УДК 343.79 

Страницы в журнале: 120-125

 

А.О. ДАЛГАТОВА,

кандидат юридических наук, зав. кафедрой государственно-правовых дисциплин Дагестанского государственного института народного хозяйства e-mail: dalgatova_aida@mail.ru

 

Анализируются признаки объективной стороны злоупотребления полномочиями в коммерческой или иной организации. Формулируются предложения по совершенствованию рассматриваемой уголовно-правовой нормы и практики ее применения.

Ключевые слова: состав преступления, объективная сторона преступления, злоупотребление полномочиями в коммерческой или иной организации, совершенствование уголовного законодательства.

 

Some features of the objective party of abusing by powers in commercial or other organization

 

Dalgatova А.

 

Signs of the objective party of abusing by powers in commercial or other organization are analyzed. Offers on perfection considered criminally-rule of law and practice of its application are formulated.

Keywords: crime structure, the objective party of a crime, abusing powers in commercial or other organization, perfection of the criminal legislation.

 

Объективная сторона, являясь обязательным элементом состава преступления, представляет собой процесс общественно опасного и противоправного посягательства на охраняемые законом интересы, рассматриваемый с его внешней стороны, с точки зрения последовательного развития тех событий и явлений, которые начинаются с преступного действия (бездействия) субъекта и заканчиваются наступлением преступного результата[1].

Объективная сторона злоупотребления полномочиями в коммерческой и иной организации заключается в служебном злоупотреблении, т. е. в использовании лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой организации, если это деяние повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства. Таким образом, состав ст. 201 УК РФ сформулирован законодателем как материальный.

Как пишет С.В. Максимов, «под использованием лицом, выполняющим в коммерческой или иной организации управленческие функции, своих полномочий понимается деяние (действие или акт бездействия), выражающееся в применении (или уклонении от применения) возложенных на данное лицо обязанностей или предоставленных ему прав по управлению имуществом и (или) работой персонала общества, вытекающих из закона или иного нормативного акта и (или) не противоречащих им договора (контракта), приказа или распоряжения»[2]. Данное определение, на наш взгляд, дает лишь внутреннюю направленность деяния, связанного со злоупотреблениями полномочиями, т. е. не учитывает интересы сторонних субъектов, чьи права также могут быть нарушены в ходе преступного злоупотребления.

Объективная сторона состава злоупотребления полномочиями складывается из злоупотреблений полномочиями в отношении имущества, работы персонала либо людей, не находящихся в подчинении лица, злоупотребляющего полномочиями. Действия виновного могут быть направлены как вовнутрь организации (управление персоналом; имущественные интересы самой организации, в которой лицо осуществляет управленческие полномочия), так и вовне (на третьих лиц и их имущественные интересы). Нам близка позиция Б.В. Волженкина, полагающего, что положение об использовании лицом своих полномочий вопреки законам в коммерческой или иной организации следует понимать достаточно широко: как действие (бездействие), сопряженное с преступлением закона. Действие служащего, связанное с нарушением правовых норм, нельзя считать совершенным в законных интересах организации, даже если оно принесло этой организации какую-либо выгоду, например материальную[3].

На наш взгляд, деяние в рассматриваемом составе характеризуется как действием, совершаемым в пределах полномочий организационно-распорядительного или административно-хозяйственного характера, так и бездействием, когда не осуществляются необходимые действия управленческого характера, выполнить которые лицо было обязано согласно своему служебному положению. Сходной позиции придерживаются В.В. Голубев[4], С.С. Черебедов[5] и иные авторы[6], полагая, что деяние, предусмотренное ст. 201 УК РФ, может быть выражено как в действии, так и в бездействии, поскольку само использование виновным лицом предоставленных ему полномочий, помимо активных действий, предполагает возможность в форме пассивного неисполнения непосредственных обязанностей по службе.

Говоря о признаках объективной стороны, необходимо рассмотреть составляющие его элементы, к которым относится прежде всего понятие «использование служебных полномочий». Общепризнанное его толкование в науке гласит: выполнение лицом таких действий, которые обусловлены исключительно его служебной компетенцией, связаны с осуществлением его полномочий и вытекают из них[7].

На наш взгляд, следует согласиться с мнением Н.А. Лопашенко, которая под использованием служебного полномочия понимает совершение лицом тех действий, которые оно могло совершить как лицо, наделенное определенными правами и обязанностями по службе, полномочиями по управлению организацией. При этом лицо действует во вред организации и ее законным интересам (вопреки законным интересам), нарушает положения учредительных документов организации (устава, учредительного договора и т. д.) и (или) заключенного между организацией и виновным договора[8].

Из вышеизложенного вытекает логически обоснованное умозаключение о том, что лицо, выполняющее в коммерческой или иной организации управленческие функции, для их реализации наделяется определенной совокупностью прав и обязанностей, составляющих его полномочия.

Весьма уместным представляется подход А.Э. Жалинского в отношении данного вопроса, согласно которому «использование считается состоявшимся при появлении причинной связи между правовыми и фактическими возможностями, предоставленными им [лицам, выполняющим управленческие функции] в связи с выполнением управленческих функций»[9]. Правовые возможности лица, выполняющего управленческие функции, определяются законами, уставными документами организации, инструкциями, функциональными обязанностями, приказами, распоряжениями и иными документами, определяющими направление деятельности управляющего и те права и обязанности, которыми он наделяется для их реализации. Фактические возможности устанавливаются наличием трудовых, материальных, технических ресурсов, необходимых для реализации принятого решения и контроля за его осуществлением[10].

Выражая солидарность с позицией А.Э. Жалинского, можно сказать, что анализ правовых возможностей свидетельствует о содержании прав и обязанностей, составляющих совокупность полномочий субъекта, а фактические возможности представляют собой обязательный элемент их обеспечения.

Необходимо различать использование служебных полномочий и использование служебного положения. По мнению одних криминалистов, при использовании служебного положения должностным лицом осуществляются действия в рамках своих прав и обязанностей. Вне связи со служебными обязанностями состав должностного злоупотребления отсутствует[11].

Другая точка зрения основывается на том, что злоупотребления по службе могут выражаться и в действиях, не связанных с прямым нарушением обязанностей по службе, но совершенных с использованием служебного положения в широком смысле, например, служебных связей, авторитета[12].

Так, Б.В. Здравомыслов определял это положение следующим образом: «Под использованием должностным лицом своего служебного положения понимается: а) совершение деяния в пределах круга полномочий, вытекающих из занимаемой должности, и б) совершение деяния хотя бы и вне связи с выполнением (невыполнением) обязанностей по службе, но с использованием своего служебного положения в широком смысле»[13].

Виновный использует, например, авторитет, престижность звена государственного аппарата, в котором он работает, либо право контроля над находящимся в его ведении отделом, комиссией и т. п.[14] Это было справедливо в отношении злоупотребления служебным положением, поскольку служебное положение трактовалось как раз как некое состояние лица, способного повлиять на положительное решение вопросов во всей системе аппарата управления.

Представляется необходимым отметить позицию А.Я. Светлова, согласно которой под использованием служебного положения следует понимать: совершение деяний как в пределах служебной компетенции лица, так и за ее рамками; ситуацию, когда действия (бездействие) непосредственно не связаны с обязанностями виновного по службе, а основаны на его авторитете, связях; осуществление деяний, выходящих за пределы компетенции виновного[15].

Спор о содержании рассматриваемого понятия не утратил своего значения и в настоящее время. Так, А.В. Шнитенков считает, что «более суровая ответственность должна предусматриваться за использование своих служебных полномочий, а не положения, поскольку последнее понятие не имеет четкого содержания, а потому неоднозначно трактуется в юридической литературе и судебной практике»[16]. Поскольку в УК РФ законодатель говорит о совершении преступления с использованием как служебного положения, так и своих полномочий, правильное установление их соотношения будет иметь важное юридическое значение.

По нашему мнению, именно понятие «использование служебных полномочий» может включать в себя все аспекты самого преступления.

Для решения данного вопроса можно обратиться к разъяснениям ВС РФ. Так, п. 15 постановления Пленума ВС РФ от 16.10.2009 № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» определяет: «Под использованием должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы... следует понимать совершение таких деяний, которые хотя и были непосредственно связаны с осуществлением должностным лицом своих прав и обязанностей, однако не вызывались служебной необходимостью и объективно противоречили как общим задачам и требованиям, предъявляемым к государственному аппарату и аппарату органов местного самоуправления, так и тем целям и задачам, для достижения которых должностное лицо было наделено соответствующими должностными полномочиями»[17]. Пленум ВС РФ в своем постановлении от 10.02.2000 № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» указал, что «под должностным положением, способствующим совершению определенных действий в пользу взяткодателя со стороны… должностных лиц, следует… понимать значимость и авторитет занимаемой должности, нахождение в подчинении иных должностных лиц, в отношении которых осуществляется руководство со стороны взяткополучателя. При этом… следует иметь в виду, что использование личных отношений, если они не связаны с занимаемой должностью, не может рассматриваться как использование должностного положения»[18]. При тщательном рассмотрении оказывается: использование служебных полномочий — это совершение таких деяний, которые хотя и были непосредственно связаны с осуществлением должностным лицом своих прав и обязанностей, однако не вызывались служебной необходимостью и объективно противоречили всем требованиям, а под использованием служебного положения понимается использование значимости и авторитета занимаемой должности, выгод и преимуществ, связанных с ней. Считаем, что понятие «использование служебных полномочий» имеет ограниченное содержание по отношению к термину «злоупотребление полномочиями».

Кроме того, вред законным интересам службы можно причинить лишь посредством использования полномочий вопреки целям и задачам данной службы.

С указанной позицией согласен Т.А. Ашурбеков, по мнению которого в значительной части хозяйствующих субъектов лица, занимающиеся управленческими функциями, не выполняют обязательства перед партнерами, государством, неудовлетворительно ведут бухгалтерский учет, скрывают финансовые и хозяйственные операции, обманывают учредителей и т. д. Все это не только дезорганизует предпринимательство, но и мешает его цивилизованному становлению, влечет колоссальные экономические издержки. Массовыми в настоящее время являются факты «амнистирования» руководителями предприятий своих партнеров от выполнения финансовых или имущественных обязательств в ущерб вверенному предприятию. В 70—80% проверенных предприятий наблюдается такая ситуация. Суммы «уступок» только в Дагестане исчисляются сотнями миллионов рублей[19].

К примеру, надзорной проверкой установлено, что на протяжении нескольких лет на Кизлярском коньячном заводе сложилась порочная практика отпуска конкурентоспособной (даже на мировом рынке) коньячной продукции без предварительной оплаты, вследствие чего значительные суммы оборотных средств предприятия превращаются в дебиторскую задолженность, а в бюджет недопоступают соответствующие суммы налоговых платежей. Так, из отгруженной без предоплаты продукции за 1998—2000 гг. на сумму 36,5 млн руб. недопоступления только по НДС составили 6,1 млн руб., акцизов — 8,5 млн руб. при общей сумме недоимки свыше 35 млн руб.

Прокурором подготовлены и направлены в арбитражный суд 11 исковых заявлений в интересах этого предприятия о взыскании дебиторской задолженности на сумму свыше 5 млн руб. Кроме того, по фактам незаконного отпуска и несвоевременной оплаты продукции на этом заводе возбуждено три уголовных дела.

В отношении руководителей завода, не обеспечивших надлежащего контроля над отпуском продукции, своевременным и полным получением оплаты за нее, рассматривался вопрос в порядке ст. 109 УПК РФ на предмет наличия в их действиях состава преступления, предусмотренного ст. 201 УК РФ[20].

Данный пример иллюстрирует главным образом неэффективное функционирование государственного контрольного механизма, бездействие собственных контрольно-ревизионных служб предприятий, поскольку при правильной постановке деятельности контролирующих и правоохранительных органов вполне возможно ликвидировать недоимки предприятий по налоговым обязательствам путем взыскания сумм дебиторских задолженностей, а также финансово оздоровить сами предприятия.

В главе 30 УК РФ наряду со злоупотреблением должностными полномочиями законодатель предусмотрел состав превышения должностных полномочий. Отсюда следует, что при злоупотреблении должностными полномочиями лицо действует в рамках своих прав, а при превышении — явно выходит за их пределы. Учет данного положения позволяет утверждать, что злоупотребление полномочиями может выражаться лишь в использовании тех полномочий, которыми наделено лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации. Следовательно, совершение таким лицом действий, выходящих за пределы предоставленных ему полномочий (например, продажа имущества организации без согласия правления в тех случаях, когда такое согласие является необходимым условием заключения сделки), не охватывается признаками рассматриваемого состава преступления. Однако в главе 23 УК РФ отсутствует норма, устанавливающая преступность превышения полномочий, что является пробелом действующего закона. Данный пробел не может быть устранен путем аналогии, поскольку ч. 2 ст. 3 УК РФ запрещает применение этого принципа (привлечение к уголовной ответственности за деяние, преступность которого не предусмотрена в УК РФ, не допускается).

Кроме того, отсутствие самостоятельной нормы об уголовной ответственности за превышение служебных полномочий в УК РФ, на наш взгляд, является пробелом уголовного законодательства и препятствует проведению государством политики по борьбе со служебными преступлениями.

Однако по указанному поводу в научной литературе имеется несколько точек зрения. Так, специалистами обосновывается мнение о том, что превышение служебными полномочиями является частным случаем злоупотребления и отсутствие в законе специальной нормы не исключает возможности привлечения к уголовной ответственности по статье УК РФ, предусматривающей норму общего характера, каковой является ст. 201 УК РФ[21]. Другая позиция состоит в том, что действующим УК РФ превышение полномочий управленцами не рассматривается как преступление, следовательно, невозможна уголовная ответственность лиц за подобные деяния. В силу этого, например, невозможно привлечение к ответственности за насилие или глумление над личностью по ст. 201 УК РФ[22].

По нашему мнению, превышение полномочий лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой и иной организации, не охватывается диспозицией ст. 201 УК РФ, хотя общественная опасность указанного деяния не вызывает сомнений, так же как и необходимость его криминализации.

Следует ввести уголовную ответственность за превышение служебных полномочий лицами, выполняющими управленческие функции в коммерческой или иной организации.

Положение ст. 201 УК РФ об использовании лицом своих полномочий вопреки законным интересам коммерческой или иной организации следует понимать как действие (бездействие), связанное с нарушением закона, подзаконных нормативных правовых актов, а также устава организации, учредительных документов и др. Однако если действия управляющего, связанные с нарушением своих служебных полномочий, были совершены в целях предупреждения вредных последствий, более значительных, чем фактически причиненный вред,  когда этого нельзя было сделать другими средствами, то в соответствии с законодательными нормами о крайней необходимости такие действия не могут быть признаны преступными.

Не образуют состава преступления и действия, совершенные в общественно полезных целях, даже если они расходятся с интересами организации. К примеру, установление скидок на покупку товаров для пенсионеров влечет за собой недополучение выгоды, но не образует состава преступления. Аналогичным образом решаются различные вопросы о благотворительных действиях и т. п. При этом следует обратить внимание на то, чтобы такого рода действия не были фикцией и маскировкой частного интереса (например, уклонения от уплаты налогов)[23].

Недостаточно обоснованным представляется мнение Л.А. Солдатовой о том, что ответственность за совершение злоупотребления полномочиями вопреки законным интересам сужает поле уголовной ответственности, поскольку уменьшается сфера применения ст. 201 УК РФ. «Она [ст. 201 УК РФ] не охватывает случаи, когда служащий незаконно действует во благо организации, либо когда причиняет вред чьим-либо правам и интересам, не затрагивая законных интересов организации, либо же ущемляя интересы не своей, а другой организации»[24]. Думается, что невозможно неправомерными действиями удовлетворять законные интересы организации.

Резюмируя изложенное, подчеркнем, что особенностью объективной стороны данного состава преступления является то, что деяние, предусмотренное ст. 201 УК РФ, может быть выражено как в действии, так и в бездействии, поскольку само использование виновным лицом предоставленных ему полномочий, помимо активных действий, предполагает возможность в форме пассивного неисполнения непосредственных обязанностей по службе.

 

Библиография

1 См.: Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. — М., 1999. С. 9.

2 Максимов С.В. Коррупция. Закон. Ответственность. — М., 2000. С. 10.

3 См.: Уголовное право: Учеб. для вузов: В 2 т. Т. 2: Особенная часть / Под ред. проф. А.М. Игнатова и д-ра юрид. наукЮ.А. Красикова. — М., 2008. С. 329—330.

4 См.: Голубев В.В. Злоупотребление должностными полномочиями как основа отечественной коррупции // Законодательство. 2002. № 6. С. 80—85.

5 Черебедов С.С. Злоупотребление полномочиями по российскому уголовному праву: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2008. С. 48.

6 См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. В.И. Радченко, А.С. Михлина и В.А. Казаковой. — М., 2004. С. 476; Федоров В.В. Уголовно-правовая характеристика злоупотребления полномочиями в коммерческих и иных организациях: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 2005. С. 8.

7 См.: Аснис А.Я. Уголовная ответственность за служебные преступления в России. — М., 2004. С. 231; Волженкин Б.В. Служебные преступления. — СПб., 2005. С. 142; Изосимов С.В. Преступления, совершаемые управленческим персоналом коммерческих и иных организаций. — Н. Новгород, 2003. С. 129—130.

8 См.: Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономики: авторский комментарий к уголовному закону (раздел VIII УК РФ). — М., 2006. С. 389.

9 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева. 4-е изд., перераб. и доп. — М., 2002. С. 359.

10 См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред. А.В. Бриллиантова. — М., 2010. С. 437.

11 См.: Трайнин А.Н. Советское уголовное право. Часть особенная. — М., 1957. С. 236—237; Кириченко В.Ф. Ответственность за должностные преступления по советскому уголовному праву (общие вопросы). — М., 1956. С. 62—63; Его же. Должностные преступления: Курс советского уголовного права. Т. 6. — М., 1971. С. 38; Его же. Некоторые вопросы ответственности за злоупотребление властью или служебным положением // Советская юстиция. 1964. № 4. С. 12.

12 См. подробнее об этом: Утевский Б.Е. Общее учение о должностных преступлениях. — М., 1948. С. 326—329; Здравомыслов Б.В. Должностные преступления: понятие и квалификация. — М., 1975. С. 63—64; Мельникова В.Е. Причины и условия хозяйственных преступлений, совершаемых должностными лицами с использованием своего служебного положения: Учеб. пособие. — М., 1990. С. 51—52.

13 Здравомыслов Б.В. Указ. соч. С. 66.

14 См.: Мельникова В.Е. Указ. раб. С. 51.

15 См.: Светлов А.Я. Борьба с должностными злоупотреблениями. — Киев, 1970. С. 46.

16 Шнитенков А.В. Использование служебного положения как квалифицирующий признак преступлений: Противодействие преступности: уголовно-правовые, криминологические и уголовно-исполнительные аспекты // Материалы российского конгресса уголовного права (29—30 мая 2008 г.) / Отв. ред. В.С. Комиссаров. — М., 2008.

17 Бюллетень ВС РФ. 2009. № 12.

18 Там же. 2000. № 4.

19 См.: Ашурбеков Т.А. Проблемы совершенствования надзора за деятельностью экономических субъектов // Законность. 2001. № 10. С. 17.

20 Материалы Прокуратуры Республики Дагестан за 2000 год.

21 См.: Волженкин Б.В. Указ. соч. С. 257—258; Иванов М.Г. Необходимы ли изменения норм уголовного закона о служебно-экономических преступлениях // Уголовное право. 2006. № 2. С. 33; Раднаев В.С. Проблемы квалификации злоупотребления полномочиями в коммерческих и иных организациях: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2007. С. 98.

22 См.: Степанов А.Л. Злоупотребление полномочиями лицами, осуществляющими управленческие функции в коммерческих и иных организациях: проблемы теории и законодательства: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 2006. С. 15; Шнитенков А.В. Ответственность за преступления против интересов государственной службы и интересов службы в коммерческих и иных организациях. — СПб., 2006. С. 220.

23 Аналогичной точки зрения придерживаются В.В. Федоров, А.И. Чучаев. См: Федоров В.В. Уголовно-правовая характеристика злоупотребления полномочиями в коммерческих и иных организациях: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2005. С. 95; Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред. А.И. Чучаева. — М., 2009. С. 457.

 

24  Солдатова Л.А. Злоупотребление полномочиями и превышение полномочий: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2003. С. 95.