УДК 347.634/.637
 
О.И. ШОЛГИНА,
соискатель кафедры гражданского права Тверского государственного университета
 
В статье рассматриваются материально-правовые основания дел об усыновлении и отмене усыновления с точки зрения наличия спора о праве на воспитание ребенка. Анализ норм семейного и гражданского процессуального законодательства дает автору основания сделать вывод об особой правовой природе отношений, возникающих при передаче ребенка на воспитание в семью усыновителей, а также при отмене усыновления.
 
The Author speaks about financially-legal grounds of adoption and cancellation of adoption actions from the point of view of presence of dispute on the right to education of the child. The analysis of norms of the family and civil remedial legislation gives the author reasons to confirm about the special legal nature of the relations arising by transfer of the child on education in a family of adoptive fathers, and also at adoption cancellation.
Ключевые слова (keywords): интересы ребенка (child interests), усыновление (adoption), отмена усыновления (adoption cancellation), споры о воспитании (disputes on education), исковое и особое производство (action and special proceedings).
 
Споры, связанные с воспитанием детей, как правило, ассоциируются с конфликтом между родителями ребенка при определении места жительства несовершеннолетнего после расторжения их брака, порядка осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка, и т. п.
Однако законодатель не исключает возможности передачи ребенка на воспитание третьим лицам, прекращая или сохраняя при этом правовые отношения между ребенком и его кровными родителями.
В силу своей социальной значимости проблематика осуществления родительских прав родителями, не лишенными родительских прав и не ограниченными в них, соотношения данных прав с правомочиями третьих лиц по воспитанию ребенка заслуживает самостоятельного исследования. В рамках настоящей статьи представляется необходимым обратить внимание на особенности правовой регламентации отношений, возникающих непосредственно при передаче ребенка на воспитание и при решении вопроса об отмене усыновления.
Заметим, что в юридической науке существуют различные подходы к определению правовой природы дел об усыновлении и об отмене усыновления. Камнем преткновения в научной дискуссии является вопрос о наличии между усыновителями и родителями спора, связанного с воспитанием ребенка. На наш взгляд, есть основания утверждать, что усыновление и отмена усыновления в некоторых случаях, которые будут проанализированы ниже, относятся к самостоятельной категории споров, затрагивающих интересы ребенка, — спорам, возникающим при устройстве ребенка в семью третьих лиц.
Представители науки гражданского процессуального права, нисколько не умаляя значимости усыновления как основания принятия ребенка в семью на воспитание, рассматривают соответствующие правоотношения применительно к виду гражданского производства, тем самым подтверждая или, наоборот, опровергая наличие в данной ситуации спора о праве на воспитание.
Так, например, З.З. Алиева обосновывает необходимость отнесения дел об усыновлении к исковому производству, заявляя при этом: «… ведь далеко не по всем категориям семейных дел, рассматриваемых в исковом порядке, имеется спор, который понимается как разногласие между сторонами»[1]. Автор предполагает, что при усыновлении может возникнуть спор о защите прав родителя, когда родители (один из них) возражают против усыновления, а усыновитель настаивает на этом. При усыновлении ребенка посторонними лицами в процесс могут вступить родственники по происхождению и представить свои возражения относительно усыновления. Кроме того, против усыновления может возражать сам ребенок.
«Распространение искового порядка на усыновление позволит суду сначала выяснить все обстоятельства дела, не нарушаются чьи-либо интересы, кроме интересов детей. Исковое производство, в отличие от особого, предполагает заслушивание различных мнений и более состязательный процесс. Кроме того, по действующему ГПК РФ только в исковом порядке могут быть рассмотрены дела об отмене усыновления, и рассмотрение в том же виде производства дел об усыновлении привело бы к унификации процессуального регламента разрешения этой категории дел»[2]. Обосновывая свое мнение, З.З. Алиева приводит еще один аргумент процессуального характера: «Особо следует обратить внимание и на то, что решение по делам об усыновлении не требует принудительного исполнения, так как данным решением устанавливается факт усыновления. В случаях затруднения в реализации решения об удовлетворении требований об усыновлении усыновителю необходимо обращаться с иском об отобрании ребенка. Это, в свою очередь, осложняет защиту интересов ребенка. При рассмотрении же дел в порядке искового производства законом предусмотрено исполнение решений в принудительном порядке, и это еще один довод в пользу искового производства по делам об усыновлении»[3].
Законодатель относит дела об усыновлении к особому производству, что, на наш взгляд, вполне обоснованно, поскольку именно этот вид гражданского судопроизводства в наибольшей степени подходит для того, чтобы разрешить дело об усыновлении максимально в интересах несовершеннолетнего ребенка.
Однако при рассмотрении некоторых дел об усыновлении, как справедливо отмечает Е.В. Буянова, может возникнуть спор о праве. Это дела об усыновлении, в которых:
— уклоняющиеся от воспитания ребенка родители не дают согласия на усыновление;
— родственники усыновляемого ребенка, сами претендующие на усыновление, оспаривают его усыновление посторонними российскими гражданами;
— одни родственники ребенка, сами претендующие на усыновление, оспаривают его усыновление другими родственниками;
— одни иностранные граждане, сами претендующие на усыновление, оспаривают усыновление ребенка другими иностранными гражданами[4].
Критикуя существующие в науке гражданского процессуального права подходы к универсализации порядка рассмотрения дел об усыновлении исключительно в сторону искового производства либо исключительно в сторону особого производства, Е.В. Буянова обосновывает свою позицию о возможности рассмотрения дел об усыновлении в порядке как особого, так и искового производства.
Условно разделив «потенциальные» исковые дела об усыновлении на две группы, Е.В. Буянова обосновывает тезис о том, что спор о праве может возникнуть в случаях, когда родители уклоняются от исполнения своих родительских обязанностей[5]. Согласно сложившейся судебной практике, факт невыполнения родительских обязанностей без уважительных причин устанавливается судом при рассмотрении дела об усыновлении в порядке особого производства. По мнению Е.В. Буяновой, данный факт наряду с другими должен входить в предмет доказывания по делу об усыновлении, рассматриваемому в исковом порядке, и в зависимости от его доказанности или недоказанности будет решаться вопрос об усыновлении. Автор также полагает, что спор может возникнуть и тогда, когда на усыновление одного и того же ребенка претендуют несколько лиц (например, в случае вступления в процесс родственников усыновляемого ребенка, претендующих на его усыновление). В такой ситуации «суду следует отойти от приоритета кровнородственных связей и исследовать все обстоятельства дела в порядке искового производства»[6].
Противоположное мнение высказывает Г.И. Вершинина, утверждая, что судебный порядок усыновления изначально не должен быть связан со спором о праве[7].  «На самом деле, — пишет автор, — при усыновлении юридический конфликт не существует, так как на уровне семейного законодательства предпосылки для этого конфликта специально нивелируются различными правовыми средствами — для усыновления необходимо согласие родителей, а в остальных случаях (недееспособность лиц, безвестное отсутствие родителей, лишение родительских прав и прочее) речь будет идти не об оспаривании возможности самого усыновления, а лишь об опровержении соответствующих фактов»[8]. Родителям предоставлена возможность отозвать свое согласие, данное на усыновление ребенка. В случае заявления родителями своих возражений до вынесения решения об усыновлении оно не может быть произведено, а следовательно, правового конфликта, подлежащего рассмотрению в порядке искового производства, не будет.
По нашему мнению, самостоятельным семейно-правовым спором может быть спор между родителями и усыновителями ребенка, формой разрешения которого, по мнению родителей, должно стать решение суда об отмене усыновления. Не вызывает сомнения содержание данного спора — речь идет именно об осуществлении правомочий по воспитанию ребенка, при этом необходимо лишь определить обладателя данных правомочий.
Особенность данного спора состоит также и в том, что родители, претендующие на воспитание ребенка, ранее уже имели соответствующие правомочия, основанные на удостоверении происхождения от них ребенка, т. е. в силу кровного родства. Однако по тем или иным причинам родители утратили право на воспитание ребенка либо были лишены его в порядке, предусмотренном законом.
Можно предположить, что спор о праве на воспитание имеет место только в том случае, когда применяется п. 2 ст. 141 СК РФ, т. е. усыновители надлежащим образом выполняют свои обязанности по отношению к усыновленному ребенку, но усыновление может быть отменено в интересах последнего.
Совершенно противоположную позицию занимают некоторые представители науки гражданского процесса, анализируя ст. 275 ГПК РФ, согласно которой отмена усыновления осуществляется по правилам искового производства. Как полагает Н.И. Батурина, «нельзя путать понятия “спор о праве” и “защита права”; последняя осуществляется судом как в рамках искового, так и особого производства. Отмена усыновления во многом схожа с самим усыновлением. Если при усыновлении суд должен установить, что усыновление отвечает интересам ребенка и соблюдены все предусмотренные законом условия, то при отмене усыновления его задача также установить, что в результате усыновления нарушаются права ребенка и имеются основания для его отмены»[9].
Логика  последующих рассуждений  Н.И. Батуриной  такова. «Отмена усыновления по основаниям первой группы (п. 1 ст. 141 СК РФ) должна осуществляться по правилам искового производства, так как здесь имеет место наличие спора о праве (в частности, необходимость доказать вину усыновителей). Истцом будет выступать ребенок, а ответчиком всегда будет усыновитель (усыновители). При отмене усыновления по основаниям второй группы (п. 2 ст. 141 СК РФ), как правило, отсутствует разрешение спора о праве, так как необходимо установить факт того, что усыновление не отвечает интересам ребенка. Возможно, усыновители будут оспаривать данный факт, но наличие спора о факте не препятствует рассмотрению дела в порядке особого производства»[10].
По нашему мнению, содержание спора о воспитании детей составляют притязания нескольких лиц на воспитание, и именно в том случае, когда нет виновного поведения усыновителей, постановка вопроса об отмене усыновления обусловлена необходимостью удовлетворения имеющихся притязаний. Пункт 2 ст. 141 СК РФ содержит открытый перечень оснований для отмены усыновления, которые, в свою очередь, и отражают специфику спора.
Представляется, что в контексте данных рассуждений следует обратить внимание еще на один важный момент. В соответствии с законом отмены усыновления могут потребовать родители и усыновители ребенка, сам усыновленный ребенок, достигший возраста 14 лет, орган опеки и попечительства, а также прокурор (ст. 142 СК РФ). На наш взгляд, если требование об отмене усыновления заявлено ребенком или его родителями, то налицо спор, связанный с воспитанием.
Заметим, что законодатель не уточняет, имеет ли значение, лишены родители своих прав  в отношении данного ребенка или нет. Отсутствуют какие-либо разъяснения на этот счет и в постановлении Пленума Верховного суда РФ от 20.04.2006 № 8 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел об усыновлении (удочерении) детей».
Следовательно, отношения между усыновителем и усыновленным постоянно находятся под угрозой предъявления родителями ребенка иска об отмене усыновления, что вряд ли соответствует интересам ребенка и воспитывающих его лиц.
Специфика правового регулирования отношений, возникающих при усыновлении, создает в некоторых вопросах правовую неопределенность. В частности, законом допускается возможность сохранения в актовой записи сведений о кровных родителях, хотя правоотношения между усыновленным и усыновителями возникают независимо от записи последних в качестве родителей ребенка. Получается, что в семейных правоотношениях усыновители будут иметь статус родителей, в то время как формально родителями будут именоваться другие лица.
Множество вопросов, связанных с воспитанием усыновленного, может возникнуть при сохранении личных неимущественных и имущественных отношений между усыновленным и его кровными родителями, а также их родственниками (ст. 137 СК РФ). Означает ли это, что родители сохраняют в том числе и право на воспитание ребенка?
По нашему мнению, родители, давшие согласие на усыновление своего ребенка, тем самым передали и принадлежащее им право на его воспитание, даже если и не были лишены родительских прав.
Несмотря на то что законодатель устанавливает единственное основание прекращения правоотношений между родителями и детьми — лишение родительских прав, фактически эти правоотношения прекращаются и при даче родителями согласия на усыновление ребенка, а также в тех случаях, когда в соответствии с законом усыновление было произведено без согласия родителей. При этом родители утрачивают свой правовой статус применительно к отношениям с конкретным ребенком.
Изложенное выше обусловило необходимость решения следующего вопроса: в каком случае родители вправе потребовать отмены усыновления их ребенка? Очевидно, правом предъявления иска об отмене усыновления обладают лишь те родители, которые хотя и дали согласие на усыновление ребенка, но не лишены родительских прав.
Как полагает З.З. Алиева, родители ребенка вправе требовать отмены усыновления только в тех случаях, когда усыновление было произведено без их согласия или согласие было вынужденным[11]. На наш взгляд, данное утверждение нуждается в уточнении. В подобной ситуации необходимо отменить решение суда об усыновлении, но не акт усыновления.
Как свидетельствуют материалы судебной практики по рассмотрению дел об отмене усыновления, орган опеки и попечительства, прокурор обращаются с иском об отмене усыновления при виновном поведении усыновителей, т. е. предполагается применение меры ответственности к недобросовестным усыновителям, но не разрешение как такового спора о праве.
Можно сделать вывод, что при отмене усыновления по основаниям, указанным в п. 1 ст. 141 СК РФ, отсутствует спор о праве на воспитание  усыновленного ребенка, нет его и при отмене усыновления по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 141 СК РФ, если иск предъявлен прокурором или органом опеки и попечительства.
Однозначную позицию в дискуссии о характере правоотношений, возникающих при отмене усыновления, занимает Г.И. Вершинина. Возражая представителям науки семейного права (А.М. Нечаевой[12], М.В. Антокольской[13]), относящим дела об отмене усыновления к спорам, связанным с воспитанием детей, Г.И. Вершинина утверждает, что в суде достаточно доказать наличие совокупности юридических фактов, указанных в ст. 141 СК РФ. Также  автор полагает, что в случае отмены усыновления по иску усыновителя при отсутствии его вины он фактически должен предъявить иск к самому себе, что на практике создает трудности, неустранимые с позиции ГПК РФ[14].
В соответствии со ст. 144 СК РФ отмена усыновления ребенка не допускается, если к моменту предъявления требования об отмене усыновления усыновленный ребенок достиг совершеннолетия, за исключением случаев, когда на такую отмену имеется взаимное согласие усыновителя и усыновленного ребенка, а также родителей усыновленного ребенка, если они живы, не лишены родительских прав или не признаны судом недееспособными. В подобной ситуации отсутствует какой-либо спор о праве на воспитание, поскольку усыновленный уже достиг совершеннолетия. В этой связи подобные дела вполне могут быть отнесены к особому производству.
Исследование отношений, возникающих при отмене усыновления, с точки зрения спора о воспитании детей, на наш взгляд, предполагает учет весьма важных обстоятельств, на которые в юридической литературе не обращается внимание. Речь идет о сопоставлении правоотношений между родителями и детьми и правоотношений, складывающихся между усыновителем и усыновленным, которые традиционно признаются тождественными.
С одной стороны, законом предусмотрено, что между усыновителем и усыновленным возникают правоотношения, подобные кровнородственным отношениям между родителями и детьми (ст. 137 СК РФ). С другой стороны, в случае отмены усыновления закон не допускает возможности восстановления соответствующих отношений между бывшим усыновленным и усыновителями аналогично восстановлению родителей в родительских правах.
Следовательно, бывшие усыновители, изменившие свое поведение и отношение к ребенку в лучшую сторону, не могут быть восстановлены в своих правах по воспитанию ребенка. Отмена усыновления — акт безоговорочный. На наш взгляд, это дает основания утверждать следующее: поскольку законодатель не допускает подобного восстановления, значит при решении вопроса об отмене усыновления при виновном поведении усыновителей (п. 1 ст. 141 СК РФ) нет никакого спора о праве на воспитание ребенка (в отличие от лишения родительских прав).
Следует признать, что в некоторых диссертационных исследованиях, посвященных процессуальным аспектам рассмотрения дел об усыновлении, высказываются предложения о необходимости легального признания «повторного» усыновления, однако эти предложения не связываются с проблематикой спора о воспитании ребенка[15].
Некоторые авторы необоснованно, на наш взгляд, предлагают признавать правоотношения между усыновителем и усыновленным  идентичными правоотношениям между родителями и детьми. Так, например, А.З. Дзугаева высказывает мнение о целесообразности исключения ст. 140 СК РФ, поскольку «под отменой усыновления понимается прекращение отношений, возникающих из факта усыновления на будущее время, если того требуют интересы ребенка. Поэтому национальное законодательство в этой части необходимо привести в соответствие с положениями международного нормативного акта, которым является Гаагская Конвенция по защите детей и сотрудничеству в области международного усыновления (удочерения)»[16]. В этой связи А.З. Дзугаева считает необходимым «приравнять усыновителей полностью к родителям в части возможности лишения родительских прав при их виновном поведении. Поэтому следует внести изменения в отношении усыновителей в ст. 69 СК РФ, предусматривающую лишение усыновителей родительских прав»[17].
Это представляется невозможным, что обусловлено природой правоотношения между усыновленным и усыновителями: последние приобретают права и обязанности по отношению к ребенку подобные, но не тождественные родительским правам и обязанностям.
По нашему мнению, есть все основания предполагать, что при наличии определенных условий и усыновление, и отмена усыновления могут сопровождаться спором, затрагивающим интересы ребенка, передаваемого усыновителям или уже воспитываемого ими. Учет материально-правовой природы отношений, связанных с устройством ребенка в семью усыновителей, является объективной предпосылкой правильного применения гражданско-процессуальных правил, в том числе и при определении вида производства.
 
Библиография
1 Алиева З.З. Процессуальные особенности рассмотрения дел об усыновлении детей российскими гражданами (по материалам правоприменительной практики Республики Дагестан): Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 2007. С. 6—7.
2 Алиева З.З. Указ. раб. С.17.
3 Там же.
4 См.: Буянова Е.В. Процессуальные особенности рассмотрения дел об усыновлении (удочерении) детей: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 2009. С. 8.
5 Там же. С. 13.
6 Там же. С. 14.
7 См.: Вершинина Г.И. Процессуальные особенности судопроизводства по делам об усыновлении: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Саратов, 2007. С. 6.
8 Вершинина Г.И. Указ. раб. С. 7.
9 Батурина Н.И. Усыновление (удочерение) детей по российскому семейному праву: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Волгоград, 2005. С. 20.
10 Там  же.
11 См.: Алиева З.З. Указ. раб. С. 31.
12 См.: Нечаева А.М. Судебная защита прав ребенка: Учеб.-практ. пособие. — М., 2003. С. 5.
13 См.: Антокольская М.В. Семейное право: Учеб. — М., 1996. С. 324—329.
14 См.: Вершинина Г.И. Указ. раб. С. 16.
15 См., например: Алиева З.З. Указ. раб. С. 21.
16 Дзугаева А.З. Правовые проблемы усыновления детей — граждан Российской Федерации иностранными гражданами в России: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 2006. С. 27—28.
17 Там же.  С. 28.