УДК 343.359.3

Страницы в журнале: 100-105

 

И.А. Подройкина,

доктор юридических наук, доцент кафедры уголовного права Ростовского филиала Российской таможенной академии Россия, Ростов-на-Дону 919820@mail.ru

Д.А. Кругликова,

студентка 3-го курса юридического факультета  Ростовского филиала Российской таможенной академии Россия, Ростов-на-Дону Daria.Kruglikova@mail.ru

 

Анализируются изменения законодательства в части регламентации уголовной ответственности за контрабанду; проводится критический анализ новых статей, устанавливающих ответственность за различные виды контрабанды; акцентируется внимание на том, что современная редакция статей 200.1, 200.2, 226.1 и 229.1 Уголовного кодекса РФ противоречит правилам законодательной техники, а также принципу законности. С опорой на опыт стран — участниц Евразийского экономического союза обосновывается вывод о необходимости дальнейшего совершенствования уголовного закона России; высказываются конкретные рекомендации; формулируется новая редакция статьи о контрабанде.

Ключевые слова: контрабанда, специальные виды контрабанды, товары, граница, таможенная территория, Евразийский экономический союз, статья, ответственность, предмет, преступление, имущество.

 

Введение. В 2011 году товарная контрабанда была декриминализована [2], но законодатель пошел по пути сохранения уголовной ответственности за специальные виды контрабанды — контрабанду предметов, ограниченных или запрещенных к обороту. Уголовный кодекс РФ был дополнен двумя статьями — 226.1 и 229.1 (вместо ч. 2 ст. 188, которая была выведена из УК РФ). Исключение товарной контрабанды мотивировалось необходимостью либерализации уголовного законодательства в части ответственности за экономические преступления. Многократные изменения УК РФ привели к тому, что в настоящее время в УК РФ содержится четыре статьи, устанавливающие ответственность за различные виды контрабанды, в том числе и за разновидности товарной. Контрабанда делится на виды в зависимости от перемещаемых предметов и располагается в разных главах УК РФ: два вида локализованы в главе «Преступления в сфере экономической деятельности», по одному — в главах «Преступления против общественной безопасности» и «Преступления против здоровья населения и общественной нравственности», т. е. по мнению законодателя, специфика предмета посягательства определяет и его объект. При этом законодательная регламентация контрабанды вызывает серьезную критику специалистов в области уголовного права.

Учитывая изложенное, мы определяем целями настоящей статьи критическую оценку норм УК РФ об ответственности за различные виды контрабанды и разработку, с опорой на зарубежный опыт (в частности, стран — участниц Евразийского экономического союза (далее — ЕАЭС)), конкретных рекомендаций по их совершенствованию.

Замена одной статьи о контрабанде в УК РФ четырьмя самостоятельными статьями нарушает правила законодательной техники. Ежегодно таможенными органами Российской Федерации регистрируется рост числа преступлений, связанных с незаконным перемещением различных предметов через таможенную границу. Так, доля контрабанды от общего количества возбужденных таможенными органами уголовных дел за 2016 год составила 43% [4], а в 2017 году возросла до 52% [5].

Если обратиться к этимологии слова «контрабанда», то в толковом словаре С.И. Ожегова под ней понимается нарушающий таможенное законодательство тайный провоз товаров и других предметов через границу [7]. Данное определение делает акцент на таком предмете преступления, как товар, который имеет свое законодательное закрепление. Так, в п. 45 ст. 2 Таможенного кодекса ЕАЭС под товаром понимается «любое движимое имущество, в том числе валюта государств-членов, ценные бумаги и (или) валютные ценности, дорожные чеки, электрическая энергия, а также иные перемещаемые вещи, приравненные к недвижимому имуществу» [6].

Закрепляя данную дефиницию, законодатель, видимо, полагал, что при установлении предмета контрабанды правоприменитель будет опираться на нее, так как в Гражданском кодексе РФ понятие движимого и недвижимого имущества дается весьма широко. Так, к движимому имуществу принадлежат «вещи, не относящиеся к недвижимости», а к недвижимому — «все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно…» [1]. Однако в УК РФ представлено простое перечисление объектов и вещей, которые могут стать предметом контрабанды. Такой прием при описании предмета исследуемого преступления представляется нам весьма громоздким, тем более существует легально закрепленная дефиниция, на которую можно ссылаться при установлении предмета контрабанды. Так, Содружество Независимых Государств, в которое входят и государства — члены ЕАЭС, в ст. 217 Решения Совета глав государств СНГ от 10.02.1995 «Об Основах таможенных законодательств государств-участников Содружества Независимых Государств» установило перечень товаров, незаконное перемещение которых составляет предмет контрабанды.

Исключение из УК РФ статьи 188, а взамен посвящение фактически одному составу преступления четырех самостоятельных статей нарушает правило законодательной техники, а именно: не соблюдается требование о сокращении до минимума норм, регламентирующих один и тот же вопрос. В нашем случае произошло излишнее дробление видов контрабанды в зависимости от предмета. Так, объективные признаки преступлений, установленные в статьях 200.1 и 200.2 УК РФ, ранее охватывались диспозицией ч. 1 ст. 188 УК РФ, а объективные признаки, закрепленные в статьях 226.1 и 229.1 (за исключением некоторых предметов), — ч. 2 ст. 188 УК РФ. Рассмотрим подробнее произошедшие изменения.

прекурсоры

Из данной таблицы видно, что при исключении ст. 188 УК РФ произошли незначительные изменения, а именно расширился предмет ст. 229.1 УК РФ (включены прекурсоры).

прекурсоры-2

Очевидно, что в данном случае изменения в предмете преступления также незначительны: в ст. 226.1 УК РФ добавились только стратегически важные ресурсы, особо ценные дикие животные и водные биологические ресурсы. Это можно объяснить тем, что незаконное перемещение данных предметов наносит более серьезный ущерб как безопасности страны в целом, так и ее экономике в частности, а следовательно, санкция за их перемещение должна быть строже.

Примерно такую же ситуацию мы можем наблюдать в уголовном законодательстве стран ЕАЭС, например в УК Республики Армения (далее — УК РА) или в УК Республики Беларусь (далее — УК РБ). Однако в отличие от УК РФ ответственность за контрабанду в данных нормативных правовых актах определяется в одной статье.

Далее следует обратить внимание на нелогичность включения некоторых предметов контрабанды в соответствующие статьи УК РФ. Так, культурные ценности определены в качестве предмета контрабанды, запрещенной ст. 226.1 УК РФ, наряду с различными видами вооружения. Исходя из расположения названной статьи, можно установить его основной непосредственный объект — отношения в сфере общественной безопасности. Аналогично в ст. 226.1 УК РФ включены в качестве предмета преступления и особо ценные виды диких животных и водных биологических ресурсов. Однако очевидно, что контрабанда перечисленных предметов относится к товарной контрабанде и скорее посягает на экономическую безопасность страны. Такое построение норм позволяет сказать о еще одном несоблюдении правил законодательной техники — нарушении последовательности изложения и взаимосвязи размещаемых в акте нормативных предписаний.

Зарубежный опыт регламентации ответственности за контрабанду (на примере стран — участниц ЕАЭС) может быть интегрирован в российское законодательство. Заметим, что, например, в УК Республики Казахстан (далее — УК РК) данные виды контрабанды разделены, контрабанда культурных ценностей признается разновидностью экономической контрабанды, а соответствующая норма размещена в главе «Уголовные правонарушения в сфере экономической деятельности», что представляется более логичным. При этом ст. 234 УК РК, в отличие от статей 200.1 и 200.2 УК РФ, не перечисляет предметы, которые могут быть предметом контрабанды. В статье 234 УК РК экономическая контрабанда определяется следующим образом: «Перемещение в крупном размере через таможенную границу Евразийского экономического союза товаров или иных предметов, в том числе запрещенных или ограниченных к перемещению через таможенную границу товаров, вещей и ценностей, в отношении которых установлены специальные правила перемещения через таможенную границу, за исключением указанных в статье 286 настоящего Кодекса» [10].

В законодательстве иных стран ЕАЭС также сохраняется товарная контрабанда, но предмет преступления описан более лаконично. Так, в ст. 228 «Контрабанда» УК РБ указывается: «Незаконное перемещение через таможенную границу Евразийского экономического союза в крупном размере товаров, запрещенных или ограниченных к такому перемещению, при отсутствии признаков преступлений, предусмотренных статьями 328.1 и 333.1 настоящего Кодекса» [9]. Аналогичные формулировки использованы в УК РА.

Что касается регламентации уголовной ответственности в УК РБ за незаконное перемещение через таможенную границу ЕАЭС или Государственную границу Республики Беларусь наркотических средств, психотропных веществ либо их прекурсоров или аналогов (ст. 328.1), а также сильнодействующих, ядовитых, отравляющих веществ, радиоактивных материалов, огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ, взрывных устройств, оружия массового поражения или средств его доставки, а также иных видов вооружения и военной техники (ст. 333.1), то несмотря на наличие нескольких статей, сохраняется логика их изложения.

Итак, как мы видим, в законодательстве государств — членов ЕАЭС товарная контрабанда сохранена, ее предмет описан более лаконично, законодатель не перечисляет конкретные составляющие предмета преступления, а дает обобщающее понятие, обладающее определенными родовыми признаками. Это связано с тем, что на законодательном уровне установлено понятие товара, включающее в себя валюту государств-членов, ценные бумаги, валютные ценности и дорожные чеки, т. е. не только наличные денежные средства, но и денежные инструменты, дефиниция которых также законодательно закреплена. Сказанное позволяет сделать вывод о том, что выделение таких разновидностей контрабанды, которые описаны в статьях 200.1 и 200.2 УК РФ, является нецелесообразным. Прием, используемый российским законодателем при описании предмета экономических видов контрабанды, является неудачным, так как только излишне нагромождает законодательный материал. Отечественному законодателю, по нашему мнению, необходимо обратить внимание на нормативные документы стран ЕАЭС и вернуться к регламентации ответственности за контрабанду в одной статье УК РФ, значительно усовершенствовав ее содержание в части предмета и размера перемещаемых товаров, откорректировав санкции за различные виды контрабанды.

Попытка Верховного Суда РФ уточнить содержание статей УК РФ об ответственности за контрабанду противоречит принципу законности. Далее следует обратить внимание на несоответствие действующих редакций статей, регламентирующих ответственность за контрабанду, современным реалиям, так как в них устанавливается ответственность за незаконное пересечение таможенной границы не существующей уже территории. В частности, в статьях 200.1, 200.2, 226.1 и 229.1 говорится о незаконном перемещении товаров через таможенную границу Таможенного союза в рамках Евразийского экономического сообщества (далее — ЕврАзЭС). Однако ЕврАзЭС уже не существует, поскольку 10 октября 2014 г. странами-участницами было принято решение о его ликвидации в связи с функционированием нового интеграционного образования — ЕАЭС. С января 2015 года вступил в действие Договор о Евразийском экономическом союзе (далее — Договор о ЕАЭС), в рамках которого обеспечивается свобода движения товаров, услуг, капитала и рабочей силы, проведение скоординированной, согласованной или единой политики в отраслях экономики на территории Республики Армения, Республики Беларусь, Республики Казахстан, Республики Киргизия и Российской Федерации. В то же время в ранее существовавшее интеграционное экономическое образование ЕврАзЭС входили другие страны: Республика Беларусь, Республика Казахстан, Республика Киргизия, Республика Таджикистан и Российская Федерация, что определяло иной территориальный состав, а следовательно, другую таможенную территорию. Попытка решить данную проблему реализована на уровне постановления Пленума ВС РФ от 27.04.2017 № 12 «О судебной практике по делам о контрабанде», в абз. 4 п. 1 которого указано: «С учетом положений пункта 2 статьи 101 Договора под используемыми в статьях 200.1, 200.2, 226.1 и 229.1 УК РФ терминами “таможенная граница Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС” (“таможенная граница Таможенного союза”), “Государственная граница Российской Федерации с государствами — членами Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС” следует понимать соответственно “таможенная граница Евразийского экономического союза” (далее — таможенная граница), “Государственная граница Российской Федерации с государствами — членами Евразийского экономического союза” (далее — государственная граница)» [3].

Однако представляется неверным решать обозначенную проблему на уровне постановления Пленума ВС РФ, так как это противоречит принципу законности, который гласит: «Преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только настоящим Кодексом. Применение уголовного закона по аналогии не допускается» (ст. 3 УК РФ). Соответственно, вопросы преступности и наказуемости деяний должны быть урегулированы в УК РФ, а не в постановлении Пленума ВС РФ.

Подчеркнем, что в иных государствах — участниках ЕАЭС уже внесены соответствующие изменения непосредственно в уголовное законодательство. Так, УК РК в ст. 234 «Экономическая контрабанда» и ст. 286 «Контрабанда изъятых из обращения предметов или предметов, обращение которых ограничено» запрещает незаконное перемещение товаров через «…таможенную границу Евразийского экономического союза…». Статьи 228, 328.1 и 333.1 УК РБ также устанавливают уголовную ответственность за незаконное перемещение товаров «…через таможенную границу Евразийского экономического союза или Государственную границу Республики Беларусь…». Статья 215 УК РА закрепляет ответственность за незаконное перемещение «…через таможенную границу Республики Армения товаров…» [8].

 

С учетом требований принципа законности считаем необходимым предложить законодателю внести соответствующие изменения в УК РФ и привести используемые в нем формулировки в соответствие Договору о ЕАЭС, опираясь, в частности, на опыт Республики Беларусь, поскольку действующая редакция УК РБ устанавливает ответственность за незаконное перемещение товаров не только через таможенную границу ЕАЭС, но и через границу с другими странами, а Российская Федерация также граничит не только с государствами — членами ЕАЭС.

Заключение. Итак, опираясь на опыт стран — участниц ЕАЭС, в целях унификации законодательства ЕАЭС (в части определения предмета контрабанды), а также экономии законодательного материала, считаем необходимым предложить отечественному законодателю пойти по пути возврата регламентации ответственности за контрабанду в одной статье УК РФ — в ст. 188.1 (по аналогии с возращенной в УК РФ статьей о клевете), исключив статьи 200.1, 200.2, 226.1 и 229.1. При этом в ч. 1 ст. 188.1 УК РФ речь может идти о товарах или иных предметах в крупном размере, в том числе запрещенных или ограниченных к перемещению, а также тех, в отношении которых установлены специальные правила перемещения, за исключением указанных в ч. 2 ст. 188.1 УК РФ. В части 2 ст. 188.1 УК РФ следует установить более строгую ответственность за незаконное перемещение предметов, представляющих повышенную опасность, к числу которых законодатель относит наркотические средства, психотропные вещества, ядовитые, сильнодействующие вещества, оружие, боеприпасы, взрывные устройства и др.

 

Список литературы

 

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая): федер. закон от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 29.12.2017) // Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

2. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации: федер. закон от 07.12.2011 № 420-ФЗ (ред. от 03.07.2016) // Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

3. О судебной практике по делам о контрабанде: постановление Пленума ВС РФ от 27.04.2017 № 12 // Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

4. Показатели правоохранительной деятельности таможенных органов Российской Федерации за 2016 год. URL: http://www.customs.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=24719:- (дата обращения: 02.04.2018).

5. Показатели правоохранительной деятельности таможенных органов Российской Федерации за 2017 год. URL: http://www.customs.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=26236%3A-2017-&catid=55%3A2011-01-24-16-40-26 (дата обращения: 02.04.2018).

6. Таможенный кодекс Евразийского экономического союза (приложение № 1 к Договору о Таможенном кодексе Евразийского экономического союза от 11.04.2017) // Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

7. Толковый словарь Ожегова онлайн. URL: http://slovarozhegova.ru/word.php?wordid=11768 (дата обращения: 08.04.2018).

8. Уголовный кодекс Республики Армения. URL: http://docplayer.ru/29913275-Ugolovnyy-kodeks-respubliki-armeniya-prinyat.html (дата обращения: 25.04.2018)

9. Уголовный кодекс Республики Беларусь. URL: http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=30414984#pos=1976;-94 (дата обращения: 25.04.2018).

10. Уголовный кодекс Республики Казахстан. URL: http://online.zakon.kz/m/Document/?doc_id=31575252#sub_id=2860000 (дата обращения: 08.04.2018).

11. Уголовный кодекс Российской Федерации: федер. закон от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 19.02.2018) // Доступ из СПС «КонсультантПлюс».