УДК 340.132 

Страницы в журнале: 30-33

 

В.И. КОВАЛЕВСКИЙ,

главный специалист-эксперт отдела Главного управления Минюста России по Новосибирской области

 

Анализируются правовые акты, регламентирующие борьбу с коррупцией в Российской Федерации.

Ключевые слова: коррупция, эффективность деятельности, противодействие, законодательная база, факторы.

 

Prospects for the development of a methodology for anti-corruption expertise of normative legal acts

 

Kovalevsky V.

 

The article analyses legal acts regulating the struggle with corruption in the Russian Federation.

Keywords: corruption, efficiency of activity, counteraction, legislative basis, factors.

 

В  Национальном плане противодействия коррупции на 2010—2011 годы (утв. Президентом РФ 31.07.2008 № Пр-1568) отмечено, что в Российской Федерации в целом сформированы и функционируют правовая и организационная основы противодействия коррупции.

Правовая основа противодействия коррупции базируется прежде всего на Федеральном законе от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» и принятом в его развитие постановлении Правительства РФ от 26.02.2010 № 96 «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов», которым утверждена Методика проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов (далее — Методика). Как руководство страны, так и СМИ неоднократно отмечали, что, несмотря на предпринимаемые меры, коррупция по-прежнему серьезно затрудняет нормальное функционирование государственных органов, препятствует экономическому развитию России. Представляется, что одна из причин слабой эффективности противодействия коррупции — недостатки федерального законодательства.

Выявление в нормативных правовых актах и их проектах коррупциогенных факторов — важная задача для органов прокуратуры и Минюста России, других федеральных органов исполнительной власти, независимых экспертов. Для ее решения практические работники должны обращаться к Методике, которая призвана помочь в своевременном и эффективном выявлении коррупциогенных факторов, а следовательно, в предотвращении проявлений коррупции. Однако при применении Методики выявляются ее серьезные недостатки (многие из которых уже отмечались в научных исследованиях). Рассмотрим некоторые из них.

«Толковый словарь русского языка» определяет методику как совокупность методов обучения чему-нибудь, практического выполнения чего-нибудь, а метод — как способ практического осуществления чего-нибудь, способ действовать, поступать каким-нибудь образом[1]. Однако Методика не содержит никаких методов практического выявления коррупциогенных факторов, никаких указаний на то, как действовать эксперту при анализе нормативного акта на коррупциогенность. Единственное практическое указание — рекомендация проводить экспертизу каждой нормы нормативного правового акта (п. 2). Методика ограничивается лишь приведением перечня коррупциогенных факторов без каких-либо советов, как именно их выявить.

Следующий существенный недостаток Методики состоит в том, что утвержденный в ней перечень коррупциогенных факторов является закрытым, исчерпывающим, что подтвердил Верховный суд РФ в своем определении от 16.03.2011 № 33-Г11-5. Вместе с тем коррупция по своей природе представляет собой изменчивое социальное явление, постоянно изобретаются новые коррупционные схемы, совершенствуются уже существующие. В результате тормозом для эффективного противодействия коррупции становится сама Методика. Необходимо отметить, что многие виды коррупциогенных факторов, разработанные в теории, например, такой, как избыточность правового регулирования, не вошли в утвержденный перечень.

В проекте методики анализа коррупциогенности нормативных правовых актов, предложенном Центром стратегических разработок в 2004—2006 гг., указанный фактор содержался (он был назван как «ложные цели и приоритеты»). Для его выявления экспертам рекомендовалось оценивать целесообразность принятия акта, потому что избыточное нормативно-правовое регулирование может спровоцировать коррупционные проявления.

Данная проблема приобретает все большую актуальность. Как отмечает К.С. Щелоков, следствием избыточности правового регулирования является возникновение «двух слоев реальности: формально-правового, функционирующего в сфере должного, и материально-содержательного, функционирующего в сфере действительного. Вследствие тенденции дальнейшей формализации права разрыв между обоими слоями реальности постоянно увеличивается»[2].

В качестве примера избыточности правового регулирования можно привести приказ Минкультуры Новосибирской области от 14.03.2011 № 134, которым утвержден Административный регламент предоставления государственной услуги по предоставлению информации о времени и месте театральных представлений, филармонических и эстрадных концертов и гастрольных мероприятий театров и филармонии, киносеансов, анонсах данных мероприятий. Из данного регламента следует, что гражданин, пожелавший посетить театр и интересующийся театральной афишей, должен пройти ряд административных процедур. Первая подразумевает прием и регистрацию обращения заявителя, которое должно содержать все необходимые реквизиты и подлежит регистрации в книге учета входящих документов; вторая — рассмотрение запроса и подготовку результата предоставления государственной услуги. Лишь после этого заинтересованное лицо получит информацию о театральном представлении (либо отказ в ее предоставлении — например, если подобная информация многократно запрашивалась лицом ранее).

Возникают вопросы: неужели переполненность областных театров вынуждает местный минкульт возводить на пути театралов административные барьеры? какой смысл в издании подобного регламента, если информация о театральных и прочих представлениях является общедоступной?

Другим распространенным коррупциогенным фактором, не нашедшим своего отражения в Методике, является наличие пробела правового регулирования.

Пробел в праве понимается как отсутствие (полное или частичное) правовых норм, на основании которых государственный или судебный орган мог бы решить вопрос о применении права в случае, подлежащем правовому регулированию.

Пробел в праве может появиться из-за того, что какая-то ситуация не была предусмотрена при разработке закона или стала результатом новых общественных отношений, возникших после издания конкретного закона. Пробел может быть устранен путем принятия нового нормативного правового акта или внесения изменений в действующее законодательство.

Наличие пробела создает благоприятную среду для коррупции, так как позволяет заинтересованным лицам произвольно толковать закон и совершать действия по собственному усмотрению.

Необходимо отметить, что в ранее действовавшей Методике проведения экспертизы проектов нормативных правовых актов и иных документов в целях выявления в них положений, способствующих созданию условий для проявления коррупции (утв. постановлением Правительства РФ от 05.03.2009 № 196) пробел правового регулирования рассматривался как коррупциогенный фактор.

Территориальные органы Минюста России неоднократно выявляли в нормативных правовых актах и их проектах такие факторы. Например, в постановлении губернатора Новосибирской области от 04.02.2008 № 32 «Об утверждении Положения о предоставлении сведений о полученных государственным гражданским служащим Новосибирской области доходах и принадлежащем ему на праве собственности имуществе, являющихся объектами налогообложения, об обязательствах имущественного характера» не были урегулированы вопросы предоставления сведений о доходах супруги (супруга) и несовершеннолетних детей, об имуществе, принадлежащем им на праве собственности, и об их обязательствах имущественного характера. На основании заключения территориального органа Минюста России указанный коррупциогенный фактор был устранен: упомянутое постановление признано утратившим силу 03.08.2009.

Чем вызвано исключение названного коррупциогенного фактора из Методики — неясно.

Аналогичная ситуация сложилась с другим коррупциогенным фактором — коллизией нормативных правовых актов, — который учитывался прежней редакцией Методики, но затем был исключен.

В теории государства и права под коллизией законов понимается расхождение по сути (столкновение) двух или более действующих нормативных актов, изданных по одному и тому же вопросу. Наличие коллизии в праве опасно тем, что создает возможность произвольного выбора нормы, подлежащей применению, что увеличивает риск коррупционных сделок.

Таким образом, необходимо дальнейшее совершенствование Методики. Одним из перспективных путей может стать отказ от исчерпывающего перечня коррупциогенных факторов. Представляется, что более правильным было бы дать в Методике определение коррупциогенного фактора, привести примерный перечень таких факторов и пошагово описать способы их выявления в тексте нормативного правового акта. При этом следует иметь в виду, что антикоррупционная экспертиза по своему предмету шире собственно правовой.

Первым шагом анализа нормативного правового акта на коррупциогенность должно стать определение предмета правового регулирования акта, т. е. тех общественных отношений, которые он будет регулировать. В разных общественных отношениях (экономических, социальных, государственной службы и т. п.) коррупция проявляется неодинаково: так, риск ее возникновения намного выше в сферах финансов, бюджетных отношений, собственности, чем в областях семейных отношений, воспитания, культуры. Антикоррупционная экспертиза должна проводиться не только с учетом предмета правового регулирования — она должна носить комплексный характер, так как невозможно выявить все коррупционные риски, анализируя, например, закон о бюджете только с точки зрения соблюдения юридико-технических правил, не обращаясь к данным экономических наук. В еще большей степени сказанное касается нормативных правовых актов, регулирующих сферу компьютерной информации, поскольку при их анализе необходимы не только юридические знания, но и понимание специфики функционирования виртуальной реальности. Таким образом, к проведению антикоррупционной экспертизы следует активно привлекать специалистов по экономике, социологии, управлению, информатике, психологии и др.

Особое внимание при проведении антикоррупционной экспертизы необходимо уделять, как уже было сказано выше, анализу целей и задач правового регулирования акта: на данном этапе выявляются коррупциогенные факторы, связанные с избыточностью правового регулирования.

Проверяемый нормативный правовой акт не может рассматриваться изолированно, в отрыве от всей системы правовых актов, частью которой он является. Как и при правовой экспертизе, необходимо определить его место в иерархии нормативных правовых актов, оценить компетенцию принявшего его органа, а также дать оценку соблюдения баланса интересов (например, публичного и частного).

Работа по выявлению коррупциогенных факторов будет намного эффективнее, если широко привлекать к ней независимых экспертов и общественные организации.

Следует отметить, что в настоящее время заключение по результатам антикоррупционной экспертизы имеет лишь рекомендательный характер для органа государственной власти, издавшего нормативный правовой акт, и устранение коррупциогенного фактора зависит от усмотрения этого органа. В связи с этим необходимо предусмотреть в Методике (а также внести изменения в действующее законодательство, в том числе в ст. 251 ГПК РФ) возможность обращения прокурора с заявлением в суд об оспаривании нормативного правового акта, если он содержит коррупциогенные факторы.

Подводя итог, следует заметить, что в действующем законодательстве, во многих научных работах, в сообщениях СМИ преобладает довольно упрощенный подход к проблеме коррупции, при котором все ее проявления рассматриваются исключительно как выражение «злой воли» государственных служащих и судей, а коррупциогенные факторы, имеющиеся в нормативных правовых актах, — как следствие юридико-технических недоработок. Подобный подход делает борьбу с коррупцией совершенно бесперспективной. Чтобы эффективно противодействовать какому-либо негативному общественному явлению, нужно прежде всего понимать его социальные, экономические, психологические, нравственные и духовные причины. Как отмечал Ю.А. Тихомиров, причины коррупции как опасного социального явления лежат в самом укладе жизни[3].

 

Библиография

1 Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений. — М., 1999.

2 Щелоков К.С. Бюрократизация права // История государства и права. 2010. № 13. С. 24.

 

3 См.: Тихомиров Ю.А. Правовые меры противодействия коррупции // Журнал российского права. 2007. № 9. С. 38.