В 2010 году исполняется 145 лет со дня возникновения института судебных приставов России. Этот институт государственной власти был создан благодаря судебной реформе 1864 года, инициатором которой стал Александр II. 19 октября (1 ноября по новому стилю) 1865 г. законы, подписанные императором, вступили в силу. 
 
С восхождением на царство Александра II произошло оживление работ по судебной реформе. Уже в 1857 г. граф Блудов решительно высказался за необходимость не частичных улучшений судопроизводства, а коренных его изменений. В 1857 — 1860 гг. им были составлены подготовительные проекты будущих уставов «сообразно требованиям непреложных начал юридической науки».
После предварительного рассмотрения этих подготовительных проектов в Государственном совете было решено получить заключение практиков. Анализ поступивших из разных концов России практических замечаний на составленные Блудовым проекты будущих уставов и разработка основных начал реформы были поручены Государственной канцелярии вместе с прикомандированными к ней юристами, виднейшими представителями правовой науки, в числе которых были Н.А. Буцковский, Н.И. Стояновский, К.П. Победоносцев и др., чья деятельность затем была отражена в замечательной книге А.Ф. Кони «Отцы и дети судебной реформы: к пятидесятилетию Судебных Уставов». <...>
Выработанные Государственной канцелярией «Главные начала» в апреле — июле 1862 года были рассмотрены соединенными департаментами Государственного совета, а затем — Общим собранием Государственного совета с участием ученых юристов и практиков.
Выработанный таким образом проект Основных положений преобразования судебной части после утверждения его 29 сентября 1862 г. императором был опубликован для всеобщего и всестороннего обсуждения.
В ходе анализа значительного количества отзывов, замечаний и предложений с мест к осени 1863 года были составлены окончательные проекты Уставов, которые сопровождались  обширными (по полторы тысячи и более страниц) объяснительными записками.
Представленные в таком виде осенью 1863 года проекты поступили на заключение II отделения Государственной канцелярии и министра юстиции. Последний не только сам предоставил весьма ценные замечания, составившие целый том в 500 страниц, но потребовал еще замечаний на проекты от сенаторов и обер-прокуроров.
В декабре 1863 года проекты Судебных Уставов вместе с поступившими многочисленными замечаниями снова были обсуждены в Государственном совете при участии практически всего цвета отечественной юстиции, как ученых, так и практиков.
В первой части Уставов отмечалось, что  «новые законы истекают не от произвола, а от начал истины и справедливости, в той степени, в какой они выработаны наукою и опытом». При этом зарубежные опыт и достижения использовались не путем механического перенесения их в Россию, но исключительно творчески и критически, с учетом всех особенностей отечественной действительности. Это признавали и виднейшие отечественные правоведы А.Ф. Кони, И.Я. Фойницкий, Вл. Случевский, и ученые Запада.
Александр II в своем знаменитом Указе Правительствующему Сенату 20 ноября 1864 г. в кратких, но сильных выражениях охарактеризовал их сущность: «Рассмотрев сии проекты, Мы находим, что они вполне соответствуют желанию Нашему водворить в России суд скорый, правый, милостивый, равный для всех подданных Наших, возвысить судебную власть, дать ей надлежащую самостоятельность и вообще утвердить в народе то уважение к закону, без коего невозможно общественное благосостояние и которое должно быть постоянным руководителем всех и каждого от высшего до низшего».
После систематизации огромного массива материалов, аккумулирующих опыт подготовки и проведения судебной реформы 1864 года, из них было составлено 74-томное «Дело о преобразовании судебной части в России», на основе которого появилось издание четырех Уставов:  Учреждение судебных установлений (далее — УСУ), Устав о наказаниях, налагаемых мировым судьей, Устав уголовного судопроизводства и Устав гражданского производства.
Вопросы, связанные с правовым статусом судебных приставов, были регламентированы УСУ (раздел девятый, глава первая).
В соответствии с УСУ судебные приставы состояли при мировых судьях, окружных судах, судебных палатах и кассационных департаментах Сената. Численность их определялась индивидуально для каждого суда и утверждалась министром юстиции Российской империи. Судебный пристав окружного суда,  согласно «Табели о рангах», имел чин VIII класса и титуловался «Ваше высокоблагородие». Судебные приставы судебных палат и кассационных департаментов Сената имели чин X класса и титуловались «Ваше благородие».
Кандидаты на должность судебного пристава при окружных судах и судебных палатах избирались председателями этих судебных органов, а при кассационных департаментах Сената — обер-прокурорами; утверждение их в должности  происходило только после прохождения испытания в течение года с момента начала исполнения обязанностей. 
Денежное содержание судебных приставов в сравнении с другими должностными лицами судебных органов было невелико: ежегодное содержание судебного пристава при окружном суде, кассационном департаменте Сената и при судебной палате  устанавливалось в размере 600 рублей. Для сравнения: такое же денежное содержание было только у помощника секретаря окружного суда. 
Кроме денежного содержания, устанавливаемого государством, все судебные приставы дополнительно получали за исполнение своих обязанностей денежное вознаграждение, которое взыскивалось с должника и распределялось между приставами «соразмерно их трудам и местным обстоятельствам, по усмотрению судебных палат, а там, где будут образованы советы судебных приставов, по распоряжению сих советов».
При поступлении на службу судебные приставы принимали присягу по утвержденной форме. К ней они приводились духовным лицом их вероисповедания на общем собрании департамента или отделения судебного органа, к которому они были прикреплены. Поступившему на службу приставу выдавались соответствующее свидетельство  с указанием местности, назначенной ему для жительства, особый знак и особая печать.
Обязательным условием допуска судебного пристава к исполнению своих обязанностей являлось внесение денежного залога. В статье 302 УСУ указывалось, что это делается в целях возмещения убытков, которые могут возникнуть в результате неправильных действий пристава. Если неправильными противозаконными действиями судебного пристава при исполнении им служебных обязанностей кому-либо причинялись убытки, то, независимо от ответственности в дисциплинарном или уголовном порядке, вознаграждение за эти убытки производилось по судебному решению из представленного приставом залога. Если залога оказывалось недостаточно, то недостающая часть взыскивалась из «всякого иного имущества виновного» (ст. 331).
Сумма залога для каждого судебного округа устанавливалась по представлению министра юстиции в законодательном порядком. Так, в 1866 году в Петербургском и Московском судебных округов размер залога составил 600 рублей. В дальнейшем эта норма была распространена на другие округа. В некоторых губерниях сумма залога была меньше. Так, в Ставропольской  губернии и на Кавказе она составляла 200 рублей. В отдельных местностях (Архангельской, Вологодской губерниях, в Сибири, Средней Азии) залог вообще не требовался, поскольку лиц, отвечавших всем требованиям к судебному приставу,
не хватало, а необходимость внесения залога только усугубляла бы дефицит кадров.
Интересно, что судебным приставам каждого округа судебной палаты предоставлялась возможность избрать из своей среды совет судебных приставов, состоящий из старшины совета и членов. В полномочия совета судебных приставов входило наблюдение за действиями судебных приставов по исполнению служебных обязанностей; разрешение возникающих между ними жалоб и споров; рассмотрение обращаемых к совету жалоб частных лиц на действия судебных приставов и т.д.
В тех судебных округах, где были образованы советы судебных приставов, общему собранию приставов округа дозволялось просить судебную палату о возвращении внесенных ими залогов и разрешении образовать товарищество судебных приставов с круговою порукою в возмещении убытков, причиненных кем-либо из них при исполнении своих служебных обязанностей.
Так было положено начало институту судебных приставов, утраченному в 1917 году и возрожденному в 1997 году.