Н.И. ЯРОШЕНКО,

кандидат  юридических наук, доцент кафедры конституционного и  муниципального права РУДН

 

Статья посвящена исследованию компетенции конституционных (уставных) судов  субъектов Российской  Федерации.

Ключевые слова: субъекты Российской Федерации, компетенция конституционных (уставных) судов, объекты нормоконтороля конституционных (уставных) судов.

 

Formal-legal protectionConstitutional (Constitutional) Court of the Federation

the constitution (charter) of the Russian Federation

N. Yaroshenko.

The article deals with the competence of the constitutional (charter) courts of the Russian Federation.

Keywords: Subjects of the Russian Federation, the competence of the constitutional (charter) ships, objects normokontorolya constitutional (charter) vessels.

 

Процесс создания специализированных органов конституционного контроля в субъектах Федерации был начат еще в 1989-1990 гг. в виде комитетов конституционного надзора с постепенным созданием новой формы — конституционных (уставных) судов субъектов Федерации. В настоящее время в субъектах Федерации стали создавать конституционные (уставные) суды субъектов Федерации и этому способствовал Конституционный Суд РФ, благодаря правовым позициям которого произошло развитие законодательства о региональной конституционной юстиции в России.

Как отметили В.И. Иванова, А.А. Клишас, И.А. Кравец,  В.А. Кряжков, Л.В. Лазарев и др.,[1]  появление конституционных (уставных) судов субъектов Федерации логично по своей сути и вызвано объективной необходимостью в связи с проведением реформы в области федеративного устройства. Поэтому логичным является вопрос о месте конституционных (уставных) судов субъектов Федерации в судебной системе России и в системе органов государственной власти субъектов Федерации, ответ на который дал Конституционный Суд РФ.  В 1998 г. и в последствии в 2001г. и 2005 г. он разъяснил, что  конституционные (уставные) суды, являясь судами субъектов Федерации, входят в единую судебную систему Российской Федерации и относятся к системе органов государственной власти субъектов Федерации, поскольку учреждаются самостоятельно субъектом Федерации и предусматриваются его конституцией или уставом[2].

В Конституции РФ не предусмотрено непосредственно полномочия субъектов Федерации по созданию конституционных (уставных) судов субъектов Федерации. На Конституционном совещании при обсуждении проекта Конституции РФ в 1993 года была дискуссия по этому поводу. Некоторые участники  предлагали зафиксировать в новой Конституции учреждение конституционных судов субъектов Федерации. Но большинство высказались против включения конституционных (уставных) судов субъектов Федерации в систему федеральных судов и в Конституцию РФ соответственно[3]. 

Из статьи 27 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» следует существование конституционных (уставных) судов субъектов Федерации. Соблюдая российское законодательство и правовые позиции Конституционного Суда РФ, субъекты Федерации стали самостоятельно решать вопрос о включении в текст Конституции или Устава субъекта Федерации нормы о наличии конституционного (уставного) суда и о формировании, финансировании, компетенции конституционного (уставного) суда. Также стали приниматься регламенты конституционных (уставных) судов и специальные законы субъектов Федерации о конституционных (уставных) судах, объединивших в себе материальные и процессуальные нормы, но стоит сразу отметить, что компетенция в целом напоминает компетенцию Конституционного Суда РФ и в субъектах Российской Федерации по-разному закреплена компетенция конституционных (уставных) судов. И как прописано в Федеральном конституционном законе «О судебной системе Российской Федерации», полномочия конституционных (уставных) судов следующие: рассмотрение вопросов соответствия законов субъекта Федерации, нормативных правовых актов органов государственной власти субъекта Федерации, органов местного самоуправления субъекта Федерации конституции (уставу) субъекта Федерации; толкование конституции (устава) субъекта Федерации.

Но данный перечень законодателем оставлен открытым и не является исчерпывающим, главное чтобы региональные органы конституционного правосудия не вторгались в компетенцию Конституционного Суда РФ, судов общей юрисдикции и арбитражных судов. Данный момент разъяснен в Определении Конституционного Суда РФ от  6 марта 2003 г.  № 103-О и самостоятельность субъектов Федерации в этом вопросе соответствует принципу федерализма в России. Также Конституционный Суд РФ  высказался о возможности возложения на конституционный (уставной) суд субъекта Федерации функции контроля за соответствием законов субъектов Федерации федеральным законам, если соответствующие изменения будут внесены в федеральное законодательство о компетенции судов[4]. Суд также отметил приоритет федеральных законов перед конституциями (уставами) субъектов Федерации на примере Конституции Республики Хакасия[5]. В данном случае суд не вправе принимать решения на основе противоречащих федеральным актам положений.

В ряде субъектов Федерации учредительные акты содержат лишь положения о наличии конституционных (уставных) судов в системе органов государственной власти, предполагая осуществление конкретного регулирования на уровне текущего законодательства. Такой подход реализован в Кировской, Курганской, Орловской, Тверской и Тульской областях, а также в Ненецком и Таймырском (Долгано-Ненецком) автономных округах[6].  Некоторые субъекты Федерации вообще не нуждаются в  конституционных (уставных) судах, особенно мелкие[7].  При этом субъект Федерации вправе не образовывать конституционные (уставные) суды, данное полномочие они могут передать федеральным судам, как это было сделано в республиках Ингушетия и  Калмыкия с возложением обязанностей на Верховный Суд этого субъекта Федерации. Также законом субъекта Федерации устанавливается и порядок конституционного судопроизводства в данном суде и что решения, принятые в пределах компетенции конституционного (уставного) суда, не может быть пересмотрено иным судом. Финансирование осуществляется за счет средств бюджета соответствующего субъекта Федерации, возможно, этим и объясняется создание конституционных (уставных) судов не во всех  субъектах Федерации.

Стоит согласиться с В.К. Бобровой, что отсутствие дополнительных средств для формирования данных органов судебной региональной власти значительно тормозит сам процесс учреждения[8]. В отдельных субъектах Федерации конституции (уставы) вообще не содержат норм о полномочиях конституционных (уставных) судов, оставляя решение этого вопроса на уровне обычных законов (Красноярский край, Курганская область, Орловская область, Тульская область)[9]. 

Как видно, процесс создания региональных органов конституционной юстиции в субъектах Федерации неравномерен, федеральным центром не контролировался. Одной из причин послужили неясности в полномочиях конституционных (уставных) судов субъекта Федерации, поэтому Конституционный Суд РФ внес ясность в этот вопрос. Так, толкуя отдельные положения статей 125—127 Конституции РФ, он установил, что признавать нормативные акты субъектов Федерации не соответствующими их конституциям (уставам), т. е. лишать их юридической силы, могут лишь органы конституционного судопроизводства, если такое полномочие предусматривается конституциями (уставами) субъекта Федерации[10].  В целом в конституции (уставе) и законах законодатель субъекта Федерации самостоятельно определяет полномочия  конституционного (уставного) суда субъекта Федерации и порядок их осуществления, в том числе устанавливает общие процедурные правила рассмотрения дел[11].  Главное, чем должны руководствоваться конституционные (уставные) суды субъектов Федерации, — это не вторгаться в компетенцию Конституционного Суда РФ и компетенцию судов общей и арбитражной юрисдикции.

Анализ решений Конституционного Суда РФ и федерального законодательства свидетельствует о достаточно большой самостоятельности субъектов Федерации в создании конституционных (уставных) судов субъектов Федерации и осуществлении ими нормоконтроля, как основной из форм деятельности суда. Как разъяснил Конституционный Суд РФ, конституционный (уставный) суд субъекта Федерации является самостоятельным конституционным (уставным) органом государственной власти, поскольку учреждается конституцией (уставом) субъекта Федерации[12].

Взаимодействие Конституционного Суда РФ с конституционными и уставными судами субъектов РФ по существу сводится к обмену опытом. Процессуальных же отношений (кассационного пересмотра решений) между ними нет, т.к. конституционные и уставные суды субъектов Российской Федерации имеют свою сферу компетенции, достаточно четко отграниченную от сферы компетенции Конституционного Суда РФ[13]. 

В литературе высказывается мнение о целесообразности превратить Конституционный Суд РФ по отношению к конституционным (уставным) судам субъектов Федерации апелляционной (кассационной) инстанцией с целью обеспечения более эффективной защиты конституционных прав граждан РФ; установления эффективного контроля за деятельностью этих судов; создание единой системы конституционных судов[14].  Поскольку «лишь гарантированность (в данном случае, гарантированность конституционная) судебного разбирательства дела как минимум на двух инстанциях процессуально обеспечивает тот качественный уровень принимаемых судом решений, который может признаваться правовым»[15].  Мы поддерживаем мнения тех ученых, которые высказываются о необходимости реформирования конституционной юстиции в России и создании двухзвенной системы, учредив третью палату в Конституционном Суде РФ по рассмотрению региональных споров.

Ю.В. Гаврюсов верно  отметил, что изложенные полномочия конституционных (уставных) судов в статье 27 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» не учли  предметы исключительного ведения субъектов Федерации. Поэтому полномочия не распространяются на споры о компетенции между органами государственной власти, а также между органами государственной властью и органами местного самоуправления субъекта Федерации[16].  С.Э. Несмеянова по этому поводу добавила, что у Конституционного Суда РФ и конституционных (уставных) судов субъектов Федерации есть конкурирующие полномочия по вопросам совместных предметов ведения[17]. М.А. Митюков также пояснил, что конституционные (уставные) суды субъектов Федерации вправе рассматривать и другие вопросы, если они вытекают из исключительной компетенции субъекта Федерации на основании статьи 73 Конституции РФ и не конкурируют с полномочиями Конституционного Суда РФ  и других федеральных судов[18]. 

Действительно, нормы федерального конституционного закона носят не императивный, а диспозитивный характер. Поэтому именно субъекты Федерации имеют полное право самостоятельно установить компетенцию своему региональному органу конституционной юстиции, расширив компетенцию суда и объекты нормоконтроля. Более того, имеют право  установить компетенцию конституционного (уставного) суда по исчерпывающему принципу. Данный момент разъяснил и Конституционный Суд РФ, согласившись с расширением компетенции конституционных (уставных) судов субъекта Федерации[19].  И с 2003 года была окончательно внесена ясность в компетенцию конституционных (уставных) судов субъектов Федерации в России, хотя в последующем Суд подтверждал свои же правовые позиции аналогично.

Объекты нормоконтроля, осуществляемого конституционным (уставным) судом субъекта Федерации, можно разделить на два уровня — акты регионального и местного уровня. Они следующие: законы субъектов Федерации, нормативные правовые акты органов государственной власти субъекта Федерации (акты главы субъекта Федерации, акты законодательных и исполнительных органов субъекта Федерации), международные договоры субъектов Федерации, договоры и соглашения с другими субъектами Федерации, договоры между субъектом Федерации и Россией; акты органов местного самоуправления (Устав муниципального образования, акты главы, акты представительных органов местного самоуправления). В литературе высказана критическая точка зрения по положениям законов о конституционных судах республик в составе Российской Федерации (Башкортостан, Дагестан, Татарстан), относящих к объектам судебного конституционного контроля международные, внутрифедеральные договоры (соглашения) соответствующей республики[20].  Однако, на основании статьи 73 Конституции РФ договоры, заключенные между органами государственной власти субъектов Федерации, могут быть объектами нормоконтроля конституционных (уставных) судов субъекта Федерации, если они заключены по предметам исключительного ведения данных субъектов Федерации. Имеется также точка зрения о расширении объектов нормоконтроля, осуществляемого конституционными (уставными) судами субъекта Федерации, путем наделения судов полномочиями о проверки конституционности (уставности) учредительных документов региональных отделений политических партий, актов компетентных органов об отказе в регистрации, приостановлении деятельности или роспуске региональных отделений политических партий, по поводу действительности региональных, муниципальных выборов, лишения мандата и депутатской неприкосновенности депутата законодательного органа субъекта Федерации[21]. Также интересным представляется вопрос о таких видах объектов нормоконтроля как ведомственные региональные акты, принимаемые в комитетах, отделах, управлениях администрации субъекта Федерации (исполнительной власти субъекта Федерации). Учитывая, что ведомственное законодательство не является объектом федерального конституционного контроля и относится к подсудности Верховного Суда РФ, логично предположить, что и объектом регионального конституционного контроля будут только нормативные правовые ведомственные акты субъекта Федерации, а ненормативные акты, носящий разовый индивидуальный характер, относят к подсудности Верховного Суда субъекта Федерации.

К вопросу о расширении объектов нормоконтроля, осуществляемого конституционными (уставными) судами субъектов Федерации, В.В. Ершов предлагает наделить конституционные (уставные) суды правом проверять региональные нормативные правовые акты на предмет соответствия не только конституции (уставу) субъекта Федерации, но и Конституции РФ, федеральному законодательству[22].  Однако стоит возразить указанному автору в виду того, что различны критерии проверки, различен предмет проверки акта на конституционность и законность. В целом это может привести к путанице и неясности компетенции судов общей юрисдикции, арбитражных и конституционной юстиции. Тем более, что ранее это имело место быть и в том числе содержались противоречивые положения в Конституциях (Уставах) субъектов Федерации. Например, в соответствии с Уставом Алтайского края, конституционное судопроизводство могло осуществляться краевым судом либо Уставной судебной палатой края, причем критерий разграничения подсудности определен не был[23].

Критериями нормоконтроля, осуществляемого конституционными (уставными) судами субъектов Федерации, является  конституция (устав) субъекта Федерации. Конституционные (уставные) суды решают вопросы о конституционности (уставности) или неконституционности (неуставности) актов — объектов нормоконтроля. К вопросу о критериях нормоконтроля, осуществляемого конституционным (уставным) судом субъекта Федерации, стоит добавить, что на практике также может возникнуть сложный вопрос: что делать конституционному (уставному) суду субъекта Федерации, если оспариваемый закон субъекта Федерации соответствует конституции (уставу) субъекта Федерации, но не соответствует Конституции РФ. Данная ситуация свидетельствует об осуществлении конституционным (уставным) судом субъекта Федерации формально-юридической защиты конституции (устава) субъекта Федерации, поскольку региональные суды конституционного контроля не разрешают окончательно спора по существу.

Результатом нормоконтроля конституционных (уставных) судов субъекта Федерации является итоговое решение. С.Н. Школа отметил, что решения конституционных (уставных) судов субъектов Федерации близки к свойствам юридической силы конституций (уставов), когда в них заключено официальное толкование указанных актов, и что решения обладают свойствами юридической силы закона, когда ими легитимируется проверяемый акт или, напротив, он аннулируется в целом либо в какой-то его части[24].  Ж.И. Овсепян пояснила, что принцип нормативности итоговых решений конституционных (уставных) судов не сформулирован, но он логически следует из особенностей содержания этих решений, поскольку ими подтверждаются либо отменяются нормативные акты. Нормативный характер проверяемых актов как бы «передается» решениям конституционного (уставного) суда, оценивающих эти акты[25].  Н.В. Витрук выделил существенные признаки итоговых решений конституционных (уставных) судов субъектов Федерации. К ним относятся: 1) решения выносятся независимым судом от имени субъекта Федерации; 2) содержат итоговый результат по разрешению конкретного обращения; 3) приняты в процедурах конституционно-уставного судопроизводства; 4) окончательны и не требуют подтверждения других органов и лиц, а тем более никто не вправе признать указанные решения утратившими юридическую силу;

5) обязательны для всех субъектов права, в том числе и для федеральных органов и должностных лиц, на всей территории России; 6) действуют непосредственно и подлежат неукоснительному исполнению органами и лицами, к кому решения обращены[26].  Однако, по нашему мнению, сфера действия итогового решения конституционного (уставного) суда субъекта Федерации в отличие от решений Конституционного Суда РФ ограничена сферой действия учредительного закона соответствующего субъекта Федерации. Юридические свойства таких решений отличны от свойств решений Конституционного Суда РФ, что в принципе соответствует действующему законодательству и сути контрольной деятельности в России и осуществляемому нормоконтролю конституционными (уставными) судами субъектов Федерации. Правовые позиции, сформулированные в решениях конституционных (уставных) судов субъектов Федерации, обладают той же юридической силой, что и конституции (уставы) субъектов Федерации. И в целом им присуще все характеристики, что и правовым позициям Конституционного Суда РФ, это: распространение действия на аналогичные правовые споры; обладание качествами нормативного акта; принятие на основании правовых позиций Конституционного Суда РФ. Решения  конституционных (уставных) судов субъектов Федерации занимают свое место в иерархии правовых актов.

Роль Конституционного Суда РФ в развитии законодательства о конституционных (уставных) судах в России безусловна. На протяжении нескольких лет Суд сформулировал правовые позиции о месте конституционных (уставных) судах в судебной системе России и в системе органов государственной власти субъектов Федерации, о разграничении компетенции между судами России в сфере судебного нормоконтроля, об уточнении статуса судей конституционных (уставных)  судов субъектов Федерации и, конечно же, о юридической силе решений конституционных (уставных) судов субъектов Федерации. Так, в 2005 г. Конституционный Суд РФ разъяснил, что решение  конституционных (уставных) судов субъектов Федерации, принятое в пределах его полномочий, не может быть пересмотрено иным судом; вступившие в законную силу акты федеральных судов, мировых судей и судов субъектов Федерации обязательны для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации; неисполнение постановления суда, а равно иное проявление неуважения к суду влекут ответственность, предусмотренную федеральным законом[27].  При этом Суд добавил, что вынесенное решение суда общей юрисдикции или арбитражного суда на основании правовых норм, признанных в последствии не соответствующими Конституции РФ или конституции (уставу) субъекта Федерации, является основанием для обжалования в предусмотренном гражданском процессуальном законодательством на основании решения Конституционного Суда РФ или конституционного (уставного) суда субъекта Федерации[28].

Однако, несмотря на все достоинства учреждения в регионах  конституционных (уставных) судов субъектов Федерации и осуществления ими нормоконтроля, стоит констатировать тот факт, что конституционные (уставные) суды осуществляют формально-юридическую защиту конституции или устава субъекта Федерации. И как отметил Н.В. Витрук, окончательным во всех ситуациях является решение Конституционного Суда РФ. Конституционные (уставные) суды субъектов Федерации и Конституционный Суд РФ призваны действовать как партнеры в разрешении конституционно-правовых споров[29] 

С.Н. Школа добавил, что имеются отдельные факты, когда конституционные (уставные) суды своими запросами переносят разрешение вопросов и споров в Конституционный Суд РФ ввиду очевидного несоответствия положений регионального законодательства Конституции РФ4. Конституционный (уставный) суд субъекта Федерации не разрешает окончательно правовой спор по существу в виду того, что решения конституционных (уставных) судов субъектов Федерации могут быть опосредовано проверены Конституционным Судом РФ, в случае если нормативный акт субъекта Федерации подлежит проверке на соответствие Конституции РФ5.  Нормативные акты субъектов Федерации могут быть проверены также на соответствие Конституции РФ Конституционным Судом РФ, в том числе по запросам органов, указанных в части 2 статье 125 Конституции РФ, причем, по смыслу части 2 статьи 85 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», речь идет о нормативных актах субъектов Федерации, изданных по вопросу, относящемуся к ведению органов государственной власти Российской Федерации или совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и  органов государственной власти субъектов   Российской Федерации. Значит, в случае признания закона субъекта Федерации не соответствующим его конституции (уставу), законодательный (представительный) орган субъекта либо принимает закон во исполнение решения органа конституционного правосудия субъекта Федерации, либо — исходя из верховенства Конституции РФ — обращается с запросом в Конституционный Суд РФ, если считает признанный не соответствующим конституции (уставу) субъекта Федерации закон подлежащим действию, вопреки официально принятому решению регионального органа конституционного правосудия.  Факт формально-юридической защиты конституции или устава субъекта Федерации конституционными (уставными) судами субъектов Федерации подтвердил и анализ решений Конституционного Суда РФ.

Итак, нормоконтроль как одна из форм деятельности конституционных (уставных) судов субъектов Федерации способствует формированию современного российского конституционализма, законодательные либо исполнительные орган власти субъекта Федерации или органы местного самоуправления устраняют коллизии в региональном законодательстве или местном нормотворчестве, приводя акты в соответствии с конституцией (уставом) субъекта Федерации. Даже если расширить компетенцию конституционных (уставных) судов и объекты нормоконтроля на  основании статьи 73 Конституции РФ, то все равно нормоконтроль, осуществляемый конституционными (уставными) судами субъектов Российской Федерации, представляет собой  формально-юридическую защиту конституций или уставов субъекта Федерации, поскольку не разрешает окончательно правовой спор по существу.

 

Библиография

1 Иванова В.И., Клишас А.А. Конституционная юстиция в Российской Федерации. — М.: МАКС Пресс, 2003. — С. 115; Кряжков В.А., Лазарев Л.В.  Конституционная юстиция в Российской Федерации: Учебное пособие. — М.: БЕК, 1998. — С. 320-347; Кравец И.А.  Формирование российского конституционализма (проблемы теории и практики). — Москва-Новосибирск, 2002. — С. 289.

2 Определение Конституционного Суда РФ №32-О от 12 марта 1998г. // СЗ РФ. — 1998. — № 18. — Ст. 2062; Определение Конституционного Суда РФ № 250-О от 6 декабря 2001 г. // СПС Гарант;  Определение Конституционного Суда РФ №491-О от 27 декабря 2005 г.  // СПС Гарант.

3 Митюков М.А., Барнашов А.М. Очерки конституционного правосудия: сравнительно-правовое исследование законодательства и судебной практики. — Томск, 1999. — С. 281.

4 Постановление Конституционного Суда РФ от 11.04.2000 № 6-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений пункта 2 статьи 1, пункта 1 статьи 21 и пункта 3 статьи 22 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в связи с запросом судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации» // СЗ РФ. — 2000. — № 16. — Ст. 1774.

5 Постановление Конституционного суда РФ от 24.06.1997. № 9-П «По делу о проверке конституционности положений статей 74 (часть 1) и 90 Конституции Республики Хакасия» // СЗ РФ. — 1997. — № 26. — Ст. 3145.

6 Петров А.А. Судебная власть субъектов Российской Федерации: концепция и модель законодательного регулирования. — Иркутск, 2007. — С. 13.

7 Сошников Д.В. Правовые основы компетенции и перспективы создания уставного суда Новосибирской области // Правовые проблемы укрепления российской государственности: Сб. статей. Ч. 34 / Под ред. В.Ф. Воловича. — Томск: Изд-во Том. ун-та, 2006. — С. 110.

8 Боброва В.К. Проблемы правового регулирования статуса уставного суда субъекта Российской Федерации: Автореф. дис.…. кандид. юрид. наук. — М., 2000. — С. 15.

9 Петров А.А.  Указ. раб. — С. 24.

10 Постановление Конституционного Суда Российской Федерации  № 19-П от 16 июня 1998 г. «По делу о толковании  отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции Российской Федерации » // СЗ  РФ. — 1998. — № 25. — Ст. 3004.

11 Определение Конституционного Суда Российской Федерации  № 321-О от 12 июля 2005г. // СПС Гарант.

12 Определение Конституционного Суда РФ от 27 декабря 2005 г. № 491-О // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. — 2006. — № 2. — Ст. 3415.

13  Шевцов В.С. Право и судебная власть в Российской Федерации. — М., 2003. — С. 147.

14  Черемных Г.Г. Судебная власть в Российской Федерации. — М.: МАНУСКРИПТ, 1998. — С. 46-47.

15  Шевцов В.С. Право и судебная власть в Российской Федерации. — М., 2003. — С. 168.

16 Гаврюсов Ю.В. Конституционная юстиция: Учеб.-метод. пособие. — Сыктывкар, 2002. — С. 21.

17 Несмеянова С.Э. Конституционный судебный контроль в Российской Федерации. Проблемы теории и практики. — Екатеринбург, 2004. — С. 172.

18 Конституционные и уставные суды субъектов Российской Федерации. Сравнительное исследование законодательства и судебной практики. нормативные акты / Отв. ред. проф. М.А. Митюков. — М., 1999. — С. 25.

19 Определение Конституционного Суда РФ № 103-О от 6 марта 2003г. // Собрание законодательства РФ. — 2003. — № 17. — Ст.1658.

20  Дмитриев В.В. Конституционная юстиция в субъектах Российской Федерации: Автореф. дис…. кандид. юрид. наук. — М., 2004. — С. 22.

21 Петренко Д.С. Конституционная (уставная) юстиция в субъектах Российской Федерации (современные проблемы и перспективы): Атореф. дис….. кандид. юрид. наук. — М., 2007. — С. 8.

22 Ершов В.В. Признание нормативных правовых актов противоречащими Конституции РФ и федеральным законам: судебная практика // Российская юстиция. — М., 2003. — № 5. — С. 18.

23 Митюков М.А., Барнашов А.М. Очерки конституционного правосудия: сравнительно-правовое исследование законодательства и судебной практики. — Томск, 1999. — С. 283.

24 Школа С.Н. Акты конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации: Лекции. — Краснодар, 2007. — С. 7.

25 Овсепян Ж.И. Становление конституционных и уставных судов в субъектах Российской Федерации (1999-2000 гг.). — М., 2001. — С.612.

26 Витрук Н.В. Конституционное правосудие. Судебно-конституционное право и процесс: Учеб. пособие. —  2-е изд., перераб. и доп. — М.: Юристъ, 2005. — С. 473-474.

27 Определение Конституционного Суда РФ № 522-О от 27 декабря 2005г. // СПС Гарант.

28 Определение Конституционного Суда РФ №396-О от 4 октября 2005г. // СПС Гарант.

29 Витрук Н.В. Указ. раб. — С. 499.

30 Школа С.Н. Указ. раб. С. 8-9.

31  Постановление Конституционного Суда РФ № 8-П от 4 апреля 2002г. «По делу о проверки конституционности отдельных положений Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» в связи с запросами Государственного Собрания (Ил Тумэн) Республики Саха (Якутия) и Совета Республики Государственного Совета — Хасэ Республики Адыгея» // СЗ  РФ. — 2002. — № 15. — Ст. 1497; Определение Конституционного Суда РФ № 494-О от 27 декабря 2005г. // СПС Гарант; Определение Конституционного Суда РФ №494-О от 27 декабря 2005 г. // СПС Гарант.