Н.А. АНУФРИЕВА,

аспирант  Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации

 

Раскрывается понятие законодательной системы Российской Федерации как многоуровневой системы, складывающейся из отраслевой, иерархической и федеративной  подсистем.  Обосновывается тезис о необходмости единого подхода к формированияю законодательства на основе специального закона.

Ключевые слова: законодательная система, отраслевая подсистема, иерархическая подсистема, федеративная подсистема.

 

Законодательная система (система законодательства) является составным элементом правовой системы, то есть, будучи сама системным объектом, входит в систему большего порядка. Но какое место она в ней занимает?

Применение системного анализа в любой области знания — дело отнюдь не простое, несмотря на кажущуюся доступность и ясность абстрактных принципов, которыми следует при этом руководствоваться и раскрытию которых посвящено большое количество публикаций философского характера. Может быть это и объясняет, почему предпринятые попытки применения системных представлений в правовой науке, получив известное распространение в 70-80-е годы ХХ века, в настоящее время практически не используются.

Широкое применение системного подхода к исследованию права на различных уровнях умножает возможности выявления его содержания и формы, внутреннего единства и разграничения, взаимосвязи и взаимодействия частей, его составляющих.

Следует отметить, что в различных науках понятия системы заключают в себе различную сущность. В философском смысле под системой понимается совокупность элементов, находящихся в отношениях и связях между собой и образующих определенную целостность, единство.

В юридической литературе уже отмечалось, что с философией связаны и юридическая наука в целом, и все ее отрасли: в каждой из них при изучении государственно-правовых явлений возникают проблемы, решение которых невозможно без правильного методологического подхода, применения философских положений. Поэтому, говоря о системе права, отмечают единство, согласованность, дифференциацию, характерные для всей системы права. В этой связи необходимо учитывать принцип относительности систем, сущность которого состоит в том, что каждая система, с одной стороны, является частью (элементом) более обширной системы, а с другой — включает в себя подсистемы нисходящего порядка. Возникновение любого целого может иметь место лишь в том случае, если реально существуют части, совокупность которых способна создать некую целостную организацию.

Понятие системы играет важную роль в современной науке и практике, причем оно имеет длительную историю развития, начиная с эпохи античности. Уже Аристотель выделил понятие элемента как первоосновы вещи, в которой она слагается и которая по виду неделима на другие виды [1]. Гегель полагал, что система может быть охарактеризована «только через свои связи в широком смысле слова, т. е. через взаимодействие составляющих элементов» [2].

С учетом вышеизложенного, правовая система обладает рядом характеристик, отличающих ее от несистемных образований в правовой сфере и иных систем, — компонентностью, автономностью, целостностью, организованностью. Правовая система остается таковой даже в моменты некоторой дезорганизации, пока она способна преследовать свою цель. Важным критерием наличности правовой системы выступает определенное качественное состояние общества, сложившееся под воздействием данной системы. В переходный период правовая система не теряет своей