УДК 351.87
 
Д.Н. ВОРОНЕНКОВ,
кандидат юридических наук, доцент кафедры теории и истории государства и права Санкт-Петербургского юридического института
 
Статья посвящена исследованию теоретических и практических проблем оптимизации судебного контроля в современной России. Основываясь на практике реализации норм российского законодательства, автор вносит конкретные предложения по балансу возможностей судебной власти в механизме разделения властей.
Ключевые слова: суд, судебная власть, судебный контроль.
 
The summary: article is devoted research of theoretical and practical problems of optimization of the judicial control in
modern Russia. The author of articles, being based on practice of realization of norms of the Russian legislation brings specific proposals on balance of possibilities of judicial authority of the mechanism of division of the authorities.
Keywords: court, judicial authority, the judicial control.
 
Механизм разделения властей выделяет судебную власть как относительно самостоятельное звено с точки зрения ее функциональной составляющей. Реализация судебного контроля со стороны судебной власти проявляется как во внешнем воздействии на иные звенья механизма разделения властей (внешний контроль), так и в рамках самой судебной системы (внутренний контроль).
Ю.Н. Старилов справедливо отмечает, что судебная власть осуществляется посредством судопроизводства, которое также можно представить в виде специальных правовых процедур, разработанных для данного вида государственной деятельности. Эти процедуры или
порядки законодательно установлены в процессуальных кодексах Российской Федерации[1]. Суд наряду с традиционными для него видами деятельности (рассмотрением уголовных дел по первой инстанции, в апелляционном или кассационном порядке, в порядке надзора) наделяется компетенцией судебного контроля за законностью проведения следственных действий, а также решений прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя.
Для отечественной практики это совершенно новый подход к пониманию сущности процесса расследования, его субъектов, их взаимосвязи. Вместе с тем есть необходимость осмысливать первые шаги, своевременно выявлять назревающие проблемы и на этой основе оптимизировать судебный контроль в условиях реформируемой России. Как справедливо отмечал А.Д. Бойков, «необходимо уточнить принципы организации и деятельности судов с учетом не только нашего опыта, но и достижения правовой мысли человечества»[2].
Судебный контроль строится на таких же принципах, что и все остальное уголовное судопроизводство. Одновременно особенности судебного контроля налагают свой отпечаток как на систему, так и на характер действия основополагающих процессуальных и этических начал, реализуемых в ходе судебного контроля.
Осуществление судебного контроля составляет компетенцию судьи, который обязан в своей деятельности руководствоваться Конституцией РФ в силу ее главенства по отношению к другим федеральным законам (к ним относится и УПК РФ) и прямого действия (ч. 1 ст. 115 Конституции РФ). Это означает, что согласно ч. 1 ст. 19 Конституции РФ на характер и объем судебного контроля не должны влиять национальность, партийность, пол, раса участников уголовного процесса, права которых призван обеспечить суд при его осуществлении.
Судьи отчетливо видят несовершенство процедуры судебного контроля по многим существенным вопросам. Не менее важно выяснить, как такого рода пробелы в законодательстве сказываются на эффективности судебного контроля. Нельзя оставить без внимания и вопрос о том, чем руководствуются судьи в профессиональной деятельности ввиду явной неполноты законодательной регламентации.
Анализ действующего российского законодательства выявляет необходимость оптимизировать компетенцию и функции судебной власти в ее взаимоотношениях с другими ветвями, в частности в сфере отношений с органами исполнительной власти. Необходимо разработать проекты федеральных законов, которые реально помогли бы обеспечению принципа разделения властей и реализовать систему сдержек и противовесов в полном объеме.
Целью таких законопроектов является оптимизация правового механизма реализации самостоятельности и независимости судебной власти, установленных Конституцией РФ, путем расширения возможностей органов судебной власти в осуществлении судебного контроля за действиями должностных лиц в случае нарушения прав граждан в различных сферах, включая и сферу охраны здоровья.
Как показывает судебная практика, имеющиеся полномочия органов судебной власти, осуществляющих контроль и надзор в сфере охраны прав и свобод граждан, не позволяют должным образом реагировать на выявляемые нарушения законодательства Российской Федерации в области охраны здоровья, ограничивают деятельность судебных органов в системе сдержек и противовесов государственных органов.
Анализ практики по назначению наказания в виде лишения права управления транспортным средством (ст. 12.24 КоАП РФ) показывает, что санкция по этой статье предусматривает лишение права управления транспортным средством на срок от 1 года до полутора лет (по ч. 1) и от полутора до двух лет (по ч. 2). Также в качестве наказания предусмотрен административный штраф от 1000 до 1500 руб. (по ч. 1) и от 2000 до 2500 руб. (по ч. 2).
В соответствии с ч. 1 ст. 3.8 КоАП РФ лишение специального права (в контексте рассматриваемых норм — права управления транспортным средством) назначается судьей. Другие административные органы применять указанное административное наказание не уполномочены.
Согласно ч. 2 ст. 23.1 КоАП РФ дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 12.24 КоАП РФ, рассматриваются судьями только в тех случаях, если орган или должностное лицо, к которым поступило дело о соответствующем административном правонарушении, передает его на рассмотрение судьи.
В соответствии с ч. 1 ст. 23.3 КоАП РФ дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 12.24 КоАП РФ, рассматривают органы внутренних дел (милиция), а конкретно — согласно п. 5 ч. 2 указанной статьи — начальник ГИБДД, его заместитель, командир полка (батальона, роты) ДПС, его заместитель.
Анализ указанных норм КоАП РФ приводит к выводу о том, что фактически ГИБДД на этапе направления административного дела органу, который будет рассматривать административное дело, уже решает, будет применено к правонарушителю наказание в виде лишения права управления транспортным средством или нет. Тем самым указанные субъекты пользуются полномочиями, предоставленными судебным органам, так как в случае рассмотрения административного дела органами ГИБДД последние не имеют права назначать указанное наказание, а максимально могут лишь применить наказание в виде наложения административного штрафа.
Коррупционность указанной нормы в данной ситуации превосходит все ожидания, так как лицо, нанесшее средний вред здоровью потерпевшего, на совершенно законных основаниях избегает даже возможности серьезного наказания и отделывается административным штрафом.
Вместе с тем каких-либо рычагов правового воздействия на органы ГИБДД с целью направления подобных административных дел в суды в данном случае не существует, потому что при последующей возможной отмене решения органа ГИБДД по обжалованию последний в очередной раз на законных основаниях не отправляет дела в суд, а выносит новое решение о наказании в виде административного штрафа.
Суд же при отмене решения органа ГИБДД не имеет права выйти за рамки ст. 30.7 КоАП РФ и вынужден направлять дело на новое рассмотрение в тот же орган ГИБДД.
Дознание по административным делам, предусмотренным ст. 12.24 КоАП РФ, проводят дознаватели, которые непосредственно работают в тех же органах ГИБДД, ими же позже рассматривается соответствующее административное дело и ими же полностью обеспечивается защита «чести мундира» в сложных ситуациях.
Указанная схема применима к целому ряду составов, содержащихся в главе 12 КоАП РФ, за которые может быть назначено наказание в виде лишения права управления транспортным средством. Поэтому предлагается предоставить органам судебной власти самостоятельно устанавливать административную ответственность за нарушения конституционного права граждан в области охраны здоровья. В связи с этим дела об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 4 ст. 12.2, частями 3—6 ст. 12.5, ст. 12.8, ч. 4 ст. 12.9,
ст. 12.10, ч. 4 ст. 12.15, ч. 2 ст. 12.17, статьями 12.24 и 12.26, частями 2—3 ст. 12.27 КоАП РФ, должны рассматриваться судьей и в тех случаях, если орган или должностное лицо, к которым поступило дело о соответствующем административном правонарушении, не передали его на рассмотрение судье.
Предлагаемые изменения в КоАП РФ позволят создать необходимые эффективные правовые механизмы недопущения и (или) ликвидации нарушений прав и свобод граждан в сфере охраны здоровья, своевременно реагировать и устранять такие нарушения, а также обеспечить надлежащую защиту прав и законных интересов граждан.
Отметим, что проблемы взаимодействия судов с органами исполнительной власти при производстве оперативно-розыскных и следственных действий, рассмотрении уголовных дел, исполнении решений и приговоров, рассмотрении материалов об административных правонарушениях будут решаться эффективнее, если будет расширен круг следственных действий, требующих судебного решения. Суд должен реализовать юрисдикционные (контрольные) функции в отношении всех процессуальных действий, ограничивающих конституционные права граждан. Подчеркнем также необходимость сохранения института возвращения дел на дополнительное расследование. Назначение данного института состоит в том, чтобы, с одной стороны, предотвратить вынесение неправосудного приговора, содействовать суду в охране прав граждан, не допустить привлечения к уголовной ответственности невиновных лиц, а с другой стороны — обеспечивать исполнение принципа неотвратимости наказания за совершенное преступление. Реализация данного предложения лишает предварительное следствие самостоятельности, возлагает на суд ответственность за досудебную деятельность и приводит к объединению функций правосудия и уголовного преследования.
Следует отметить, что до сих пор совершается немалое количество нарушений прав граждан государственными органами и должностными лицами, ответственными за производство по уголовному делу. Так, В.М. Лебедев отмечал, что, в частности, в 2006 году по сравнению с предыдущим годом квалификационными коллегиями судей привлечено к дисциплинарной ответственности в 1,5 раза больше судей судов общей юрисдикции (373 человека, из них полномочия 89 судей прекращены досрочно). При этом следует иметь в виду, что штатная численность судейского корпуса — 23 172 федеральных судьи судов общей юрисдикции и 6779 мировых судей[2].
Эффективность судебного контроля надо подвергать критическому анализу, но не следует отвергать саму идею данного социального института. Он делает только первые шаги, и для его эффективного функционирования необходимо объединение усилий теоретиков и практиков, а также осмысление опыта других стран.
 
Библиография
1 См.: Старилов Ю.Н. Административные процедуры в системе административного права: содержание, юридическое значение, формирование законодательства // Административная реформа в Республике Узбекистан: опыт и проблемы правового регулирования / Материалы Междунар. симпозиума 29—30 сентября 2007 г. — Ташкент, 2008. С. 30—31.
2 Бойков А.Д. Конституционные проблемы судебной власти // Вестник Верховного Суда СССР. 1991. № 7. С. 27.
3  См.: Комсомольская правда. 2007. 19 июня.