Ю.Н. АНДРЕЕВ,

доктор юридических наук, судья Воронежского областного суда

 

Рецензия на:  К.И. Забоев. Правовые и философские аспекты гражданско-правового договора. — СПб., 2003. —276 с.

 

Научная работа кандидата юридических наук К.И. Забоева «Правовые и философские аспекты гражданско-правового договора» вызывает в целом хорошее впечатление и является достойным вкладом ученого в развитие отечественной цивилистической мысли по проблемам гражданско-правового договора. Однако отдельные выводы, сделанные Константином Игоревичем в параграфе «Соотношение гражданско-правового договора с трудовым договором», нуждаются, на наш взгляд, в дополнительном научном анализе и всесторонней оценке, особенно по вопросам соотношения трудового договора и гражданско-правового договора возмездного оказания услуг.

По мнению К.И. Забоева, вышеназванные договоры идентичны и отличаются только наличием в трудовом договоре физического лица, которое выступает исполнителем деятельности, являющейся предметом договора. В отличие от трудового договора сторонами гражданско-правового договора по оказанию возмездных услуг могут быть как физические, так и юридические лица. Автор полагает, что «нет формального отличия между определенной деятельностью и работой по определенной трудовой функции, и, следовательно, нет запрета тождественности предметов трудового договора и гражданско-правового договора возмездного оказания услуг» (с. 41).

Представляется, что такой вывод не соответствует правовому анализу содержания ст. 779 ГК РФ и ст. 56 Трудового кодекса РФ, а также иным источникам российского гражданского и трудового права.

В соответствии со ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (п. 1). Если же учесть положения ст. 56 ТК РФ, то можно дать следующее определение трудового договора: «Трудовой договор есть соглашение между работником и работодателем, в силу которого работник, включаясь в хозяйственную сферу работодателя, принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, а работодатель обязуется предоставить работу по обусловленной трудовой функции, своевременно и в полном объеме выплачивать работнику заработную плату и обеспечивать выполнение других условий труда, вытекающих из трудового законодательства, коллективного договора (соглашения) и соглашения сторон»[1].

Сам законодатель расшифровывает в п. 2 ст. 779 ГК РФ понятие услуг как совершение определенных действий или осуществление определенной деятельности, перечисляя при этом услуги связи, медицинские, ветеринарные, аудиторские, консультационные, информационные, услуги по обучению, туристическому обслуживанию и иные, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40—41, 44—47, 49, 51, 53 ГК РФ.

Даже если попытаться дать элементарное грамматическое, систематическое и логическое толкование приведенных выше терминов «услуги», «совершение определенных действий», «осуществление определенной деятельности» в контексте содержания оказываемых услуг, то можно с полной уверенностью сказать, что выполнение работы по определенной трудовой функции не является понятием, идентичным понятию «совершение определенных действий» типа оказания медицинских, ветеринарных, аудиторских и иных услуг, перечисленных в п. 2 ст. 779 ГК РФ. Осуществление трудовой функции в рамках трудового договора имеет, как правило, длящийся характер, т.е. продолжается зачастую в течение многих лет, а может быть и в течение всей трудовой жизни работника, в то время как исполнение перечисленных в п. 2 ст. 779 ГК РФ услуг происходит в течение небольшого периода времени, необходимого, например, для реализации медицинской, консультационной, аудиторской, правовой или иной помощи тому или иному физическому (юридическому) лицу-заказчику по договору возмездного оказания услуг. С выполнением единовременного заказа заказчика, т.е. с осуществлением каких-либо одномоментных действий, заранее известных операций (манипуляций), требующих специальных познаний, навыков и даже порой лицензионного разрешения, в соответствии с условиями договора действие договора по возмездному оказанию той или иной услуги прекращается в виду его исполнения, после чего заказчик оплачивает оказанную услугу, как правило, в виде единовременной денежной суммы.

Иными словами, для процесса оказания гражданско-правовых услуг характерна именно «моментальная потребляемость услуг», когда между предъявлением заказа, его осуществлением и получением результата (предоставлением услуги) проходит небольшой период (см., например: Степанов Д. Услуги как объект гражданских прав. // КонсультантПлюс). При этом участниками договора возмездного оказания услуг могут быть как физические, так и юридические лица, если иное не предусмотрено законом или не вытекает из характера услуги (в роли исполнителя зачастую выступает коллективный или индивидуальный предприниматель, чего не наблюдается в трудовом праве), в то время как работодателем (заказчиком) в трудовом договоре обычно выступает юридическое лицо (коммерческая или некоммерческая организация), органы государственного (муниципального) управления, реже — индивидуальный предприниматель, а исполнителем работы — физическое лицо.

Напротив, выполнение работником каких-либо действий, входящих в предмет его трудовой деятельности, в понятие его трудовых обязанностей и трудовой функции, не влечет за собой прекращение трудового договора и представляет собой длящийся процесс. Трудовой договор не теряет своего значения с выполнением тех или иных действий в течение какого-то отдельно взятого периода (дня, недели, месяца, года и т.д.), и работник продолжает выполнять все новые и новые действия по осуществлению своей трудовой функции в течение всего срока действия трудового договора, заключаемого, как правило, на неопределенный срок или на срок не более 5 лет (ст. 58 ТК РФ).

Само понятие «услуга» вовсе не означает обязательного результата оказания услуги в виде достижения овеществленного предмета: целью оказания услуги может быть дача юридической консультации клиенту-заказчику, лечение больного, проведение аудиторской проверки и т.д. Безусловно, предоставление некоторых видов современных гражданско-правовых услуг заканчивается иногда вещественным результатом (предоставление транспорта, почтовых отправлений, протезирование и т.п.)[2]. Однако эти исключения не влияют на общую правовую природу гражданско-правового договора оказания возмездных услуг.

Для результатов же ежедневной (еженедельной, ежемесячной и т.д.) трудовой деятельности работника в рамках трудового договора характерно ежедневное (и т.д.) достижение именно вещественного результата его регулярного труда в виде изготовленной детали, продукции, товаров и т.п. Зачастую в производственной жизни овеществленный результат труда того или иного работника может быть и не виден, но он заметен на фоне коллективного труда многих работников цеха, завода, корпорации в условиях разделения труда, специализации производства и иных сфер человеческой деятельности.

Сказать, что работник, заключая с работодателем трудовой договор, оказывает услугу последнему, довольно трудно, так же как не просто сделать вывод о том, что работодатель, принимая работника на работу, оказывает последнему такого же рода услугу. Причиной заключения работником трудового договора с работодателем является стремление нуждающегося в трудоустройстве человека продать на рынке труда свою способность к труду, осуществлять стабильную трудовую деятельность в течение всего трудоспособного периода своей жизни в целях обеспечения себя и членов своей семьи достойным денежным содержанием для удовлетворения своих жизненных потребностей.

В отличие от гражданско-правового договора по оказанию услуги, при котором исполнитель работы (физическое или юридическое лицо) может перепоручить ее выполнение другому лицу, работник не вправе возлагать исполнение своей трудовой функции на другое лицо — он должен выполнять возложенные на него функции своим личным физическим и интеллектуальным трудом, лично реализовывать принадлежащую ему фактическую способность к труду и весь комплекс связанных с ней субъективных трудовых прав и обязанностей. Получается, что, в противоположность исполнителю, оказывающему услугу заказчику по гражданско-правовому договору, стороной, оказывающей услугу по трудовому договору, является заказчик (работодатель), принявший работника на работу, поручивший ему определенную работу по специальности и обязавшийся выплачивать такому работнику заработную плату на определенных условиях при наличии свободной армии труда.

Безусловно, выполняя производственные задания работодателя (нанимателя) и оказывая помощь в осуществлении бизнес-планов последнего, работник в какой-то мере также оказывает услугу своему контрагенту по трудовому договору. Но длящаяся (в течение всего действия трудового договора) продажа работодателю своей способности к труду ради жизненного существования (а не ради извлечения предпринимательской прибыли, как это зачастую имеет место в гражданско-правовых отношениях) не имеет доминирующего, всеохватывающего характера. Скорее всего можно говорить о взаимном удовлетворении сторонами трудового договора своих материальных и социальных потребностей путем взаимного оказания друг другу услуг и исполнения условий трудового договора. Однако, как уже отмечалось, выполнение работником возложенной на него трудовой функции в рамках трудового договора весьма отдаленно напоминает признаки предоставления услуг. Работодатель не заказывает услугу своему работнику, а покупает его способность работать на условиях трудового, а не гражданско-правового договора.

Аналогично можно рассуждать и по поводу термина «осуществить определенную деятельность», приведенного в упомянутом п. 1 ст. 779 ГК РФ при раскрытии термина «услуги». Законодатель вовсе не случайно использует именно этот термин, а не словосочетание «осуществлять определенную деятельность». «Осуществить определенную деятельность» означает, на наш взгляд, совокупность каких-либо определенных действий, совершенных в течение небольшого периода времени по заказу заинтересованной стороны гражданско-правового договора для достижения какой либо цели заказчика, когда вторая сторона договора — исполнитель, будучи самостоятельным субъектом гражданско-правовых отношений, на свой страх и риск, осуществляет эту деятельность в сфере обозначенных законодателем в п. 2 ст. 779 ГК РФ видов деятельности — по оказанию услуг связи, медицинских, информационных и т.д., а заказчик принимает от исполнителя результаты услуги (в вещественном или невещественном виде) и оплачивает их (возможно — в виде единовременного вознаграждения, а не путем регулярной выплаты заработной платы).

Перед работником как стороной трудового договора стоит задача не «осуществить определенную деятельность», а именно «осуществлять определенную деятельность» — трудовую функцию — в течение всего длительного срока действия трудового договора. Осуществлять определенную деятельность, на наш взгляд, — это производить множество действий в течение длительного периода, причем эти действия могут быть самыми разнообразными. Иными словами, термин «осуществлять определенную деятельность» акцентирует внимание, делает смысловое ударение на процесс, а не на результат процесса. Заказчику по гражданско-правовому договору оказания услуги важен сиюминутный результат предоставления (оказания) услуги, в то время как работник выполняет трудовую функцию, осуществляет трудовую деятельность постоянно, в течение многих лет (причем характер этой деятельности может меняться в предусмотренных законом случаях), находясь на определенном рабочем месте, выполняя указания работодателя, правила внутреннего трудового распорядка, подчиняясь трудовой и производственной дисциплине, регулярно получая ежемесячную заработную плату и рассчитывая на создание работодателем надлежащих для него условий труда, соблюдение техники безопасности, охраны труда, выполнение обязанностей по социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, имея определенный специфический набор трудовых прав и гарантий, предусмотренных источниками трудового законодательства, включая право на возмещение вреда работнику, причиненного работодателем, право на индивидуальные и коллективные трудовые споры, право на забастовку и т.д.

В связи с изложенным предложение К.И. Забоева заменять применительно к трудовому договору термин «работа» термином «услуга» представляется неверным (указ. соч. С. 40). Согласно ст. 128 ГК РФ работы (в гражданско-правовом понимании) и услуги входят в перечень самостоятельных объектов гражданских прав, и смешивать эти понятия не следует даже с точки зрения теории гражданского права.

Автор исследуемой монографии полагает, что такие отличительные признаки, как «подчиненность», «зависимость», «несамостоятельность» работника как стороны трудового договора, не являются в настоящее время признаками, отграничивающими трудовой договор от любого гражданско-правового договора, ибо, на его взгляд, исполнитель любого гражданско-правового договора, предметом которого является деятельность или услуги, также связан условиями договора и своими обязанностями по этому договору (указ. соч. С. 39).

Представляется, что К.И. Забоев забывает о таком существенном признаке трудового договора, как необходимость работника подчиняться в течение всего трудового процесса правилам внутреннего трудового распорядка, утвержденного работодателем, выполнять работу по определенной трудовой функции. И, что самое главное, труд работника (несмотря на появление акционерных и иных хозяйственных обществ, производственных кооперативов) продолжает оставаться несамостоятельным, зависимым от работодателя: последний сам решает вопросы труда и производства, устанавливает режим труда и отдыха, принимает меры дисциплинарной и материальной ответственности (вплоть до увольнения с работы), самостоятельно распределяет результаты труда подчиненных и т.д. Нельзя упускать из виду такие немаловажные элементы зависимости работника от работодателя, как экономические, производственные, организационные, управленческие, социальные факторы любого труда с участием более одного человека (коллективного труда), когда в силу объективных причин возникает необходимость подчинения работника воле организатора производства, труда, не говоря уже о современной проблеме трудоустройства при наличии безработицы.

В силу ст. 1 ГК РФ между участниками гражданско-правовых отношений нет признаков субординации, подчинения: они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе гражданско-правового договора, равны, автономны, чего нельзя сказать об участниках трудовых правоотношений. Угроза нести гражданско-правовую ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязанностей по договору возмездного оказания услуг, на которую ссылается автор исследуемой монографии в подтверждение своего тезиса о тождественности трудового договора и договора оказания услуг, еще не свидетельствует о зависимости исполнителя заказа от заказчика. Обе стороны гражданско-правового договора зависят не от личности заказчика, а от условий договора и от поведения обеих сторон.

Даже такой известный российский цивилист, как М.И. Брагинский, утверждающий, что «воссоединение в будущем трудового договора с гражданским, как в целом трудового права с гражданским, стало бы одним из важных шагов на пути формирования подлинного частного права», обоснованно отмечает, что остается «несомненно присущий трудовому договору признак, смысл которого усматривается в “подчиненности”, “зависимости”, “несамостоятельности” исполнителя (работника)»[3].

Не видеть принципиальных различий между трудовым процессом, осуществляемым в рамках трудового договора, и механизмом оказания услуг на основе гражданско-правового договора означает не понимать элементарных азов экономической теории, основ управления по вопросам организации труда и производства, смешивать принципиально различные по содержанию и положению два самостоятельных правовых института, входящих в систему российского законодательства, — трудового договора и гражданско-правового договора возмездного оказания услуг, бесспорно относящихся к различным отраслям права.

Трудовое право как ярчайший образец частно-публичного права, выполняя социально-правовые функции по защите конституционно-трудовых прав работников как слабой (незащищенной) стороны трудового договора, не может превратиться в отрасль частного права и функционировать без обоснованного вмешательства государства в трудовые отношения с помощью императивных норм (конечно, если само государство имеет такую политическую волю).

Безусловно, с развитием товарно-денежных отношений в стране, с признанием рабочей силы специфическим товаром, с повышением роли индивидуальных и коллективных трудовых договоров, с усилением фактора собственности в мотивации труда, с появлением свободы в распоряжении своими способностями к труду и результатами своего труда, в выборе договорных условий труда, с неотложной необходимостью активизировать производственную деятельность, повысить производительность труда, создать нормальные условия труда для самого работника, сохранить его здоровье появилась жизненная потребность использовать правовые рычаги и механизмы гражданского законодательства как классической отрасли законодательства, от которого отпочковалось в свое время трудовое законодательство. Но делать это, на наш взгляд, следует не путем ликвидации трудового права в России, ухудшения положения работника и субсидиарного применения норм гражданского законодательства (на последнем настаивает К.И. Забоев), а посредством совершенствования договорных и иных норм в самом трудовом праве с ее специфическим предметом и методом правового регулирования. Само трудовое право обладает оригинальным набором правовых средств по защите законных трудовых прав, по урегулированию трудовых споров, вопросов ответственности, прав и обязанностей и т.п., и слияние трудового права с гражданским явилось бы шагом назад по сравнению с его историческим отечественным и мировым опытом.

Реализация теоретического предложения К.И. Забоева по поводу нивелирования трудового договора и гражданско-правового договора по возмездному оказанию услуг, а вместе с этим трудового права и гражданского права будет способствовать еще большему ухудшению правового положения работников в нашей стране, но уже с помощью молодых юристов, вдохновленных бурным развитием гражданского законодательства, торгово-рыночных отношений и неудачными положениями действующего Трудового кодекса РФ, направленного в большей мере на защиту интересов работодателя.

Интересно, что и сам Константин Игоревич, предлагающий признать тождественность трудового договора и гражданско-правового договора возмездного оказания услуг, резонно замечает в своей работе, что «трудовой договор, регулируемый трудовым законодательством, в большей степени гарантирует защиту экономически более слабой стороны по договору, которой является гражданин» (указ. соч. С. 41, 51).

Ошибочны, по нашему мнению, и рассуждения автора философско-правовой работы относительно того, что «трудовой договор отличается от гражданско-правового договора так же, как и публичный договор бытового подряда отличается от гражданско-правового договора подряда вообще» (указ. соч. С. 43—44).

Трудовой договор не относится и не может быть отнесен к числу публичных договоров, так как он не наделен признаками публичного договора, перечисленными в ст. 426 ГК РФ. Согласно этой статье роль сильной стороны в публичном договоре играет коммерческая организация, осуществляющая продажу товаров, оказывающая услуги, выполняющая работы (в гражданско-правовом понимании) в пользу слабой стороны (физического лица) — потребителя. По трудовому же договору исполнителем работ является слабая сторона договора — работник, и работодателями могут быть не только коммерческая, но и некоммерческая организация, а также органы государственного (муниципального) управления.

Трудно понять, почему же для К.И. Забоева такой правовой институт трудового права, как трудовой договор, является частью более общего гражданско-правового договора — инструмента гражданского права. Правда, сделав свой вывод, автор тут же поправляет себя, отмечая, что трудовой договор не может являться публичным, а его вывод будет правомерным только после окончательного объединения гражданского и трудового права (с. 44). В силу ст. 783 ГК РФ к договору возмездного оказания услуг, в отличие от трудового договора, могут применяться общие положения о подряде (ст. 702—729) и положения о бытовом подряде (ст. 730—739), если они не противоречат нормам главы 39, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Договор подряда также отличается от трудового договора. Подрядный договор имеет своим предметом не труд как таковой, а его результат[4]. Он охватывает время, необходимое для получения указанных в договоре результатов, в то время как трудовой договор не предполагает ограничения отношений сторон во времени, опосредуя трудовую деятельность[5].

Общеизвестно, что в римском праве различались три отдельных вида договоров найма: а) наем вещи (locatio conductio rerum), б) наем услуг (locatio conductio operarum), в) наем работы или подряд (locatio conductio operis)[6]. Несколько отличается трудовой договор от гражданско-правового договора возмездного оказания услуг и по вопросам содержания прав и обязанностей сторон, заключения, изменения и прекращения договора, ответственности сторон за неисполнение обязательств. Так, например, ГК РФ предоставляет особую защиту заказчику: в силу ст. 782 последний вправе отказаться от исполнения договора при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, в то время как исполнитель, отказавшийся от исполнения договорных обязательств, обязан возместить убытки в полном объеме[7]. Как уже отмечалось, трудовое право направлено на усиленную защиту законных прав и интересов работника, а не работодателя-заказчика.

Таким образом, вынося на обсуждение тезис о тождественности трудового договора и гражданско-правового договора возмездного оказания услуг, автору монографии следовало бы привести убедительные доводы своих выводов по этому вопросу, а поскольку он этого не сделал, его работа, к сожалению, в какой-то степени утратила свою привлекательность и научную обоснованность.

 

Библиография

1 Трудовое право России. Учебник / Под ред. С.П. Маврина, Е.Б. Хохлова. — М., 2002. С. 261.

2 См., напр.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй / Под ред. Т.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина. — М., 2003. С. 552.

3 Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. — М, 1997. С. 24, 237.

4 См.: Трудовое право /Под ред. А.С. Пашкова. — СПб., 1994. С. 121.

5 См. подробнее: Иоффе О.С. Обязательственное право. — М., 1975. С. 912.

6 См. подробнее: Курс российского трудового права. В 3 т. Т. 1. Общая часть / Под ред. Е.Е. Хохлова. — СПб., 1996. С. 17; Римское частное право: Учебник / Под ред. И.Б. Новицкого и И.С. Перетерского. — М., 1998. С. 419.

7 См. подробнее: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. Кн. 3. Договоры о выполнении работ и оказании услуг. — М., 2002. С. 243.