Рецензия на: В.С. Черномырдин. Вызов. М., 2003

Е. ПОНОМАРЕВА,

кандидат политических наук

 

Политика есть искусство приспособляться к обстоятельствам и извлекать пользу из всего, даже из того, что претит.

Отто фон Бисмарк

 

О югославском кризисе 1995 года написано уже так много, что у обывателя эта тема может вызвать некоторое недоумение. Однако сегодня действительно стоит вспомнить балканский кризис: 24 марта исполнилось 5 лет с начала агрессии стран НАТО против суверенного европейского государства. Бомбардировки Югославии длились 78 дней и повлекли за собой гуманитарную катастрофу в автономном крае Косово, последствия которой вряд ли когда-нибудь будут преодолены.

В синергетике есть теория «эффекта бабочки», которая доказывает сложнейшую взаимозависимость природных явлений. Суть ее заключается в следующем. Наша планета представляет собой единый сложнейший организм. Изменения в одном из его органов ни при каких обстоятельствах не могут остаться незаметными для других составных частей системы. Например, от взмаха крылышек бабочки в Австралии может случиться смещение воздушных потоков, и в Европе начнутся многомесячные ливни. Сквозь призму этой теории можно рассматривать и политическое развитие. Представьте себе, каков должен быть эффект, если крыльями в Европе машут далеко не бабочки, а самолеты «Стелс» и B-52! Последствия для мирового сообщества оказались куда страшнее природных катаклизмов. Сложность и зависимость от «американских бабочек» современного мира заставляют снова обратиться к теме балканского кризиса.

В конце 2003 года состоялась презентация книги В.С. Черномырдина «Вызов», посвященной важной миссии, выпавшей на долю этого крупнейшего государственного и общественного деятеля. Суть этих политических мемуаров — разрешение косовского кризиса и роль России в указанном процессе.

Эта книга глубоко личностная. Каждая ее страница соответствует духу и жизненной позиции автора. Многие могут возразить, что это отнюдь не достоинства, а недостатки, так как в оценках превалирует субъективизм. Да, субъективизма много, но именно этим книга В.С. Черномырдина и интересна. Мы видим не только государственный подход, но и человеческую позицию в сложнейшем и еще далеко не решенном вопросе. Любые политические мемуары являются источником не только нарративного, описательного, но и субъективного свойства.

Последнее десятилетие ХХ века стало поворотным в формировании современной системы международных отношений. Как ни банально звучит, но факт остается фактом: в мире возник совершенно новый политический ландшафт. Осознание и осмысление произошедшего и происходящего необходимо для идентификации России, нас, ее граждан, в новом политическом и ценностном пространстве.

Россия постепенно, шаг за шагом, с огромными усилиями проникает в казалось бы потерянные навсегда геополитические ниши. Хотя есть другие мнения по поводу российского вмешательства в косовский конфликт. Так, газета «Коммерсантъ» на следующий день после назначения специального представителя Президента РФ по урегулированию конфликта в Югославии писала: «Назначение В.С. Черномырдина представителем президента по урегулированию ситуации вокруг CРЮ играло на руку НАТО и США, поскольку означало оттеснение профессиональной дипломатии на второй план; осуществление цели разбить единство усилий всех российских структур власти; использование фактора времени: НАТО, благодаря затягиванию процесса переговоров, смогла выполнить большую часть своего плана воздушных ударов...»[1].

Известный специалист по данному региону профессор Е. Гуськова в монографии «История югославского кризиса» подчеркивает: «...назначение (В.С. Черномырдина специальным представителем Президента РФ по урегулированию конфликта в Югославии. — Е.П.) показало Америке, что Россия противостоять планам НАТО не будет.

Виктор Степанович хорошо справился с отведенной ему ролью: он разъяснил сербам, что Россия не будет ссориться с Западом ради Югославии, что им не стоит ожидать помощи, пообещал лишь участие в миротворчестве... В. Черномырдин не смог выполнить основного условия, которое было определено Президентом России: прекращение бомбовых ударов как условие начала переговоров... Россия сделала вид, что смогла принести мир на территорию Югославии и пыталась вернуть ООН прежнюю роль в процессе урегулирования межнациональных конфликтов»[2].

Мы не совсем согласны с такой позицией. Во-первых, стоит прямо ответить на вопрос: на какую помощь рассчитывали сербы? На военную. Но даже самому ярому патриоту должна прийти в голову прагматическая мысль: каковы будут последствия такой помощи для России?

Во-вторых, политическая и социально-экономическая ситуация в нашей стране на тот момент (да и сейчас) исключает даже возможность блефа, «поиграть» в который могли себе позволить Сталин или Хрущев. Роль России в балканском кризисе нельзя рассматривать в отрыве от происходящих в стране трансформаций и существующих глобализационных вызовов.

В-третьих, политика любого государства строится не на эмоциональном отношении к той или иной ситуации, а на учете национально-государственных интересов. В последнем Послании Президента РФ Федеральному Собранию и во внешнеполитической доктрине России четко показано, что, действительно, ссоры с Западом из-за Югославии, Ирака или Афганистана не входят в наши интересы, но это совершенно не означает, что у России нет геополитических приоритетов и пристрастий!

В одном из своих интервью министр обороны С. Иванов отметил: «Одно дело, что мы заявляем. Цинично звучит, но все, что мы планируем, не обязательно должно быть публичным. Мы считаем, что с внешнеполитической точки зрения лучше говорить так. А что мы на самом деле делаем — это совсем другой вопрос»[3].

Политика похожа на театральные подмостки: есть сценаристы, режиссер, актеры и спонсоры. При всех кажущихся и явных недостатках миротворческую миссию на Балканах Россия выполнила, а В.С. Черномырдин прекрасно сыграл свою роль.

Продолжая полемику вокруг миссии В.С. Черномырдина и его книги, нельзя не вспомнить позицию премьера советского периода Н.И. Рыжкова: «СРЮ вынуждена была принять ультиматум НАТО. Не последнюю роль в этом сыграл г-н Черномырдин. В начале июня 1999 года, когда Югославия была сильно измотана и разрушена непрерывными бомбежками, но еще сохраняла немалый потенциал для сопротивления, он нанес мощный удар по моральному духу югославского руководства. Он предельно жестко заявил на последней встрече с президентом CРЮ С. Милошевичем, что Югославия больше не может рассчитывать на поддержку России и что она должна принять план Черномырдина — Ахтисаари, а по сути дела, ультиматум, выработанный западными странами»[4].

Более того, в заявлении «Об очередном предательстве интересов международной безопасности» от 10 июня 1999 г., подписанном Г. Зюгановым, Н. Рыжковым и Н. Харитоновым, отмечалось следующее: «...г-н В. Черномырдин сыграл мрачную роль в принуждении Югославии к принятию ультиматума НАТО. Назначение на этот пост В. Черномырдина, известного своими тесными связями с лидерами США и ФРГ, сопровождалось отстранением от непосредственного участия в переговорах МИД и МО РФ, занимающих позицию защиты национальных интересов (чьих же: российских или сербских? — Е.П.). Навязанный Югославии ультиматум причинил международной репутации России ущерб, который не поддается измерению.

Это позорное соглашение идентично мюнхенскому сговору, проложившему путь к Второй мировой войне. Умиротворение агрессора, несомненно, будет провоцировать его на дальнейшие захватнические войны»[5].

А не задумывались ли вышеназванные деятели над тем, что каждый  час (не день!) «сопротивления» уносил сотни жизней, ломал судьбы, оставлял сиротами и калеками детей? Причем сопротивление сербского народа было сродни подвигу Александра Матросова. Тот ужас, который творился в Югославии, нужно было остановить немедленно и на любых условиях. Пришло время освобождаться от императивов «кухонной имперскости» и желания приобретения политического капитала за счет квазипатриотических настроений! «Политика — это искусство возможного», — любил говорить великий Бисмарк. Россия использовала все имеющиеся возможности для быстрейшего прекращения вооруженного конфликта и сохранения территориальной целостности и суверенитета Сербии.

Балканский регион был очагом многих конфликтов, но в ХХ веке события в регионе заставили мир содрогнуться. Параллели напрашиваются сами собой: деятельность усташских организаций (Хорватия) и структур Призренской лиги (Албания) во время Второй мировой войны и действия Освободительной Армии Косова, которые и сегодня уносят жизни мирного населения...

Что касается балканского конфликта конца века, то интернационализация кризиса была очевидна с момента его вызревания. Силовое давление, пусть даже с благой целью «освобождения от диктатуры и установления приоритета либеральных ценностей», имеет обратный эффект. Миротворческая деятельность России ни в коей мере не явилась «умиротворением агрессора», а создала возможности для скорейшего восстановления мирной жизни населения суверенного государства, с тем чтобы оно само могло осуществить свой политический выбор. И уж ни в коем случае деятельность специального представителя Президента РФ по урегулированию конфликта в Югославии не была направлена против С. Милошевича, который сегодня является национальным героем и занимает 4-е место в рейтинге самых популярных политиков Сербии.

Югославская война поставила больше вопросов, нежели дала ответов. Многие факты недавней трагедии намеренно искажаются, иные просто замалчиваются. Сложившиеся стереотипы мешают адекватному восприятию и анализу событий, стратегическому видению решения проблемы. Безусловное достоинство книги В.С. Черномырдина заключается в том, что она внесла значительный вклад в процесс прекращения информационного противостояния. Впервые в отечественной историографии этого вопроса главным участником переговоров детально расписаны все этапы, перипетии и сложности этого процесса. Показана «кухня» большой политики, интересная не только специалистам, но и простым читателям.

На позицию России по урегулированию косовского кризиса следует посмотреть не только как на вызов новым геополитическим реалиям, но и как на вызов стратегии мондиализма, закладке экономической базы для передела мира. Своей миротворческой деятельностью Россия ответила на вызов Запада. Никаких меркантильных интересов в процессе переговоров наша страна не преследовала. Долг Cоциалистической Республики Югославии (которой, кстати сказать, не существует с февраля 2003 года) нашей стране составляет 370 млн долл. США, и это при том, что ВНП на 2003 год составлял 25,3 млрд долл., бюджетный дефицит — более 30% ВВП, а общая внешняя задолженность — 11,9 млрд долл., т.е. 45% по отношению к ВВП. Экономические отношения с Россией базируются на поставках энергоносителей. Доля нашей страны в импорте Сербии составляет всего 10%. Активное вмешательство России в косовский конфликт было вызвано ценностной и гуманистической ориентацией нашего общества.

В то же время Россия постепенно избавляется от идеократического подхода к формированию внешней политики. Свои национально-государственные интересы мы должны и можем решать не только через поставки зенитно-ракетных комплексов. На первое место должен выходить экономический фактор. Сербия — это одна из немногих стран, которые хотят открытого экономического партнерства с Россией. Да, мы не предоставляем кредитов, как Международный валютный фонд, но и не выдвигаем требований выдачи руководителей государства как военных преступников на суд не совсем адекватных судей типа Карлы Дель Понте. Заметим, предоставленные Югославии кредиты были унизительно малы по сравнению с общей задолженностью и нанесенным бомбардировками ущербом. Например, в конце апреля 2001 года, после выдачи С. Милошевича Гаагскому трибуналу, МФВ выделил кредит правительству З. Джинджича в размере 260 млн долл.

В результате авианалетов было разрушено 22 моста, уничтожено 50 фабрик и заводов, 17 больниц, 2000 школ, повреждено 8 электростанций, 7 железнодорожных вокзалов, 6 аэродромов... Список можно продолжать. А какими мерками можно оценить людские потери?.. Важно знать и другие цифры. Согласно данным Дойче Банка, расходы НАТО только за первый месяц бомбардировок составили как минимум 4,5 млрд долл., а за все время агрессии — 10—15 млрд долл. Материальный ущерб Югославии составил более 200 млрд долл[6]. Вывод из такой арифметики следует простой: причина незавершенности и вызревания нового цикла балканского кризиса заключается в современной системе международных отношений.

Парадигма современного конфликта на континенте определяется противостоянием развитой, богатой части Европы и ее бедных, отсталых, слабо развитых территорий. Как и на заре европейской истории, развитие континента идет неравномерно: экономический, технический и культурный прогресс ограничивается рамками отдельных анклавов, окруженных значительно более многочисленной, бедной и отсталой периферией[7]. Понятно, что в ближайшей и среднеудаленной перспективе их противостояние сохранится при любых других условиях. Исходя из этого тезиса, балканский кризис можно представить как затяжную политическую игру. Богатый центр, используя политику кнута и пряника, способен сдерживать бедную и агрессивную периферию обещаниями помощи и участия, подкупом политической элиты через кредиты МВФ и МБРР. В определенных случаях дело доходит до запугивания периферии, начиная от рассуждений о нарушении прав человека, принятием разного рода санкций и заканчивая военным вторжением в суверенные государства.

В арсенале современной науки имеются две модели стратегии борьбы с кризисными явлениями: стратегия контроля и стратегия управления. На Балканах первая неприемлема изначально, так как предполагает проведение превентивных мер, связанных с выявлением конфликтогенных факторов, их первичным анализом и попытками предотвратить переход кризиса в стадию насилия.

Западные страны под руководством США уверены в том, что они удачно используют вторую модель стратегии, предполагающую конкретные действия по целенаправленной модификации поведения конфликтующих сторон и изменению внешней среды. Эту стратегию можно охарактеризовать как умение поддерживать отношения ниже уровня, на котором возможна угроза насилия и распада существующей системы. Шаги по осуществлению данной стратегии должны быть следующими: перевод (если не удалось предотвратить открытое столкновение) конфликта в менее острую фазу; выведение на поверхность всех латентных, теневых конфликтов во избежание внезапных, обвальных потрясений; минимизация степени социального возбуждения. Однако реально реализация этой стратегии не происходит.

Но вернемся к теории «эффекта бабочки». Зло и несправедливость, проявившись в одном месте планеты, обязательно отразятся в другом ее уголке. Возникает резонный вопрос: почему многие аналитики в мире не сговариваясь связали в своем восприятии и сознании в одно целое терроризм, события в США 11 сентября 2001 г. и применение военной силы против суверенной Югославии?[8] Частично ответ можно найти в книге «Вызов».

 

Библиография

1 Наш человек в Косове... // Коммерсантъ. 1999. 15 апр.

2 Гуськова Е. История югославского кризиса (1990—2000). — М., 2001. С. 682.

3 Агент национальной безопасности // Московский комсомолец. 2003. 27 окт.

4 Рыжков Н., Тетекин В. Югославская голгофа. — М., 2001. С. 152.

5 Там же. С. 153.

6 Российская газета. 1999. 23 июля.

7 См.: Кременюк В. О вероятности нового европейского конфликта. — М., 1999. С. 145.

8 См.: Черномырдин В. Вызов. — М., 2003. С. 10.