УДК 347.965 

Страницы в журнале: 67-69

 

В.К. БОТНЕВ,

кандидат юридических наук, старший преподаватель Российской академии государственной службы при Президенте РФ

 

Рассматриваются актуальные вопросы, связанные с прекращением статуса адвоката. Обосновывается необходимость внесения изменений и дополнений в Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

Ключевые слова: статус адвоката, прекращение, профессиональная этика, преступление, запрет, профессиональные обязанности.

 

The termination of the status of the lawyer

 

Botnev V.

 

In article the pressing questions connected with the termination of the status of the lawyer at the present stage are considered. The author proves necessity of entering, changes and additions for the Federal act “About lawyer activity and legal profession in the Russian Federation”.

Keywords: status of the lawyer, termination, professional etiquette, crime, interdiction, professional duties.

 

Статья 17 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее — Закон об адвокатской деятельности; Закон) очень подробно определяет порядок прекращения статуса адвоката, обусловливая его, с одной стороны, чисто формальными причинами, а с другой — различными нарушениями со стороны адвоката и следующими за этим мерами дисциплинарного взыскания. Перечень оснований, по которым прекращается статус адвоката, является исчерпывающим, что позволяет исключить возможность лишения статуса по иным основаниям.

Прекращение статуса адвоката влечет за собой утрату соответствующих прав и освобождение от порождаемых данным статусом обязанностей, исключая обязанности по соблюдению адвокатской тайны. Исключается также возможность допроса бывшего адвоката в качестве свидетеля об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с оказанием юридической помощи. В случае прекращения статуса бывший адвокат обязан урегулировать взаимоотношения со своими доверителями: возвратить им документы, а также решить все финансовые вопросы.

Лицо, статус адвоката которого прекращен, не вправе осуществлять адвокатскую деятельность, а также занимать выборные должности в органах адвокатской палаты. Однако в настоящее время в законодательстве Российской Федерации отсутствует указание на какую-либо ответственность за данное нарушение, хотя указанные действия по сути своей являются разновидностью мошенничества и должны влечь за собой серьезную ответственность, вытекающую из публично-правовой функции, выполняемой адвокатами. Представляется, что в связи с принятием Закона об адвокатской деятельности соответствующие изменения должны быть внесены в КоАП РФ, а может быть и в УК РФ[1].

Подпункт 5 п. 1 ст. 17 Закона предусматривает прекращение статуса адвоката при совершении им поступка, порочащего честь и достоинство адвоката или умаляющего авторитет адвокатуры. Закон не содержит определения такого поступка или прямой ссылки на подзаконные акты, в которых это определение должно быть дано. Кодекс профессиональной этики адвоката (принят I Всероссийским съездом адвокатов 31.01.2003) также не дает ответа на вопрос, нарушение какого из установленных им и Законом об адвокатской деятельности правил влечет прекращение статуса адвоката. Законодатель оставляет этот вопрос на усмотрение совета адвокатской палаты и квалификационной комиссии, заключение которой обязательно при прекращении статуса адвоката по данному основанию. В этой связи важное значение приобретают обобщения дисциплинарной практики и рекомендации Совета Федеральной палаты адвокатов, которые должны им разрабатываться в соответствии с подп. 8 п. 3 ст. 37 Закона об адвокатской деятельности. В то же время представляется, что в Кодексе профессиональной этики адвоката следовало бы сформулировать более четкие критерии отнесения поступка к порочащим честь и достоинство адвоката или умаляющим авторитет адвокатуры, чтобы не вызывать разноречивой правоприменительной практики[2].

Исследуемая статья устанавливает, что основанием прекращения статуса адвоката является вступление в законную силу приговора суда о признании адвоката виновным в совершении умышленного преступления. Возникает вопрос: как соотносится, например, приговор о признании адвоката виновным в совершении умышленного преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 129 «Клевета» УК РФ, наказание за которое не предусматривает лишение свободы, и, например, приговор о признании адвоката виновным в совершении неосторожного преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 «Нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств» УК РФ, наказание за которое предусматривает применение лишения свободы? Становится очевидным, что необходимо рассмотреть вопрос об иной редакции подп. 4 п. 1 ст. 17 Закона об адвокатской деятельности, например: «вступление в законную силу приговора суда о признании адвоката виновным в совершении умышленного преступления или неосторожного тяжкого преступления»[3].

Сомнительным критерием, по мнению В.И. Сергеева, по которому адвокат может быть лишен статуса адвоката, является неисполнение либо ненадлежащее исполнение им своих профессиональных обязанностей перед доверителем, а также решений органов адвокатской палаты, принятых в пределах их компетенции. Автор считает, что прекращение статуса адвоката лишь за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязанностей перед доверителем (практически такое основание заинтересованному лицу или органу «организовать» несложно, достаточно подготовить несколько инициированных жалоб доверителей) или за невыполнение какого-либо, даже самого незначительного, циркуляра адвокатской палаты (оценка важности такого циркуляра законом не предусмотрена) — это достаточно суровая мера, не обусловленная здравым смыслом, поскольку в Законе об адвокатской деятельности отсутствуют иные меры, менее строгие, которые могут быть приняты к нерадивым адвокатам хотя бы за те же недобросовестность перед клиентом или невыполнение инструкций и циркуляров палаты и ее органов. При наличии оснований прекращения статуса адвоката, указанных в подпунктах 1 и 3 п. 2 ст. 17 Закона об адвокатской деятельности, адвокат из защищенного законом человека превращается в неограниченно уязвимую фигуру, полностью зависимую от своего исполнительного органа. Подобные нормы нивелируют установленные Законом гарантии адвокатской деятельности и делают бессмысленным вообще какую-либо принципиальность адвоката в отстаивании интересов своего клиента[4].

В Законе об адвокатской деятельности абсолютно не определена дальнейшая судьба адвоката после прекращения его профессионального статуса Советом адвокатской палаты за дисциплинарное нарушение. В частности, в Законе ничего не сказано о возможности для адвоката, статус которого прекращен по решению Совета адвокатской палаты, скажем, за некорректное поведение в суде, возвратиться в адвокатуру. Теоретически ничто не мешает адвокату после прекращения его статуса, собрав необходимые документы, заново подать заявление в Совет адвокатской палаты, но вопрос в том, кто его примет, если сам Совет прекратил недавно его статус. Скорее всего, исходя из трактовки Закона, такой адвокат попросту лишен возможности вновь вернуться в адвокатуру. Здесь наблюдается явный парадокс: теоретически, по действующему Закону, лицо, совершившее, например, разбойное нападение, может быть адвокатом (при условии снятия или погашения судимости), а адвокат, проявивший некорректность по отношению, например, к доверителю, за что его статус был прекращен, — нет. Явный пробел видится и в том, что в Законе об адвокатской деятельности не то что порядок, а даже сама возможность снятия дисциплинарного взыскания в виде прекращения статуса адвоката за совершение дисциплинарного проступка вообще не предусмотрена.

Вызывает определенную озабоченность также отсутствие в Законе об адвокатской деятельности указания на возможность реабилитации адвокатов в случае внесения в Закон и Кодекс профессиональной этики адвоката изменений и дополнений, отменяющих или изменяющих критерии для признания адвоката виновным в совершении дисциплинарного нарушения. В этой связи целесообразным будет, на наш взгляд, внесение изменений в ст. 7 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре, дополнив ее частью 3 следующего содержания:

«3) внесение в настоящий Федеральный закон и (или) в Кодекс профессиональной этики адвоката изменений и (или) дополнений, устраняющих дисциплинарную ответственность адвоката за ранее совершенные действия, повлекшие привлечение его к дисциплинарной ответственности, приводит к реабилитации адвоката»[5].

Закон об адвокатской деятельности даже в измененном виде теоретически предусматривает возможность расправы над адвокатом и руками адвокатской палаты, особенно над адвокатами принципиальными, мнение которых не всегда совпадает с мнением руководства адвокатской палаты. При этом не испрашивается мнение иных адвокатов, адвокатского подразделения или формирования, где данный адвокат работает, мнение его непосредственного руководства. Отсутствие подлинных гарантий независимости адвоката превращает его из защищенного законом профессионала в лицо, крайне зависимое от исполнительного органа — Совета палаты (статьи 31 и 37 Закона об адвокатской деятельности). При зависимом положении неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом решения Совета палаты влечет прекращение его статуса. Причем, по мнению проф. Ю.И. Стецовского, изгнание из сообщества возможно не в порядке, принятом самими адвокатами, а в  предписанном государством порядке[6].

Пожизненный запрет на повторное получение статуса адвоката лицом, ранее лишенным этого статуса, является чрезмерным, тем более что даже уголовное законодательство предусматривает в качестве меры наказания лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на определенный срок, но не пожизненно.

Целесообразно поэтому установить срок (до 5 лет), в течение которого лицо, ранее лишенное статуса адвоката, не может вновь приобрести этот статус.

С целью исключения случаев получения лицами, лишенными указанного статуса, статуса адвоката в ином субъекте Российской Федерации необходимо, по нашему мнению, создать в дополнение к существующим региональным реестрам адвокатов единый общероссийский реестр адвокатов, содержащий сведения о лишении лица статуса адвоката.

 

Библиография

1 См.: Научно-практический комментарий к Федеральному закону «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» / Под ред. Д.Н. Козака. — М., 2003. С. 85.

2 См.: Комментарий к Федеральному закону «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» / Отв. ред. И.Л. Трунов. — М., 2003. С. 80—81.

3 Бабурин С.Н., Глисков А.Г., Забейворота А.И. Комментарий к Федеральному закону «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». — М., 2003. С. 169.

4 См.: Сергеев В.И. Адвокат и адвокатура. — М., 2003. С. 47—48.

5 Воронов А.А. Роль адвокатуры в реализации конституционного права на квалифицированную юридическую помощь: Дис. … д-ра юрид. наук. — М., 2002. С. 140.

6 См.: Стецовский Ю.И., Мирзоев Г.Б. Профессиональный долг адвоката и его статус. — М., 2003. С. 90.