УДК 347.72 

Страницы в журнале: 61-63

 

В.П. КАМЫШАНСКИЙ,

доктор юридических наук, профессор, зав. кафедрой гражданского права Кубанского государственного аграрного университета, почетный работник высшего образования Российской Федерации,

 

Е.В. ВОЛКОВА,

научный сотрудник Северо-Кавказского научно-исследовательского института актуальных проблем современного права (г. Краснодар)

 

Рассматривается осуществление преимущественных прав по отчуждению имущества участниками корпоративных отношений. За преимущественным правом признаются свойства ограничения свободы усмотрения у обладателя объекта преимущественного права при осуществлении принадлежащего ему субъективного права. Преимущественным правом нельзя считать право требования стороны предварительного договора о понуждении другой стороны к заключению основного договора, которое дает ей преимущество по отношению ко всем третьим лицам.

Ключевые слова: преимущественное право, предварительный договор, право собственности, корпоративные правоотношения, хозяйственные общества, осуществление права, преимущественное право покупки.

 

The realization of the priority rights to alienation of property by participants of corporate relations is researched in the article. The priority right is properties of restriction of freedom of the discretion of the owner of object of the priority right at realization of the right belonging to him. The conclusion about that that the incorporeal right of the party of the preliminary contract to force the other party to contract (it gives an advantage to the first party in relations with all third parties) is not the right of priority is drawn by the author.

Keywords: the priority right, the preliminary contract, property law, corporate legal relations, economic societies, realization of a right, priority right to purchase.

 

Преимущественные права в гражданском праве России — особая юридическая категория. Ее законодательное  и практическое воплощение вызывает массу вопросов, от правильного решения которых зависит полноценная реализация гражданско-правовых принципов равенства, неприкосновенности собственности, свободы договора. Категория преимущественных прав является одной из весьма спорных и вызывающих множество дискуссий о необходимости ее существования, а также ее соответствия основным началам действующего гражданского законодательства[1]. Вместе с тем перечень преимущественных прав, закрепленных в действующем законодательстве, достаточно обширен.

Важной гарантией прав и законных интересов участников гражданского оборота является преимущественное право покупки, существующее в корпоративных правоотношениях[2]. По справедливому замечанию Н.Н. Пахомовой, посредством данного института субъекты указанных отношений как участники уравниваются при помощи перераспределения экономических возможностей в целях наиболее рационального сочетания их интересов[3].

Гражданский кодекс РФ и Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее — Закон об ООО) предусматривают для участников общества с ограниченной ответственностью преимущественное право покупки при отчуждении участником общества своей доли (или ее части) третьим лицам. Закон об ООО не содержит определения преимущественного права покупки в отношениях по отчуждению долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью.

В юридической литературе высказано мнение, что преимущественное право покупки в корпоративных правоотношениях является принадлежащей участникам корпорации, а также в установленных законом случаях самому юридическому лицу правовой возможностью привилегированного приобретения имущества, отчуждаемого участниками корпоративных отношений[4].

Анализ норм ст. 93 ГК РФ и положений ст. 21 Закона об ООО позволяет сделать вывод о том, что под преимущественным правом покупки в отношениях по отчуждению долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью следует понимать предусмотренную законом возможность участников общества или самого общества приобрести долю либо часть доли в уставном капитале общества в случае их отчуждения в первоочередном порядке и на условиях, определенных учредительными документами общества и договором об отчуждении доли.

В соответствии со ст. 93 ГК РФ переход доли или части доли участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу допускается на основании сделки, в порядке правопреемства либо на ином законном основании.

Участники общества пользуются преимущественным правом покупки доли или части доли участника общества. Порядок осуществления преимущественного права и срок, в течение которого участники общества могут воспользоваться указанным правом, определяются Законом об ООО и уставом общества. В последнем также может быть предусмотрено преимущественное право покупки обществом доли или части доли участника общества, если другие участники общества не использовали свое преимущественное право покупки.

В контексте исследования проблем осуществления преимущественных прав в отношениях по отчуждению имущества представляет определенный интерес вопрос о правовой природе права стороны предварительного договора на заключение договора купли-продажи. На наш взгляд, право требования стороны предварительного договора о понуждении другой стороны к заключению основного договора, которое дает ей преимущество по отношению ко всем третьим лицам, желающим купить эту же вещь, нельзя считать преимущественным правом либо способом его защиты. К таким отношениям не могут применяться нормы о преимущественном праве. Возникновение права из предварительного договора обусловлено тем, что продавец ранее принял на себя обязательство продажи. Преимущественное право возникает независимо от наличия или отсутствия обязательства продавца о продаже. В противном случае преимущественными следует признать все права требования кредитора, возникшие из договора, так как он (кредитор) по сравнению со всеми третьими лицами вправе требовать совершения должником определенного действия, но лишь благодаря тому, что должник ранее сам на это согласился.

Таким образом, для преимущественного права, в отличие от права стороны предварительного договора, характерно то, что оно устанавливается в одностороннем порядке императивной или диспозитивной законодательной нормой. В случае с предварительным договором право стороны безразлично для третьего лица, которое может с ним и не считаться, так как это лицо не может быть понуждено претерпеть неблагоприятные последствия нарушения права одной из сторон предварительного договора. Аналогично обстоят дела и с правами, возникающими в силу основного договора под потестативным условием: данные права, по существу, также не являются преимущественными.

Признание за преимущественным правом свойства ограничения свободы усмотрения управомоченного лица — обладателя объекта преимущественного права в осуществлении принадлежащего ему субъективного права позволяет сделать ряд важных выводов, касающихся порядка и условий совершения сделок по продаже объектов преимущественного права. Совершение продавцом сделки с нарушением преимущественного права может повлечь утрату покупателем объекта сделки в результате предъявления требования о переводе прав и обязанностей по сделке. В связи с этим нуждаются в дополнении нормы ст. 460 ГК РФ, регламентирующие случаи передачи товара с ограничениями и обременениями. Пункт 2 ст. 460 ГК РФ предлагается изложить в следующей редакции: «Правила, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, применяются и в том случае, когда в отношении товара к моменту его передачи покупателю имелись преимущественные права третьих лиц, а также в случае, когда к указанному моменту имелись притязания третьих лиц, о которых продавцу было известно, если эти притязания впоследствии признаны в установленном порядке правомерными».

Соблюдение преимущественного права обязательно только в случае продажи доли или пая. Преимущественное право не действует в случаях отчуждения доли или пая по договору мены. Это обусловлено тем, что, во-первых, систематическое толкование правил п. 4 ст. 21 Закона об ООО, абзаца третьего п. 4 ст. 9 Федерального закона от 08.05.1996 № 41-ФЗ «О производственных кооперативах» и п. 1 ст. 250 ГК РФ указывает на недопустимость расширительного толкования норм о продаже доли и пая, поскольку в тех случаях, когда действие преимущественного права при мене допускается, на это имеется специальное указание в законе (как это сделано в п. 5 ст. 250 ГК РФ); во-вторых, п. 2 ст. 567 ГК РФ, устанавливающий, что к договору мены применяются правила о купле-продаже, если это не противоречит правилам главы 31 ГК РФ, не означает распространения права преимущественной покупки доли или пая на отношения мены, так как в плане возмездности мены правила о купле-продаже применяются только в части компенсации стоимости неэквивалентных товаров и не затрагивают сущности мены, которая выражается в обмене одного товара на другой, а не на деньги.

Анализ отношений, связанных с осуществлением преимущественного права покупки доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, позволяет сделать вывод о том, что в случае обращения взыскания на долю или часть доли участника общества в уставном капитале общества, в том числе путем продажи ее с публичных торгов, участники общества и само общество, в изъятие из правил п. 1 ст. 250 ГК РФ, имеют преимущественное право покупки доли или части доли, на которую обращается взыскание. Соответственно, предусмотренный п. 4 ст. 25 Закона об ООО трехмесячный срок является сроком осуществления преимущественного права покупки, а общество и участник общества в случае нарушения их прав могут требовать в судебном порядке перевода на них прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи, заключенному на торгах.

Анализ нормативных требований к документам, сопровождающим осуществление преимущественного права покупки, свидетельствует об отсутствии единства в правовой регламентации уведомления обладателя преимущественного права о предстоящей продаже. В одних случаях такое уведомление носит характер простого извещения, в других — является офертой. В связи с тем что преимущественное право не имеет характера права требования, а заключение договора с обладателем преимущественного права не является обязанностью продавца, нормы, определяющие характер и последствия уведомления обладателя преимущественного права о предстоящей продаже, не должны закреплять данное уведомление как оферту. С учетом этого в ГК РФ и других нормативных актах, регламентирующих осуществление преимущественного права, должно найти отражение правило о том, что извещение о намерении продать объект преимущественного права не является офертой, если иное прямо не предусмотрено законом.

Анализ сроков защиты преимущественных прав в отношениях, направленных на отчуждение имущества, позволяет сделать вывод о том, что предусмотренный в п. 3 ст. 250 ГК РФ, ст. 21 Закона об ООО, ст. 7 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» трехмесячный срок, в течение которого лицо, преимущественное право которого нарушено, может требовать его защиты, является специальным пресекательным сроком исковой давности, к которому не применяются правила о приостановлении, перерыве и восстановлении срока исковой давности согласно статьям 202, 203 и 205 ГК РФ. Исчисление данного срока следует вести с того дня, когда обладатель преимущественного права узнал или должен был узнать о нарушении своего права. В противном случае теряется весь смысл способа защиты преимущественного права, потому что его применение возможно только тогда, когда известно о нарушении права.

 

Библиография

1 См.: Блинков О.Е., Никольский С.Е. Преимущественные права в наследственном праве России и зарубежных стран: Моногр. — М., 2006. С. 5.

2 См.: Кузнецова Л.В. Преимущественные права в гражданском праве России: Моногр. — М., 2007. С. 129.

3 См.: Пахомова Н.Н. Место корпоративных отношений в предмете гражданско-правового регулирования // Цивилистические записки: Межвузов. сб. науч. тр. Вып. 4. — М.— Екатеринбург, 2005. С. 94.

4 См.: Кузнецова Л.В. Указ. раб. С. 130.