М.П. АВДЕЕНКОВА,
кандидат юридических наук, доцент Международной академии предпринимательства
 
Любая система — это совокупность частей, находящихся в определенном единстве и взаимодействующих между собой. Составными частями системы права (правовой системы) являются, как известно, отрасли права, подотрасли права, правовые институты и правовые нормы[1]. Все указанные части этой системы различаются, прежде всего, количеством входящих в них правовых норм и кругом общественных отношений, урегулированных данными нормами.
Соответственно и составные части системы юридической ответственности как межотраслевого правового института также состоят из правовых норм. Особенность данных норм в том, что они одновременно входят в круг норм, формирующих какую-либо отрасль, подотрасль права или правовой институт.
 
И в этой связи необходимо рассмотреть, какие именно составные части входят в систему юридической ответственности. Предметом исследования при этом является только система ответственности, формирующаяся «внутри» правовой системы. Частную и публичную ответтвенность, которая формируется в рамках международного права, отличает серьезная специфика, не позволяющая включить ее в систему иных видов ответственности.
В научной литературе традиционно в качестве составных частей системы юридической ответственности используются виды юридической ответственности[2]. Отметим, что наибольшее распространение получило деление видов юридической ответственности по отраслевому признаку. Различают ответственность уголовную, административную, гражданско-правовую, дисциплинарную и материальную[3].
Вместе с тем, на наш взгляд, одни только виды юридической ответственности не способны отразить все многообразие составных частей системы юридической ответственности. В литературе предлагается и более сложная конструкция данной системы. Например, В.И. Крусс выделяет также типы и формы юридической ответственности. По его мнению, указанные формы соответствуют конституционно установленным видам судопроизводства. Он отмечает конституционную, гражданскую, административную и уголовную ответственности[4].
В качестве типов В.И. Крусс выделяет частноправовую и публично-правовую юридическую ответственность. Основой их разграничения, как отмечает автор, служит «критерий интересов», поскольку «частное право выражает и защищает интересы частных лиц, публичное — общегосударственные (публичные) интересы. Соответственно, при разграничении типов ответственности учитывается прямая направленность санкций норм, устанавливающих ответственность за обеспечение законных частных (частноправовая ответственность) или публичных (публично-правовая ответственность) интересов»[5].
Отметим, что выделение «интереса» в качестве основного признака, по которому может быть проведена классификация по типам юридической ответственности, как это предложено автором, терминологически не совсем точно. Целесообразно говорить о направленности охранительного воздействия юридической ответственности. В случае с частноправовой ответственностью она прямо воздействует на частное конкретное правоотношение и косвенно — на иные подобные правоотношения в обществе. В случае же публично-правовой ответственности прямое охранительное воздействие направлено на защиту общественных интересов и только косвенно регламентируются частные правоотношения. При этом следует помнить, что и частноправовые формы ответственности преследуют цели обеспечения правопорядка в обществе, однако, в отличие от мер публично-правовой ответственности, они обеспечивают правопорядок через охрану отдельно взятых общественных отношений, на которые в первую очередь и оказывается регулирующее воздействие.
Кроме того, этот признак далеко не единственный. Говоря о частноправовом и публично-правовом типах ответственности, не стоит забывать о субъекте, которому законом предоставлено право применять те или иные меры ответственности к правонарушителю. Как правило, таким субъектом является государство. При этом государству предоставлено монопольное право привлечения к ответственности в ряде ее видов (уголовная, административная ответственность). В иных случаях в правоотношениях, возникающих в процессе реализации ответственности, государство может вообще не принимать участия. Таковы, например, правоотношения, возникающие в процессе реализации гражданско-правовой, дисциплинарной и материальной ответственности. В данных правоотношениях участвуют субъекты гражданских или трудовых отношений. Только в случае, когда они не могут эффективно реализовать меры ответственности (виновное лицо не согласно с фактом привлечения его к ответственности, считает себя невиновным и т. д.), в правоотношения вмешивается государство, обеспечивая реализацию мер ответственности силой своего аппарата.
При этом термин «государство» в данном случае не следует понимать буквально. Как будет показано далее, субъектами, которые участвуют в правоотношениях, возникающих в процессе реализации юридической ответственности, в качестве лиц, привлекающих к публично-правовой ответственности, могут выступать как органы государственной власти России, так и органы власти субъектов Российской Федерации, а в отдельных строго ограниченных случаях — органы местного самоуправления. Если правомочность применения к Российской Федерации термина «государство» очевидна, то возможность отнесения субъектов Федерации к категории «государство» представляет собой дискуссионный вопрос в теории конституционного права. Конституция Российской Федерации (ч. 2 ст. 5) называет государствами исключительно республики в составе России, что, по мнению Конституционного суда РФ, не может толковаться как предоставление республикам суверенитета, аналогичного суверенитету Российской Федерации[6]. Кроме того, согласно ст. 12 Конституции РФ органы местного самоуправления не входят в систему органов государственной власти. Вместе с тем на всех трех указанных уровнях осуществляется реализация публичной власти. В силу этого субъект, правомочный применять меры юридической ответственности, более точно характеризовать не как «государство», а как «публичное образование» в лице его органов — органов публичной власти.
Иными словами, те виды ответственности, в которых публичное образование является единственным субъектом, правомочным применять меры ответственности, можно обозначить как формы публично-правовой ответственности. При этом употребление термина «формы» вполне оправданно, поскольку внутри указанных форм можно выделить виды юридической ответственности со своими характерными чертами.
Те виды ответственности, участие в которых публичного образования не обязательно, можно обозначить как частноправовые формы ответственности. Участие в них публичного образования необходимо только в случае, если такую инициативу проявит одна из сторон правоотношений по ответственности (например, обратится в суд с обжалованием действий работодателя по привлечению к дисциплинарной ответственности). Кроме того, различаются формы права, которыми регламентируются перечисленные типы ответственности. В отличие от публично-правовой, частноправовая ответственность может регламентироваться не только нормативными правовыми актами публичного образования, но и актами самих участников правоотношений.
В качестве наиболее крупного элемента системы юридической ответственности целесообразно выделять типы ответственности, представляющие собой группировку системных элементов юридической ответственности по признаку преимущественной направленности ее прямого охранительного воздействия и степени участия публичного образования в правоотношениях по ответственности.
Развитие рыночных отношений в России должно логично привести к снижению роли публичной власти в общественных отношениях. Уже сейчас сфера применения частноправовых форм юридической ответственности существенно расширилась, поскольку значение гражданско-правовых отношений по сравнению с советским периодом серьезно возросло. Однако говорить о меньшей значимости публичных образований в частноправовых формах ответственности пока не приходится. Подавляющее большинство мер гражданско-правовой ответственности реализуется только с участием судебных органов. При этом роль судебных органов государства более весома, нежели роль третейских судов. Что же касается дисциплинарной и материальной ответственности, то споров, выносимых на рассмотрение органов власти, также немало.
Изучая следующее звено системы юридической ответственности, нужно обратиться к делению ее на виды по отраслевому признаку. Значение отраслевой классификации юридической ответственности обусловлено, кроме всего прочего, тем, что, как отмечалось выше, нормы, регламентирующие юридическую ответственность, одновременно входят в круг норм, формирующих ту или иную отрасль права. Так, нормы, регулирующие гражданско-правовую ответственность, относятся к предмету гражданского права, нормы, закрепляющие материальную или дисциплинарную ответственность, — к предмету трудового права. В ряде случаев нормы об ответственности формируют самостоятельную отрасль права, как это произошло с уголовной ответственностью, либо входят в предмет иной отрасли (административная ответственность). Так произошло, например, с нормами, закрепляющими ответственность за нарушение норм таможенного права. Первоначально они закреплялись в ТамК РФ от 18.06.1993 № 5221-1 (раздел Х), а в настоящее время закреплены в КоАП РФ (гл. 16 ).
Следует также помнить, что различные формы юридической ответственности, выделяемые в рамках отраслевой классификации, различаются не только отраслями права, к которым принадлежат, но и видами правонарушений, в связи с которыми возникают правоотношения по ответственности, а также санкциями, нормативными правовыми актами и иными признаками.
При этом отраслевые формы ответственности представляют собой крупные объединения норм о юридической ответственности и, в свою очередь, могут подвергаться делению на виды. Это зависит от того, на какой объект посягает правонарушитель (например, на окружающую среду в случае с правонарушениями в области экологии или на порядок формирования доходов бюджета в случае с налоговой ответственностью), либо от того, кто является субъектом посягательства (обычный работник коммерческой организации в случае обычной дисциплинарной ответственности или работник правоохранительных органов в случае специальной дисциплинарной ответственности). В силу этого представляется целесообразным введение понятия «форма юридической ответственности», к которому следует отнести важные системные элементы юридической ответственности, выделяемые по отраслевому признаку и объединяющие в себе несколько видов юридической ответственности.
Виды юридической ответственности представляют собой первичные элементы системы юридической ответственности, объединяемые по признаку сходства объекта или субъекта посягательства.
Любая система определяется именно взаимосвязью и взаимодействием ее элементов, что связано и с особенностями функционирования системы. Эффективное функционирование системы юридической ответственности как механизма обеспечения реализации правовых норм определяется взаимодействием отдельных типов, форм и видов ответственности.
Прежде всего, особенности функционирования системы определяются иерархическим расположением ее элементов внутри самой системы. Однако элементы системы юридической ответственности не расположены в иерархической соподчиненности, они существуют обособленно и не зависят напрямую друг от друга. А это значит, что в системе отсутствуют главенствующие и подчиненные виды ответственности. Каждый вид возникает в четко описанных нормативным актом обстоятельствах, и его изменение (как изменение концепции вида ответственности, так и изменения в нормативно-правовом регулировании) не влечет с неизбежностью изменение иных элементов. Например, изменение уголовной ответственности не влечет с неизбежностью изменение гражданско-правовой или административной ответственности.
Следует также учесть, что даже выделение внутри типов форм ответственности, а внутри форм — видов ответственности не предполагает наличия между данными элементами отношений доминирования и подчинения. Это означает распространение на формы и виды определенных закономерностей правового регулирования и практической реализации внутри данного типа юридической ответственности, что проистекает из самой природы указанного типа. При этом было бы терминологически неточным применение к системе юридической ответственности терминов «равенство»[7] или «равноправие»[8]. Виды, формы и типы юридической ответственности представляют собой обособленные элементы системы юридической ответственности, взаимодействие которых не может быть описано в рамках отношений доминирования или равенства.
Взаимосвязь и взаимодействие элементов любой системы должны быть направлены на обеспечение ее эффективного функционирования, что предполагает, помимо прочего, единство такой системы.
Единство системы юридической ответственности, прежде всего, определяется тем, что она базируется на единых целях, задачах и принципах. Соответственно, система нормативно-правового регулирования различных типов, форм и видов ответственности основывается на едином фундаменте, а правовое регулирование различных элементов системы юридической ответственности осуществляется на основе единых требований.
Наличие единых целей, задач и принципов позволяет правоприменителям в случае пробелов в законодательстве восполнить их, исходя из общих принципов ответственности и руководствуясь подходами законодателя, реализованными применительно к иным видам ответственности. Строго говоря, сфера юридической ответственности как область правоотношений, допускающая наибольшее ограничение прав и свобод человека и гражданина, предполагает недопустимость применения аналогии права и аналогии закона. Но в условиях, когда многие институты новых видов и форм юридической ответственности еще только формируются, избежать применения таких аналогий не всегда удается. Так, принцип вины в настоящее время общепризнанно считается необходимым условием наступления ответственности (если иное не определено в нормативном правовом акте, устанавливающем ответственность)[9]. Между тем законодатель не всегда закрепляет данный принцип непосредственно в нормативном правовом акте, устанавливающем тот или иной вид ответственности.
Кроме того, Конституционный суд РФ, руководствуясь ч. 2 ст. 54 Конституции РФ, указал, что «юридическая ответственность может наступать только за те деяния, которые законом, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями. Наличие состава правонарушения является, таким образом, необходимым основанием для всех видов юридической ответственности, при этом признаки состава правонарушения, прежде всего в публично-правовой сфере, как и содержание конкретных составов правонарушений, должны согласовываться с конституционными принципами демократического правового государства, включая требование справедливости, в его взаимоотношениях с физическими и юридическими лицами как субъектами юридической ответственности»[10].
Таким образом, Конституционный суд РФ определил (а по причине особой юридической силы правовых позиций Конституционного суда РФ данная позиция обязательна для правоприменителя), что независимо от того, с каким видом, формой или типом ответственности законодатель имеет дело, для установления ответственности необходимо закрепить в нормативном правовом акте определенные факторы, как-то: понятие правонарушения, его состав и требования к отдельным элементам состава. При этом правоприменитель, реализующий юридическую ответственность, должен установить наличие состава правонарушения и его соответствие описанным в законодательстве критериям.
Единство системы юридической ответственности обеспечивается также единством подходов законодателя к установлению основных дефиниций всех видов юридической ответственности: понятия правонарушения, его состава, определения субъекта правонарушения. Отметим, что на протяжении всего периода развития юридической ответственности происходит взаимопроникновение и взаимодополнение различных видов юридической ответственности.
Наиболее ярким примером взаимодействия различных форм ответственности может служить исследование развития уголовной и административной ответственности. Прежде всего, часть деяний, формирующих соответственно состав преступления в уголовной ответственности и состав правонарушения в административной ответственности, в ряде случаев аналогичны и различаются только степенью общественной опасности, например, хулиганство (ст. 213 УК РФ) и мелкое хулиганство (ст. 20.1 КоАП РФ).
Законодатель имеет возможность в зависимости от оценки общественной опасности тех или иных правонарушений включать их в перечень преступлений или в перечень правонарушений. Это требует от законодателя при внесении изменений и дополнений в законодательство отслеживать, чтобы одно и то же деяние не подпадало под различные, сходные по своей природе, виды ответственности без обозначения критериев, по которым деяние могло бы быть точно квалифицировано. В наибольшей степени это касается уголовной и административной ответственности, а также административной и налоговой ответственности. Как отметил Конституционный суд РФ, возможность многократного применения ответственности за одни и те же действия противоречит общему принципу справедливой ответственности, согласно которому лицо не может быть дважды подвергнуто взысканию за одно и то же деяние. Отступление от данного принципа приводило бы к явно чрезмерным ограничениям, не соответствующим целям защиты конституционно значимых интересов и, по сути, к умалению конституционных прав и свобод[11].
Кроме того, взаимосвязь элементов системы юридической ответственности проявляется во взаимопроникновении их институтов из одного вида ответственности в другой. Например, можно говорить о формировании в последние десятилетия института ответственности юридических лиц в публично-правовом типе ответственности. Первоначальное появление его в  финансовой ответственности (частично заимствованное из гражданско-правовой ответственности) впоследствии привело к включению юридических лиц как субъектов ответственности в сферу действия административно-правовой ответственности. Как будет рассмотрено далее, невозможно с определенностью говорить о первенстве появления института ответственности юридических лиц в финансовой ответственности по отношению к административно-правовой в силу того, что в 1990-х годах эти формы ответственности были тесно взаимосвязаны. Однако сама природа финансовой ответственности предполагала важную роль привлечения к ответственности юридических лиц, поскольку они в большей степени, нежели физические лица, были субъектами финансовых правоотношений. В силу этого зарождение публично-правовой ответственности юридических лиц мы склонны связывать именно с появлением финансовой формы ответственности. Соответственно, помимо взаимообогащения отдельными институтами, взаимодействие различных видов юридической ответственности характеризуется также взаимопроникновением отдельных правовых норм и конструкций правового регулирования. В качестве примера можно привести унификацию правового регулирования субъекта должностных преступлений в рамках уголовной и административно-правовой ответственности. Как отмечает С.Е. Чаннов, единое определение должностного лица применительно к уголовному и административному праву появилось в отечественном законодательстве практически впервые[12]. В настоящее время законодатель и в УК РФ, и в КоАП РФ использует термин «лицо, выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности» (например, ст. 201 УК РФ, ст. 2.4 КоАП РФ).
 Взаимодействие различных видов юридической ответственности ярко проявляется в том, что одно и то же деяние может повлечь за собой различные виды или формы ответственности. Так, в случае причинения преступлением имущественного или морального вреда физическое или юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении такого вреда, может быть признано гражданским истцом. При постановлении приговора по уголовному делу суд рассматривает также и вопрос об удовлетворении гражданского иска (ст. 299 УПК РФ). Таким образом, одно и то же деяние может повлечь за собой применение к одному и тому же лицу гражданско-правовой и уголовной ответственности. Кроме того, одно и то же деяние может повлечь применение ответственности к разным лицам. Так, уклонение от уплаты налогов организацией может караться налоговой ответственностью юридического лица в соответствии с Налоговым кодексом РФ и одновременно административной ответственностью должностных лиц данной организации (руководителя, главного бухгалтера, иных лиц).
Несмотря на то, что решение суда в рамках процедуры привлечения к другому виду или форме ответственности является преюдициальным при привлечении к другому виду или
форме ответственности только при соблюдении определенных условий, сам факт правонарушения повторно не доказывается и считается установленным. Так, ч. 2 ст. 61 ГПК РФ предусматривает, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
При рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом.
Кроме того, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Таким образом, в процессе привлечения к одному из видов юридической ответственности соответствующие органы государственной власти устанавливают обстоятельства совершения деяния, имеющие значение для привлечения к иному виду ответственности. Это возможно в том числе благодаря общим целям, функциям и принципам ответственности, общности существенных элементов ответственности (состав правонарушения).
Между тем само по себе присутствие нескольких элементов внутри той или иной системы обусловлено потребностью в наличии разнообразных социальных явлений. Применительно к системе юридической ответственности это означает, что существование различных типов, форм и видов юридической ответственности связано с потребностью общества в различных механизмах защиты правопорядка. Так, выше уже было показано, что между публично-правовым и частноправовым типами юридической ответственности существуют значительные различия, что связано с различием между правоотношениями, на защиту которых они направлены. Поэтому защита правоотношений, возникающих, например, в процессе предпринимательской деятельности при осуществлении гражданско-правовых сделок, и правоотношений в части взимания налогов не может с должной эффективностью осуществляться одними и теми же средствами. Исходя из этого, законодатель вынужден вводить различные виды и формы ответственности.
Наиболее частое взаимодействие в процессе реализации юридической ответственности осуществляется между частноправовыми и публично-правовыми формами и видами ответственности. Именно применение нескольких видов ответственности позволяет достичь всех целей юридической ответственности, поскольку публично-правовые формы ориентированы больше на достижение целей наказания виновного, в то время как частноправовые больше направлены на восстановление имущественного положения пострадавшего лица.
Таким образом, различие видов ответственности и взаимодействие между ними, например, возможность привлечения к разным видам ответственности за одно и то же деяние, позволяет обеспечить всестороннюю охрану общественных отношений от противоправных посягательств. Например, одновременное привлечение к уголовной и гражданско-правовой ответственности обеспечивает как наказание виновного лица, так и восстановление нарушенных имущественных прав потерпевшего лица. В этом проявляется такой важный аспект взаимодействия частноправового и публично-правового типов ответственности (их отдельных форм и видов), как взаимодополнение с целью наиболее полной защиты общественных отношений и достижения целей юридической ответственности.
 
Библиография
1 См.: Общая теория государства и права / Под ред. В.В. Лазарева. — М., 2000. С. 210.
2 См., например: Габричидзе Б.Н., Чернявский А.Г. Юридическая ответственность. — М., 2005. С. 177.
3 См.: Шабуров А.С. Юридическая ответственность // Теория государства и права / Под ред. В.М. Корельского, В.Д. Перевалова. — М., 1997. С. 429.
4 См.: Крусс В.И. Конституционные критерии юридической ответственности // Конституционное и муниципальное право. 2006. № 4. С. 43.
5 Там же.
6 См.: Постановление Конституционного суда РФ от 07.06.2000 № 10-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона “Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации”».
7 Равенство — полное сходство, подобие (по величине, качеству, достоинству). См.: Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. — М., 2004. С. 324.
8 Равноправие — равноправное положение, равенство. См.: Там же. С. 326.
9 «Наличие вины — общий и общепризнанный принцип юридической ответственности во всех отраслях права, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, т. е. закреплено непосредственно». См.: Постановление Конституционного суда РФ от 25.01.2001 № 1-П «По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И.В. Богданова, А.Б. Зернова, С.И. Кальянова и Н.В. Труханова».
10 Постановление Конституционного суда РФ от 27.04.2001 № 7-П «По делу о проверке конституционности ряда положений Таможенного кодекса Российской Федерации в связи с запросом Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинград-ской области, жалобами открытых акционерных обществ “АвтоВАЗ” и “Комбинат “Североникель”, обществ с ограниченной ответственностью “Верность”, “Вита-Плюс” и “Невско-Балтийская транспортная компания”, товарищества с ограниченной ответственностью “Совместное российско-южноафриканское предприятие “Эконт” и гражданина А.Д. Чулкова».
11 См.: Постановление Конституционного суда РФ от 15.07.1999 № 11-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений Закона РСФСР “О Государственной налоговой службе РСФСР” и законов Российской Федерации “Об основах налоговой системы в Российской Федерации” и “О федеральных органах налоговой полиции”».
12 См.: Чаннов С.Е. Должностное лицо как особый субъект административной ответственности. — Система «КонсультантПлюс». 2007.