УДК 340.113 

Страницы в журнале: 29-32

 

Е.И. УМРИХИНА,

аспирант кафедры правосудия Пензенского государственного университета e-mail: umrena@rambler.ru

 

Рассматриваются понятие и признаки эффективности как общетеоретической категории. Определяются критерии эффективности мер безопасности. Устанавливаются пределы ограничения естественных прав человека. Предлагаются пути повышения эффективности мер безопасности в современном праве.

Ключевые слова: меры безопасности, эффективность, меры защиты, меры охраны, пределы ограничения естественных прав человека.

 

The ways of increasing of efficiency of security measures in the contemporary law

 

Umrihina E.

 

We consider the concept of performance and features as the general theoretical category. Determined by the criteria of effectiveness of security measures. Installed outside the limits of the natural rights of man. Suggests ways to improve security in the modern law.

Keywords: security, efficiency, security measures, security measures, outside the limits of the natural rights of man.

 

Несмотря на то что проблема эффективности правовых норм всегда привлекала ученых, в настоящее время данный вопрос изучен мало. В юридической литературе существует несколько подходов к пониманию эффективности, выработанных различными науками.

С. Пелевин писал: «Эффективность правовых норм... рассматривается как адекватность средств правового регулирования и способов применения права тем общественным отношениям, на регулирование которых оно направлено, в соответствии с целью, отвечающей объективным условиям развития общества»[1]. Другие авторы указывали на неразрывную связь понятий «эффективность», «результативность», «достижение целей правовых предписаний».

В.И. Никитинский отмечал: «Термин “эффект” употребляется в русском языке в значении результата, следствия чего-нибудь. Отсюда эффективность органически связана с результативностью, действенностью каких-либо мероприятий, правил, систем и т. д.»[2]

Наиболее распространено мнение, что эффективность — это абстрактное понятие, которое означает способность применяемого средства содействовать достижению поставленной цели.

Эффективность применения мер безопасности не следует делить на социальную и юридическую. Безопасность — социальное понятие, применение мер безопасности тесно связано с достижением социальных целей посредством правовых норм. Даже вопрос юридической безопасности имеет социальную подоплеку. Право и общество неразрывно связаны между собой, позитивные изменения в первом неизбежно приведут к позитивным изменениям во втором и наоборот.

П.С. Тоболкин предложил использовать для определения эффективности понятие фактической осуществимости[3]. Эффективность — не просто осуществимость целей правовых установлений, она характеризует их с точки зрения оптимального состояния и предельно достижимых результатов. Критерием эффективности выступает не просто результат, а юридическая практика как деятельность субъектов права в процессе формирования и реализации норм.

Е.П. Шикин среди прочих выделяет следующие факторы, детерминирующие эффективность правоприменительной деятельности: факторы оптимальной нормы права (качество законодательства); факторы микроклимата (отношения между правоприменителями и членами коллектива); субъективные факторы (личностные характеристики правоприменителя); факторы среды (знание, понимание и одобрение права и правоприменения населением, про-паганда права); материально-технические факторы (обеспеченность правоприменителя помещением, транспортом и т. д.)[4].

Результатом эффективного применения мер безопасности является отсутствие негативных правовых последствий, поэтому показателями эффективности мер безопасности можно считать:

— отсутствие необходимости в реформировании и изменении норм, действующих в определенной сфере общественных отношений;

— минимальное количество зафиксированных случаев применения мер защиты и (или) мер юридической ответственности как следствие эффективного достижения цели предупреждения правонарушений;

— положительные статистические показатели эффективности применения мер безопасности по сопоставимым основаниям (сходные временные промежутки, сферы правового регулирования, территориально-административные характеристики и т. д.).

Следует различать эффективность мер безопасности и их полезность. Эффективность соотносится с достижением намеченной цели, реализацией поставленных задач, в то время как сами цели и задачи могут быть вредны и губительны для общества. История России знала много фактов, когда реализация мер безопасности была предельно эффективной, но их полезность остается под вопросом до сегодняшнего дня. Действенность мер безопасности зависит не только от их результативности, но и от правильно поставленных целей и задач. Соответственно, такие цели должны быть общими для всего права, но иметь специфику конкретных институтов и отраслей.

Также следует отличать эффективность от экономичности. Существует точка зрения, что эффективность правовых установлений заключается в достижении поставленной цели с наименьшими затратами материальных средств, человеческой энергии и времени[5]. Но применительно к эффективности мер безопасности такое суждение не только неверно, но и опасно. Во-первых, если судить об эффективности с позиций затрат, то она будет показывать соотношение не между поставленной целью и результатом, а между достигнутым результатом и затраченными на его достижение ресурсами. Во-вторых, безопасность не может быть достигнута с минимальными затратами. Число угроз с каждым днем множится, что приводит к пропорциональному увеличению затрат на их предотвращение. Можно полностью не отрицать экономичность как составляющую эффективности мер безопасности — важно не отводить ей определяющую роль.

На современном этапе развития правовой системы Российской Федерации меры безопасности нельзя назвать абсолютно эффективными. Вопросы обеспечения безопасности поднимаются в различных сферах общественной и государственной жизни.

С.С. Алексеев писал: «Вопрос правовых средств — не столько вопрос обособления в особое подразделение тех или иных фрагментов правовой деятельности, сколько вопрос их особого видения в строго определенном ракурсе — их функционального предназначения, их роли как инструментов оптимального решения социальных задач»[6].

Если руководствоваться указанным положением, то средствами повышения эффективности мер безопасности можно признать все факторы, которые воспроизводятся целенаправленно и приближают своим действием достижение стоящих перед мерами безопасности целей. Поэтому для того, чтобы правильно определить содержание правовых средств повышения эффективности мер безопасности, следует учитывать их прямую направленность и системный характер. Системность, в частности, может быть обусловлена тем, что эффективность применения мер безопасности существенно повышается за счет применения средств, усиливающих действие положительно сказывающихся на них факторов, но прямо не направленных на обеспечение безопасности. Например, не секрет, что хорошее техническое оснащение и развитие информационных технологий повышают эффективность применения мер безопасности во многих областях общественных отношений.

Далее необходимо отметить: в силу многофакторности мер безопасности чрезвычайно важно отобрать те из них, которые не гипотетически, а реально обладают способностью повысить эффективность обеспечения безопасности. При этом выбор мер безопасности не может определяться только целесообразностью, они должны отвечать общим принципам права — гуманизма, справедливости, уважения прав и свобод человека и гражданина и т. д. Данное обстоятельство исключает применение тех мер безопасности, которые, повышая эффективность обеспечения безопасности, создают предпосылки нарушения вышеназванных принципов.

Вопрос о выборе мер безопасности должен решаться по-разному. В рамках узкоспециализированных отраслевых исследований необходимо рассматривать каждую меру безопасности, определять ее непосредственную цель, место и роль в системе других отраслевых мер безопасности. Это позволит сделать выводы об эффективности конкретной меры безопасности и выявить возможные недостатки ее правоприменения. В рамках общей теории права имеет смысл по общим основаниям объединить меры безопасности в некие подсистемы, имеющие относительную самостоятельность. Рассматривая меры безопасности в широком смысле, можно выделить две такие подсистемы — юридические меры безопасности и неюридические (организационные) меры безопасности.

Вопрос о неюридических мерах безопасности представляется довольно сложным, поскольку такие меры не только должны повышать эффективность обеспечения безопасности, но и носить специализированный характер. Эффективность мер безопасности во многом зависит от состояния правового мышления. И.Н. Марина считает: осознание необходимости комплексного и системного применения мер повышения эффективности правоприменения возникает лишь на определенном этапе правогенеза, непосредственно связанном с появлением развитого юридического мышления. Поэтому, полагает она, особое внимание следует уделять духовным средствам повышения эффективности правоприменения[7].

Применение мер безопасности осуществляется структурированной системой государственных институтов и органов власти. Характеристики такой системы меняются под влиянием культурно-исторических и идеологических факторов. Соответственно, организационные изменения непосредственным образом влияют на содержание и реализацию юридических средств (в нашем случае — мер безопасности).

Это подтверждается наблюдением О.Н. Коршуновой, которая указывает на то, что «юридические гарантии существуют только в комплексе с организационными, по сути, это единая система, сторонами которой они выступают»[8]. Никакие нормативно установленные гарантии не могут обеспечить эффективность мер безопасности, если будет отсутствовать необходимая система для их реализации.

Также на эффективность правовых мер безопасности значительное влияние оказывают социально-экономические факторы. Для этой сферы характерны такие негативные проявления, как экономическая нестабильность, несовершенство финансовой системы, высокий уровень инфляции, неразвитость социальной инфраструктуры и т. д. Все вышеперечисленное не только не способствует реализации правовых мер безопасности, но и служит источником новых потенциальных угроз. Отрицать влияние социально-экономических факторов на качество правовых отношений не представляется возможным. Социально-экономические меры могут занять особое место в системе повышения эффективности правовых мер безопасности и эффективности правоприменения в целом.

Другим неюридическим средством повышения эффективности мер безопасности может служить идеология. Разные этапы развития общества характеризуются различной государственно-правовой идеологией и, как следствие, различными представлениями об эффективности правоприменения. Идеология определяет не только объекты, подлежащие защите, и средства осуществления этой защиты, но и  цели и функции мер безопасности, что в конечном итоге служит основанием для выводов об эффективности этих мер. 

Взаимосвязь между политическими факторами и эффективностью правоприменения на сегодняшний день ни у кого не вызывает сомнения. Обеспечение стабильности политической системы государства, функционирования многопартийной системы, политического плюрализма, независимости средств массовой информации, свободы слова, митингов и демонстраций, многие иные действия, направленные в конечном итоге на построение демократического правового государства, с полным правом могут рассматриваться в качестве средств повышения эффективности мер безопасности.

Таким образом, к наиболее общим неюридическим средствам повышения эффективности мер безопасности можно отнести социально-экономические, идеологические, культурно-исторические, организационные и политические факторы.

Меры безопасности — это сложный социально-правовой феномен, на него влияют самые разнообразные факторы. Независимо от волеизъявления государства возникают объективно обусловленные факторы, которые в большей или меньшей степени оказывают влияние на эффективность применения мер безопасности. Правовые меры безопасности выступают частью системы правового регулирования, где обеспечение безопасности является лишь итогом воздействия как случайных, так и специально создаваемых факторов.

Исходя из изложенного, можно сделать вывод о том, что повышение эффективности правовых мер безопасности может достигаться путем улучшения качества факторов, позитивно влияющих на применение мер безопасности. Законодатель должен стремиться к гибкости и мобильности мер безопасности. Их реализация  должна быть не слишком отягощенной правовыми процедурами, но полностью соответствовать действующему законодательству и принципам права. Необходима дальнейшая теоретическая разработка вопросов, связанных с определением понятия и принципов мер безопасности, их места в системе средств правового регулирования, пределов их применения. Такие исследования не только развивают общую теорию права, но и способствуют определению путей повышения эффективности обеспечения безопасности в различных сферах общественных отношений.

 

Библиография

1 Пелевин С. Эффективность права и законодательства о разводах // Правоведение. 1971. № 3. С. 98.

2 Никитинский В.И. Эффективность норм трудового права. — М., 1971. С. 12.

3 См.: Тоболкин П.С. Понятие эффективности норм советского уголовного права // Проблемы эффективности уголовного закона. Вып. 37. — Свердловск, 1975. С. 27.

4 См.: Шикин Е.П. Основные условия эффективного применения права: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Свердловск, 1971. С. 12.

5 См.: Кузнецов Ф.Т., Подымов П.Е., Шмаров И.В. Эффективность деятельности исправительно-трудовых учреждений. — М., 1968. С. 65; Шмаров И.В. Критерии и показатели эффективности наказаний // Советское государство и право. 1968. № 6. С. 57; Пашков А.С., Явич Л.С. Эффективность действия правовой нормы // Там же. 1970. № 3. С. 41—45.

6 Алексеев С.С. Теория права. — М., 1993. С. 151.

7 См.: Марина И.Н. Средства повышения эффективности применения норм права: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2009. С. 57.

8 Коршунова О.Н. Защита прав человека в современном демократическом государстве: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2008. С. 35.