УДК 343.1 

Страницы в журнале: 138-141

 

А.С. ЛИЗУНОВ,

аспирант кафедры уголовно-правовых дисциплин Волжской государственной академии водного транспорта aleksiz99@yandex.ru

 

Рассматриваются авторские подходы к определению места доследственной проверки в структуре уголовного процесса; формулируется вывод о том, что в современном уголовном процессе России доследственная проверка должна стать частью предварительного расследования.

Ключевые слова: возбуждение уголовного дела, доследственная проверка, структура уголовного процесса, предварительное расследование.

 

Pre-Investigation Checks as Part of Preliminary Investigation

Lizunov A.

Author discusses the approaches to the definition of place of preliminary inquiries in the framework of criminal proceedings; formulated the conclusion that in the modern Russian criminal trial investigation verification should be part of the preliminary investigation.

Keywords: criminal proceedings, pre-investigation checks, structure of the criminal process, preliminary investigation.

 

Термин «доследственная проверка»[1] является относительно новым. Но новый он, конечно, не в том смысле, что ранее не использовался на страницах печатных изданий и официальных документов[2], а также в среде практических работников[3], а в том, что до настоящего времени он предметно в теории уголовного процесса не исследовался и, соответственно, не был введен в научный оборот.

По нашему мнению, доследственная проверка — это регламентированная уголовно-процессуальным законом деятельность компетентных государственных органов, должностных лиц, в ходе которой проверяется достоверность первоначальных сведений о совершенном или готовящемся преступлении, устанавливается предварительная квалификация совершенного деяния, а также предпринимаются неотложные меры к быстрому раскрытию преступления.

В настоящее время уголовно-процессуальная технология производства доследственной проверки вобрала в себя значительное число проблем как теоретического, так и нормативно-прикладного характера. Одной из таких проблем является неопределенность места доследственной проверки в структуре современного уголовного процесса России.

Как правило, в научной и учебной литературе доследственная проверка рассматривается в качестве структурного элемента, составной части стадии возбуждения уголовного дела[4]. На этой основе исследователи уголовного процесса нередко в своих работах как бы подменяют понятие «возбуждение уголовного дела» термином «доследственная проверка», рассматривают их как тождественные и взаимозаменяемые.

Например, по мнению А.П. Рыжакова, возбуждение уголовного дела — это промежуток времени, в течение которого осуществляется специфического рода уголовно-процессуальная деятельность, именуемая предварительной проверкой заявлений (сообщений о преступлении). В этом и проявляется сущность данной стадии[5]. Примечательно, что параллельное использование дефиниций имеет место в основном в тех случаях, когда возникает необходимость охарактеризовать именно познавательную деятельность, связанную с установлением основания возбуждения уголовного дела. Подобная позиция, невзирая на то, что она получила наибольшее распространение в юридической литературе, на наш взгляд, является спорной.

Деятельность по проверке сообщения о преступлении нередко выходит за границы, очерченные стадией возбуждения уголовного дела. Сказанное отчетливо проявляется при производстве фактического задержания лица по подозрению в совершении преступления при отсутствии повода для возбуждения уголовного дела. Такая ситуация возможна, когда лицо, совершающее преступление, застигнуто с поличным на месте совершения преступления. Очевидно, что фактическое задержание — это не что иное, как юридический факт (действие), порождающий возникновение уголовно-процессуальных правоотношений. Сказанное, в частности, подтверждается тем, что именно с этого момента исчисляется общий срок задержания (48 часов). Поэтому нет оснований сомневаться в том, что с момента фактического задержания осуществляется уголовно-процессуальная деятельность.

Можно привести и другие примеры, подтверждающие правильность высказанной позиции относительно границ доследственной проверки. Скажем, анонимное сообщение о преступлении в силу прямого указания в законе (ч. 7 ст. 141 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации 2001 года; далее — УПК РФ) не является поводом для возбуждения уголовного дела. Но если предположить, что в анонимном сообщении содержатся сведения о готовящемся террористическом акте или ином преступлении, совершение которого создает угрозу гибели значительного числа людей, очевидно, что в этом случае оно не останется без внимания правоохранительных органов.

Уголовно-процессуальная практика знает случаи, когда в ходе расследования уголовного дела выявляются дополнительные эпизоды преступной деятельности, расследование которых по тем или иным причинам не целесообразно выделять в отдельное производство. По этому поводу Конституционный суд Российской Федерации в определении от 21.10.2008 № 600-0-0 «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Пивоварова Александра Николаевича на нарушение его конституционных прав положениями части первой статьи 175 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» отметил, что определение того, является ли вновь обнаруженное преступное деяние составной частью события преступления, по которому ранее уже было возбуждено уголовное дело, или оно образует самостоятельное событие преступления, по признакам которого должно быть возбуждено новое уголовное дело, относится к компетенции правоприменительного органа.

Рекомендации этого плана встречаются и на страницах научных публикаций. Так, А. Панюков считает не требующими возбуждения уголовного дела следующие случаи: когда к уголовной ответственности привлекаются соучастники преступления, если уголовное дело возбуждено по факту его совершения; когда уголовное дело было возбуждено в отношении лица, а в рамках расследования выявлены другие факты преступной деятельности этого лица; не требуется возбуждать уголовное дело по новому факту в отношении лица, привлеченного к уголовной ответственности в рамках уголовного дела, возбужденного по факту правонарушения, а также в случаях, когда уголовное дело возбуждено в отношении конкретного лица, а в ходе предварительного расследования устанавливается непричастность этого лица к преступлению и факту его совершения другим лицом[6].

В целом разделяя данную позицию, отметим: обнаружение нового эпизода преступной деятельности в ходе расследования уголовного дела не снимает обязанности с должностного лица органа уголовного судопроизводство составить рапорт об обнаружении признаков преступления[7], который будет являться одним из видов сообщения о преступлении (п. 43 ст. 5 УПК РФ). Таким образом, можно сказать, что сообщение о преступлении применительно к описанной ситуации будет проверяться уже в рамках стадии предварительного расследования, т. е. следственным путем.

Совокупность сказанного подтверждает ранее сделанный вывод о том, что доследственная проверка не всегда ограничивается исключительно рамками стадии возбуждения уголовного дела, в отдельных случаях выходит за ее пределы.

В этом контексте обратим внимание еще на одну законодательную неточность. Как известно, любая стадия уголовного процесса завершается принятием итогового решения, которое, как правило, оформляется посредством вынесения соответствующего правоприменительного акта. Применительно к стадии возбуждения уголовного дела таковым актом является постановление. Термин «постановление» законодатель трактует как «любое решение, за исключением приговора, вынесенное судьей единолично; решение, вынесенное президиумом суда при пересмотре соответствующего судебного решения, вступившего в законную силу; решение прокурора, руководителя следственного органа, следователя, дознавателя, вынесенное при производстве предварительного расследования, за исключением обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления» (п. 25 ст. 5 УПК РФ). Обращает на себя внимание то, что законодатель не предусматривает возможности вынесения постановления до начала предварительного расследования, т. е. на стадии возбуждения уголовного дела. Исходя из этого, можно высказать следующее предположение: авторы УПК РФ отнесли постановление о возбуждении уголовного дела к актам предварительного расследования. Однако в этом случае остается непонятным, в рамках какой стадии уголовного процесса выносится постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

В процессе поиска наиболее оптимального положения доследственной проверки в структуре отечественного уголовного процесса полезно обратиться к опыту зарубежных стран. Заметим, что в настоящее время известная отечественному уголовному процессу стадия возбуждения уголовного дела не имеет аналогов в большинстве стран мира. В современных условиях она присутствует преимущественно в уголовных судопроизводствах стран постсоветского пространства. Однако и здесь уже прослеживаются явные перемены, основанные на взвешенном и последовательном анализе отрицательного влияния некоторых рудиментов советского прошлого на развитие уголовного судопроизводства в аспекте повышения его эффективности и правозащитной роли.

В конце 2012 года был принят новый Уголовно-процессуальный кодекс Украины (далее — УПК Украины), содержащий немало прогрессивных идей, которые могут быть использованы в процессе совершенствования отечественного уголовно-процессуального законодательства. Приведем некоторые выдержки из названного закона. Статья 214 УПК Украины, поименованная «Начало досудебного расследования», содержит следующее положение: «Следователь, прокурор безотлагательно, но не позже 24 часов после представления заявления, сообщения о совершенном уголовном правонарушении или после самостоятельного выявления им из любого источника обстоятельств, которые могут свидетельствовать о совершении уголовного правонарушения, обязан внести соответствующие сведения в Единый реестр досудебных расследований и начать расследование»[8]. До внесения сведений в Единый реестр досудебных расследований украинский законодатель предоставляет возможность в неотложных случаях произвести лишь одно следственное действие — осмотр места происшествия. А в случае выявления признаков уголовного правонарушения на морском или речном судне, которое находится за пределами Украины, досудебное расследование начинается немедленно; сведения о нем вносятся в Единый реестр досудебных расследований при первой возможности (ч. 3 ст. 214 УПК Украины). Весьма интересным представляется порядок определения продолжительности досудебного расследования по УПК Украины. Разделяя уголовные правонарушения на две категории — уголовные преступления и уголовные проступки, закон вводит норму о том, что досудебное расследование должно быть закончено: 1) в течение 1 месяца со дня сообщения лицу о подозрении в совершении уголовного проступка; 2) в течение 2 месяцев со дня сообщения лицу о подозрении в совершении преступления (ч. 1 ст. 219 УПК Украины).

Необходимость реорганизации отечественного досудебного производства в настоящее время признается многими учеными-юристами. При этом одни авторы предлагают отказаться от стадии возбуждения уголовного дела и процедуры производства доследственной проверки в том виде, в каком она существует сейчас[9]. Другие, напротив, считают, что «рассмотрение заявлений и сообщений о преступлениях — это относительно самостоятельная, первоначальная часть… уголовного процесса, которой свойственны все признаки, характеризующие стадию процесса»[10]. По мнению третьих, «верным шагом в этом направлении будет являться такая конструкция досудебного производства по уголовному делу, которая позволит этапу возбуждения уголовного дела не предавать статуса стадии уголовного процесса. В этой связи необходимо рассматривать возбуждение уголовного дела как один из первоначальных этапов досудебного производства»[11], а постановление о возбуждении уголовного дела считать «служебным, скользящим актом досудебного производства»[12]

Мы разделяем мнение ученых, считающих, что стадия возбуждения уголовного дела должна быть исключена из структуры современного уголовного процесса России[13]. Однако упразднение стадии возбуждения уголовного дела неравнозначно отказу от производства доследственной проверки. Представляется, что даже если решение о возбуждении уголовного дела будет принято на основании одного лишь повода к этому, мы никуда не уйдем от необходимости проверки первоначальной информации о готовящемся или совершенном преступлении. Полагаем: в условиях отсутствия стадии возбуждения уголовного дела доследственная проверка должна стать частью предварительного расследования.

В связи с этим украинский опыт относительно определения и процессуальной фиксации начала досудебного расследования, а также порядка исчисления сроков его окончания будет весьма полезен и, на наш взгляд, должен быть воспринят отечественным законодателем. Иными словами, доследственная проверка, так же как и предварительное расследование, должна начинаться с момента поступления в правоохранительный орган первоначальной информации о готовящемся или совершенном преступлении. При этом критерием демаркации доследственной проверки от последующей фазы предварительного расследования должно выступить появление в уголовном деле процессуальной фигуры подозреваемого. Именно с этого момента следует вести отсчет сроков окончания предварительного расследования. В соответствии с этим подходом существующую при расследовании уголовного дела в форме дознания процедуру уведомления лица о подозрении в совершении преступления необходимо распространить также и на предварительное следствие.

 

Библиография

1 В юридической литературе встречаются различные наименования первоначального этапа уголовного судопроизводства. Несмотря на то что предварительное расследование на сегодняшний день может быть реализовано как в форме дознания, так и в форме предварительного следствия, мы все же из широкого спектра вариантов остановили свой выбор на термине «доследственная проверка».

2 См., например: приказы Генпрокуратуры РФ от 15.07.2011 № 211 «Об организации надзора за исполнением законов на транспорте и в таможенной сфере»; от 12.07.2010 № 276 «Об организации прокурорского надзора за исполнением законов о соблюдении разумного срока на досудебных стадиях уголовного судопроизводства»; приказ ФССП РФ от 16.02.2010 № 66 «Об утверждении положения об организации процессуального контроля при проверке сообщений о преступлениях и осуществлении дознания в территориальных органах судебных приставов» и др.

3 Проведенный социологический опрос должностных лиц уголовного судопроизводства — 120 следователей и 90 дознавателей, проходящих службу в различных регионах страны, — показал, что 24,1% следователей и 27,8% дознавателей используют этот термин в процессуальных либо служебных документах.

4 Обратим внимание на то, что название стадии возбуждения уголовного дела многими исследователями обоснованно признается неудачным. С.И. Гирько, подробно проанализировав лексическое значение слова «дело», словосочетания «уголовное дело» и термина «возбуждение», пришел к выводу, что «возбуждение уголовного дела» в переводе на понятный язык означает ‘породить преступление, превратить, перевести определенное событие в преступное, например добрую ссору в драку и в конечном итоге в убийство’. (См.: Деятельность милиции в уголовном процессе. — М., 2006. С. 235—236).

5 См.: Рыжаков А.П. Возбуждение и отказ в возбуждении уголовного дела. 5-е изд., доп. и перераб. — М., 2011. С. 7.

6 См.: Панюков А. Процессуальная деятельность без возбуждения уголовного дела // Российская юстиция. 2003. № 5. С. 51—53.

7 Укажем на одну неточность, допущенную законодателем. В п. 43 ст. 5 УПК РФ использована формулировка «рапорт об обнаружении преступления», а в ст. 143 УПК РФ — «рапорт об обнаружении признаков преступления». Более удачным представляется последний вариант, так как на момент составления названного документа может и не быть абсолютной уверенности в том, что обнаружено именно преступление.

8 URL: http://www.kalinovsky-k.narod.ru/zakon/upk_ukr.rar

9 См.: Кругликов А.П. Нужна ли стадия возбуждения уголовного дела в современном уголовном процессе России? // Российская юстиция. 2011. № 6. С. 58.

10 Балашов А.С. Действительно ли возбуждение уголовного дела — первоначальная стадия уголовного процесса // Социалистическая законность. 1989. № 8. С. 53.

11 Агутин А.В. Обеспечение законных интересов потерпевшего и обвиняемого в досудебном производстве: учеб. пособие. — Н. Новгород, 2005. С. 69, 70.

12 См.: Сереброва С.П. Проблема рационализации досудебного производства: дис. … канд. юрид. наук. — Н. Новгород, 1995. С. 143.

 

13 См. подробнее: Лизунов А.С. Один из способов упразднения стадии возбуждения уголовного дела // Современное право. 2012. № 7. С. 124—127.