Т.С. УЛЫБИНА,

 кандидат юридических наук

 

Понятие «неприкосновенность частной жизни» включает в себя, в первую очередь, совокупность общественных отношений, которые характеризуют человека и гражданина, как субъекта права, обладающего полной свободой.

Прежде всего, это право означает предоставление человеку возможности контролировать информацию о себе, препятствовать разглашению сведений  личного и интимного характера, дает ему свободу общения с другими людьми на неформальной основе. Это социальное благо защищается принудительной силой государства.

Что касается отраслевой принадлежности рассматриваемого права — это конституционное право. Р.А. Мюллерсон считает, что как конституционное право оно характеризуется как личное или гражданское право. Оба этих термина зачастую рассматриваются как идентичные. «В общей теории гражданские права представляют собой права и свободы, которые принадлежат человеку как члену гражданского общества»[1]. Личные права «выражают не факт их принадлежности личности, а нечто иное: то, что эти права индивидуализируют личность гражданина и реализуются в сфере личной свободы»[2].

Право на неприкосновенность частной жизни по общему правилу — естественное право.

Джон Локк, один из основателей понятия «естественное право», пишет, что оно «никогда не будет отменено, поскольку люди не могут отменить этот закон, ибо они подчинены ему, а подданные не могут менять законы по своему произволу, да и Бог, конечно, не захочет этого»[3]. Русский учёный-юрист Н.М. Коркунов отмечает, что право на неприкосновенность частной жизни — это естественное право, которое абсолютно не обусловлено ни временем, ни местом. Оно существовало бы, и было бы тем же самым, если бы даже Бога вовсе не существовало»[4].

К сожалению, данное право  на протяжении многих столетий не было законодательно закреплено, и в юриспруденции отсутствовало понятие «неприкосновенность частной жизни». Но, несмотря на это, в нормативных актах и научной литературе в советское время, аналог данного субъективного права существовал. Он был представлен в виде права на охрану личной жизни либо принципа, что личная жизнь находится под охраной закона. В связи с этим доктриной анализировалось понятие «личная жизнь». Хотя оно нередко и противопоставлялось понятию «частной жизни».

Личная жизнь рассматривалась как принадлежность определенного субъекта — личности. По словам Н.С. Малеина «Личность — это разумное существо, определяющее свою деятельную позицию ко всему, что ее окружает: к труду, социальному строю, коллективу, другим людям»[5]. Из этого следовало, что к личностям не относились малолетние и умалишенные. В итоге развивалось неуважительное отношение к правам несовершеннолетних.

Вместе с тем, относительность личной жизни человека и гражданина абсолютизировалась. Это означало, что личная жизнь хоть и не являлась разновидностью общественной, но, по крайней мере, была ею обусловлена. Такая позиция была очень удобна для государства, так как позволяла ему манипулировать обществом: формально гарантируя обеспечение защиты права на неприкосновенность частной жизни, оно реально имело возможность и законодательное право на вторжение в частную жизнь граждан.

Полагаем, что однобоко подходить к выводам, сделанным советской наукой, и рассматривать их с точки зрения полного неприятия, не следует, в виду того, что большинство тезисов и определений, которые предоставила в то время наука, применимы и к термину «частная жизнь». Многие авторы до сих пор считают идентичными понятия «личная» и «частная» жизнь.

По мнению К.Д. Гюлльмана, частная жизнь является неотъемлемым элементом жизни человека в целом, имеет свои специфические черты и особенности. Термин «частная жизнь» употребляется достаточно давно и часто, даже в названиях исторических работ с начала XIX века[6]. Как научное понятие «частная жизнь» используется сравнительно недавно, лишь в последние три десятилетия[7], при этом существует большой разброс во мнениях о ее (частной жизни) сущности и особенностях.

Хочется отметить, что понятие частной жизни многоаспектно, так как являлось и является объектом исследования не только со стороны юриспруденции, но и других наук. Однако именно задача юриспруденции заключается в том, чтобы сделать четкие выводы, понятные любому гражданину.

Определяя понятие «неприкосновенность частной жизни», можно воспользоваться, по меньшей мере, двумя подходами: логико-отрицательным и институциональным. Согласно первому подходу, понятие «частная жизнь» определяется как сфера, не входящая ни в государственную, ни в общественную жизнь. Второй же подход напротив — исчерпывающе перечисляет конкретные сферы частной жизни.

Преимущество первого подхода, на наш взгляд, состоит в четком разграничении частного и государственного секторов.

Второй же подход характеризуется большей определенностью и статичностью. Но следует отметить, что при необходимости он может учитывать динамику частной либо государственно-общественной жизни.

Таким образом, можно сделать вывод: неприкосновенность частной жизни — это неприкосновенность сфер индивидуальной жизнедеятельности человека от любого незаконного вмешательства со стороны государства, государственных органов, должностных лиц и любых других субъектов.

В Конституции РФ 1993 года впервые появляется термин «частная жизнь». В ч.1 ст.23 Конституции РФ говорится, что право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени не может быть ограничено даже в условиях чрезвычайного положения (ст.56). Таким образом, закон устанавливает границы неприкосновенности частной жизни. Какие-либо нарушения этого права возможны только на основе закона и специального судебного решения в исключительных случаях. Субъектом-носителем  права на неприкосновенность частной жизни, охрану личных и семейных тайн является любой человек.

Субъектами — нарушителями права на частную жизнь могут быть граждане РФ, иностранные гражданине, лица без гражданства, а также государственные, религиозные, экономические, частные институты. Причем граждане, иностранные граждане и лица без гражданства в качестве нарушителей права на неприкосновенность частной жизни можно рассматривать по тем же критериям, что и субъектов-носителей данного права. К этой группе можно отнести и душевнобольных.

Словарь русского языка дает следующее определение понятию «нарушитель». Тот, кто нарушил какие-нибудь правила, закон, обычай[8].

Например, члены семьи не несут юридическую ответственность за разглашение личных и семейных тайн. Такая ответственность возложена на государственных служащих и представителей определенных профессий, которым были доверены личные тайны. Эти лица не вправе разглашать личные и семейные тайны даже после смерти доверителя, за исключением случаев, указанных в законе.

Вынужденная необходимость разглашения личных и семейных тайн, сведений о частной жизни граждан возникает в трех основных сферах: 1) борьбы с преступностью; 2) защиты здоровья граждан; 3) при объявлении чрезвычайного и военного положения.

Считаем необходимым отметить, что субъектов — нарушителей права человека на частную жизнь можно условно разделить на группы в зависимости от видов тайн.

Субъектами — нарушителями тайны почтово-телеграфных отправлений и иных сообщений, телефонных и иных переговоров, на наш взгляд, являются как лица, совершившие преступление или правонарушение, так и лица, косвенно причастные к данному событию.

Субъектами — нарушителями банковской и коммерческой тайн являются банки, кредитные учреждения, страховые компании, работодатели.

Субъектами — нарушителями права на неприкосновенность жилища могут быть частные лица, нарушающие это право (например, работники правоохранительных органов, директора гостиниц и т.п.).

Субъектом — нарушителем адвокатской тайны может быть только адвокат, который «не вправе разглашать сведения, сообщенные ему доверителем…без согласия доверителя»[9]. К субъектам адвокатской тайны не относятся работники адвокатуры, лица, проходящие учебную практику в юридических консультациях, члены Президиума коллегии адвокатов, технические работники юридических консультаций.

Субъектами — нарушителями медицинской тайны, по мнению Н.С. Малеиной, являются в основном врачи. Но к ним относятся также и фельдшеры, медсестры, акушеры, студенты — стажеры, няни, санитары, фармацевты, зубные врачи, лаборанты, психологи, водители медицинского транспорта, работники медицинских архивов, администрация медицинских учреждений, работники отделов и управлений здравоохранения субъектов Федерации, Минздрава РФ2[10].

Получается, что в круг субъектов — нарушителей врачебной тайны входят также частнопрактикующие врачи, лица, занимающиеся народным целительством, то есть по сути даже те, кто не имеет ни медицинского образования, ни статуса врача.

К субъектам-нарушителям нотариальной тайны Г.Б. Романовский считает возможным отнесение «любых лиц, которые выполняют те или иные профессиональные функции в помещении для совершения нотариальных действий»[11].

К субъектам — нарушителям тайны усыновления следует отнести лиц, осведомленных об усыновлении. Интересно то, что Семейный кодекс РФ не связывает соблюдение этой тайны ни со служебным положением, ни со способами ознакомления.

Субъектами — нарушителями тайны исповеди являются священнослужители.

Частная жизнь — это совокупность гарантированных гражданину тайн, которые делятся на личные (никому не доверенные) и профессиональные (доверенные представителям определенных профессий для защиты прав и интересов граждан). К личным тайнам относят тайну жилища, тайну семейных и интимных взаимоотношений, тайну личных бумаг, дневников, тайну творчества и общения, тайну почтово-телеграфной корреспонденции и телефонных переговоров. Тайны же медицинские, судебной защиты и представительства, предварительного следствия, исповеди, усыновления, нотариальных действий, записей актов гражданского состояния относят к профессиональным.

Можно проводить различные классификации разновидностей тайн.

Представляет интерес точка зрения И.В. Смольковой, которая делит все тайны на абсолютные, полностью неприкосновенные (адвокатская тайна, тайна представительства, тайна исповеди), относительно — абсолютные — с которыми можно ознакомиться в исключительных случаях и в особом порядке (нотариальная, банковская, тайна телефонных переговоров и иных сообщений, усыновления) и относительные, содержание которых относится не только к сфере личных интересов, но и к сфере интересов общества и государства, и в отношении которых закон не предусматривает гарантий их неприкосновенности (информация о семейном положении, возрасте, заработной плате, месте жительства и т.п.)[12].

Полагаем, что выделение такой разновидности тайны, как относительная, которая не защищается законодательством и может быть беспрепятственно разглашена, не совсем обоснованно. Поскольку, «любая информация частного характера является защищенной, и ее разглашение или допуск к ней может осуществляться только на основе принципа потребности в осведомленности»[13]. С нашей точки зрения, более обоснованной считаем позицию В.М. Баранова, Н. Ковтуна, И.В. Бондаря, понимающих под относительной тайной ту, раскрытие содержания которой является обязанностью допрашиваемых лиц[14]. При таком подходе тайна законодательно защищена и может быть разглашена только в определенном случае и в установленном законом порядке[15].

Деление тайн возможно и в зависимости от субъектов, которые участвую в объективизации тайны, на те, в которых участвует один управомоченный субъект и те, где участвуют другие лица.

Безусловно, данный перечень тайн является открытым, и может быть изменен законодателем в зависимости от развития общественных отношений, технического прогресса и т.п.

На наш взгляд, более точной и оправданной является точка зрения Н.С. Малеина, предлагающего поделить виды тайн на неприкосновенность частной жизни следующим образом:

· тайна жилища, личной документации;

· тайна личной жизни, включающая тайну личной информации, усыновления, вкладов в банки и иные кредитные организации, личной корреспонденции и телефонно-телеграфных сообщений, совершения нотариальных и некоторых иных юридических действий, адвокатскую, медицинскую тайну и т.д.[16].

Его позиция интересна тем, что он четко отделяет тайны личной жизни, связанные с информацией о частной жизни человека, от тайн, связанных с неприкосновенностью его жилища и личной документации.

Считаем, что более полную и детализированную классификацию тайн дают И.Л. Петрухин (тайна семейной жизни, родственных и дружеских связей, домашнего уклада, интимных и других личных отношений; тайна почтово-телеграфных, телефонных и иных сообщений; неприкосновенность жилища; тайна брака, деторождения, усыновления развода и т.п.; тайна денежных вкладов; врачебная тайна; адвокатская тайна; тайна исповеди; тайна предварительного следствия и судебной защиты; нотариальная тайна; банковская и коммерческая тайна  и другие)[17], Н.Д. Егоров (право на личную документацию; право на тайну личной жизни; право на тайну личного общения; право на неприкосновенность жилища)[18], М.Н. Малеина (право на жизнь; право на здоровье; право на здоровую окружающую среду; право на адвокатскую тайну; право на тайну нотариальных действий; врачебная тайна; право на тайну усыновления; право на тайну переписки, телефонных разговоров и телеграфных сообщений; право на неприкосновенность жилища; право на неприкосновенность документов личного характера)[19].

Учитывая вышерассмотренные точки зрения, хотелось бы предложить следующую классификацию тайн:

· тайны, связанные с индивидуализацией личности: право на имя, право на защиту чести и достоинства, а также тесно связанные с ним права на опровержение и право на ответ, предусмотренные п.2 и 3 ст.152 Гражданского кодекса РФ и ст.43-46 Закона РФ от 27 декабря 1991 г. «О средствах массовой информации»[20];

· тайны, связанные с обеспечением личной неприкосновенности граждан (например, право на телесную неприкосновенность и охрану жизни и здоровья, на неприкосновенность личного облика, а также личного изображения);

· тайны личной жизни граждан: права на тайну личной жизни, в том числе: адвокатскую, медицинскую тайну, тайну совершения нотариальных и следственных действий, вкладов в банки и иные кредитные организации, личного общения, сведений, полученных средствами массовой информации; тайна телеграфных, почтовых и иных сообщений, право на неприкосновенность жилища, личной документации и иные.

Бесспорно, что любые из перечисленных выше тайн, очень часто нарушаются, но должны быть надлежащим образом защищены от незаконного и несанкционированного доступа и «проникновения». В этой связи нужно обратить пристальное внимание на данный вопрос для того, чтобы оградить человека от нарушения его неприкосновенности[21].

 

Библиография

1 См.: Мюллерсон Р.А. Права человека: идеи, нормы, реальность. — М., 1991. — С. 53.

2 См.: Гулиев В.Е., Рудинский Ф.М. Социалистическая демократия и личные права. — М., 1984. — С. 79.

3 См.: Локк Д. Опыты о законе природы // Сочинения: В З Т. — Т. 3. — М., 1998. — С. 46.

4 См.: Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. — СПб., 1898. — С. 19.

5 См.: Малеин Н.С. Гражданский закон и права личности в СССР. — М., 1981. — С. — 81.

6 См., например: Гюлльман К.Д. Общественная и частная жизнь в европейских городах средних веков. — Спб., 1839; Человек в кругу семьи. Очерки по истории частной жизни в Европе до начала нового времени / под ред. Ю.Л. Бессмертного. — М., 1996.

7 См.: Человек в кругу семьи. Очерки по истории частной жизни в Европе до начала нового времени / под ред. Ю.Л. Бессмертного. — М., 1996. — С.20.

8 Ожегов С.И. Словарь русского языка / под ред. Н.Ю. Шведовой. — М.: Русский язык, 1990. — С. 389.

9 Ст.6 п. 4,5 Федеральный закон  «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» // СЗ РФ. 10 июня 2002 г. N 23. Ст. 2102.

10 Малеин Н.С. О врачебной тайне // Советское государство и право. — 1981. — №8. — С. 79.

11 Романовский Г.Б. Право на неприкосновенность частной жизни. —  М.: МЗ-Пресс, 2001. — С. 244.

12 Смолькова И.В. Коллизия частного и публичного интереса при получении правоохранительными органами информации о частной жизни граждан // Доступ граждан к правовой информации и защита неприкосновенности частной жизни: Материалы международного «Круглого стола». — Иркутск, 2000. — С.96.

13 Котчи В. О защите неприкосновенности частной жизни в Австрии // Право граждан на информацию и защита неприкосновенности частной жизни. — Н. Новгород, 1999. — Часть I. — С. 28.

14 Баранов В.М. и др. Тайна частной жизни и уголовно — процессуальный закон. / В.М. Баранов, Н.Н. Ковтун, И.В. Бондарь // Право граждан на информацию и защита неприкосновенности частной жизни. — Н. Новгород, 1999. — Ч. I. —С. 222.

15 Воронова Н. Что понимается под «неприкосновенностью частной жизни» // Российская юстиция. — 2000. — № 3. — С. 9.

16 Малеин Н.С. Охрана прав личности советским законодательством. — М., 1985. — С.58.

17 Петрухин И.Л. Личные тайны (человек и власть). — М., 1998. — С. 11-15.

18 Егоров Н.Д. Личные неимущественные права и их защита // Проблемы совершенствования законодательства о защите субъективных гражданских прав: Сб. науч. трудов. — Ярославль: Ярославский гос. ун-т, 1988. — С. 27.

19 Малеина М.Н. Личные неимущественные права граждан: понятие, осуществление, защита. — М.: МЗ Пресс, 2000. — С. 242.

20 Федеральный закон от 27 декабря 1991 г. «О средствах массовой информации» // Российская газета. N 32. 08 февраля 1992 г.

21 Деревсков М.А. Защита частной жизни уголовно-правовыми мерами // Доступ граждан к правовой информации и защита неприкосновенности частной жизни: Материалы международного «Круглого стола». — Иркутск, 2000. — С. 84; Катаев Н.Н. Оперативно-розыскная деятельность и нарушение неприкосновенности частной жизни // Доступ граждан к правовой информации и защита неприкосновенности частной жизни: Материалы международного «Круглого стола». — Иркутск, 2000. — С. 122.