УДК 342.5 

Страницы в журнале: 41-44

 

А.А. ЛАРИН,

кандидат юридических наук, доцент кафедры конституционного и административного права юридического факультета Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского,

 

А.В. ПЕТУХОВА,

ассистент кафедры гражданского права и процесса юридического факультета Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского

 

В статье проанализированы  изменения, происходящие в праве и государственном управлении в связи с построением в России информационного общества. Рост значения информационно-интеллектуальных ресурсов, метаморфозы правосознания и другие причины ведут к формированию новой информационной парадигмы развития права.

Ключевые слова: развитие права, право и информационное общество, информационная парадигма развития права.

 

General Trends of Law and Public Administration Development in Connection with Formation of Information-Oriented Society in Russia

 

Larin А., Petukhova А.

 

This article represents the analysis of changes, taking place in law and public administration due to the genesis of information-oriented society in Russia. Increase of significance of information and intellectual resources, changes in legal awareness and other reasons described in the article according to the authors opinion lead to the formation of a new information paradigm in law development.

Keywords: law development, law and information-oriented society, information paradigm in law development.

 

Развитие информационных технологий заставляет научное сообщество все чаще задаваться вопросом о причинах подобных процессов и их влиянии на право. Несмотря на важность изучения этих явлений, в современной юриспруденции отсутствуют фундаментальные исследования тех закономерностей, которые определяют эволюцию права в условиях информатизации всех сторон жизни современного российского общества.

Возникновение интеллектуально-информационных ресурсов стало новой тенденцией развития общества. Человеком уже освоены материальные резервы, энергия и сырье, однако не до конца выявлены законы сохранения или приумножения интеллектуально-информационных ресурсов, важнейшим из которых для общества является право. Одной из доктрин, пытающихся объяснить происходящий в настоящее время качественный переход, проявляющий себя в том числе и в правовой плоскости, является учение о постиндустриальном обществе, подчеркивающее переход от производства материальных благ к производству информации. На основе развития постиндустриальной концепции позднее появилась теория информационного общества. В целом она, как и постиндустриальная доктрина, лежит в русле того направления европейской философии, в котором эволюцию человечества принято рассматривать сквозь призму прогресса знания. Пик ее популярности пришелся на начало 1970-х годов, когда многие западные социологи согласились с выводом, что в новых условиях «культура, психология, социальная жизнь и экономика формируются под воздействием техники и электроники, особенно компьютеров и коммуникаций, а производственный процесс более не является основным решающим фактором перемен, влияющим на нравы, социальный строй и ценности общества»[1]. Рассмотрим, каким образом выводы этой теории можно использовать для объяснения явлений, происходящих в современном российском государстве и праве.

По мнению авторов теории информационного общества, индустриальная эпоха, характеризующаяся акцентом на развитие промышленности, сменилась постиндустриальным периодом, который определялся ростом занятости в сфере услуг, увеличением потребности в профессиональных кадрах, усилением роли компьютеризации, повышением уровня технического оснащения и т. д.[2] Закономерным в этом смысле было появление в индустриальный период марксистской теории экономического детерминизма. Очевидно, что на этапе постиндустриального общества ни один из марксистских факторов производства (земля, труд, капитал) уже не играет роли детерминанты эволюции государства и права: на первое место выходят информация и знания, а главным приоритетом прогресса права является повышение эффективности государственно-правовых механизмов за счет использования информационных технологий.

Попытаемся проанализировать факторы, лежащие в основе перехода к информационной парадигме развития государства и права. В целях систематизации условно разделим все причины на объективные и субъективные.

К объективным факторам информатизации следует отнести процессы усложнения и детализации правового регулирования и расширения сфер государственного управления. Детализация правового регулирования явилась следствием усложнения хозяйственной деятельности. В современном мире все чаще появляются принципиально новые институты и даже отрасли права, что отражает усложнение массива общественных отношений, требующих правового регулирования. Также государство берет на себя все больше социальных функций, что ведет к появлению новых сфер государственного управления. Согласно опубликованным в «Статистическом ежегоднике» данным Росстата, в органах государственной власти и органах местного самоуправления Российской Федерации на 1 января 2009 г. числилось 1,67 млн человек. Это составляет 1,17% от всего населения России и 2,37% от занятых в экономике[3]. Для сравнения: к концу 2000 года в стране насчитывалось чуть более 1 млн управленцев, т. е. можно говорить практически об увеличении в 1,6 раза. Очевидно, что в таких условиях информатизация правового массива и государственного управления является единственным способом обеспечить эффективное функционирование государственно-правовых механизмов и предотвратить разрастание государственного аппарата.

Другой объективной причиной, исключившей собственность на средства производства из числа основных факторов, определяющих развитие права, стал рост уровня жизни и насыщение рынка развитых стран доступными материальными благами. Если главной задачей в индустриальном обществе было приобрести право собственности на землю, средства производства, а главной задачей государства — обеспечить охрану права собственности на них, то сейчас (при постиндустриальном обществе) огромную роль играет приобретение права собственности на нематериальные блага — технологические разработки, секреты производства, патенты и т. д. Как следствие, более быстрыми темпами идет развитие отраслей и институтов права, направленных на охрану нематериальных благ (права интеллектуальной собственности, патентного права, обеспечения безопасного обмена и доступа к информации, электронного документооборота, информационного и образовательного права и др.). Основной доминантой развития права становится создание правовой базы для внедрения информационных технологий в различные сферы общественной жизни, в том числе и в государственное управление.

Так, в январе 2002 года было утверждено постановление Правительства РФ от 28.01.2002 № 65 «О федеральной целевой программе “Электронная Россия (2002—2010 годы)”». Основной целью этой программы является повышение компьютерной грамотности среди населения, обеспечение максимально эффективного участия гражданского общества в государственных вопросах через сеть Интернет, снижение издержек при реализации правительственных задач, улучшение профессиональной подготовки работников органов государственной власти и т. д. С учетом развития технологий становится возможным внедрение электронного правительства, что позволит сделать максимально эффективным взаимодействие между различными ведомствами, государственными органами и гражданами.

Основу процесса производства, существовавшего в XIX веке, составляли земля, труд, капитал; сегодня эти факторы не играют прежней роли, а их место заняла информация. Россия сейчас стоит на пороге постиндустриального общества и информатизации государства и права. В свое время К. Маркс говорил, что более развитая страна указывает менее развитой черты ее собственного будущего[4]. Этот тезис, на наш взгляд, не утратил своего значения и сегодня. Главная цель для развития экономики сейчас — выращивание квалифицированных кадров, оснащение производства по последним технологиям, модернизация ускоренными темпами. Эта задача ставится потому, что уже достигнуто определенное насыщение рынка простейшими машинами, созданными в индустриальную эпоху, происходит усложнение технологий, развитие нанотехнологий, изучение новых объектов. Так, Президент РФ в своем выступлении на II Международном форуме по нанотехнологиям отметил, что экономическое благополучие должно базироваться на инновационных технологиях, а не на сырьевых возможностях России, сколь бы безграничны они ни были. Государством в этом направлении принят целый ряд системных решений, в частности, утверждена программа развития наноиндустрии в России до 2015 года, создана госкорпорация «Роснанотех», сформулированы приоритеты технологического развития России. Эти меры должны обеспечить качественные преобразования в экономике и социальной сфере, без которых, по мнению Д.А. Медведева, невозможно успешное развитие нанотехнологий. До 2015 года на эти цели будет выделено 318 млрд руб., объем продаж продукции российской наноиндустрии должен достичь 900 млрд руб.[5]

В условиях современной действительности, с утверждением приоритета общечеловеческих ценностей, юриспруденция все больше переходит от классовой характеристики права к признанию его средством общественного согласия, социального компромисса, выразителем интересов общества в целом. Классовая природа права занимает второстепенное положение. Переход к демократии, курс на построение социального государства дает возможность взглянуть на право с качественно иной точки зрения. Принципиально важным является построение законодательного массива с позиции приоритета интересов человека.

К субъективным причинам смены парадигмы правового развития, по нашему мнению, следует отнести метаморфозы в правосознании, вызванные повышением среднего уровня образования населения и доступности информации. Уменьшается доля физического труда, и растет потребность в наличии умственного высококвалифицированного и творческого труда, постоянно повышается значение образования. По данным Министерства образования и социального развития РФ, количество высших учебных заведений в стране неуклонно растет (с 1990 по 2005 год — с 514 до 1068, т. е. более чем в 2 раза). Аналогично обстоит дело и с ростом числа первокурсников. В 1990 году на первый курс высших учебных заведений было принято около 584 тыс. человек, а в 2005 году — около 1 млн 640 тыс. Относительные статистические показатели на 10 тыс. человек свидетельствуют о значительном увеличении числа студентов. Если в 1990 году на 10 тыс. населения приходилось 190 студентов, то в 2005 году — уже 481. В 1990 году успешно закончили высшие учебные заведения 401 тыс. человек, а в 2005 высшее образование получили уже 1 млн 151 тыс. (т. е. наблюдается рост почти в 3 раза)[6].

Постиндустриальное общество характеризуется значительно более высоким уровнем правосознания, чем индустриальное. Изменения в уровне правосознания не могут не отразиться на методах правового регулирования, прежде всего на системе стимулирования. В постиндустриальную эпоху право стремится создать такие условия, чтобы каждый добровольно исполнял законы, развивал сферы производства, необходимые для всего общества. Если для индустриальной эпохи был характерен всеобщий контроль над всеми сферами жизни общества и преобладание императивного метода правового регулирования, то в постиндустриальную эпоху возрастает роль диспозитивного метода, дающего возможность сторонам правоотношений самим определять пути достижения поставленных целей, устанавливать права и обязанности с помощью договора, соглашения вместо жесткого императива, не оставляющего возможности выбора. В современном мире прослеживаются тенденции к обеспечению максимальной свободы личности, удовлетворению ее духовных и материальных потребностей.

 Право принципиально направлено на изменение методов правового регулирования, появление методов, стимулирующих выбор максимально необходимой, выгодной для государства модели поведения. Для этого используются методы дозволения, стимулы, рекомендации, поощрения (общедозволительный метод). Эффективность законодательства вовсе не связывается напрямую с жесткой регламентацией отношений, властным приказом, с усилением воздействия государства своими специфическими, властно-принудительными методами на хозяйственные структуры, личность, объединения людей.

Следует признать, что диспозитивное регулирование в целом является более эффективным и требует меньше ресурсов, как финансовых, так и управленческих. Однако очевидно, что возрастание значения договорных отношений, приемов стимулирования, поощрения не вытесняет применение таких традиционных, используемых в первую очередь в публичном праве методов, как запрет, позитивный императив, властное указание. Ограничение, запрет, твердая обязанность нужны в законодательстве, и задача заключается в том, чтобы найти их оптимальное соотношение с общедозволительным регулированием, как более тонким и гибким механизмом руководства страной, правового обеспечения преобразования российского общества[7].

Другим субъективным фактором, в том числе влияющим на правосознание, является рост доступности нормативных правовых документов и массива судебной практики за счет использования информационных технологий. Практически все законодательные и судебные органы имеют свою страницу в сети Интернет, где размещены нормативные акты и акты правоприменения, что, безусловно, сказывается на информированности граждан и на реальной доступности правовой информации. Свобода и доступность информации приводят к растущему участию граждан в обсуждении законопроектов и их политической активности в целом. Информационные технологии становятся серьезным инструментом, который может коренным образом изменить существующие демократические институты. Все более возрастает роль сети Интернет как средства политической агитации, всерьез обсуждаются перспективы дистанционного голосования через сеть Интернет, большинство политиков и некоторые первые лица государства открывают свои блоги во всемирной сети.

Тенденции, которые мы рассмотрели, появились только на рубеже XX—XXI вв. Россия проходит путь к информационному обществу в рамках постиндустриализма еще очень осторожно. Это обусловлено неразвитостью технологической базы, отсутствием должной модернизированной системы и компьютерного оснащения, знаний в данной области. Однако игнорировать современные реалии было бы непростительной ошибкой. Задача науки состоит в том, чтобы исследовать существующие тенденции и давать им правовую и научную оценку.

 

Литература

 

Араб-Оглы Э. Рецензия на книгу: Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогнозирования // Свободная мысль—XXI. 2000. № 12. С. 60—70.

Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогнозирования / Пер. с англ. под ред. В.Л. Иноземцева. — М., 1999. С. 124.

Иноземцев В.Л. Современное постиндустриальное общество: природа, противоречия, перспективы: Учеб. пособие для студентов вузов. — М., 2000. С. 303.

 

Библиография

1 Путь в XXI век: Стратегические проблемы и перспективы российской экономики / Под рук. Д.С. Львова. — М., 1999. С. 305.

2 В 60—70-е годы ХХ века исследования Д. Белла, Е. Кана, К. Томинаги, Е. Дарендорфа и многих других авторов привели к глубокому осознанию перемен в  современном обществе, которые большинство ученых видели в повышении роли науки и беспрецедентных технологических сдвигах.

3 См.: Николаева Д., Бутрин Д. Кризис не по чину берет. Несмотря на кризис, численность чиновников в России продолжает увеличиваться и бьет исторические рекорды // Коммерсантъ. 2009. № 109(4164).

4 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 13. — М., 1955—1981. С. 7.

5 http://www.kremlin.ru/news/5673

6 См.: Статистика высшего образования по материалам сайта http://stat.edu.ru/

7 См.: Теория государства и права / Под ред. А.С. Пиголкина. — М., 2003. С. 52.