УДК 347.9: (470) 

Страницы в журнале: 112-116

 

А.В. ЧЕКМАРЕВА,

кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского процесса Саратовской государственной академии права

 

Рассматривается становление процесса унификации гражданского процессуального законодательства России в соответствии с международными актами по защите прав человека; определяются пределы унификации в условиях глобализации.

Ключевые слова: унификация, глобализация, гражданское процессуальное законодательство.

 

Unification of the civil remedial legislation and its limits in the conditions of globalization

 

Chekmarevа A.

 

Formation of process of unification of the civil remedial legislation of Russia according to the international certificates on protection of human rights is considered; limits of unification in the conditions of globalization are defined.

Keywords: unification, globalization, civil remedial legislation.

 

Унификация гражданского процессуального законодательства представляет одну из актуальных и дискуссионных проблем, обусловленных как мировыми процессами интеграции, глобализации, так и внутригосударственными условиями реформирования всех сторон жизни общества. Активизация межнациональных и межгосударственных связей, расширение сферы взаимодействия корпораций, ассоциаций и граждан обостряет значимость регулирования гражданских отношений на основе унифицированных правовых концепций и норм. Унификация в праве — это деятельность компетентных органов государства или нескольких государств, направленная на выработку правовых норм, единообразно регулирующих определенные виды общественных отношений[1]. Применительно к теме настоящего исследования это общественные связи, складывающиеся в процессе отправления правосудия по гражданским делам. О практической значимости унификации в этой сфере свидетельствуют масштабы судебной деятельности. Ежегодно в судах Российской Федерации рассматривается 7 млн гражданских дел[2]. Зарубежная практика дает немало интересных методов, заимствование которых будет, несомненно, способствовать повышению эффективности отечественного правосудия. Среди них все более популярными становятся медиация, третейское судопроизводство, электронное правосудие. Нельзя не согласиться с выводом В.В. Яркова о том, что в «последние годы обнаружилась значительная потребность в совершенствовании судебных и в целом правовых процедур с использованием современных технических средств, а электронный документооборот стал нуждаться в высокой степени правовой защиты»[3].

Унификация гражданского процессуального законодательства, на наш взгляд, является объективно обусловленным в значительной степени позитивным процессом перехода к новому, более высокому уровню отправления правосудия. Подтверждением этому служат международные акты, оказавшие значительное влияние на унификацию гражданского процессуального законодательства России. Среди них — Всеобщая декларация прав человека 1948 года, Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах 1966 года, а также Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 года[4]. Последний был ратифицирован Президиумом ВС СССР 18 сентября 1973 г. Следовательно, правовая унификация началась задолго до 90-х годов ХХ века. Пункт «б» ч. 3 ст. 2 Международного пакта о гражданских и политических правах гласит: «Обеспечить, чтобы право на правовую защиту любого лица, требующего такой защиты, устанавливалось компетентными судебными, административными или законодательными властями или любым другим компетентным органом, предусмотренным правовой системой государства, и развивать возможности судебной защиты, обеспечить применение компетентными властями средств правовой защиты, когда они предоставляются».

Конечно, реализация отмеченных положений международного права в условиях закрытого общества была затруднена. В 1990-е годы, особенно с принятием Конституции РФ 1993 года, процесс унификации приобрел траекторию ускорения. Уже в преамбуле Конституции РФ подчеркивается, что многонациональный народ Российской Федерации, утверждая права и свободы человека, гражданский мир и согласие, сознает себя частью мирового сообщества. А в пункте 1 ст. 17 отмечается: «В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией». Международный контекст защиты прав граждан присутствует и в статьях 62, 63 Конституции РФ. Согласно ст. 46 «каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в международные организации по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты». Поскольку состоялась не только ратификация международных документов, но и проникновение их положений и идей в Конституцию РФ, можно утверждать, что Россия сделала решительный шаг в сторону унификации прав граждан.

На основе Конституции РФ активно развивалось гражданское процессуальное законодательство:

— с 1 февраля 2003 г. вступил в силу ГПК РФ;

— приняты федеральные законы от 21.07.1997 № 118-ФЗ «О судебных приставах» и от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»; создана Федеральная служба судебных приставов;

— вступил в силу Федеральный закон от 27.07.2010 № 193-ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредников (процедуре медиации)»;

— начался переход к электронному правосудию;

— создан институт Уполномоченного по правам человека. (В 2008 году к Уполномоченному по правам человека поступило 14 222 жалобы с просьбой защитить гражданские (личные) права. Доля этих жалоб возросла на 1,8% по сравнению с 2007 годом.)[5]

Как показывает зарубежный опыт, бесспорным лидером в решении проблем стандартизации права является Совет Европы.

К моменту вступления России в Совет Европы (28 февраля 1996 г.) эта организация приняла более 150 конвенций, на основе которых строится современная правовая система Европы и проводится унификация и изменение законодательства государств—членов Совета Европы. Нормы Совета Европы стали частью национальных правовых систем многих европейских стран, регулируя отношения между ними по широкому кругу вопросов реализации прав и свобод человека[6].

Последние 10 лет активизировалась деятельность Европейского союза — организации, которая ранее не придавала значения инициативам ученых в области создания международных стандартов в сфере гражданского процесса (результаты работы комиссии под председательством М. Сторма)[7]. Вступление в силу Амстердамского договора 1 мая 1999 г. выдвинуло европейский гражданский процесс на передовую линию решения актуальных вопросов гармонизации в области частного права в рамках Европейского союза. За последние 10 лет вступили в силу одиннадцать регламентов и документов[8]. Они стимулировали развитие национальных законодательств. Отчет о результатах реализации Гаагской программы 2007 года показал, что нормативные акты Европейского союза являются успешными прежде всего в сфере гражданского процесса[9].

Правовая унификация России и Европейского союза развивается в основном в направлениях подписания договоров о правовой помощи, соглашений и участия в конференциях. Договоры о правовой помощи заключены с такими государствами, как Болгария, Венгрия, Греция, Италия, Испания, Кипр, Польша, Финляндия, Чехия и Словакия. Нет таких договоров с Францией, ФРГ, Великобританией. Что касается соглашений, то эта сфера отношений, как нам представляется, развивается недостаточно активно. Однако современные реалии диктуют необходимость обновления документальной правовой базы России и европейского сообщества.

В теоретическом плане чрезвычайно популярными являются некоторые идеи, формы и механизмы модернизации гражданского судопроизводства. Среди них особую значимость приобрела идея медиации, которая служит каналом унификации российского и зарубежного процессуального права.

Попытки изучения зарубежных примирительных процедур были предприняты целым рядом исследователей, что позволило убедиться в большом значении зарождающегося института[10]. Вместе с тем унификация такого опыта сдерживается целым рядом сугубо национальных факторов: слабой просвещенностью граждан о процедурах медиации, нежеланием судей заниматься этой проблемой, нерешенностью вопроса о посредниках.

Еще один важный элемент унификации гражданского процессуального законодательства — реформирование порядка пересмотра судебных актов. По мнению профессора В.В. Яркова, необходимость осовременивания этого порядка диктуется в том числе тем обстоятельством, что Россия становится частью мирового, а более всего — европейского пространства[11].

Рассмотрение вопроса унификации гражданского процессуального законодательства позволяет сделать вывод о том, что инициатива в этом объективно обусловленном процессе принадлежит европейскому сообществу. Россия, несмотря на обновление законодательства, не стала лидером и инициатором, а в основном отвечала на вызовы, присущие эпохе глобализации. Такая позиция чревата последствиями правового вторжения, неадекватного влияния на российскую действительность. Тем более что сама глобализация, будучи процессом противоречивым, несет в себе заряд положительной унификации и вероятность разрушения суверенитета и самобытности национальных государств.

В этой связи целесообразно уточнить понятие глобализации. Под этим термином следует понимать как объективный интеграционный процесс, так и методы управления, влияния, проникновения, защиты интересов сильных государств в ущерб слабым.

Исходя из данного концептуального постулата, правомерна постановка вопроса о пределах унификации в условиях глобализации. Осознание необходимости рассмотрения данной проблемы возникло, на наш взгляд, уже в начале 90-х годов ХХ века, с момента развала Советского Союза. Так, Т.М. Пряхина, анализируя международные стандарты в области прав человека, подчеркивает, что международное право и право внутригосударственное необходимо рассматривать в качестве двух самостоятельных правовых систем. «Воля государства, — считает она (и мы разделяем ее мнение), — это отправная точка, призванная координировать правовые системы, но не устанавливать примат одной из них»[12]. Солидарен с ней и Д.В. Красиков, утверждающий, что «национальная и европейская системы защиты прав человека не заменяют, а дополняют друг друга — они идут рука об руку»[13].

Рассматривая решения Европейского суда по правам человека (далее — ЕСПЧ) в качестве особого комплементарного формально-юридического источника российского гражданского процессуального права, С.Ф. Афанасьев подчеркивает: «Они отнесены к источникам права именно по воле законодателя в результате ратификационных мероприятий и в ч. 2 ст. 1 ГПК РФ не фигурируют. Кроме того, решения приобретают надлежащий статус лишь в случаях вскрытия конвенционных нарушений Россией в рамках применения и толкования Европейской конвенции (поэтому, по мнению Конституционного суда РФ, соответствующие решения являются составной частью российской правовой системы)»[14]. Его предложение принять федеральный закон «О порядке опубликования в Российской Федерации постановлений Европейского суда по правам человека» может рассматриваться как попытка внедрить механизм установления пределов негативных проявлений унификации.

О необходимости закрепления пределов глобализационной унификации высказываются ученые и практики, исследующие вопрос дифференциации судов как одного из результатов унификации права. Они приводят серьезные аргументы в обоснование того, что реализация проекта приведет к неоправданному усложнению судебной системы, увеличению споров о подведомственности и подсудности дел о защите прав в сфере гражданского оборота. Авторы обращают внимание на такое отрицательное последствие реформирования, как снижение фактора доступности и эффективности судебной защиты, поскольку передача дел в ведение межрайонных административных судов в условиях Российской Федерации отдалит суды от населения, произойдет осложнение в открытости судебной защиты. Доступность судебной защиты может снизиться, как считает Г.А. Жилин, из-за трудностей в определении необходимого соотношения количества судей в специализированных судах с количеством дел соответствующих категорий, их сложностью[15].

Более пристальное внимание к совершенствованию отечественного законодательства позволит, на наш взгляд, создать условия, при которых можно будет сократить поток жалоб в ЕСПЧ. Согласно отчету ЕСПЧ за 2008 год Российская Федерация является рекордсменом по числу поданных исков (27 246, или 28% от общего числа исков в ЕСПЧ), опережая Турцию, Румынию и Украину[16]. На необходимость снижения такого показателя неоднократно обращал внимание Президент РФ Д.А. Медведев. Одной из мер по созданию внутригосударственного средства правовой защиты стало принятие Федерального закона от 30.04.2010 № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок».

Таким образом, унификация гражданского процессуального законодательства в условиях глобализации имеет свои позитивные и негативные стороны, предопределенные противоречивостью процесса глобализации. Начавшийся еще в советское время процесс европеизации российского права в 90-е годы ХХ века для России стал приобретать характер подчиненности отечественного законодательства зарубежным стандартам. Представляется, что в современных условиях наметилась тенденция перехода от ответов на вызовы мировой цивилизации к практике правового партнерства на равных, к совершенствованию отечественных законов и механизмов защиты прав граждан. Полагаем, что процесс заимствования ценностей унификации права в условиях глобализации не должен быть односторонним.

 

Библиография

1 См.: Большая советская энциклопедия. — М., 1977. Т. 27. С. 24.

2 См.: Коновалов А.В. Сегодня люди живут с тягостным чувством, что право сильного преобладает над правом слабого // Закон. 2010. № 12. С. 50.

3 Ярков В.В. Электронное правосудие и принципы цивилистического процесса // Там же. 2011. № 2. С. 44—45.

4 Принят Генеральной Ассамблеей ООН 16 декабря 1966 г. Ратифицирован Президиумом ВС СССР 18 сентября 1973 г.

5 См.: Белясов С.Н. Институт Уполномоченного по правам человека: перспективы развития и совершенствования // Гражданин и право. 2010. № 10. С. 88.

6 См.: Савенков Д.А. Права и свободы человека: унификация законодательства // Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод и национальное законодательство. Материалы междунар. науч. конф. — Саратов, 2001.

7 См.: Ван Рек Р., Уземач А. Предисловие. Исполнение и исполнимость // Исполнительное производство. Традиции и современность: Пер. с англ. — М.; Берлин, 2011. С. 1.

8 См.: Фройдентал М. Отношение государств—членов Европейского союза к гармонизации гражданского процесса // Там же. С. 4.

9 Там же. С. 3.

10 См.: Кузбагаров А.Н. Примирение сторон по конфликтам частноправового характера. — СПб., 2010. С. 87.

11 См.: Ярков В.В. Новеллы ГПК РФ: «новое вино в старые меха?» // Юридическая газета. 2011. 12 мая. URL:   http://www. yur-gazeta.ru/articles.php

12 Пряхина Т.М. Международные стандарты в области прав человека и принцип конституционности российского законодательства: взаимосвязь и соподчиненность // Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод и национальное законодательство. С. 11.

13 Красиков Д.В. Юрисдикция Европейского суда по правам человека: принцип субсидиарности // Там же. С. 35.

14 Афанасьев С.Ф. Право на справедливое судебное разбирательство: теоретико-практическое исследование влияния Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод на российское гражданское судопроизводство: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. — Саратов, 2010. С. 29—30.

15 См.: Жилин Г.А. Правосудие по гражданским делам: актуальные вопросы. — М., 2010. С. 110.

 

16 См.: Кузбагаров А.Н. Примирение сторон по конфликтам частноправового характера. — СПб., 2010. С. 132.