УДК 34.07:342.3 

Страницы в журнале: 19-23

 

С.В. ПУШКАРЕВ,

аспирант кафедры теории и истории государства и права Чебоксарского кооперативного института (филиала) Российского университета кооперации (г. Чебоксары), преподаватель кафедры гражданского права и процесса Межрегионального открытого социального института (г. Йошкар-Ола)

 

В научных кругах ведется дискуссия относительно определения такого важного института теории государства и права, как форма правления. Автор предлагает собственное понимание категории «форма правления» как правоотношения со своим объектом, субъектами и содержанием.

Ключевые слова: форма правления, правоотношение, суфражисты, гоноранты.

 

The form of the state board: the new concept of definition of institute

 

Pushkarev S.

 

In academic circles discussion concerning definition of such important institute of theory of state and law as the form of government is conducted. The author proposes his own understanding of category «form of government» as a legal relationship with its object, subjects and content.

Keywords: form of government, legal relationship, suffragists, honorants.

 

Проблема терминологии играет ключевую роль в современной теории государства и права. Зачастую в научных кругах ведется жаркая полемика по каким-либо вопросам и проблемам, хотя ее участники, что называется, «говорят на разных языках», вкладывают в одни и те же термины совершенно разный смысл. Случается также, что отдельные институты и явления государства и права понимаются неверно, искаженно; им придается иное значение, чем то, которое в действительности составляет их сущность.

Форма правления представляет собой одну из центральных категорий теории государства и права. В любом государстве она является стержнем социальной и политической жизни. Понятие формы правления выступает главным элементом, ядром в структуре термина «форма государства», ибо именно в форме правления выражена суверенная государственная власть[1]. По-прежнему актуален вопрос о форме правления и для России, особенно после внесения Законом РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ «Об изменении срока полномочий Президента Российской Федерации и Государственной думы» изменений, устанавливающих обязанность Правительства РФ отчитываться в своей деятельности перед Государственной думой.

Почти во всех конституциях указывается на принадлежность государства к той или иной форме правления (монархия или республика), однако в основных законах не дается четкого и развернутого определения самого понятия «форма правления». Оно было выработано учеными доктринальным путем[2]. Однако в теории государства и права до сих пор нет однозначного понимания того, что же из себя представляет форма правления и какие ее виды существуют.

В.А. Грузинов отмечает, что вопрос о форме правления всегда находился в двух разнополярных плоскостях научного поиска: с одной стороны, юридическое (нормативное) оформление высших органов государственной власти (Н.М. Коркунов, Г.Ф. Шершеневич, А.И. Денисов, М.С. Строгович и др.), их фактическое состояние (политико-социологические аспекты); с другой — их взаимодействие (B.C. Петров, Б.А. Стародубский, В.Я. Любашиц и др.)[3]. На основании анализа многочисленных определений формы правления исследователи выделяют до семи основных концепций, обусловливающих форму государственного правления[4].

Большинство из этих теорий имеют недостатки: они либо сужают, либо неоправданно расширяют данное понятие, либо вовсе выводят его из правового поля. Кроме того, ряд определений формы правления, предлагаемых отечественными теоретиками, носят односторонний характер и фокусируют свое внимание на каком-либо одном из аспектов изучаемой категории. Мы считаем, что назрела необходимость в ином понимании этого института, которое, оставаясь правовым, объединило бы в себе ключевые характеристики формы правления.

Восприятие формы правления как правоотношения является новым для отечественной юриспруденции.

Форму правления следует понимать именно как правоотношение, а не как совокупность органов государства или правовое положение главы государства. Такое представление об этом институте государства, с одной стороны, позволит исследователям не отдаляться от юридической (правовой) природы формы правления государства, а с другой — поможет уйти от обвинений в том, что теория государства и права не является юридической наукой. Определяя форму правления таким образом, мы также снимаем вопрос о том, как соотносятся формальное и фактическое построение отношений между государственными органами, как соотносятся формальная и фактическая конституции.

Представляется возможным дать следующее определение формы правления. Форма правления есть правоотношение, складывающееся между определенными субъектами государственной власти (суфражистами и гонорантами), имеющими соответствующие права, обязанности и полномочия и несущими за свои действия политическую и правовую ответственность (содержание правоотношения) по поводу государственной власти (объекта правоотношения).

В составе правоотношения выделяются следующие элементы: объект, субъекты и содержание (юридическое и материальное). Применительно к форме правления элементами буду выступать:

1) субъекты — суфражисты и гоноранты. В данном случае под гонорантами мы вслед за И.В. Столяровым понимаем лиц, приобретающих государственную власть (от лат. jus honorum — право занятия государственных должностей), а под суфражистами — лиц, отчуждающих власть (от лат. jus sufragii — право голоса в народном собрании)[5].

Сократив число субъектов до двух видов или классов, мы решим проблему различных классификаций: в зависимости от количества лиц, которыми осуществляется верховная (государственная) власть, еще со времен Полибия и Цицерона выделяются такие формы государственного правления, как монархия, аристократия и демократия. В то же время существуют такие виды организации правления, как «коллегиальный глава государства», «выборная монархия» и другие, которые этой систематизацией не учитываются;

2) содержание, которое составляет сочетание, набор прав, обязанностей, полномочий и ответственности субъектов правоотношения. Этот признак является одним из главных при классификации форм правления. Именно объем передаваемых полномочий, характер их распределения между субъектами может стать важным моментом в отнесении конкретного государства к той или иной форме правления;

3) объект. Объектом формы правления как правоотношения является государственная власть. «Государственная власть — это форма политической власти, располагающая монопольным правом издавать законы, обязательные для всего населения, и опирающаяся на специальный аппарат принуждения как одно из средств для соблюдения законов и распоряжений»[6].

Таким образом, можно говорить, что объект формы правления есть государственная власть, располагающая монопольным правом издавать законы, обязательные для всего населения, и опирающаяся на специальный аппарат принуждения как одно из средств обеспечения соблюдения законов; на реализацию государственной власти направлена деятельность субъектов государственного правления, осуществляемая в процессе реализации ими своих юридических прав и обязанностей.

Давая определение формы правления как правоотношения, мы можем им охватить значительное число существенных характеристик данного института: правовое положение высших органов государственной власти (статус, компетенцию, срок действия и порядок формирования), их взаимоотношения между собой и с населением и др.

Несомненным достоинством такого понимания формы правления является то, что оно принимает во внимание главную методологическую проблему любой теории, а именно: определенные связи формальных и фактических политико-правовых норм (связь формальной конституции с реальной политической практикой), ведь именно практика является важнейшим критерием истинности теории. Нормы права, определяющие форму правления конкретного государства и закрепленные в конституции и законах, органически связаны с правоотношениями, через которые они претворяются в жизнь. Стоит согласиться с С.Ф. Кечекьяном, который отмечал, что правоотношение — это норма права в действии; это тот результат, без которого нормы права лишены смысла[7].

Об этом же писал Ю.К. Толстой еще в 1959 году: «норма права… в конечном счете реализуется в общественной жизни через правоотношения»[8].

Поэтому для полного и адекватного осмысления процессов, происходящих при управлении государством, необходимо не только концентрировать внимание на формальном аспекте формы правления того или иного государства, но и анализировать политическую практику данного государства.

Действительно, правоотношение представляет собой результат действия норм права. Однако данное положение нельзя понимать упрощенно. В правоотношении нормы, закрепляющие абстрактную правовую модель события, явления, соотносятся с реальным поведением участников правоотношений.

Для возникновения любого правоотношения необходимы следующие предпосылки: норма права, правоспособность потенциальных субъектов правоотношения, юридический факт.

Нормой права для формы правления являются положения основного закона страны, других нормативных правовых актов государства (законов о гражданстве, о правительстве и др.). При этом следует понимать, что для такого сложного правоотношения, как форма правления, одной лишь правовой нормы недостаточно. Полная характеристика формы правления невозможна без анализа комплекса взаимосвязанных норм права.

Правоспособность потенциальных субъектов правоотношения зависит от того, кем являются эти субъекты, и бывает двух видов: правоспособность суфражистов и гонорантов.

Под республиканской формой правления мы фактически понимаем активное и пассивное избирательное право. Правоспособность суфражистов определяет объем их полномочий по участию в передаче государственной власти гонорантам.

Так, в государствах с республиканской формой правления суфражистами являются граждане этого государства, достигшие определенного возраста и обладающие активным избирательным правом. Гонорантами будут являться лица, обладающие пассивным избирательным правом, т. е. те, которые могут быть избраны в высшие органы государственной власти и на высшие должности в государстве.

В монархических государствах суфражисты — это лица, передающие государственную власть (монархи) либо иным образом влияющие на определение следующего монарха (например, племенной совет Ликоко в Свазиленде[9]).

Юридическими фактами применительно к форме правления будут выступать передача власти от суфражистов гонорантам в форме проведения выборов или смерти монарха или президента (так, юридическим фактом, повлиявшим на смену формы правления, можно назвать смерть генерала Франко в 1975 году, после которой в Испании была фактически реставрирована монархия, формально провозглашенная в 1947 году) и посредством государственного переворота или революции (например, менялась форма правления в России в 1917 году; из последних событий — «оранжевая» революция на Украине в 2004—2005 гг., киргизская «тюльпановая» революция 2005 года и апрельская революция 2010 года, «жасминовая» революция в Тунисе зимой 2011 года).

Рассматривая форму правления как правоотношение, необходимо отметить такое его свойство, как системность.

При исследовании любого социального явления (в том числе и формы правления) ученым следует мыслить структурно. Перефразируя основателя общей теории систем, назрела потребность для теоретиков государства и права рассматривать государство и право не только в рамках отдельных совокупностей правовых норм, но и как сверхсложные системы, включающие в себя разрозненные нормы права и институты, отношения между человеком и правом, многочисленные экономические, социальные и политические проблемы[10].

Применительно к категории формы правления это может значить, что для решения стоящих перед ней задач требуется системный подход, анализ всех возможных вариантов результата, обеспечивающие выбор тех из них, которые позволили бы достичь наибольшей оптимизации, максимальной эффективности и наименьших затрат в крайне сложных условиях взаимодействия с внешними силами. Как верно указывал Л. фон Берталанфи, «ныне даже политические деятели требуют применения “системного подхода”, считая его революционно новой концепцией, к своим неотложным проблемам»[11].

Говоря в целом о социальных науках, зарубежные исследователи уже полвека тому назад указывали на существенное количество противоречий, которые характерны для большинства признанных социологических теорий[12]. На основании этого ими уже тогда делалось утверждение, что «социальные явления должны рассматриваться как “системы”»[13].

В зависимости от того, каким образом происходит реализация этого правоотношения, какой объем полномочий характеризует его субъектов, можно выделить классические (типичные) и неклассические (нетипичные, смешанные) формы правления.

Классическая форма правления — это такая форма правления, при которой существуют четко определенные теорией и имеющие ярко выраженные признаки и предпосылки правоотношения.

Нетипичная форма правления представляет собой институт общей теории государства и права, характеризующий порядок передачи государственной власти от суфражистов к гонорантам и характер взаимоотношений последних по поводу нее, при котором происходит смешение классических предпосылок и признаков формы правления между собой. В таком правоотношении осуществляется совмещение в одной структуре элементов разных классических правоотношений. Нетипичная форма правления представляет собой наиболее удобное для успешного функционирования государства в условиях реальной действительности преломление в политической практике изначально заложенной в конституционных актах идеальной модели управления этого государства с учетом объективных и субъективных факторов, облеченной в форму правоотношения.

Представляется, что комплексное исследование формы правления как правоотношения, т. е. не просто как совокупности высших органов государственной власти, а как многостороннего явления, сочетающего в себе и формально-юридическую (нормы основного закона), и фактическую  (политическую практику) сторону, окажет благотворное влияние на дальнейшее изучение этого института и определит новое направление повышения правовой культуры и совершенствования правотворческой и правоприменительной деятельности.

 

Библиография

1 См.: Тененбаум В.О. Государство: система категорий. — Саратов, 1971. С. 185.

2 См.: Дамирли М.А., Чиркин В.Е. Государствоведение: Учеб. — М., 1999. С. 140.

3 См.: Грузинов В.А. Форма правления современного российского государства: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. — Саратов, 2008. С. 9.

4 См.: Опритов Я.И. Специфика формы государственного правления современной России: теоретико-правовое исследование: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. — Волгоград, 2001. С. 11—12.

5 См.: Столяров И.В. Введение к системной морфологии государства // Государство и право. 2003. № 3. С. 12.

6 Дудин А.П. Объект правоотношения (вопросы теории). — Саратов, 1980.

7 См: Кечекьян С.Ф. Правоотношения в социалистическом обществе / Отв. ред. М.С. Строгович. — М., 1958. С. 19, 31.

8 Толстой Ю.К. К теории правоотношения. — Л., 1959. С. 5.

9 См.: The Constitution of the Kingdom of Swaziland Act // http://www.gov.sz/Tools/Documents/DocumentDownload.asp (дата обращения: 30.04.2011).

10 См.: Bertalanffy L. von. General System Theory: A Survey / Сокр. пер. с англ. Б.Г. Юдина // Системные исследования: Ежегодник. — М., 1969. С. 30—31.

11 Цит. по: Воffeу Р.М. Systems Analysis: No Panaces for Nation’s Domestic Problems // Science. Vol. 158. 1967. P. 1028—1030; Carter L.J. Systems Approach: Political Interest Rises // Op. сit. Vol. 153. 1966. P. 1222—1224.

12 См.: Sоrоkin P.А. Contemporary Sociological Theories. 1st ed. 1928; 2nd ed. — N.Y., 1964.

 

13 Bertalanffy L. von. Op. сit. С. 33.