Е.Р. ЕРГАШЕВ,
кандидат юридических наук, завкафедрой правоохранительных органов и прокурорского надзора УрГЮА, старший советник юстиции, почетный работник прокуратуры
 
Об объективном существовании принципа прокурорского надзорно-охранительного права свидетельствуют не только правовые нормы, регламентирующие широту участия прокурора в рассмотрении судами уголовных дел, но и практика. Так, в 2005 году прокуроры приняли участие в рассмотрении судом только первой инстанции 982 025 уголовных дел[1].
 
УПК РФ и законодательство о прокуратуре регламентируют цели, задачи и полномочия прокурора, осуществляющего деятельность по участию в рассмотрении судами уголовных дел, устанавливают конкретные задачи, формы, порядок участия прокуроров в различных стадиях судебного производства по уголовным делам. Деятельность прокурора по поддержанию государственного обвинения уже не является надзорной, как это было ранее, до 1992 года.
Норма, что судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, установленная ст. 15 УПК РФ, вызвала необходимость определения процессуального положения и формы участия государственного обвинителя в уголовном судебном производстве. Будучи государственным обвинителем, прокурор действует от имени государства и как ответственный перед ним поддерживает обвинение в строгом соответствии с законом, в пределах закона и в той мере, в какой оно находит подтверждение на судебном следствии (ст. 246 УПК РФ). Отношения с судом прокурор должен строить на основе соблюдения принципов состязательности и равенства прав сторон, независимости судей и их подчинения только закону. Это означает, что прокурор является такой же стороной в деле, как и сторона защиты, не имеет преимуществ перед стороной защиты. Это положение вызывает противоречивые мнения среди ученых.
По мнению Л.Б. Алексеевой, состязательность сторон как принцип уголовного судопроизводства указывает на состязательный характер судебных заседаний, где стороны обвинения (прокурор) и защиты (обвиняемый и его защитник) состязаются, доказывая правильность своих утверждений. Состязание проявляется в анализе и интерпретации имеющихся в материалах дела доказательств. Именно в таком состязании и равноправны стороны; в другом никакого равноправия быть не может[2]. Л.С. Курочкина, наоборот, указывает на то, что права прокурора в процессе аналогичны правам защиты, однако в отличие от адвоката, который действует от имени своего подзащитного, прокурор должен защищать в равной мере права как подсудимого, так и потерпевшего от преступления[3]. Эта точка зрения представляется более правильной и совпадает с позицией законодателя.
Однако практически уравнять стороны во всех правах невозможно. На это указывали известные дореволюционные русские юристы.
В. Случевский, например, отмечал: «Полная равноправность сторон — это идеал, к которому стремятся законодательства, его, однако же, никогда полностью не достигая. Для жизненного осуществления этого принципа недостаточно признания равенства в правах сторон, а нужно, чтобы оно проявлялось и в равенстве средств и действий… Прокурор является у нас на суд не исключительно стороною, но и представителем законности, что, выражаясь даже во внешних атрибутах власти (например, в ношении служебного мундира), ставит его не в одинаковое на суде положение с защитником»[4].
В уголовном процессе законодатель поставил точку в дискуссии о том, какую деятельность осуществляет прокурор — государственное обвинение или надзор за соблюдением законов. Прокурор является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, установленной УПК РФ, осуществлять от имени государства уголовное преследование в ходе уголовного судопроизводства (ч. 1 ст. 37). В ходе судебного производства по уголовному делу он поддерживает государственное обвинение, обеспечивая его законность и обоснованность (ч. 4 ст. 37). В случаях, когда предварительное расследование проведено в форме дознания, прокурор вправе поручить поддержание от имени государства обвинения в суде дознавателю либо следователю, производившему дознание по уголовному делу.
Поддержание государственного обвинения в суде есть предусмотренная процессуальным законодательством деятельность прокурора по доказыванию виновности лица, привлекаемого к уголовной ответственности. Участие обвинителя в судебном разбирательстве обязательно (ст. 246 УПК РФ).
Участие государственного обвинителя обязательно в судебном разбирательстве уголовных дел публичного и частно-публичного обвинения. В соответствии с ч. 4 ст. 20 и ч. 3 ст. 318 УПК РФ, а также требованиями приказа Генерального прокурора РФ от 17.08.2006 № 61 «Об организации работы прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства» прокурор обязательно участвует в рассмотрении определенной категории дел, возбужденных мировым судьей. Непременным является требование об участии прокурора во всех стадиях уголовного судопроизводства. Обязательное участие прокурора на предварительном слушании необходимо потому, что, кроме решения о назначении судебного заседания, судья может вынести постановление о возвращении дела прокурору (ст. 237 УПК РФ), приостановлении или прекращении уголовного дела (ст. 236 УПК РФ).
Органы прокуратуры должны обеспечивать обязательное участие прокурора на предварительном слушании, поскольку бремя опровержения доводов защиты о недопустимости доказательств в большинстве случаев лежит на прокуроре, а по этому основанию наиболее часто проводится предварительное слушание. Если в ходе судебного разбирательства обнаружится невозможность дальнейшего участия прокурора, он может быть заменен.
Государственный обвинитель представляет доказательства и участвует в их исследовании, излагает суду свое мнение по существу обвинения, а также по другим вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства, высказывает суду предложения о применении уголовного закона и назначении подсудимому наказания. Если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа.
Вопрос об отказе от обвинения на предварительном слушании, как и на стадии судебного разбирательства, ввиду того, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение (ч. 7 ст. 246 УПК РФ), прокурор должен согласовать с руководителем органа прокуратуры, который утверждал обвинительное заключение и направлял дело в суд, так как имеет место радикальное расхождение мнения прокурора, назначенного для поддержания государственного обвинения, с выводами обвинительного заключения. В результате ими должно быть принято согласованное решение, обеспечивающее обоснованность правовой позиции прокурора, участвующего в рассмотрении судом уголовного дела, и одновременно исключающее умаление его процессуальной самостоятельности (п. 1.6 приказа Генерального прокурора РФ от 13.11.2000 № 141 «Об усилении прокурорского надзора за соблюдением конституционных прав граждан в уголовном судопроизводстве»).
Как на предварительном слушании, так и в стадии судебного разбирательства прокурор может изменить обвинение в сторону его смягчения путем исключения из юридической квалификации деяния признаков преступления, отягчающих наказание, а также переквалификации деяния в соответствии с нормой УК РФ, предусматривающей более мягкое наказание, и т. д. Прокурор вправе заявить отвод судье, переводчику, специалисту, эксперту при наличии для этого предусмотренных законом оснований (статьи 59, 61, 65—67 УПК РФ). Но и государственному обвинителю может быть заявлен отвод при наличии тех же обстоятельств, которые являются основаниями для отвода судьи (ст. 63 УПК РФ). Этот вопрос решается судом.
Только непосредственное участие прокурора на предварительном слушании позволяет ему высказать возражения против ходатайства обвиняемого или его защитника об исключении доказательства, выразить негативное отношение к их другим необоснованным ходатайствам, изложить суду свои аргументы и таким образом противостоять неприемлемым притязаниям противоположной стороны, а также изменить обвинение или отказаться от него. Принципиальная позиция прокурора в суде обусловливается необходимостью обеспечить верховенство закона, единство и укрепление законности, защиту прав и свобод личности, а также интересов общества и государства. Такая позиция прокурора может способствовать повышению в общественном сознании авторитета прокуратуры как государственной правоохранительной структуры[5].
Государственное обвинение могут поддерживать несколько прокуроров (ч. 4 ст. 246 УПК РФ). В случае возникшей необходимости по сложным и многоэпизодным делам создается группа государственных обвинителей с распределением обязанностей по поддержанию государственного обвинения по части эпизодов рассматриваемого дела либо по количеству лиц (подсудимых), совершивших преступление. Норма ст. 125 УПК РФ устанавливает судебный порядок обжалования постановлений дознавателя, следователя, прокурора, а также их действий (бездействия), которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию.
При рассмотрении жалоб обеспечивается участие прокурора, осуществляющего надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и предварительного следствия. При пересмотре судебных постановлений, вынесенных по результатам рассмотрения этих жалоб, принимают участие прокуроры подразделений, обеспечивающих участие в рассмотрении уголовных дел судами (п. 7 приказа Генерального прокурора РФ от 03.06.2002 № 28 «Об организации работы прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства»).
Государственный обвинитель, прокурор является стороной обвинения в уголовном процессе. Без него невозможно рассмотрение уголовных дел в суде (за исключением незначительной части дел частного обвинения). Частный обвинитель — это потерпевший или его законный представитель и представитель по уголовным делам частного обвинения (ст. 5 УПК РФ). Отказ частного обвинителя от обвинения влечет за собой прекращение уголовного преследования и уголовного дела.
Государственным обвинителем является поддерживающее от имени государства обвинение в суде по уголовному делу должностное лицо органа прокуратуры, а по поручению прокурора и в случаях, когда предварительное расследование проведено в форме дознания, также дознаватель либо следователь. В понятие «прокурор» включается Генеральный прокурор РФ и подчиненные ему прокуроры, их заместители и иные должностные лица органов прокуратуры, участвующие в уголовном судопроизводстве и наделенные соответствующими полномочиями. Участие прокурора в рассмотрении судами уголовных дел есть важнейшее направление деятельности прокуратуры по обеспечению как уголовного преследования, так и защиты конституционных прав и свобод человека и гражданина.
Участие прокурора в качестве государственного обвинителя в рассмотрении судами большинства уголовных дел — важнейший элемент уголовного судопроизводства. Это основополагающий принцип института участия прокурора в судопроизводстве, прокурорского надзорно-охранительного права. Он представляет собой не что иное, как руководящее начало, исходную позицию, на основании которой и строится одно из главных направлений деятельности органов прокуратуры. Сущность принципа широкого участия прокурора в рассмотрении судами уголовных дел заключается в том, что органы прокуратуры обязаны активно участвовать в рассмотрении судами большинства уголовных дел. Прокуроры также обязаны принимать предусмотренные законом меры для обжалования незаконных судебных актов.
Само существование этого принципа обусловлено законодательством, как уголовно-процессуальным, так и о прокуратуре. Принцип органически вытекает, с одной стороны, из процессуального принципа состязательности сторон, предусмотренного ст. 15 УПК РФ, а с другой — уголовным преследованием, осуществляемым органами прокуратуры в соответствии с полномочиями, установленными уголовно-процессуальным законодательством (п. 2 ст. 1 Федерального закона от 17.11.1995 № 168-ФЗ «О прокуратуре Российской Федерации»). Прокурор — сторона обвинения, должностное лицо, осуществляющее уголовное преследование, при этом обвинение и уголовное преследование толкуются в УПК РФ как тождественные понятия (пункты 45, 47 ст. 5), а уголовное преследование рассматривается как деятельность, осуществляемая с целью изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления (п. 55 ст. 5).
Поддержание государственного обвинения в суде и уголовное преследование — не тождественные понятия. Государственное обвинение — понятие более узкое и представляет собой одну из важнейших составляющих уголовного преследования. Государственное обвинение в соответствии с УПК РФ проводится по большинству уголовных дел, за исключением незначительной части дел частного обвинения, в рассмотрении которых законом не предусмотрено участие прокурора как представителя государственного обвинения.
Принцип участия прокурора в качестве государственного обвинителя проявляется, с одной стороны, в непосредственном участии прокурора как государственного обвинителя в рассмотрении судами уголовных дел, а с другой — в обязанности прокурора, принимавшего участие в судебном разбирательстве дела, обжаловать незаконное решение суда в установленном УПК РФ порядке. Не вызывает сомнения то, что превалирующей является первая сторона, поскольку активная и правильная с точки зрения законности и обоснованности позиция государственного обвинителя в судебном разбирательстве способствует вынесению законного и обоснованного приговора, постановления или определения суда. Отстаивая свою точку зрения по наиболее существенным вопросам, прокурор должен высказаться определенно и однозначно, подробно обосновать свою позицию, приводя соответствующие фактические обстоятельства и нормы права, а в необходимых случаях — постановления Пленума Верховного суда РФ.
 
Библиография
1 См.: Кобзарев Ф.М. Проблемы теории и практики процессуальных отношений прокуратуры и суда в сфере уголовного судопроизводства: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. — М., 2006. С. 4.
2 См.: Алексеева Л.Б Прокурор в судопроизводстве по УПК РФ // Рос. юстиция. 2002. № 2.
3 См.: Курочкина Л.С. О роли прокурора в обеспечении прав в суде первой и апелляционной инстанции // Уголовный процесс. 2004. № 6.
4 Случевский В. Учебник русского уголовного процесса. — СПб., 1910. С. 84—85.
5 См.: Гуськова А. Каким должно быть предание суду // Рос. юстиция. 2002. № 2.