А.А. РАЙЛЯН, 

кандидат юридических наук, доцент

 

В  юридической литературе общепризнано, что решающим критерием для определения отрасли права, установления его границ является предмет правового регулирования, указывающий, на какую группу или группы (если взять, к примеру, потребительское право) общественных отношений направлено воздействие правовых норм. Предметом потребительского права, как и любой иной самостоятельной отрасли права (административного, трудового, уголовного), является определенная группа (группы) общественных отношений.

Определение предмета потребительского права представляет собой нелегкую задачу, поскольку это чрезвычайно сложная отрасль права, охватывающая самые разнообразные по характеру и содержанию общественные отношения. Сложность определения границ этого права подчеркивается и в западной литературе[1], хотя во многих западных странах потребительское право существует уже не одно десятилетие. Задача осложняется еще и тем, что на данном этапе в сферу потребительских отношений включаются отношения, которые таковыми не являются, например трудовые отношения.

В наиболее общем виде потребительские отношения — это отношения по поводу удовлетворения материальных и духовных (культурных) и иных потребностей граждан. В соответствии с абзацем первым преамбулы Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (в ред. Федерального закона от 09.01.1996 № 2-ФЗ с последующими изменениями и дополнениями; далее — Закон) они возникают между потребителями и изготовителями (исполнителями, продавцами) при купле-продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг).

Более подробное (развернутое) определение рассматриваемых отношений содержится в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.1994 № 7 «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей» (с последующими изменениями и дополнениями; далее — Постановление № 7), согласно которому законодательство о защите прав потребителей регулирует отношения между гражданином, имеющим намерение заказать или приобрести либо заказывающим, приобретающим или использующим товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, с одной стороны, и организацией либо индивидуальным предпринимателем, производящими товары для реализации потребителям, реализующими товары потребителям по договору купли-продажи, выполняющими работы и оказывающими услуги потребителям по возмездному договору, — с другой стороны (абзац первый п. 1).

Аналогичным образом характеризуются потребительские отношения федеральным антимонопольным органом[2]. Эта трактовка (в той или иной степени, объеме) культивируется в учебных (учебно-методических) пособиях по потребительскому праву, комментариях к Закону, справочниках потребителя и других изданиях[3].

Но несмотря на столь распространенное и устойчивое определение регулируемых потребительским правом отношений, непосредственный анализ законодательства о защите прав потребителей, и прежде всего Закона, дает основание усомниться в полноте трактовки возникающих в потребительской сфере отношений. В приведенных определениях наличествуют лишь горизонтальные связи между субъектами потребительских отношений, отражающие частноправовой характер этих отношений, в основе которых — гражданско-правовые отношения. Это есть, если исходить из содержания термина «потребительское право», только одна его составляющая — совокупность правил, применяемых в связи с приобретением, использованием товара, оказанием услуг или выполнением работ[4].

Однако потребительское право представляет собой комплексную отрасль, сочетающую нормы различных отраслей права, в частности административного и муниципального, коими охватываются и связи вертикальные, то есть отношения, основанные на административном или ином властном подчинении. Это будет уже другая составляющая потребительского права — совокупность правил, имеющих целью защиту прав потребителя[5].

Если проанализировать с этих позиций содержание (структуру) только одного Закона, то в нем явно просматриваются четыре большие группы (блока) отношений, причем  только одна из них охватывается частноправовым (преимущественно гражданско-правовым) регулированием. Это как раз и есть те отношения, которые закреплены в преамбуле Закона, указаны в Постановлении № 7, разъяснениях федерального антимонопольного органа  и которые получили столь широкое распространение в юридической литературе.

Цивилистами давно было замечено, что в реальной жизни наблюдаются тесное переплетение и взаимосвязь самых различных общественных отношений. Так, в любой сфере деятельности человека в силу материального характера окружающей его действительности возникают имущественные отношения. Вместе с тем деятельность человека, в какой бы сфере она не осуществлялась, требует определенной его организации, что порождает соответствующие организационные (управленческие) отношения. Поэтому в любой сфере деятельности человека имущественные и организационные отношения всегда неразрывно связаны между собой и существуют в определенном единстве[6].

Попробуем несколько подробнее описать вышеуказанные группы отношений, вытекающих непосредственно из Закона.

В первую группу входят отношения имущественные, складывающиеся между потребителями и изготовителями (исполнителями, продавцами) при купле-продаже ими товаров, выполнении работ, оказании услуг (см. абзац первый преамбулы Закона). Это отношения гражданско-правовые, наиболее многочисленные в потребительской сфере. Они подпадают под юрисдикцию подавляющего большинства статей главы I «Общие положения», главы II «Защита прав потребителей при продаже товаров потребителям» и главы III «Защита прав потребителей при выполнении работ (оказании услуг)» Закона.

Вторая группа — отношения административно-правовые, возникающие в процессе осуществления антимонопольными органами государственного контроля за соблюдением хозяйствующими субъектами требований законов и иных правовых актов Российской Федерации, регламентирующих отношения в области защиты прав потребителей; осуществления органами исполнительной власти контроля за качеством и безопасностью выпускаемых товаров, производимых работ и оказываемых этими субъектами услуг (см. статьи 40 — 43, 46 главы IV «Государственная и общественная защита прав потребителей» Закона).

Третья группа охватывает отношения местно-самоуправленческие (муниципальные), которые возникают в ходе реализации органами местного самоуправления своих полномочий по защите прав потребителей (см. статьи 44, 46 главы IV Закона).

Четвертая группа — отношения общественно-правовые (корпоративные) в части защиты прав потребителей общественными объединениями потребителей (их ассоциациями, союзами) (см. статьи 45—46 главы IV Закона).

Потребительские отношения, как видим, разнообразны, многие из них не являются гражданско-правовыми, подпадают под юрисдикцию норм различных отраслей права, в то время как положения преамбулы Закона  ориентируют на применение лишь гражданско-правовых норм. Как следствие этого, судебная практика обобщается однобоко. Во всяком случае, как видно из Постановления № 7, судебному обобщению подверглись только гражданско-правовые отношения.

Если исходить из названия и содержания отдельных статей Закона, эту классификацию отношений, пожалуй, можно было бы продолжить. Например, сказать, что ст. 3 «Право потребителей на просвещение в области защиты прав потребителей» (право, которое предполагается обеспечивать включением соответствующих требований в государственные образовательные стандарты и общеобразовательные и профессиональные программы) предусматривает еще один вид отношений — образовательно-правовые, регулируемые образовательным правом; отношения, возникающие по поводу реализации прав потребителя на информацию об изготовителе, исполнителе, продавце и о товарах, работах, услугах (статьи 8—10 Закона) — информационные, подпадающие под юрисдикцию информационного права.

Таким образом, существующие в потребительской сфере отношения можно подразделить на административно-правовые, гражданско-правовые, муниципально-правовые и другие, охватываемые, помимо гражданского права, еще и административным, муниципальным, корпоративным[7], образовательным и информационным правом.

Более углубленное изучение Закона позволяет выявить в нем не только материальные, но и процессуальные нормы, к примеру, нормы гражданского процессуального права, регулирующие гражданско-процессуальные отношения. Так, ст. 17 «Судебная защита прав потребителей» регулирует такие гражданско-процессуальные вопросы, как подсудность потребительских исков, освобождение истцов от уплаты государственной пошлины. В соответствии со ст. 46 «Защита интересов неопределенного круга потребителей» федеральный антимонопольный орган (его территориальные органы), федеральные органы исполнительной власти (их территориальные органы), осуществляющие контроль за качеством и безопасностью товаров (работ, услуг), органы местного самоуправления, общественные объединения потребителей (их ассоциации, союзы) вправе предъявлять иски в суды о признании действий продавцов (изготовителей, исполнителей) или организаций, выполняющих функции продавцов (изготовителей) на основании договоров с ними, противоправными в отношении неопределенного круга потребителей и о прекращении этих действий. В этой статье предусматриваются и некоторые иные процессуальные вопросы.

Ряд авторов указывает на наличие в Законе норм финансового права, а некоторые предлагают включить в него нормы общего характера, по смыслу совпадающие с положениями Налогового кодекса РФ, в частности норму о том, что все неустранимые сомнения, противоречия и неясности законов и иных правовых актов, регулирующих отношения в области защиты прав потребителей, толкуются в пользу потребителей[8]. Ученые, стало быть, усматривают наличие или возможность возникновения в будущем в Законе и других отношений, в том числе регулируемых перечисленными отраслями права.

Однако, говоря о классификации потребительских отношений, нельзя ограничиваться теми отношениями, которые сегодня охватываются только указанным Законом или будут предположительно охвачены им. Чтобы научно правильно определить предмет потребительского права, необходимо выявить всю систему правовых средств воздействия на исследуемые отношения. В этой сфере функционируют и иные виды отношений потребительского характера, регулируемые нормами других отраслей права, и прежде всего конституционного. И это вполне понятно, поскольку базовые положения, направленные на дальнейшее развитие потребительского рынка, создание условий, способствующих повышению качества жизни потребителей, всемерной защиты их прав, закреплены именно в конституционном праве.

Так, согласно п. 1 ст. 8 Конституции РФ, в Российской Федерации гарантируются единство экономического пространства, свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, поддержка конкуренции, свобода экономической деятельности (эти положения одновременно являются основными принципами потребительского права). На защиту потребительских отношений, создание гарантий для их реального и надлежащего функционирования направлены конституционные нормы, закрепляющие разнообразие форм собственности, их равноправие (п. 2 ст. 8), право граждан на объединение, свободу деятельности общественных объединений (п. 1 ст. 30), недопущение экономической деятельности, направленной на монополизацию и недобросовестную конкуренцию (п. 2 ст. 34) и некоторые другие.

Потребительские отношения регулируются административным правом, т.е. нормами, устанавливающими административную ответственность за нарушение потребительских прав. Во всяком случае подавляющее большинство норм главы 14 «Административные правонарушения в области предпринимательской деятельности» КоАП РФ в той или иной степени направлены на защиту прав потребителей. Причем, согласно КоАП РФ, административным правонарушением теперь считается не только продажа некачественного товара, но и некачественное выполнение работ и оказание услуг потребителям; обмеривание, обвешивание, обсчет потребителя независимо от размера причиненного ему ущерба; нарушение прав потребителя на получение необходимой и достоверной информации о реализуемом товаре, об изготовителе, продавце. Имеются и некоторые иные новшества.

Имеют место также потребительские отношения уголовно-правового характера. «Одним из видов государственной защиты интересов потребителей является установление уголовной ответственности за деяния, нарушающие их права»[9]. УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за нарушение прав потребителей в результате выпуска или продажи товаров, выполнения работ либо оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности или здоровья потребителей (ст. 238). До недавнего времени существовала ст. 200, предусматривавшая уголовную ответственность продавцов за обман потребителей путем обмеривания, обвешивания, обсчета, введения в заблуждение относительно потребительских свойств или качества товара (услуги) или иной обман потребителей[10].

Следовательно, потребительские отношения многообразны и регулируются различными отраслями права. На эти обстоятельства, кстати, обращают внимание и сами разработчики потребительского законодательства (приверженцы преимущественно гражданско-правового регулирования потребительских отношений). Так, автор многочисленных публикаций по потребительской тематике и один из непосредственных создателей Закона Я.Е. Парций считает, что Закон в основном содержит нормы гражданского права, регулирующие имущественные отношения между гражданами и лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, и в то же время отмечает, что в нем нашли отражение также нормы других отраслей права (государственного, административного и др.), устанавливающие полномочия некоторых федеральных органов исполнительной власти, общественных организаций и т.д., т.е. регулирующие отношения, не подпадающие под действие гражданского законодательства. Причем при применении этих норм Закона следует, по его мнению, руководствоваться основополагающими законами соответствующих отраслей права[11].

Суммируя сказанное, можно сделать вывод, что общественные отношения, составляющие предмет потребительского права, разнообразны и носят как частноправовой, так и публично-правовой характер, а потому эти отношения регулируются не только частноправовыми (гражданско-правовыми), но и публично-правовыми нормами, коими являются нормы конституционного (государственного), административного, предпринимательского, уголовного и других отраслей права.

По этому поводу недвусмысленно высказался Конституционный Суд РФ в Постановлении от 12.05.1998 № 14-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений абзаца шестого статьи 6 и абзаца второго части первой статьи 7 Закона Российской Федерации от 18 июня 1993 года “О применении контрольно-кассовых машин при осуществлении денежных расчетов с населением” в связи с запросом Дмитровского районного суда Московской области и жалобами граждан»[12]. В соответствии с п. 2 данного постановления нормы указанных абзацев статей 6 и 7 Закона РФ «О применении контрольно-кассовых машин при осуществлении денежных расчетов с населением»[13] имеют многофункциональное значение и направлены на обеспечение интересов граждан в области торговли и оказания услуг, защиту прав потребителя, а также на охрану установленного порядка торговли и оказания услуг и некоторых государственных интересов.

По смыслу этих норм, рассматриваемых во взаимосвязи с другими статьями Закона, а также с соответствующими статьями Кодекса об административных правонарушениях (имеется в виду Кодекс РСФСР), предметом их регулирования являются отношения не гражданско-правового, а публично-правового характера. Предусмотренная ими ответственность также является публично-правовой, а именно административной.

При этом, со ссылкой на ч. 2 ст. 118 Конституции РФ, в соответствии с которой судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства, Конституционный Суд РФ отметил, что судопроизводство по делам, связанным с рассмотрением деяний, предусмотренных оспариваемыми положениями, должно быть административным независимо от того, осуществляется оно судом общей юрисдикции или арбитражным судом.

Позиция Конституционного Суда РФ получила признание и дальнейшее развитие в работах ученых-юристов, занимающихся изучением потребительских проблем, причем происходит это непосредственно в среде ученых-цивилистов. В частности, преподаватели кафедры гражданского права и процесса Казанского государственного университета также обращают внимание на многофункциональное значение законодательства о защите прав потребителей, его комплексный характер и, как следствие этого, на неоднородность регулируемых им потребительских отношений, наличие в их составе как частноправовых, так и публично-правовых начал. По их мнению, только одной гражданско-правовой охраны прав потребителей недостаточно. В области потребительского рынка нужны не только частноправовые меры воздействия, но и публично-правовые; права потребителей охраняются как средствами гражданского права, так и при помощи норм публичных отраслей права — административного, гражданского процессуального, уголовного[14].

Более полное и широкое представление о диапазоне потребительских отношений, их частноправовом и публично-правовом характере можно получить при изучении расположения правовых актов, регулирующих эти отношения, в классификаторе правовых актов, одобренном Указом Президента Российской Федерации[15]. Исходя из факта расположения норм о защите прав потребителей в рубриках «Гражданское право», «Хозяйственная деятельность», «Основы государственного управления» и «Внешнеторговая деятельность» (в самом классификаторе значится «Внешнеэкономическая деятельность. Таможенное дело») классификатора, профессор М.Н. Малеина приходит к правомерному выводу о разнородности правовой природы этих норм и регулируемых ими потребительских отношений. Большинство норм, полагает она, по своей природе гражданско-правовые и регулируют имущественные отношения между юридически равными потребителем и изготовителем (исполнителем, продавцом); часть норм — административно-правовые, так как устанавливают полномочия федеральных органов исполнительной власти, территориальных подразделений этих органов в области защиты прав потребителей и административные санкции за несоблюдение их предписаний; некоторые нормы относятся к муниципальному праву, поскольку определяют компетенцию органов местного самоуправления в отношениях с потребителями[16].

Таким образом, сведение потребительских отношений только к гражданско-правовым представляется ошибочным, не способствующим дальнейшему развитию потребительского законодательства, повышению его качества, а стало быть, более надежной защите потребительских прав.

Такая гражданско-правовая трактовка потребительских отношений объясняется, видимо, тем, что в настоящее время нет отдельной статьи, посвященной предмету потребительского права. Вопрос об этом предмете, кроме преамбулы Закона, в какой-то мере затрагивается в ст. 1 этого Закона под названием «Правовое регулирование отношений в области защиты прав потребителей». Во всяком случае, слово «отношения» фигурирует как в названии, так и тексте данной статьи. В то же время анализ содержания статьи показывает, что в ней искусственно соединены (упоминаются) два разных правовых явления: отношения, входящие в предмет потребительского права, и законодательство, регулирующее эти отношения. Поэтому необходимо разъединить эти два явления, посвятив каждому из них отдельные статьи, как это сделано в других отраслях права.

К примеру, в Земельном кодексе РФ есть ст. 2 «Земельное законодательство» и ст. 3 «Отношения, регулируемые земельным законодательством»; в Трудовом кодексе РФ — ст. 5 «Трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права» и ст. 15 «Трудовые отношения»; в Семейном кодексе РФ — ст. 2 «Отношения, регулируемые семейным законодательством» и ст. 3 «Семейное законодательство и иные акты, содержащие нормы семейного права». Наконец, Водный кодекс РФ, близко примыкающий по характеру к потребительскому законодательству, также проводит параллель между источниками водного права и регулируемыми ими отношениями, посвятив им самостоятельные статьи: ст. 2 «Водное законодательство Российской Федерации» и ст. 5 «Отношения, регулируемые водным законодательством Российской Федерации».

Необходимо дать более полную классификацию потребительских отношений, сделать их четкое разграничение по частноправовым и публично-правовым признакам. Видимо, следует прислушаться к справедливому мнению ученых, например Т.Л. Левшиной, выделяющей в структуре законодательства о защите прав потребителей две группы нормативных актов, каждая из которых регулирует отношения, разные по содержанию и потому имеющие специфические, только им присущие особенности. В первой группе отношений конкретный потребитель является непосредственным участником, а во второй этот потребитель непосредственно не участвует. Вторая группа отношений возникает в процессе государственной и общественной защиты прав потребителей[17].

Соглашаясь с идеей Т.Л. Левшиной о таком делении отношений в области защиты прав потребителей, развивая эту идею далее и одновременно конкретизируя ее, некоторые авторы отмечают, что к первой, наиболее значительной группе принадлежат отношения между потребителем, с одной стороны, и его контрагентами — продавцом, изготовителем, исполнителем — с другой. Таковыми, к примеру, являются отношения по продаже товаров, выполнению работ, оказанию услуг. Эти отношения носят частный характер.

Отношения второй группы, в свою очередь, складываются между продавцом, изготовителем, исполнителем и уполномоченными органами публичной власти, действующими от имени соответствующих публично-правовых образований. К таким, в частности, принадлежат отношения, складывающиеся в области обеспечения безопасности и качества товаров, работ и услуг. Отношения этой группы носят публичный характер[18].

Если «примерить» сказанное к Закону, то нетрудно заметить, что под первой группой отношений Т.Л. Левшина и поддерживающие ее воззрения авторы подразумевают гражданско-правовые отношения, указанные в преамбуле Закона, тогда как вторая группа законодателем незаслуженно обойдена, во всяком случае, в Законе она специально не обозначена. Именно это обстоятельство повлияло на столь узкую трактовку потребительских отношений и в Постановлении № 7, и в разъяснениях федерального антимонопольного органа, которая, однако, получила широкое распространение в юридической литературе.

Следовательно, в перспективе нужно раздельно закрепить в потребительском законодательстве обе группы отношений и прописать их в разных статьях. Для этого целесообразно использовать опыт других отраслей права, к примеру трудового. Так, в систему общественных отношений, составляющих предмет трудового права, помимо собственно трудовых включаются также отношения, которые тесно связаны с трудовыми, — предшествуют, сопутствуют им либо вытекают из них. Это организационно-управленческие отношения в сфере труда, отношения по трудоустройству, по надзору за охраной труда и соблюдением трудового законодательства, по рассмотрению трудовых споров и некоторые другие[19]. Первая группа отношений зафиксирована в ст. 15, вторая — в ст. 9 ТК РФ.

На наличие нескольких уровней общественных отношений, регулируемых определенной отраслью права, обращают внимание и специалисты по административному праву. По их мнению, вообще трудно найти отрасль права, предмет регулирования которой замыкался бы только на одном виде отношений и не имел его разновидностей. В качестве примера приводится предмет регулирования таких отраслей права, как конституционное, административное, гражданское, трудовое, финансовое. Этот предмет представляет собой категорию, охватывающую несколько уровней общественных отношений: первый уровень (вид) — главный и другие уровни (разновидности) — производные[20].

Точно так же можно охарактеризовать и потребительские отношения. Первую группу составляют собственно потребительские отношения, в которых непосредственно участвует гражданин-потребитель. Это отношения первого уровня (вида), возникающие между потребителями и изготовителями (исполнителями, продавцами) при купле-продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг) и зафиксированные в преамбуле Закона. Вторая группа — это производные отношения, тесно связанные с отношениями первой группы. Это отношения второго уровня, складывающиеся, как отмечалось, при осуществлении государственной и общественной защиты потребительских прав, к примеру, в области обеспечения безопасности и качества товаров, работ и услуг. Данные отношения носят публичный характер, в них потребитель непосредственно не участвует. В Законе о защите прав потребителей они сейчас никак не прописаны — самостоятельной статьи, посвященной их правовому регулированию, как в других отмеченных отраслях права, не имеется. Следовательно, повторимся, нужно предусмотреть в законодательстве о защите прав потребителей две самостоятельные статьи, в одной из которых по аналогии с тем же ТК РФ закрепить собственно потребительские отношения, а в другой — производные, тесно связанные с ними отношения. В противном случае так и будет существовать лишь цивилистическая трактовка потребительских отношений со всеми вы-текающими отсюда негативными последствиями.

 

Библиография

1 См., напр.: Кулагин М.И. Защита интересов потребителей в гражданском праве капиталистических стран // Правовое регулирование отношений в сфере обслуживания граждан. — М., 1983. С. 35.

2 См.: абзац первый разд. I разъяснений «О некоторых вопросах, связанных с применением Закона Российской Федерации “О защите прав потребителей”» (утверждены Приказом ГКАП РФ от 20.05.1998 № 160 в ред. от 11.03.1999).

3 См., напр.: Антонов В.В., Антонова Н.А., Толпыгин Г.А. Потребительское право и защита прав потребителей. Учеб. пособие. — М.: Книга-сервис, 2003. С. 19—21; Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей» / Постатейный комментарий Я.Е. Парция. — М.: Международный центр финансово-экономического развития, 1996. С. 6, 10; Законы Российской Федерации «О защите прав потребителей», «О стандартизации», «О сертификации продукции и услуг» / Постатейные комментарии Я.Е. Парция. 2-е изд., с изм. и доп. — М.: Международный центр финансово-экономического развития, 1997. С. 8; Зименкова О.Н., Левшина Т.Л., Тобис В.И., Шерстобитов А.Е. Комментарий к Закону Российской Федерации «О защите прав потребителей». — М.: Издательство «Кросна-Лекс», 1997. С. 36; Комментарий к Закону Российской Федерации «О защите прав потребителей». — М.: Республика, 1993. С. 7; Комментарий к Закону Российской Федерации «О защите прав потребителей» (постатейный) / Под ред.

А.М. Эрделевского. — М.: Юристъ, 2002. С. 15; Покупатель всегда прав. Юридическая защита потребителей. Контроль за безопасностью товаров. Административная и судебная ответственность продавцов. Законодательные и нормативные акты. Комментарии специалистов. — Б-чка «Российской газеты», 1998. Вып. № 17. С. 24; Распопин А.Н., Смолянинов В.П. Справочник потребителя. — М.: ИКЦ «Маркетинг», Новосибирск: ООО «Издательство ЮКЭА», 2000. С. 5; Парций Я.Е. Комментарий к Закону Российской Федерации «О защите прав потребителей». — М.: Юрайт-М, 2001. С. 12; Шахурина Ф.Р., Цыкоза Г.Н. Защита прав потребителей: Учеб.-практ. пособие / Под общ. ред. д-ра экон. наук, проф. Л.П. Дашкова. — М.: ИКЦ «Маркетинг», 2001. С. 10—11.

4 Более подробно о содержании термина «потребительское право» и его составляющих см., напр.: Райлян А.А. Потребительское право: понятие, содержание, история возникновения и развития // Современное право. 2004. № 4. С. 40—43.

5 По мнению зарубежных ученых, обе отмеченные составляющие на практике необоснованно смешиваются. См.: Жамен С., Лакур Л. Торговое право: Учеб. пособие: Пер. с фр. — М.: Междунар. отношения, 1993. С. 227—228.

6 См.: Егоров Н.Д. Гражданско-правовое регулирование общественных отношений: единство и дифференциация. — Л.: ЛГУ. 1988. С. 26—27.

7 Относительно юридической природы корпоративных отношений в литературе единого мнения до сих пор не выработано. См.: Шабунова И.Н. Корпоративные отношения как предмет гражданского права // Журнал российского права. 2004. № 2. С. 40—49.

8 См.: Валеев Д.Х., Васькевич В.П., Челышев М.Ю. Комментарий к Закону РФ «О защите прав потребителей» (постатейный) / Под общ. ред. М.Ю. Челышева. — М.: Юрайт-М, 2002. С. 13, 16.

9 Расторгуева Ю.М. Уголовно-правовая защита прав потребителей // Журнал российского права. 2003. № 7. С. 49.

10 Однако по непонятным причинам статья была исключена Федеральным законом от 08.12.2003 № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации»  // СЗ РФ. 2003. № 50. Ст. 4848. Действия законодателя по исключению данной статьи из УК РФ представляются весьма спорными и не совсем логичными. Тем более что, по мнению юристов-практиков, именно эта статья была посвящена непосредственно защите прав потребителей, тогда как другие косвенно охраняют эти права. См., напр.: Расторгуева Ю.М. Указ. ст. С. 49.

11 См.: Парций Я.Е. Комментарий к Закону Российской Федерации «О защите прав потребителей» (постатейный). — М.: Юрайт-М, 2001. С. 33.

12 СЗ РФ. 1998. № 20. Ст. 2173.

13 Утратил силу в связи с принятием Федерального закона от 22.05.2003  № 54-ФЗ  «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт» // СЗ РФ. 2003. № 21. Ст. 1957.

14 См.: Валеев Д.Х., Васькевич В.П., Челышев М.Ю. Указ. Комментарий к Закону РФ «О защите прав потребителей». С. 14, 36.

15 См.: Указ Президента РФ от 15.03.2000 № 511 «О классификаторе правовых актов» // СЗ РФ. 2000. № 12. Ст. 1260.

16 См.: Комментарий к Закону Российской Федерации «О защите прав потребителей» (постатейный ) / Под ред. А.М. Эрделевского. С. 17—18.

17 См.: Левшина Т.Л. Основы законодательства о защите прав потребителей. Курс лекций. — М.: Юрид. лит., 1994. — С. 11. 

18 См.: Валеев Д.Х., Васькевич В.П., Челышев М.Ю. Указ. Комментарий к Закону РФ «О защите прав потребителей». С. 34—37. При этом в данном комментарии отмечается, что первая группа отношений является предметом гражданского права, вторая — предметом административного либо предпринимательского права.

19 См.: Трудовое право. Учеб. 4-е изд., перераб. и доп. — М.: ПБОЮЛ Гриженко Е.М., 2001. С. 9—10.

20 См.: Бельский К.С. К вопросу о предмете административного права // Государство и право. 1997. № 11. С. 15.