристава-исполнителя по принудительному исполнению судебных актов и актов иных специально уполномоченных органов. Вынесенное судом или другим органом решение необходимо исполнить в точном соответствии с резолютивной частью, и в случае его неисполнения в добровольном порядке взыскатель вправе предъявить соответствующий исполнительный документ судебному приставу-исполнителю. Исполнительное производство предусматривает принятие комплекса мер принудительного исполнения. Целью исполнительного производства является реальное восстановление нарушенной законности, прав и интересов граждан и юридических лиц путем фактического исполнения требований, содержащихся в исполнительных документах.
Как любая процессуальная деятельность, исполнительное производство основывается на принципах, отражающих позицию законодателя в отношении характера и содержания современного исполнительного производства. В связи с этим понятие «принцип» следует рассматривать не только как «основное исходное положение какой-нибудь теории, учения, науки и т. п.»[18], а главным образом как «нравственное начало, основание, правило, основа, от которой не отступают»[19], что очень важно в правоприменительной деятельности. М.К. Треушников определяет принципы как «центральные, стержневые начала процессуальных законов»[20].
Характеризуя процессуальные принципы, К.С. Юдельсон отмечал, что «принципы процессуального права имеют большое значение для правотворчества и для правильного понимания закона, но сами они не регулируют процессуальных правоотношений, так как судьи, прокуратура и все иные участники процесса подчиняются в своей деятельности только закону»[21].
Формулирование принципов, отражающих сущность права, является актуальным направлением юридической науки. Рассматривая исполнительное производство как самостоятельную отрасль права, необходимо сформировать систему принципов. На состав принципов исполнительного права влияет комплексный характер данной отрасли.
В научной и учебной литературе прослеживаются два взаимосвязанных подхода к определению характера данной отрасли права, в соответствии с которыми современные представители процессуальной науки именуют отрасль как гражданское исполнительное право[22] или как исполнительное процессуальное право (исполнительное право)[23]. Например, Д.Х. Валеев рассматривает исполнительное производство как «процессуальную отрасль права, предмет регулирования которой составляют процессуальные отношения, складывающиеся по поводу принудительно-исполнительной деятельности судебного пристава-исполнителя»[24].
Отсутствие единой позиции в данном вопросе отражается на понимании и формулировании принципов, определении состава, классификации и формировании системы принципов исполнительного производства. Законодательное закрепление получил весьма ограниченный перечень принципов, не отражающий полностью сущность исполнительного производства как отрасли права и содержание правоприменительной деятельности. Тем не менее наличие принципов исполнительного производства  в доктринальных подходах и их законодательное закрепление, а также наличие предмета и метода правового регулирования характеризуют исполнительное производство как самостоятельную отрасль права. Следует отметить, что такие фундаментальные теоретические вопросы, как понятие исполнительного производства, его предмет и метод правового регулирования, система и принципы, проработаны в научных источниках недостаточно.
Правовой принцип находит всегда конкретное закрепление в нормах права, или он может быть абстрагирован от норм права[25]. Рассматривая исполнительное производство как самостоятельный процесс, полагаем, что принципы исполнительного производства реализуются в процессуальной деятельности судебных приставов и поэтому являются не только принципами права, но и принципами исполнительного процесса, т. е. деятельности. Поэтому считаем целесообразным сформулировать следующее определение.
Принципы исполнительного производства — основополагающие положения, содержащиеся в правовых нормах, которые регулируют правоотношения, связанные с исполнением судебных актов, актов других органов и должностных лиц, и характеризуют содержание исполнительного производства как правореализующего процесса, обеспечивающего защиту нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций. Целью такого правореализующего процесса является фактическое исполнение требований, содержащихся в исполнительном документе.
Исполнительное производство осуществляется на следующих закрепленных Законом об исполнительном производстве функциональных принципах, определяющих процессуальную деятельность судебных приставов и участников исполнительного производства:
— законности;
— своевременности совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения;
— уважения чести и достоинства гражданина;
— неприкосновенности минимума имущества, необходимого для существования должника-гражданина и членов его семьи;
— соотносимости объема требований взыскателя и мер принудительного исполнения.
С развитием отрасли исполнительного права состав принципов может быть дополнен, в частности, организационно-функциональными принципами (например, принципом осуществления исполнительного производства только судебными приставами, принципом независимости судебных приставов). В проекте Исполнительного кодекса выделяются такие принципы, как законность, диспозитивность, равенство участников исполнительного производства перед законом, поощрение добровольного исполнения, язык исполнительного производства, активность органов исполнения, пропорциональность удовлетворения требований взыскателей, соблюдение минимальных стандартов правовой защиты, гласность при совершении исполнительных действий[26]. В своем единстве и взаимосвязи они образуют систему принципов исполнительного производства, отражающую его специфику и характеризующую его как отдельную отрасль права. Вместе с тем указанная система характеризует и содержание правоприменительной деятельности судебных приставов. Действие принципов проявляется в законодательстве Российской Федерации об исполнительном производстве. Нарушение одного принципа приводит к нарушению другого.
Метод правового регулирования исполнительного производства как отрасли права — совокупность юридических средств, правовых приемов и способов, посредством которых государство регламентирует общественные отношения, возникающие в процессе исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц, и воздействует на них. Метод правового регулирования отношений в сфере исполнительного производства характеризуется преимущественным наличием императивных начал в сочетании с диспозитивными началами. Правовое положение сторон исполнительного производства определяется их процессуальным статусом (должник или взыскатель) и не зависит от того, кем является сторона — гражданином или организацией. Диспозитивность характерна только для действий взыскателя и заключается в его праве предъявления исполнительного документа в целях возбуждения исполнительного производства, в возможности выбора (когда этот выбор есть) правовых средств воздействия на должника, в праве отказаться от взыскания, заключить мировое соглашение. Выбор вариантов поведения для должника ограничен, поскольку он обязан исполнить требования, содержащиеся в исполнительном документе.
Нормы Закона об исполнительном производстве в большинстве своем носят императивный характер. Участие судебного пристава-исполнителя как представителя органа государственной власти, уполномоченного принудительно исполнять судебные акты, акты других органов и должностных лиц, во всех правоотношениях в исполнительном производстве позволяет рассматривать эти правоотношения как отношения власти и подчинения, что составляет содержание императивного метода правового регулирования. Лицами, участвующими в исполнительном производстве, являются субъекты правоотношений, обладающие гражданской дееспособностью и определенными Законом об исполнительном производстве правами и обязанностями: взыскатель, должник; лица, непосредственно исполняющие требования
исполнительного документа; иные лица, содействующие исполнению требований исполнительного документа (переводчик, понятые, специалист, лицо, которому судебным приставом-исполнителем передано под охрану или на хранение арестованное имущество, и др.). Закон об исполнительном производстве предоставляет судебному приставу-исполнителю
широкие властные полномочия, которые распространяются не только на участников исполнительного производства, но и на иные органы, организации, граждан на всей территории Российской Федерации.
С учетом доктринальных подходов к проблеме определения места исполнительного производства в системе российского права и рассмотрения его как области правоприменительной деятельности, связанной с исполнением судебных актов и актов других уполномоченных органов, сформулируем определение понятия «исполнительное производство» следующим образом.
Исполнительное производство:
1) как правореализующий процесс, обеспечивающий защиту нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, — регламен-
тированная законом и иными нормативными актами и обеспеченная силой государственно-
го принуждения совокупность процессуальных действий судебного пристава-исполнителя, направленных на полное, правильное и своевременное исполнение требований, содержащихся в исполнительных документах;
2) отрасль права (гражданское исполнительное право), включающая в себя совокупность правовых норм, регулирующих общественные отношения, которые возникают в процессе принудительного исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц; 3) в узком профессиональном смысле, как номенклатурное дело, — совокупность документов (актов, постановлений и др.), отражающих процессуальные действия судебного пристава-исполнителя при исполнении судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а также иных материалов, сопровождающих эти действия.
Эффективность механизма правовой защиты выражается не только в возможности получить признание прав или присуждение денежных средств или имущества в суде, но и в своевременном исполнении вынесенного судом решения. Именно в таком понимании неоправданно длительное исполнение судебного решения, равно как и непринятие мер по его исполнению, считается нарушением права на эффективную правовую защиту, предусмотренного ст. 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Поэтому задачи исполнительного производства по правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительных документах, в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций взаимосвязаны с задачами гражданского и арбитражного судопроизводства.
 
Библиография
1 См.: Юков М.К. Самостоятельность норм, регулирующих исполнительное производство // Проблемы совершенствования Гражданского процессуального кодекса РСФСР. — Свердловск, 1965.
2 См.: Гражданский процесс: Учеб. / Под ред. М.К. Треушникова. — М.: Городец, 2008; Советский гражданский процесс / Под ред. М.С. Шакарян. — М., 1985; Гражданское процессуальное право России / Под ред. М.С. Шакарян. — М., 2002;
Осипов Ю.К. Элементы и стадии норм советского гражданского процессуального права // Проблемы применения норм гражданского процессуального права. Вып. 48. 1976; Боннер А.Т. Нужно ли принимать Исполнительный кодекс? // Заметки о современном гражданском и арбитражном процессуальном праве / Под ред. М.К. Треушникова. — М.: Городец, 2004; Морозова И.Б. Субъекты исполнительного производства: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 1999; Натахина Е.Г. Исполнение решений арбитражных судов об имущественных взысканиях: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 1999; Осокина Г.Л. Гражданский процесс: Особенная часть. — М.: Норма, 2007.
3 Коршунов Н.М., Мареев Ю.Л. Гражданский процесс: Учеб. 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Эксмо, 2007. С. 617.
4 Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. — М., 1972. С. 154.
5 Малышев К.И. Курс гражданского судопроизводства. Т. 3. — СПб., 1879. С. 373.
6 Жилин Г.А. О соотношении исполнения с гражданским судопроизводством // Арбитражный и гражданский процесс. 2005. № 6.
7 Перечень видов исполнительных документов содержится в ч. 1 ст. 12 Закона об исполнительном производстве. Уточняя термин «исполнительный документ», употребляемый в Законе об исполнительном производстве, определим его как постановление, судебный акт, акт другого органа или должностного лица, соответствующие установленным требованиям и подлежащие исполнению в порядке, определенном Законом об исполнительном производстве.
8Гражданский процесс: Учеб. 5-е изд., перераб. и доп. / Под ред. В.В. Яркова. — М., 2004.
9 Научно-практический комментарий к Федеральному закону от 21.07.1997 № 119 «Об исполнительном производстве» (постатейный) / Под ред. В.М. Шерстюка, М.К. Юкова. — М., 2004.
10 В соответствии с п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и практикой его применения Европейским судом по правам человека право на судебную защиту стало бы иллюзорным, если бы правовая система государства позволяла, чтобы окончательное, обязательное судебное решение оставалось недействующим к ущербу одной из сторон;
исполнение решения, вынесенного любым судом, должно рассматриваться как неотъемлемая часть «суда» (дело Hornsby c. Grece — Rec. 1997-II, fasc. 33).
11 См., например: Викут М.А. Еще раз о правовой природе исполнительного производства // Актуальные проблемы процессуальной цивилистической науки: Материалы науч.-практ. конф., посвященной 80-летию профессора М.А. Викут / Отв. ред. Н.В. Кузнецов. — Саратов, 2003; Исаенкова О.В. К вопросу о принципах исполнительного права // Система граждан-
ской юрисдикции в канун XXI века: современное состояние и перспективы развития: Межвуз. сб. науч. тр. / Под ред.
В.В. Яркова. — Екатеринбург, 2000; Она же. Проблемы исполнительного права в гражданской юрисдикции: Автореф.
дис. … д-ра юрид. наук. — Саратов, 2003; Гражданское исполнительное право: Учеб. / Под ред. А.А. Власова. — М., 2004; Гражданский процесс: Учеб. 5-е изд., перераб. и доп. / Под ред. В.В. Яркова. — М., 2004.
12 Малешин Д.Я. Исполнительное производство (функции суда). 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Городец, 2005. С. 28.
13 Гуреев В.А., Гущин В.В. Исполнительное производство: Учеб. — М.: Эксмо, 2009. С. 14.
14 См., например: Сарычев А.Н. Исполнительное производство как вид административного производства: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 1998; Кононов И.П. Современное состояние и вопросы юрисдикции административно-процессуального законодательства // Журнал российского права. 2001. № 7.
15 Гражданское исполнительное право / Под ред. А.А. Власова. С. 9.
16 Боннер А.Т. Указ. ст. С. 14.
17 Шерстюк В.М., Ярков В.В. Пояснительная записка к проекту Исполнительного кодекса Российской Федерации // Исполнительный кодекс Российской Федерации: Проект / Под ред. д-ра юрид. наук, проф. В.М. Шерстюка, д-ра юрид. наук, проф. В.В. Яркова. — М.: Проспект, 2009. С. 4.
18 Ожегов С.И. Словарь русского языка. — М., 1978. С. 574.
19 Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 4. — М., 2004. С. 351.
20 Арбитражный процесс: Учеб. / Под ред. проф. М.К. Треушникова. — М.: Городец-издат, 2003. С. 127.
21 Юдельсон К.С. Советский гражданский процесс: Учеб. — М., 1956. С. 32.
22 См., например: Гражданское исполнительное право / Под ред. А.А. Власова; Панкратова Н.А. К вопросу об исполнительном праве // Теоретические и прикладные проблемы реформы гражданской юрисдикции: Межвуз. сб. науч. тр. — Екатеринбург, 1998; Ярков В.В. Концепция реформы принудительного исполнения в сфере гражданской юрисдикции // Российский юридический журнал. 1996. № 2.
23 См., например: Валеев Д.Х. Исполнительное право в системе права Российской Федерации // Правоведение. 2001. № 5; Формирование концепции исполнительного производства в юридической науке России // Юридический мир. 2002. № 12; Система принципов в исполнительном производстве // Исполнительное право. 2006. № 1; Викут М.А., Исаенкова О.В. Исполнительное производство. — М.: Юристъ, 2001; Они же. Исполнительное производство в Российской Федерации: особенности становления и перспективы развития / Под ред. д-ра юрид. наук, проф. А.А. Демичева. — М.: Юрлитинформ, 2007; Исаенкова О.В., Балашов А.Н., Балашова И.Н. Исполнительное производство в Российской Федерации: Курс лекций. Учеб. пособие для вузов. — М., 2008.
24 Валеев Д.Х. Процессуальное положение лиц, участвующих в исполнительном производстве: Автореф. … дис. канд. юрид. наук. — Казань, 1999. С. 5.
25 См.: Авдюков М.Г. Советский гражданский процесс. — М., 1979. С. 18.
26 Проект Исполнительного кодекса Российской Федерации. — СПб.: Юридический Центр-Пресс, 2004.