УДК 340.115

Страницы в журнале: 104-107

 

И.Ю. ЗАСИМОВ,

старший преподаватель Пензенского филиала Российского государственного университета инновационных технологий и предпринимательства  zasimovi@mail.ru

 

Дается анализ научной дискуссии по вопросу структуры и элементного состава правоохранительной системы. Предлагается авторский вариант решения рассматриваемой проблемы.

Ключевые слова: охрана и защита права, правоохранительная система и ее элементы.

 

The elemental composition of the law-enforcement system: the theoretical-methodological aspect

 

Zasimov I.

 

The article provides the analysis of scientific discussion on the structure and elemental composition of the law-enforcement system. The author suggests his own variant of the solution of the problem.

Keywords: protection of rights, the law enforcement system and its elements.

 

Меры по охране права осуществляются не только государством, но и институтами гражданского общества. При этом не подлежит сомнению тот факт, что государство является доминирующим субъектом правоохраны, оно организует правоохранительную систему, создает нормативную основу деятельности, законодательно устанавливает систему правовых ценностей, а также средств их обеспечения и т. д. Для решения задач правоохраны в механизме государства создана система правоохранительных органов. Указанная терминология настолько часто встречается в литературе и нормативном материале, стала привычной, что, кажется, нет никаких проблем в определении органов, являющихся правоохранительными, в установлении элементного состава правоохранительной системы. Однако дело обстоит совсем иначе.

Одним из важных вопросов в характеристике правоохранительной системы является вопрос о ее структуре, по которому нет единства мнений среди ученых-юристов и практиков. Обобщив основные точки зрения по данной проблеме, проведем ее критический анализ.

Например, А.Г. Братко позиционирует правоохранительную систему в качестве составной части правовой системы, с самого начала ориентируя заинтересованных лиц на то, что ее компонентами будут являться правовые явления и средства. Однако в дальнейшем автор, как нам кажется, не проявляет достаточной последовательности в своих рассуждениях.

В частности, указывая на комплексность правоохранительной системы, в качестве ее составляющих называется два блока элементов: правовой и государственный. Правовая составляющая правоохранительной системы имеет приоритетное значение и включает в первую очередь: а) конституционные и основанные на них правоотношения, которые позиционируются в качестве объекта правоохранительной системы; б) юридические принципы организации и функционирования правоохранительной системы; в) охранительные отношения, субъектами которых являются граждане и государство. Государственный блок представлен правоохранительными органами, определяемыми автором как юридическая подсистема[1].

Такая довольно подробная трактовка строения правоохранительной системы содержит в себе некоторые противоречия и вызывает ряд принципиальных вопросов.

Во-первых, автор не рассматривает правовую систему в широком понимании, в рамках которого некоторые государственные органы, непосредственно занятые осуществлением правоохранительной функции государства, включаются в ее состав, а понимает ее как совокупность правовых средств. Если правоохранительная система — часть правовой системы, то как объяснить в ее структуре наличие государственного блока — правоохранительных органов?

Во-вторых, первый элемент правового блока — конституционные и основанные на них правоотношения — есть объект правоохранительной системы, как указывается самим автором. В связи с этим уместен вопрос о правомерности включения объекта воздействия изучаемой системы в ее структурный компонент.

Если это допустить, то получится, что правоохранительная система обеспечивает и охраняет себя саму.

В-третьих, охранительные отношения, входящие в структуру правоохранительной системы, выделены в качестве самостоятельного элемента правового блока. В этой связи возникает вопрос: охранительные отношения не являются правовыми и не основываются на конституционных?

В-четвертых, субъектами охранительных отношений названы граждане и государство. Такой подход вызывает по крайней мере два вопроса. Почему объединения граждан и производственные объединения (например, кооперативы и предприятия) не рассматриваются в качестве субъектов охранительных отношений? Кто именно выступает в этих отношениях от лица государства? Если правоохранительные органы, то они представляют государственный блок, а потому включение их в правовой блок неуместно.

В-пятых, в качестве субъектов охранительных отношений автор не называет негосударственные образования. Это можно было бы объяснить тем, что во время написания монографии никакие негосударственные образования не осуществляли своей деятельности, в том числе и те, которые выполняли правоохрану. Однако это объяснение неаргументированное, поскольку в Советском государстве действовали подобные организации, например органы народного контроля.

В-шестых, «правоохранительная система имеет сложную структуру и включает ряд элементов. Ее субстанцией в юридическом смысле этого слова является охранительная функция правовой системы»[2] (здесь и далее курсив мой. — И.З.). Этот тезис остается не ясным потому, что:

— охранительная функция правовой системы не отмечена ни в одном блоке структуры правоохранительной системы;

— характеристика (элемент) целого — правовой системы является характеристикой (элементом) части — правоохранительной системы.

К сожалению, указанные противоречия и неопределенности остаются в работе непреодоленными и не вносят ясности в вопросы о понятии и структуре правоохранительной системы.

Другая позиция по поводу структуры правоохранительной системы сформирована М.А. Бугановой, которая определяет ее как совокупность правовых и социальных средств, способов и методов, направленных на поддержание правопорядка, обеспечивающих защищенность человека путем издания и реализации нормативных правовых актов разного уровня, а также специфических мер общественного воздействия и выделяет следующие элементы:

— нормативную подсистему (охранительные нормы), реализуемую через охранительную функцию права;

— законодательную подсистему — совокупность нормативных правовых актов, государственных органов, органов местного самоуправления, через которую реализуется правоохранительная функция государства;

— институциональная подсистема — правоохранительные отношения, в том числе правоохранительная деятельность государства, а также деятельность общественных организаций по содействию в обеспечении прав и свобод личности и правопорядка;

— информационная подсистема, которая заключается в формировании позитивного правосознания, мероприятиях по реабилитации лиц, совершивших правонарушения[3].

Изложенная позиция содержит положения, которые даже при неглубоком анализе вызывают некоторые нарекания.

Во-первых, считаем, что дефиниция правоохранительной системы выражает не явление, в рамках которого соответствующие субъекты используют средства и методы для воздействия на объект, а сами эти средства, т. е. некую инструментальную составляющую без привязки ее к активному субъекту.

Во-вторых, не совсем удачно выглядят выделенные части правоохранительной системы. Например, законодательная подсистема естественно состоит из нормативных правовых актов различного уровня, что не подлежит сомнению. Однако автор недостаточно обоснованно соединяет в ней элементы разной природы и относит государственные органы и органы местного самоуправления к правоохранительной системе. Тем более что применительно к осуществлению органами местного самоуправления правоохранительной функции государства необходимо делать существенную оговорку, а этого не сделано. Не ясно также, чем именно представлена информационная подсистема. Автор сразу же указывает на ее функциональную характеристику — формирование позитивного правосознания.

Наиболее развернутой и интересной в плане теоретической проработанности является позиция И.В. Правкина. Применив знания о системном подходе к исследованию правовых явлений, ему удалось сформировать максимально полное представление о правоохранительной системе как сложном, но целостном объекте по отношению к внешней среде. По его мнению, правоохранительная система является частью государственно-правовой системы и состоит из нескольких относительно самостоятельных образований — подсистем: институциональной (совокупность субъектов правоохраны); правовой (нормативная основа, правовые гарантии и средства, юридическая практика); идеологической; кадровой; материально-технической. Объект воздействия правоохранительной системы — правопорядок[4].

Однако и эта позиция порождает ряд вопросов. В частности, недостаточно аргументированно выглядит отнесение кадровой и материально-технической подсистем к составляющим правоохранительной системы. Причину этого автор видит в существующей зависимости эффективности деятельности субъектов правоохраны от уровня образованности их кадрового состава и объема финансирования. Конечно, такая зависимость есть, но отмеченные элементы являются, скорее, факторами эффективности и субъектов правоохраны, и всей системы в целом, а не ее составляющими.

Н.С. Нижник и Ч.Н. Ахмедов считают, что структуру правоохранительной системы следует рассматривать с учетом деления права на частное и публичное. При этом охрана частного права является специализированной функцией правового регулирования и реализуется негосударственными структурами, наделенными определенными полномочиями, делегированными государством. Таким образом, появляются две подсистемы правоохранительной системы, каждая из которых в качестве элементов имеет:

— нормативную составляющую (правовые предписания, регламентирующие правоохранительную деятельность);

— субъектную составляющую (государственные правоохранительные органы и негосударственные субъекты, принимающие участие в правоохранительной деятельности);

— функциональную составляющую (объекты правоохранительной деятельности, взаимосвязи и взаимодействия, обеспечивающие действенность правоохранительной системы, а также отношения, возникающие в процессе правоохранительной деятельности, в ходе практического воплощения правовых предписаний и реализации целей правоохранительной системы)[5].

Мы предлагаем следующее решение вопроса о составе правоохранительной системы. Наработки в области теории систем дают возможность указать на необходимость соблюдения важных условий и требований использования системного подхода к изучению правоохранительной системы и получения максимально объективных и полных знаний о ней. В частности, рассмотрение объекта в качестве системы предполагает установление и анализ:

— системно-элементного (системно-комплексного) компонента, т. е. элементов, в совокупности составляющих системное целое;

— системно-структурного компонента, т. е. внутренних связей и зависимостей между элементами данной системы;

— системно-функционального компонента, т. е. функций, для выполнения которых создана система;

— системно-целевого компонента, т. е. целей и подцелей системы;

— системно-ресурсного компонента, т. е. ресурсов, требующихся для функционирования системы и решения ею соответствующих задач;

— системно-интеграционного компонента, т. е. качественных свойств системы, обеспечивающих ее целостность и особенность;

— системно-коммуникационного компонента, т. е. внешних связей системы с окружающей средой;

— системно-исторического компонента, т. е. условий возникновения системы, этапов развития, современного состояния и возможных перспектив.

Такая схема систем объясняет, почему правильнее вести речь именно о составе правоохранительной системы, а не о структуре. Дело в том, что в теории систем структура — совокупность внутренних связей между входящими в систему элементами, которая не указывает на все многообразие входящих в нее субстанций.

С учетом сказанного представляется, что наиболее общими и важными составляющими правоохранительной системы, дающими полное представление о ней, являются:

— системно-элементный компонент, который включает субъектов правоохранительной системы, их деятельность, нормативную составляющую;

— системно-структурный компонент, т. е. внутренние системные связи между элементами первого компонента;

— функционально-целевой компонент;

— системно-коммуникационный компонент, т. е. система правоохранительных отношений, формирующаяся в процессе осуществления правоохраны.

Рассмотрение выделенных компонентов дает представление о правоохранительной системе как о динамичном образовании. Дискуссия о структуре и составе правоохранительной системы лишний раз свидетельствует о том, что элементный состав этой системы по своей природе неоднороден и требует более пристального изучения научным юридическим сообществом. Ученым-правоведам еще предстоит найти единую теоретическую модель элементного состава правоохранительной системы, которая отвечала бы существующим реалиям и была построена на основе современного методологического инструментария.

 

Библиография

1 См.: Братко А.Г. Правоохранительная система (вопросы теории): моногр. — М., 1991. С. 41—43.

2 Братко А.Г. Указ. соч. С. 23.

3 См.: Буганова М.А. Правоохранительная система субъекта Российской Федерации: дис ... канд. юрид. наук. — М., 2002. С. 57—58.

4 См.: Правкин И.В. К вопросу о содержании правоохранительной системы России // История государства и права. 2008. № 13. С. 7—9.

 

5 См.: Нижник Н.С., Ахмедов Ч.Н. Правоохранительная система государства: дифференциация структурно-функциональных элементов // История государства и права. 2008. № 9.