УДК 342.7

Страницы в журнале: 3-8

 

Л.Ю. ГРУДЦЫНА,

доктор юридических наук, доцент Финансового университета при Правительстве РФ, почетный адвокат России,

 

Ю.А. ДМИТРИЕВ,

доктор юридических наук, профессор РУДН, член-корреспондент Российской академии образования, заслуженный деятель науки РФ

 

Каким бы полицейским и тоталитарным ни было государство, некоторую часть его фундамента все равно составляет гражданское общество, пусть урезанное, ограниченное, задавленное. При всем желании ни один политический строй или режим не в состоянии свести на нет частную жизнь граждан, которая в своих разнообразных проявлениях и составляет то, что принято называть гражданским обществом. Иными словами, нельзя устранить гражданское общество, не устранив одновременно самого государства.

Ключевые слова: гражданское общество, права человека, государственная власть, демократия, правовое государство, выборы, политические партии, коррупция, безопасность, парламент.

 

Civil society in a police state: features of the Russian symbiosis

 

Grudtsyna L., Dmitriev Yu.

 

What police and totalitarian was not the state, some part of its base is made all the same by a civil society — let cut down, limited, knocked down. At all desire any political system or a mode not in a condition to bring to nothing a private life of citizens which in the various displays and makes that we name a civil society. Differently, it is impossible to eliminate a civil society, without eliminating simultaneously the state.

Keywords: a civil society, human rights, the government, democracy, a lawful state, elections, political parties, corruption, safety, parliament.

 

Несмотря на стремление ученых типологизировать процесс развития общества и государства, в различных странах этот процесс имеет свои, весьма существенные национальные особенности, все попытки копирования которых в иных, менее развитых государствах зачастую заканчиваются провалом.

Ярким примером подобной ситуации является Россия. Особенность этого государства в том, что все реформы в ней осуществляются «сверху», по инициативе верховной власти: введение православия, освобождение крестьян, создание федеративного государства, перестройка, конституционная реформа, модернизация и т. д. Все попытки реформировать страну «снизу» заканчивались бунтом, смутой, крестьянскими или гражданскими войнами и революцией. Независимо от названия, реформы «снизу», как правило, заканчиваются поражением (неважно, сколько лет для этого потребовалось), колоссальными потерями и откатом страны на прежние или даже более низкие позиции с точки зрения состояния экономики, социальной защищенности населения и политической стабильности. Эта ситуация требует своего осмысления с учетом реалий сегодняшнего дня.

Итак, постоянное давление государства на общество, народ, стремление навязать ему свою точку зрения как единственно верную превратили это государство, как бы оно ни называлось на различных этапах своего развития, в полицейское. Традиции советского права, во многом доминирующие на современном этапе развития России, сформировали остро негативное отношение к подобному типу государства, основанное на отрицании полиции как органа подавления. Хотя на практике это не совсем так[1].

«Полис» — значит государство, и точный перевод понятия «полицейское государство» превращает его в бессмыслицу (как и существовавшее в свое время понятие «народная демократия»). Другое дело, что различие между демократическим государством и полицейским состоит, по сути, в приоритетах, которые ставят перед собой такие государства. Если для первого это интересы народа, населения страны, ограничиваемые лишь в целях общего развития, безопасности, стабильности и позитивного движения вперед, то полицейское государство основано на принуждении к исполнению государственных велений, на подавлении плюрализма мнений и демократических инициатив. При этом не важно, как называется главный полицейский орган: ЦК КПСС или Администрация Президента РФ, — важно то, что он подменяет собой или подчиняет себе все остальные органы публичной власти, в том числе и сформированные демократическим путем, и не несет ответственности за наступившие последствия[2].

Очевидно, что гражданское общество является неотъемлемым элементом любого демократического государства, а процесс создания демократических институтов в обществе объективно неизбежен, поэтому, чтобы упредить деструктивное с точки зрения власти движение «снизу», ей необходимо его возглавить. Именно поэтому в многочисленных посланиях трех президентов РФ постоянно упоминается гражданское общество.

Как государство не может существовать без гражданского общества, так и гражданское общество немыслимо без государства. Пользуясь терминами гегелевской философии, можно с полным основанием утверждать, что гражданское общество и государство представляют собой единство и борьбу противоположностей. «В гражданском обществе каждый для себя — цель, все остальное для него ничто», — отмечал Георг Вильгельм Фридрих Гегель[3]. Или: «Гражданское общество является ареной борьбы частных индивидуальных интересов, войны всех против всех»[4].

Каким бы полицейским и тоталитарным ни было государство, некоторую часть его фундамента все равно составляет гражданское общество, пусть урезанное, ограниченное, задавленное. При всем желании ни один политический строй или режим не в состоянии свести на нет частную жизнь граждан, которая в своих разнообразных проявлениях и составляет то, что принято называть гражданским обществом. Иными словами, нельзя устранить гражданское общество, не устранив одновременно самого государства. Вот почему даже в самом полицейском государстве так или иначе существуют некоторые элементы гражданского общества — хотя бы потому, что государство не стремится уничтожить само себя.

В свою очередь устранение государства превращает гражданское общество в ничем не связанную совокупность индивидов, что приводит в итоге к полной анархии[5]. История знает множество примеров, когда из-за ослабления или гибели государства общество тут же погружалось в анархию и смуту со всеми сопутствующими бедствиями, достаточно вспомнить Россию конца XVI — начала XVII века. А самая яркая иллюстрация из новейшей отечественной истории — это Перестройка и реформы, которые привели к крушению Советского Союза[6].

Итак, что же такое гражданское общество и возможно ли его создание по инициативе государства?

Если представить себе вертикальную организацию любого общества и государства, то всю сферу их жизни условно можно разделить на три части: частная жизнь граждан, гражданское общество и государство. Разумеется, четкой границы между названными сферами не существует, но каждая из них занимает свое место и выполняет самостоятельную, только ей присущую функцию. Что касается гражданского общества, то оно занимает срединное положение между частной жизнью граждан, в которую без специальных, установленных законом оснований не вправе вторгаться никто, и государством, которое, по меткому определению Г. Кельзена, является «политически организованным обществом»[7].

Таким образом, гражданское общество — это неполитическая сфера общественной жизни граждан, где они формулируют свои коллективные требования к государству и частной жизни, задачей которой является воздействие на государство с целью реализации сформулированных в рамках данной сферы идей.

Некоторые исследователи феномена гражданского общества выдвигают в качестве наиболее общих идей и принципов любого гражданского общества, во-первых, экономическую свободу, многообразие форм собственности и рыночные отношения; во-вторых, безусловное признание и защиту естественных прав человека и гражданина, предполагающие равенство всех перед законом; в-третьих, наличие правового государства, основанного на принципе разделения и взаимодействия властей и невмешательства государства в частную жизнь[8].

Бесспорно, что возникновение гражданского общества связано с появлением частной собственности, которая стала стимулом для творческой активности человека, его заинтересованности в развитии производства, основанием для возникновения среднего класса[9]. Отсюда следует, что в идеале гражданское общество — это свободное, плюралистическое рыночное общество, где нет места режиму личной власти, тоталитаризму, насилию над людьми, где уважают закон и мораль, принципы гуманизма и справедливости и где центральное место занимает человек, гражданин, личность[10].

Разумеется, гражданское общество не едино по своему составу и делится на самые разнообразные институты и подинституты, «действующие независимо от государства или при поддержке последнего общественные структуры»[11]. В последней фразе содержится глубокий смысл: институты гражданского обществе могут создаваться при поддержке государства, но не могут создаваться по его указке (как институт российского омбудсмена[12], Общественная палата Российской Федерации[13] и др.), также не могут без серьезных оснований приниматься законы, ограничивающие права человека в сфере гражданского общества и частной жизни.

Вместе с тем на практике законодательство, ущемляющее права и свободы граждан России, продолжает приниматься. Примеров тому множество. Перечислим лишь некоторые их них.

1. Отмена выборов губернаторов. Согласно поправкам в Федеральный закон от 06.10.1999 № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации», принятым 11.12.2004, Президент РФ получил право лично подбирать кандидатуры глав субъектов Федерации, а местное Законодательное собрание получило право поддержать или отклонить выбор главы государства.

Технически президентская инициатива свелась к внесению изменений в два федеральных закона: от 06.10.1999 № 184-ФЗ и от 12.06.2002 № 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации». Это нарушает сразу несколько статей Конституции РФ: ч. 2 ст. 3, ст. 10 и ст. 32[14].

2. Отмена выборов депутатов-одномандатников Федеральным законом от 21.07.2005 № 93-ФЗ «О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации о выборах и референдумах и иные законодательные акты Российской Федерации».

3. Установление нормы о полностью пропорциональных, «партийных» выборах. Перевод региональных и тем более муниципальных выборов полностью на пропорциональную систему увеличит разрыв между избирателями и представительными органами власти, лишит пассивного избирательного права не только беспартийных граждан, но и многих членов политических партий, усилит бюрократизацию политических партий и коррупцию в партийной верхушке.

4. Поднятие до 7% порога прохождения партий в Государственную думу Федеральным законом от 21.07.2005 № 93-ФЗ.

5. Отмена графы «против всех» Федеральным законом от 12.07.2006 № 107-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части отмены формы голосования против всех кандидатов (против всех списков кандидатов)». Право на голосование против всех (так называемое протестное голосование) имеет серьезное конституционное обоснование, кстати, блестяще сделанное Н.С. Бондарем и А.А. Джигаряном[15].

6. Отмена минимального порога явки на выборы и досрочного голосования Федеральным законом от 05.12.2006 № 225-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон “Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации” и Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации». Отмена порога явки означает отказ от всеобщего избирательного права. Порог явки гарантировал минимальную представительность власти, а теперь избирательное право в России стало «корпоративным». Как при феодализме, когда феодалы сами выбирали свои сословные учреждения, так и мы возвращаемся к феодальному праву, когда корпорации чиновников и партийных функционеров смогут сами выдвигать кандидатуры и сами голосовать, и неважно, сколько избирателей придет на избирательные участки. Страна возвращается к тому, от чего уходила в конце 1980-х годов, — к монополии одной партии. Неважно, как она называется, — КПСС или «Единая Россия», правила уничтожения соперников одни и те же.

Все это означает радикальную реформу российского избирательного законодательства в направлении отхода от конституционных норм и международных стандартов. Согласно ст. 3 Протокола № 1 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод подписывающие ее государства обязуются проводить с разумной периодичностью свободные выборы путем тайного голосования в таких условиях, которые обеспечат свободное волеизъявление народа при выборе законодательной власти.

7. Расширение полномочий ФСБ России Федеральным законом от 27.07.2010 № 238-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон “О Федеральной службе безопасности” и в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях». Теперь руководитель органа ФСБ или его заместитель смогут объявлять любому россиянину при отсутствии оснований для привлечения к уголовной ответственности официальное предостережение «о недопустимости действий, создающих условия для совершения преступлений». Данные поправки также вводят административную ответственность в виде штрафа или административного ареста за неповиновение законному требованию или распоряжению сотрудника ФСБ и воспрепятствование исполнению им служебных обязанностей.

Продолжая тему реформирования российского избирательного законодательства, остановимся более подробно на Послании Президента РФ Д.А. Медведева Федеральному собранию РФ от 12 ноября 2009 г. Данный документ отличается от прежних посланий большей конкретикой в постановке перед парламентариями практических задач. Не вдаваясь в оценку иных заданий, обратимся к состоянию и реформе избирательного законодательства страны.

Оценивать предложенные Президентом РФ новеллы, на наш взгляд, следует исходя из общего постулата о том, что по инициативе «снизу» в истории нашей страны происходили только восстания, войны и революции. Что же касается реформ, то их подавляющее число проводилось по инициативе власти. Первое заявление, сделанное Президентом РФ, сводилось к тому, что, по его мнению, многопартийная система в нашей стране «в целом сложилась». Обратимся к фактам. Старейшая парламентская партия — КПРФ — организационно (без учета перемен названий) образовалась в 1898 году; ЛДПР образована после ревизии (произошедшей не без участия Кремля) печально знаменитой ст. 6 Конституции СССР в 1989 году; «Единой России», четвертой за последние 20 лет правящей партии, 8 лет от роду[16]. Самая молодая «Справедливая Россия» также создана при активном участии власти. Что же касается непарламентских партий («Яблоко», «СПС», «Правое дело» и пр.), то броуновское движение в их среде продолжается. Самое интересное в том, что из четверки высших правящих лиц страны только Д.А. Медведев не имеет «своей» политической партии. Возникают вопросы: кто же будет представлять его интересы на выборах 2012 года? Как в такой ситуации можно говорить о сложившейся многопартийной системе и почему она должна быть «сложившейся»? Даже в устоявшихся веками партийных системах Запада происходят постоянные перемены.

Как величайшее достижение представлено в Послании фактическое снижение до 5% барьера прохождения партий в Государственную думу. Во-первых, если этот барьер представляется завышенным, его надо снижать не фактически, а юридически. Во-вторых, партия, преодолевшая 5%-й барьер, получает в Госдуме один мандат, а преодолевшая 7%-й барьер — более 30. Это грубейшее нарушение принадлежащего гражданам принципа равного избирательного права. И все это происходит на фоне президентского призыва «продолжить совместную работу по улучшению качества народного представительства и созданию дополнительных условий для справедливой и цивилизованной конкуренции между партиями».

В качестве достижения представлено полученное партиями, победившими на выборах в законодательное собрание субъекта Федерации, право выдвигать кандидатов на должности руководителей субъектов Федерации, а также «гарантии равного освещения их деятельности в государственных СМИ». Характерно, что эти заявления прозвучали после того, как во многих региональных парламентах большинство депутатских мест заняли единороссы. Таким образом, единоличная ответственность Президента РФ, предлагавшего лишь одного кандидата в губернаторы, переложена на региональное партийное большинство, которое официально — в печати и в самом Послании — именуется «правящей партией». А на ком лежит персональная ответственность за неудачный кадровый выбор?

Что же касается государственных СМИ, то в общем числе печатных изданий в нашей стране их давно менее 10% и по числу названий, и по тиражам, что существенно не влияет на «равное освещение деятельности политических партий».

Далее в Послании Президент РФ перечисляет десять направлений укрепления демократических институтов на региональном уровне, сформулированных им «по итогам консультаций с представителями общественных организаций и политических партий». Рассмотрим их в порядке, изложенном в этом документе.

Первое — необходимость установления равной численности депутатов органов законодательной власти субъектов Российской Федерации. В качестве примера существующего неравенства приведены Московская городская дума и Народный Хурал Республики Тыва (35 и 162 депутата соответственно). Возникает подозрение, что в Администрации Президента РФ только и ломают головы над тем, в каких бы еще самостоятельных правах ограничить субъекты Федерации. В качестве подтверждения процитируем п. 3 ст. 4 Федерального закона от 06.10.1999 № 184-ФЗ: «Число депутатов законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации устанавливается конституцией (уставом) субъекта Российской Федерации». Вероятно, имелось в виду обеспечение более широкого представительства политических партий в региональных парламентах. А в действительности это число зависит (как наглядно показали выборы 11 октября 2010 г.) не от количества депутатских мест, а от величины заградительного барьера.

Второе — предложение обеспечить всем партиям возможность формировать в региональных парламентах фракции. Во-первых, это очередное покушение на самостоятельность этих парламентов. Во-вторых, в большинстве законодательных собраний это бесполезно. Пример: Московская городская дума, где соотношение единороссов и коммунистов составляет 32:3.

А в тех парламентах, где в депутатский состав прошло более двух партий, необходимо формировать не только фракции, но и партийные блоки, запрещенные сегодня законодательно.

Третье предложение, действительно, направлено на укрепление демократических институтов на региональном уровне. Речь идет о снижении заградительного барьера на выборах этого уровня до 5%. Сегодня, к сожалению, в большинстве субъектов Федерации этот барьер выше. Это же можно сказать и о четвертом предложении — освободить официально зарегистрированные политические партии от сбора подписей для участия в выборах всех уровней. Другое дело, что юридическое оформление этого решения поставит членов списка кандидатов от политических партий в неравное положение с единоличными кандидатами-одномандатниками (в том числе выдвинутыми политическими партиями), что также нарушает конституционное право граждан на равное участие в выборах. Но кто же обращает внимание на такие мелочи!

Пятое предложение посвящено обеспечению участия непарламентских партий в политической жизни региона, а именно обязательному обсуждению их предложений в законодательных собраниях и участию их в работе избирательных комиссий. На наш взгляд, реализация подобных предложений лишает политические партии стимула к участию в выборах. Зачем, если их мнение все равно будет выслушано? Но ведь борьба за власть легальным путем — основная, если не единственная цель политических партий!

Шестое: «пора, наконец, навести порядок с досрочным голосованием на местных выборах» — к этому предложению Президента РФ подтолкнули представители политических партий, избранных в Государственную думу, на встрече 21 октября 2009 г. Речь идет о том, что именно на досрочных голосованиях сегодня допускается наиболее массовая фальсификация итогов выборов. Но причина кроется в недобросовестности членов избирательных комиссий и нежелании политических партий работать с избирателями. На самом деле политические партии должны направлять своих наблюдателей не только на избирательные участки в день официального голосования, но и в комиссии на всем протяжении избирательной кампании. Все остальное зависит от настойчивости и порядочности этих представителей. В противном случае запрет досрочного голосования поставит избирателя перед ложным выбором: либо нарушить свои должностные обязанности и находиться в день голосования в месте регистрации, либо отказаться от важнейшего политического права — участия в выборах, ведь на региональных выборах открепительный талон практического значения не имеет.

Седьмое предложение содержит рекомендацию «во всех субъектах Российской Федерации принять законы о гарантиях равного освещения в СМИ деятельности партий». Может быть, это и разумное предложение, но оно нарушает конституционную норму, гарантирующую свободу массовой информации (ч. 5 ст. 29).

Нельзя не поддержать восьмое предложение о необходимости законодательно закрепить обязательность ежегодных отчетов руководителя исполнительной власти перед местным парламентом. Но при этом не следует забывать, что его кандидатура выдвигалась именно большинством депутатов этого парламента.

В девятом пункте Президент РФ фактически предлагает ввести исключительно пропорциональную систему выборов региональных парламентов. Несмотря на завуалированность этого предложения, очевидно, что власть не желает вхождения независимых депутатов в состав своих представительных органов. Удачный опыт управляемой демократии, полученный на федеральном уровне, когда уход всех депутатов оппозиционных фракций с заседания существенно не влияет на работу Государственной думы, правящая партия стремится перенести на региональный уровень. Этот шаг, на наш взгляд, сделает окончательно бесполезным институт выборов в стране.

Как бы в насмешку, в десятом, завершающем предложении Президент РФ без комментария приводит противоположный вывод, якобы полученный им от журналиста из Ставропольского края: «Современное обустройство избирательного процесса — это часть национальной инфраструктуры России… Нет такого элемента — проседает целое направление жизни человека в России». Как говорится, комментарии излишни…

На наш взгляд, сведение названных элементов в единую мозаику в совокупности с недавним созданием второй проправительственной партии дает безрадостную картину:

— продуманное поэтапное лишение граждан России важных элементов их политических (избирательных) прав;

— устранение даже намека на реальную оппозицию партии власти;

— имитация существования альтернативных выборов, поскольку за власть будут «бороться» две искусственно созданные проправительственные партии[17].

Очевидно, что ни о каком диалоге власти и общества сейчас говорить не приходится. Более того, нередко думают, что провозглашение всяческих свобод и всеобщего избирательного права имеет само по себе некоторую чудесную силу направлять жизнь на новые пути. На самом деле то, что в таких случаях водворяется в жизнь, обычно оказывается не демократией, а олигархией либо анархией (смотря по обороту событий), причем в случае анархии ближайшим этапом политического развития бывают самые сильные и суровые формы демагогического деспотизма[18].

Отдельного анализа требует практика борьбы с коррупцией, атрибутивно присущей любому полицейскому государству. Как это ни странно, коррупция — это позитивное свойство полицейского государства. Когда человек не может решить свой вопрос, защитить свои интересы по закону в силу излишней бюрократизации, антидемократичности или по иным причинам, порожденным правилами полицейского государства, у него остается только один путь решения вопроса: дать взятку чиновнику и таким образом достичь поставленной цели. Если полностью перекрыть этот канал, то недовольство населения будет нарастать и шириться и в итоге приведет к социальному взрыву, который сметет и государство, и нарождающееся гражданское общество.

Правда, в современных условиях России это не грозит, поскольку полностью победить коррупцию наше государство не в силах, так как борется с коррупцией руками самих коррупционеров. На самом деле развитие коррупции надо превратить в управляемый и контролируемый со стороны государства процесс, однако это получится сделать только в условиях создания развитого эффективного гражданского общества, действующего независимо от государства.

Возможно ли это в России? Вопрос очень непростой и не имеющий однозначных решений. С одной стороны, процесс развития полицейского государства в России не был беспрерывным и равномерным. Чиновники, вкусившие незаконных денег за свою профессиональную деятельность, на практике не заинтересованы в реальной борьбе с коррупцией. Не случайно официальная власть в стране вынуждена констатировать, что в условиях активизации борьбы с коррупцией размер взяток в абсолютных цифрах становится все больше. Поэтому коррупционное государство можно рассматривать как переходное от полицейского к демократическому. С другой стороны, победа над коррупцией возможна лишь в условиях перехода России от управляемой демократии к реальной. При этом нет уверенности в том, что правящая элита России к этому готова.

Так или иначе, если в России не найдется лидера, способного заняться строительством (даже восстановлением предусмотренного нормами действующей Конституции РФ) демократического государства, а также развитием взаимосвязанных с ним институтов гражданского общества, страна обречена на дальнейшее отставание в своем развитии, а провозглашенная «модернизация» так и останется на словах.

Сторонники демократии на всех языках повторяют одну и ту же мысль: демократия невозможна без воспитания народа, без поднятия его нравственного уровня[19]. Вспомним замечательные слова П.И. Новгородцева: «Самое дорогое и ценное для всей юридической науки — это доверие к идее права»[20]. Этого доверия сейчас нет. Кто в этом виноват и какое может быть доверие, если Кремль даже не интересует общественное мнение по столь значимому вопросу? Такие темы подлежат всенародному обсуждению. «Во многих странах этот вопрос уже давно решается на основе принципа открытости (транспарентности): сначала законопроекты тщательно обсуждаются в профессиональном сообществе и (публично!) в обществе в целом, затем следуют дискуссии (вместе с независимыми юристами) во фракциях и профильных комиссиях парламента, и только после этого законопроект выносится на общие парламентские дискуссии»[21].

Задача ученых в такой непростой ситуации — открывать дискуссии на актуальные сегодня темы и хотя бы на научном уровне обсуждать проблемы и привлекать к их осмыслению и поиску путей решения специалистов и широкие круги населения.

 

Библиография

1 Подробнее об этом см.: Бельский К.С. Полицейское государство: Учеб. пособие. — М., 2004.

2 См., например, Указ Президента РФ от 06.11.2004 № 1417 «О Совете при Президенте Российской Федерации по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека».

3 См.: Гегель Г.В.Ф. Философия права. — М., 1990. С. 228. Об этом также писал Платон.

4 Там же. С. 330. Гегель здесь использует известную характеристику естественного состояния, предложенную Томасом Гоббсом, которое, по определению последнего, есть «война всех против всех».

5 См.: Поздняков Э.А. Российское гражданское общество. Иллюзии и реальность // Политический класс. 2006. № 22. С. 6—7.

6 Там же.

7 См.: Кельзен Г. Общая теория государства и права. — Кембридж, 1946.

8 См., например: Матузов Н.И. Гражданское общество // Политология. — М., 2002. С. 335.

9 См.: Грудцына Л.Ю. Частная собственность и гражданское общество в России // Адвокат. 2009. № 8.

10 См.: Грудцына Л.Ю. Частная собственность и гражданское общество в России. С. 335—339.

11 Она же. Государство и гражданское общество: Моногр. / Под ред. проф. С.М. Петрова. — М., 2010. С. 62.

12 См.: Федеральный конституционный закон от 26.02.1997 № 1-ФКЗ «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации».

13 См.: Федеральный закон от 04.04.2005 № 32-ФЗ «Об Общественной палате Российской Федерации».

14 Подробнее об этом см.: Грудцына Л.Ю. К вопросу об отмене всенародных выборов губернаторов // Законодательство и экономика. 2004. № 11. С. 3—4.

15 См.: Бондарь Н.С., Джигарян А.А. Конституционная ценность избирательных прав граждан. — М., 2005. С. 165—191.

16 Создана 1 декабря 2001 г. на учредительном съезде общественно-политических объединений «Единство», «Отечество» и «Вся Россия» как Всероссийская политическая партия «Единство и Отечество — Единая Россия». С 18 ноября 2008 г. называется «Единая Россия».

17 См.: Грудцына Л.Ю. К вопросу об отмене всенародных выборов губернаторов. С. 3—4.

18 См.: Новгородцев П.И. Демократия на распутье // Новгородцев П.И. Об общественном идеале. — М., 1991. С. 548.

19 См., например: Gustav Steffen, Das Problem der Demokratie, Jena, 1912. SS. 97, 110, 113; Gradnauerr, Sicherung und Ausbau der Demokratie // Das Programm der Sozialdemokratie. Berlin, 1920. S. 75; Guy-Grand, La Democratie et l’apres guerre. Paris, 1922. P. 265; Hearnschaw, Democracy at the Crossways. London, 1919. P. 69; Bryce, Modern Democracies, London, 1921, v. 1, ch. VIII.

20 Новгородцев П.И. Указ. раб. С. 549.

21 Там же. С. 550.