УДК 342.41:343.296 

СОВРЕМЕННОЕ ПРАВО №5 2011 Страницы в журнале: 43-47

 

Д.С. ВЕЛИЕВА,

кандидат юридических наук, доцент, зав. кафедрой конституционного права Поволжской академии государственной службы им. П.А. Столыпина

 

Рассматриваются понятие и содержание экологического вреда в конституционно-правовом аспекте. Высказывается мысль, что экологический вред не сводится к вреду окружающей среде и имущественному вреду. Обосновывается, что существующие механизмы возмещения экологического вреда, закрепленные преимущественно гражданским законодательством, недостаточны.

Ключевые слова: конституционное право, экологический вред, экогенный вред, вред окружающей среде, публичная ответственность, возмещение экологического вреда.

 

Еssence of ecological harm and specificity of its compensation: constitutionally-legal aspect

 

Veliyeva D.

 

In article the concept and the maintenance of ecological harm of constitutionally-legal aspect is considered. The author comes up with idea that ecological harm isn't reduced to harm to environment and property harm. In article it is proved that existing mechanisms of compensation of the ecological harm, fixed by mainly civil legislation are insufficient.

Keywords: constitutional law, ecological harm, exogenous harm, harm to environment, public responsibility, compensation of ecological harm.

 

Прежде всего необходимо оговориться, что ни Конституция РФ, ни действующее законодательство (в узком смысле этого слова) не оперируют понятием «экологический вред». Лишь некоторые подзаконные акты обращаются к этому термину, употребляя его в смысле вреда, причиненного окружающей среде и ее компонентам[1].

Как известно, Конституция РФ закрепляет право каждого на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением (ст. 42). М.И. Васильева в связи с этим обращает внимание на то, что, во-первых, буквальная формулировка этой нормы касается возмещения ущерба, а не вреда, во-вторых, право граждан сформулировано применительно к ущербу, причиняемому только правонарушениями[2].

Действительно, в гражданском законодательстве вред рассматривается как обобщенное родовое понятие, включающее в себя и реальный ущерб, и упущенную выгоду, которые, в свою очередь, являются составными частями убытков. Также понятие «вред» (моральный вред как физические и нравственные страдания) используется в ГК РФ в связи с защитой нематериальных благ (в частности, жизни, здоровья) граждан и осуществления ими неимущественных прав (статьи 150, 151), где предусмотрена возможность денежной компенсации указанного вреда[3]. Таким образом, термин «вред» имеет более широкое смысловое содержание, нежели используемое в конституционном тексте понятие «ущерб».

В данном случае, однако, следует согласиться с М.И. Васильевой, которая называет подобную узкую формулировку Основного закона «редакционной неточностью текста», не ограничивающей притязания граждан на возмещение именно вреда[4].

Хотелось бы обратить внимание на содержание данного права: Конституция РФ говорит лишь о возможности возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью, но не самой окружающей среде. Федеральный закон от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее — Закон) также разводит понятия «вред окружающей среде» и «вред жизни и здоровью человека». В частности, согласно ч. 1 ст. 11 Закона «каждый гражданин имеет право… на возмещение вреда окружающей среде». Статья 79 Закона закрепляет право на возмещение вреда, причиненного здоровью и имуществу граждан негативным воздействием окружающей среды в результате хозяйственной и иной деятельности юридических и физических лиц. Очевидно, что в данном случае мы имеем дело с двумя принципиально различными деликтами, границу между которыми можно провести прежде всего по адресату или объекту, которому причиняется вред.

Необходимо сказать, что в юридической литературе понятие «экологический вред» рассматривается в максимально широком понимании. Выделяют экологический вред в узком значении — это вред, причиненный окружающей среде, ее компонентам; в широком значении — вред, причиненный в результате воздействия неблагоприятных факторов окружающей среды здоровью человека (социальный вред), вред имуществу (экономический вред), который подразделяется на экологический (любое ухудшение состояния окружающей среды вследствие нарушения правовых экологических требований) и экогенный (причиненный здоровью или имуществу граждан и юридических лиц вследствие различных форм деградации природы)[5].

Под экологическим вредом в целом понимается «любое ухудшение состояния окружающей среды, произошедшее вследствие нарушения правовых экологических требований, и связанное с ним любое умаление охраняемого законом материального и нематериального блага, включая жизнь и здоровье человека, имущество физических и юридических лиц»[6]. В данном случае экологический вред охватывает не только вред здоровью человека, но и имущественный вред, ухудшение состояния окружающей среды, даже если это не приводит к причинению вреда здоровью людей. При этом такой вред «прежде всего проявляется в форме загрязнения окружающей среды, порчи, уничтожения, повреждения, истощения природных ресурсов, разрушения экологических систем»[7].

Принципиально иное понятие экологического вреда приводит М.И. Васильева: экологический (или экогенный) вред — это вред, который выражается в заболевании, ином расстройстве здоровья либо в реальной угрозе такового, в негативных генетических эффектах, что связано с проживанием в экологически неблагоприятных условиях, с потреблением загрязненных естественных ресурсов (воды, воздуха), продуктов питания, содержащих химические вещества, и с вредными физическими воздействиями (шум, радиация, электромагнитное поле и т. п.)[8]. Таким образом, экологический, или экогенный, вред раскрывается здесь через понятие вреда здоровью человека, в том числе и потенциального.

Следует отметить, что М.И. Васильева рассматривает экогенный вред как синоним понятия «экологический вред». М.М. Бринчук разграничивает эти понятия, рассматривая экогенный вред в собственном смысле. Экогенный вред, т. е. буквально вред, имеющий экологическую природу, причиняется здоровью и имуществу граждан и юридических лиц вследствие деградации окружающей среды[9]. Такая интерпретация экогенного вреда по смыслу близка к понятию экологического вреда, рассматриваемому М.И. Васильевой. Вместе с тем есть и существенные отличия: в частности, М.И. Васильева рассматривает специфику экологического вреда на конкретном примере[10].

В первой ситуации работник находился в закрытом помещении и произошедший выброс вредных веществ ограничился данным помещением. В этом случае, по мнению М.И. Васильевой, отсутствует сам факт загрязнения окружающей среды и причиненный вред не может квалифицироваться как экологический. В другой ситуации работник находился на открытой местности (стройплощадка, железнодорожные пути и т. д.), когда произошла авария с выбросом загрязняющих веществ (например, разлив ядовитой жидкости из цистерн при схода поезда с рельсов). В этом случае вред, причиненный работнику при исполнении им трудовых обязанностей, квалифицируется одновременно как производственный и экологический.

На наш взгляд, с этим нельзя согласиться. Принципиальным отличием экологического (или, в терминологии М.М. Бринчука, экогенного) вреда является его причинение вследствие воздействия неблагоприятных факторов окружающей среды. В примере же, приведенном М.И. Васильевой, указаны два совершенно различных вида вреда: а) производственный вред, причиненный жизни и здоровью человека, который, по нашему мнению, нельзя рассматривать как экологический вред; б) вред окружающей среде, который в широком смысле (по М.М. Бринчуку) может относиться к экологическому вреду. Экогенный же вред в таком случае может выражаться в негативном воздействии деградировавшей окружающей среды на жизнь, здоровье или имущество людей, проживающих на данной территории. Таким образом, экогенный вред является производным от того вреда, который причиняется окружающей среде[11].

Не менее важен вопрос о форме причинения экологического вреда или видах такого вреда. Еще В.В. Петров отмечал, что вред, возникающий как факт нарушения природоохранительного законодательства, охватывает всю сферу взаимодействия общества и природы, весь материальный мир — природную среду, человека, продукты его деятельности. Такой вред ученый подразделял на: экологический (вред природной среде); антропологический (вред здоровью человека) как разновидность экологического вреда; экономический (вред продуктам деятельности человека)[12].

Сходным образом С.Б. Гавриш вред, причиняемый экологическими преступлениями, подразделяет на биологический (ущерб природной среде в узком смысле), личностный (ущерб жизни и здоровью человека) и экономический (ущерб материальной сфере людей)[13].

Таким образом, можно выделить три непосредственных объекта причинения такого вреда: а) окружающая среда, б) жизнь и здоровье человека и в) имущество. В связи с этим возникает вопрос о характере причиненного вреда и порядке его возмещения. М.М. Бринчук, анализируя различные виды ответственности, установленные отраслевыми нормативными правовыми актами за вред, причиняемый различным компонентам окружающей среды, справедливо отмечает, что зачастую в них не указывается, в рамках какого вида юридической ответственности возмещается вред, причиненный экологическими правонарушениями[14]. Действительно, как правило, в подобных нормативных правовых актах содержится лишь общее указание на то, что вред, причиненный окружающей среде, жизни и здоровью граждан, возмещается в полном объеме (ст. 32 Федерального закона от 04.05.1999 № 96-ФЗ «Об охране атмосферного воздуха», ст. 76 Земельного кодекса РФ и др.).

Представляется, что вопрос о характере правоотношений, которые возникают в связи с причинением экологического вреда и его возмещением, имеет принципиальное значение для правильного понимания природы такого вреда. В.В. Петров выделял два вида экологической ответственности: эколого-экономическую и юридическую[15]. Эколого-экономическая ответственность возникает по факту причинения вреда (платежи за загрязнение окружающей среды, за захоронение вредных отходов; плата за использование вод и др.). Юридическая, или эколого-правовая, ответственность наступает по факту правонарушения и применяется в соответствии с уголовным, административным, гражданским и иным законодательством. Возражая В.В. Петрову, Ю.С. Шемшученко отметил, что эколого-правовая ответственность в значительной мере условна и не может претендовать на роль самостоятельного вида[16].

На сегодняшний день в правовой доктрине эколого-правовая ответственность признается большинством авторов, но специфика этого вида юридической ответственности, как правило, обосновывается особыми санкциями, применяемыми за экологические правонарушения (приостановление, ограничение и прекращение прав природопользования: аннулирование лицензии, лесорубочного и лесного билетов, ордера, разрешения на отстрел и отлов животных, изъятие (выкуп) земельного участка вследствие его ненадлежащего использования и др.). Вместе с тем ряд авторов отмечает, что там, где причинен имущественный и экологический вред природной среде, ее компонентам, обязанность возмещения вреда возлагается на правонарушителя по нормам гражданского законодательства, т. е. наступает гражданско-правовая ответственность[17]. Как справедливо отмечает М.М. Бринчук, «даже выделяя эколого-правовую (природоохранительную) ответственность за нарушение экологических требований, в соответствии с доктриной применяются санкции, предусмотренные законами, относящимися к традиционным отраслям: административные, гражданские, уголовные, дисциплинарные. В том числе возмещение вреда природе регулируется гражданским правом и, соответственно, осуществляется в рамках гражданской ответственности»[18].

Г.А. Мисник обращает внимание на существенные различия экономического и правового понятия экологического вреда[19]. При этом, по ее мнению, экономические потери появляются у собственника природных ресурсов не только тогда, когда возник реальный вред (деградация экологических систем, истощение природных ресурсов), но и когда негативное воздействие на окружающую среду связано с опасностью возникновения реального вреда (затраты на предотвращение будущего вреда окружающей среде). Автор полагает, что в такой интерпретации экономическое определение вреда имеет более широкие границы в отличие от правового понятия «вред окружающей среде».

Вряд ли с этим можно согласиться. В специальной литературе помимо собственно материального вреда окружающей среде (или возможности его причинения) выделяют различного рода нематериальные проявления экологического вреда (демографические, генетические и т. п.). На наш взгляд, основной и принципиальный вопрос здесь заключается в том, существуют ли особые сущностные признаки экологического вреда, отличающие его от имущественного ущерба, вреда жизни и здоровью и т. п., которые охватываются гражданско-правовыми деликтами?

Необходимо заметить, что к понятию «экологический вред» неоднократно обращался Верховный суд РФ. Так, в определении от 20.05.2003 ВС РФ отметил, что ущерб, причиненный лесному фонду, определяется по таксовой стоимости в том числе и потому, что объекты природы не имеют товарной стоимости и к ним неприменимы обычные способы ее оценки[20]. Дерево в данном случае должно рассматриваться не как древесина с установленной рыночной ценой, а как компонент природной среды, оказывающий влияние на окружающее пространство. Восстановление нарушенного состояния окружающей среды должно осуществляться с учетом не только стоимостного выражения непосредственного объекта нарушения, но и экологического вреда, причиненного природной среде, т. е. должно полностью компенсировать отрицательное воздействие на природу.

Впоследствии ВС РФ неоднократно подтверждал эту позицию, отмечая, что возмещение вреда, причиненного лесонарушениями, является повышенной имущественной ответственностью, предусмотренной гражданским законодательством, которая устанавливается с учетом не только материального, но и экологического вреда, причиненного природной среде[21].

Очевидно, что ВС РФ, во-первых, рассматривает экологический вред как вред, причиненный окружающей среде (что, на наш взгляд, небесспорно), и, во-вторых, констатирует, что такой вред не сводится к уничтожению или повреждению отдельных природных компонентов как материальных объектов. Поэтому помимо фактических затрат на восстановление природного объекта законодатель предусматривает дополнительную имущественную ответственность за вред, выражающийся в общем ухудшении состояния окружающей среды. В упомянутом выше деле речь шла о завышенном размере такс, по которым рассчитывается вред, причиненный лесонарушениями, по сравнению с фактическими затратами на восстановление лесных насаждений. На наш взгляд, принципиальное значение указанного вывода ВС РФ заключается в констатации нематериальной природы экологического вреда, в отличие от ущерба, причиняемого лесным насаждениям как материальным объектам.

Действующее законодательство об отдельных компонентах природной среды (лесное, водное, земельное и т. п.) предусматривает возмещение вреда в размере, значительно превышающем стоимость соответствующих природных объектов. Это обусловлено тем, что в него (размер) вкладывается не только ущерб, причиненный соответствующим объектам, возмещаемый в рамках гражданско-правовых отношений, но и экологический вред, причиненный уже свершившимся фактом нанесения вреда окружающей среде. Однако в данном случае речь идет именно о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, но не экогенного вреда.

Так, Методика исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства (утв. приказом Минприроды России от 13.04.2009 № 87), содержит норму о том, что ее действие не распространяется на случаи исчисления размера вреда, причиненного здоровью и имуществу граждан, имуществу юридических лиц, а также водным биоресурсам в результате ухудшения экологического состояния водных объектов[22]. Однако такой подход российского законодателя нельзя назвать правильным. Существует объективная необходимость разработки методики определения ущерба, причиненного здоровью граждан негативным воздействием окружающей среды. Данная методика должна учитывать степень вредного воздействия на трудоспособность и жизнеспособность человека.

В российских условиях возмещение экологического вреда, причиненного жизни и здоровью человека, а также его имуществу, осуществляется, как правило, в рамках гражданского законодательства. Размер такого возмещения определяется судом ad hoc для каждого конкретного случая. Такой подход не оправдан еще и потому, что экологический правопорядок и экологические интересы носят ярко выраженный публичный характер. Как справедливо отмечает М.М. Бринчук, «экологические интересы, интересы поддержания благоприятного состояния окружающей среды, экологического благополучия, охраняемые законом, носят преимущественно публично-правовой, а не частноправовой характер и, соответственно, охраняются не гражданским законодательством»[23]. На наш взгляд, это в полной мере относится не только к состоянию окружающей среды в целом, но и к социально-демографическим интересам общества и государства.

Считаем, что для эффективного и полного возмещения экологического вреда, причиненного жизни и здоровью граждан, так же как и в отношении вреда, причиненного окружающей среде, на уровне федерального законодательства необходимо разработать специальные методики расчета экологического вреда.

Библиография

1 См., например, распоряжение Правительства РФ от 27.08.2009 № 1235-р «Об утверждении Водной стратегии Российской Федерации на период до 2020 года» // СЗ РФ. 2009. № 36. Ст. 4362; приказ Минприроды России от 25.05.1994 № 160 «Об утверждении Инструкции по организации и осуществлению государственного контроля за использованием и охраной земель органами Минприроды России» // Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств РФ. 1994. № 9.

2 См.: Васильева М.И. Возмещение экологического вреда, причиненного здоровью граждан // http://www.miningwatch.ru/ content/view/66/32

3 См.: Тихомирова Л.А. Возмещение вреда окружающей среде, причиненного экологическим правонарушением // КонсультантПлюс.

4 См.: Васильева М.И. Возмещение экологического вреда, причиненного здоровью граждан.

5 См.: Никишин В.В. Теоретические проблемы возмещения экологического вреда: идеи В.В. Петрова и современность // Экологическое право. 2009. № 2/3. С. 28—32.

6 Бринчук М.М. Экологическое право (право окружающей среды): Учеб. — М., 1998. С. 494—495.

7 Там же.

8 См.: Васильева М.И. Охрана права граждан СССР на здоровую окружающую среду // Вестн. Моск. ун-та. Серия 11 «Право». 1990. № 6. С. 57.

9 См.: Бринчук М.М. Экологическое право (право окружающей среды). С. 494—495.

10 См.: Васильева М.И. Возмещение экологического вреда, причиненного здоровью граждан.

11 Исключением будет вред, причиненный не вследствие воздействия антропогенных факторов (стихийных бедствий, климатических аномалий и т. п.).

12 См.: Петров В.В. Экология и право. — М., 1981. С. 147.

13 См.: Гавриш С.Б. Основные вопросы ответственности за преступления против природной среды (проблемы теории и развития уголовного законодательства Украины): Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. — Харьков, 1994. С. 8—9.

14 См.: Бринчук М.М. Так существует ли эколого-правовая ответственность? // Экологическое право. 2009. № 2/3. С. 12.

15  См.: Петров В.В. Экологическое право: Учеб. — М., 1995. С. 265—277.

16  См.: Шемшученко Ю.С. Правовые проблемы экологии. — К., 1989. С. 155.

17 См.: Романов В.И. Юридическая ответственность за экологические правонарушения. — Йошкар-Ола, 1999. С. 14.

18 Бринчук М.М. Так существует ли эколого-правовая ответственность? С. 13.

19 См.: Мисник Г.А. Возмещение экологического вреда в российском праве: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. — М., 2008.

20 Определение ВС РФ от 20.05.2003 № КАС03-179 «Об оставлении без изменения решения Верховного суда РФ от 14.03.2003 № ГКПИ2003-41, которым было отказано в удовлетворении заявления о признании незаконным Постановления Правительства РФ от 21.05.2001 № 388 “Об утверждении такс для исчисления размера взысканий за ущерб, причиненный лесному фонду и не входящим в лесной фонд лесам нарушением лесного законодательства Российской Федерации”» // КонсультантПлюс.

21 См., например, решение ВС РФ от 15.04.2008 № ГКПИ08-52 «Об отказе в удовлетворении заявления о признании недействующим пункта 8 приложения № 4 к Постановлению Правительства РФ от 08.05.2007 № 273 “Об исчислении размера вреда, причиненного лесам вследствие нарушения лесного законодательства”» // КонсультантПлюс.

22 Российская газета. 2009. 24 июня.

23 Бринчук М.М. Так существует ли эколого-правовая ответственность? С. 13.