УДК  343.13

Страницы в журнале: 111-116

 

Р.В. АБОЗИН,

адъюнкт факультета подготовки научно-педагогических кадров Владимирского юридического института ФСИН России

 

Статья посвящена некоторым аспектам реализации потерпевшим и подсудимым процессуальных прав в судебной стадии производства по уголовному делу.

Ключевые слова: потерпевший, подсудимый, суд, судебное заседание, предварительное слушание, прекращение уголовного дела, принцип состязательности.

 

The realization of victim’s and defendants procedural rights in the course of the criminal trial

 

Abozin R.

 

The article is devoted to some aspects of realization by victim and defendant their procedural rights on judicial stage of the criminal trial.

Keywords: victim, defendant, court, trial, bringing before the court, the cessation of the criminal case, the principle of contest.

 

Производство в суде первой инстанции начинается с подготовительной стадии, определяемой статьями 227—233 УПК РФ, устанавливающими полномочия судьи по уголовному делу, вопросы, подлежащие выяснению по поступившему делу, основания для проведения предварительного слушания, необходимость мер по обеспечению гражданского иска и возможной конфискации имущества, назначение судебного заседания и срок его начала, а также порядок вызова лиц в судебное заседание. В подготовительной стадии судебного рассмотрения уголовного дела подсудимый и потерпевший вправе ходатайствовать о проведении предварительного слушания. Обратим внимание на то, что п. 3 ч. 5 ст. 217 УПК РФ предусматривает обязанность следователя разъяснить обвиняемому его право ходатайствовать о проведении предварительных слушаний. При получении уголовного дела судья в соответствии с п. 6 ст. 228 УПК РФ должен определить, имеются ли для проведения предварительного слушания основания, одним из которых является ходатайство стороны. Однако в УПК РФ нет указания на обязательность разъяснения потерпевшему права ходатайствовать о проведении предварительного слушания. Такое упущение приводит к искусственному удлинению срока рассмотрения уголовного дела. Представляется, что п. 3 ч. 5 ст. 217 УПК РФ должен быть дополнен предложением: указанное в настоящем пункте право также разъясняется потерпевшему и его представителю. Такое изменение, как видится, не потребует никаких дополнительных капиталовложений, но сможет в большей мере способствовать процессуальному равноправию сторон и сократит временные затраты на производство по уголовному делу в суде.

Среди вопросов, разрешаемых судьей и подлежащих отражению в постановлении о назначении судебного заседания, содержится вопрос о рассмотрении уголовного дела судьей единолично, судом коллегиально или с участием присяжных заседателей. Исследования показывают, что исключительным правом на выбор состава суда обладает только подсудимый. При этом основанием рассмотрения уголовного дела коллегиально или судом с участием присяжных заседателей выступает заявленное подсудимым ходатайство.

Вместе с тем правом выбора состава суда не наделен потерпевший. Как представляется, в этом есть некоторая нелогичность. Даже при назначении рассмотрения дела в особом порядке, когда обвиняемый признал свою вину, законодатель установил правило, в соответствии с которым мнение потерпевшего учитывается. И в случае несогласия последнего уголовное дело подлежит разбирательству в общем порядке. Безусловно, право выбора состава суда соотносится с правами обвиняемого, закрепленными статьями 45—47 Конституции РФ. Вместе с тем согласно ст. 17 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и согласно ст. 52 Конституции РФ права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. Нет необходимости ставить вопрос о рассмотрении уголовного дела коллегиально или с участием присяжных заседателей в зависимость от мнения потерпевшего. Но, считаем, учитывать такое мнение необходимо. В противном случае наблюдается приоритет прав обвиняемого и нарушение прав потерпевшего. Думается, потерпевшему должно быть предоставлено право выразить свое мнение относительно заявленного обвиняемым ходатайства о рассмотрении уголовного дела коллегиально или судом с участием присяжных заседателей. Данное мнение должно быть обоснованным, но не обязательным для суда. В таком случае окажутся соблюденными условия состязательности сторон, а решение судьи по данному вопросу станет обоснованным и справедливым, учитывающим все обстоятельства, в том числе и изложенные в ходатайстве потерпевшего.

Одним из решений, выносимых на предварительном слушании, является решение о прекращении уголовного дела. Однако УПК РФ не содержит указания на необходимость получения согласия обвиняемого на прекращение уголовного дела при полном или частичном отказе прокурора от обвинения (ч. 1 ст. 239 УПК РФ) в ходе предварительного слушания. Вместе с тем обвиняемый как равноправный участник уголовного судопроизводства вправе не согласиться с мнением прокурора и потребовать судебного разбирательства, имея целью свою реабилитацию посредством оправдательного приговора.

Обратим внимание на правовые последствия принятия судьей решения о прекращении уголовного дела. Постановлением КС РФ от 08.12.2003 № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» ч. 9 ст. 246 УПК РФ, предусматривающая возможность пересмотра постановления суда о прекращении уголовного дела ввиду отказа государственного обвинителя от обвинения лишь при наличии новых или вновь открывшихся обстоятельств, признана не соответствующей Конституции РФ.

Пленум ВС РФ в п. 21 постановления от 05.03.2004 № 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» разъяснил, что право обжалования судебного решения в соответствии с ч. 4 ст. 354 УПК РФ предоставлено не только государственному обвинителю, но и не принимавшему участие в судебном разбирательстве вышестоящему прокурору.

Следовательно, вышестоящий прокурор при несогласии с мнением участвовавшего в деле государственного обвинителя может обжаловать постановление судьи в кассационном порядке. Право обжалования такого постановления судьи имеют и потерпевший, и обвиняемый в силу ч. 7 ст. 236 УПК РФ.

Вынося решение о прекращении уголовного дела по изложенным основаниям, судья не только не принимает во внимание несогласие потерпевшего и обвиняемого, но и знает, что при кассационном (апелляционном) рассмотрении постановление судьи будет отменено, дело будет возвращено на повторное рассмотрение с той же стадии.

Полагаем, что прекращение уголовного дела на предварительном слушании по причине отказа прокурора от обвинения возможно лишь при согласии обвиняемого и потерпевшего (его представителя), поскольку только в этом случае не будут нарушены их права, предусмотренные ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года[1]. Поэтому представляется целесообразным п. 4 ч. 1 ст. 236 УПК РФ изложить в следующей редакции: «4) о прекращении уголовного дела при согласии обвиняемого и потерпевшего (его представителя);»

Принятие решения о прекращении уголовного дела в случае отказа государственного обвинителя от обвинения возможно не только на предварительном слушании. Подобное полномочие судьи предусмотрено и в ходе судебного заседания в силу прямого указания п. 2 ст. 254 УПК РФ.

Данное положение также сопряжено с нарушением прав потерпевшего и стало предметом постоянного внимания теоретиков и практиков. В результате в научной литературе появились различные предложения, направленные на исправление ситуации, обусловленной отказом государственного обвинителя от обвинения.

По мнению В. Кобзаря и К. Амирбекова, уже в самой классификации уголовных дел (дела частного, частно-публичного, публичного обвинения) содержится ответ о допустимости и юридической силе отказа от обвинения. Так, отказ потерпевшего от обвинения по делам частного обвинения, а также отказ государственного обвинителя по делам публичного обвинения независимо от мнения потерпевшего должны повлечь безусловную остановку дальнейшего судебного разбирательства, а значит, и прекращение дела по реабилитирующим основаниям, ибо уже нет предмета разбирательства[2].

Ю.В. Щербаков считает, что в этом случае потерпевший должен быть наделен правом заявить ходатайство об участии в судебном разбирательстве другого государственного обвинителя[3].

Некоторые авторы предлагают за потерпевшим признать право не поддержания обвинения в случае отказа от него государственного обвинителя, а право обжаловать такой отказ, заявленный в судебном заседании. Такой отказ должен стать предметом обсуждения в суде.

Если же обжалования не произошло (по причине отсутствия в деле субъекта обжалования — потерпевшего — или его нежелания воспользоваться правом оспаривать отказ), то отказ, очевидно, должен быть принят судом как не вызвавший возражений. Суду не следует входить в оценку отказа, если этот вопрос не поставлен сторонами. Представляется, что такое предложение соответствует требованиям состязательности сторон и исключительности функции отправления правосудия.

В части 2 ст. 14 УПК РФ сказано: «Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов в защиту подозреваемого или обвиняемого лежит на стороне обвинения». Следовательно, отказ государственного обвинителя от поддержания обвинения по уголовному делу должен быть безусловным основанием для принятия судьей постановления о прекращении уголовного дела, поскольку сам суд в силу его особой функции — осуществления правосудия — не вправе замещать собой сторону обвинения, равно как и сторону защиты. Однако к стороне обвинения УПК РФ относит не только прокурора, но и потерпевшего. Следовательно, законодатель учитывает мнение только одного из участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения, пренебрегая мнением потерпевшего[4].

В. Демидов, отмечая ущемление прав потерпевшего в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, говорит о том, что «возникает вопрос о смысле участия потерпевшего в судебном разбирательстве, имея в виду, что его позиция по существу рассматриваемого дела, расходящаяся с позицией государственного обвинителя, судом во внимание не принимается. А поскольку… решение суда о прекращении уголовного дела ввиду отказа государственного обвинителя от обвинения может быть пересмотрено лишь при наличии новых или вновь открывшихся обстоятельств, теряет смысл предоставленное потерпевшему право на обжалование такого решения в апелляционном или кассационном порядке (п. 19 ч. 2 ст. 42 УПК РФ)»[5]. В. Демидов поддерживает высказанные на страницах юридической литературы предложения о том, что в случае отсутствия согласия потерпевшего на прекращение уголовного дела ввиду отказа государственного обвинителя от обвинения судебное разбирательство должно быть продолжено в общем порядке с возложением функции обвинения на потерпевшего, с предоставлением ему права на обжалование решения суда в апелляционном либо кассационном порядке[6].

По мнению Х.М. Лукожева, ч. 7 ст. 246 УПК РФ должна звучать так: «”Если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа. Полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства влечет за собой прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в соответствующей его части по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса, при отсутствии возражений потерпевшего.

Если потерпевший настаивает на обвинении, суд обязан продолжить рассмотрение дела по существу, предоставив потерпевшему возможность поддерживать обвинение”. При этом отказ прокурора от обвинения должен быть изложен в письменной форме, с обоснованием своего мнения об исключении из обвинения каких-то обстоятельств и недоказанности»[7].

По мнению А. Гриненко, «в случае прекращения уголовного преследования следователем или прокурором по ходатайству потерпевшего уголовное дело должно рассматриваться и разрешаться судом в порядке, предусмотренном для уголовных дел частного обвинения»[8].

Мы солидарны с точкой зрения А. Леви, согласно которой «в уголовно-процессуальном законе должно быть четко указано, что отказ прокурора от обвинения не вызывает немедленного прекращения дела, что и было записано в ст. 248 УПК РСФСР, а должен рассматриваться как ходатайство со стороны обвинения. Суд же, продолжив судебное следствие и выслушав прения сторон, сможет принять то решение, которое он считает правильным. В ином случае неясно, зачем продолжать разбирательство, если отказ прокурора от обвинения все равно должен повлечь прекращение дела»[9].

Заметим, что вопросы отказа государственного обвинителя от обвинения находят отражение и в уголовно-процессуальном законодательстве других стран. Например, Уголовно-процессуальный кодекс Республики Беларусь 1999 года в ч. 8 ст. 293 предусматривает право суда продолжить разбирательство в общем порядке в случае отказа государственного обвинителя от обвинения, если потерпевший настаивает на нем. Государственный обвинитель освобождается от участия в судебном заседании, и обвинение поддерживает потерпевший лично или через своего представителя.

Исследование данного вопроса позволяет изложить следующие предложения: в целях соблюдения равенства сторон в процессе, соблюдения принципа состязательности и исходя из функций участников уголовного процесса, при отказе государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства, который влечет за собой прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в части, необходимо закрепить право потерпевшего возражать против прекращения уголовного дела или уголовного преследования, обосновывать ходатайство о продолжении судебного разбирательства с возложением на потерпевшего или его представителя функции поддержания обвинения. Инициативы, расширяющие права потерпевшего, непосредственно будут связаны с обязанностью суда вести далее рассмотрение уголовного дела в общем порядке в том случае, если суд признает доводы потерпевшего убедительными и достаточными для продолжения судебного разбирательства по уголовному делу.

Представляется, что таким образом права и законные интересы потерпевших будут реально гарантированы.

Как следует из ч. 2 ст. 239 УПК РФ, судья может также прекратить уголовное дело при наличии обстоятельств, предусмотренных статьями 25 и 28 УПК РФ. Согласно ст. 25 УПК РФ суд, а также следователь вправе прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, если преступление относится к уголовным делам публичного и частно-публичного обвинения, если указанное преступление совершено впервые, если подозреваемый примирился с потерпевшим и загладил причиненный вред.

В процессе анализа ст. 28 УПК РФ можно выделить следующие необходимые основания прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием: преступление характеризуется небольшой или средней тяжестью; указанное преступление относится к уголовным делам публичного и частно-публичного обвинения; преступление совершено впервые; после совершения преступления лицо явилось с повинной; лицо способствовало раскрытию преступления; виновное лицо возместило причиненный ущерб или иным образом загладило вред, причиненный в результате преступления; виновное лицо деятельно раскаялось и вследствие этого перестало быть общественно опасным.

При наличии всей совокупности указанных признаков судья вправе прекратить уголовное дело в связи с деятельным раскаянием подсудимого. Однако для принятия такого решения необходимо ходатайство одной из сторон. Представляется, что при подаче подсудимым (обвиняемым) такого ходатайства оно во всяком случае должно быть проверено судьей посредством выяснения у потерпевшего, действительно ли подсудимый примирился с потерпевшим и загладил причиненный ему вред. Считаем, что регламентированные законодателем нормы о прекращении уголовного дела в связи с примирением или деятельным раскаянием служат удовлетворению интересов потерпевшего и подсудимого, а также отражают баланс их процессуальных прав. Отказ потерпевшего от примирения влечет для подсудимого неизбежность рассмотрения уголовного дела по существу в судебном заседании с постановлением приговора.

Необходимо добавить, что важной особенностью применения ст. 28 УПК РФ является согласие подсудимого на прекращение в отношении него уголовного дела. При отказе производство по уголовному делу продолжается до его рассмотрения по существу.

Следующей особенностью рассмотрения уголовного дела в общем порядке применительно к вопросу о соотношении прав потерпевшего и подсудимого является регламентация их явки в судебное заседание.

Как для потерпевшего, так и для подсудимого УПК РФ предусматривает случаи необязательности их явки.

Проведение судебного разбирательства в отсутствие подсудимого допускается в случаях, предусмотренных ч. 4 ст. 247 УПК РФ, если разбирается дело небольшой или средней тяжести и если подсудимый сам ходатайствует о проведении судебного заседания в его отсутствие. Кроме того, ч. 5 ст. 247 УПК РФ допускает рассмотрение уголовного дела о совершении тяжкого или особо тяжкого преступления в отсутствие подсудимого, который находится за пределами территории Российской Федерации и (или) уклоняется от явки в суд, если это лицо не было привлечено к ответственности на территории иностранного государства по данному уголовному делу.

На наш взгляд, содержание частей 4—5 ст. 247 УПК РФ не дает ответа на вопрос, как должен поступить суд, если в ходе рассмотрения уголовного дела возникнут вопросы, которые невозможно разрешить без подсудимого. Мы разделяем мнение И.В. Головинской, отметившей, что «исходя из конституционной доктрины уголовно-процессуального права, все неустранимые сомнения трактуются в пользу обвиняемого (подсудимого). Но в таком случае, как видится, подсудимый, чье уголовное дело будет рассмотрено заочно, будет иметь больше привилегий, чем если бы оно было рассмотрено с его участием», а также поддерживаем высказанное автором предложение о том, что в «этом случае… судья должен приостановить рассмотрение уголовного дела. Основанием принятия такого решения может служить как инициатива самого судьи, так и ходатайство обвинителя или государственного обвинителя или адвоката. При этом считать в дальнейшем обеспечение явки в суд подсудимого обязательной, после чего следует рассмотреть дело в обычном порядке»[10]. Для этого И.В. Головинской предложена новая редакция ч. 4 ст. 247 УПК: «4. Судебное разбирательство в отсутствие подсудимого может быть допущено в случае, если по уголовному делу о преступлении небольшой или средней тяжести подсудимый ходатайствует о рассмотрении данного уголовного дела в его отсутствие. В случае если в процессе рассмотрения дела возникнут вопросы, которые невозможно разрешить без подсудимого, препятствующие вынесению законного и обоснованного решения, то суд по собственной инициативе, ходатайству государственного обвинителя или обвинителя, а также защитника должен приостановить рассмотрение дела, обеспечить явку подсудимого в суд и рассмотреть дело в обычном порядке»[11].

Право подсудимого на отказ от участия в судебном заседании сегодня вызывает неоднозначные мнения у процессуалистов. Так, Х.У. Рустамов полагает, что заочное рассмотрение уголовного дела должно осуществляться «как по инициативе суда (судьи), так и по письменному ходатайству прокурора, подсудимого, потерпевшего, их защитников и законных представителей с их согласия в случае неявки в суд лица, обвиняемого в совершении преступления, за которое не предусмотрено наказание в виде лишения свободы»[12].

Е.В. Хаматова допускает возможность рассмотрения дел заочно в случае неявки в судебное заседание подсудимого, без его ходатайства, надлежащим образом уведомленного о дате, месте, времени его проведения[13].

Мы не можем полностью разделить высказанные точки зрения по следующим основаниям. Практика свидетельствует о том, что нередки случаи, когда подсудимый, имея намерение участвовать в судебном разбирательстве, в силу возникших обстоятельств (например, болезнь, сердечный приступ, дорожно-транспортное происшествие и т. п.) не мог этого сделать. Полагаем, что нельзя лишать его права на участие в разрешении уголовного дела. В таких ситуациях, как представляется, необходимо выяснять причины отсутствия подсудимого. Более того, ч. 3 ст. 246 УПК РФ предусматривает меры реагирования суда на неявку подсудимого в судебное заседание: суд вправе подвергнуть подсудимого, не явившегося без уважительных причин, приводу, а равно применить к нему или изменить меру пресечения. Поэтому полагаем, что предложения о незамедлительном рассмотрении уголовного дела в отсутствие подсудимого несостоятельны. В этой связи мы солидарны с предложением И.В. Головинской о том, что «представляется возможным при сохранении условий заочного судебного разбирательства, действующих в настоящее время, предусмотреть применение заочного разбирательства судьей уголовного дела в отношении подсудимого, не подавшего ходатайства о проведении судебного заседания без его участия, надлежащим образом уведомленного о дате, месте, времени проведения судебного заседания, но не явившегося в судебное заседание без уважительных причин по вторичному вызову… судьи»[14].

Исследование процесса судопроизводства без участия подсудимого в разбирательстве уголовного дела приводит нас к выводу: наряду с процедурными вопросами неразрешенным остается вопрос о том, не будут ли нарушены права потерпевшего с учетом обязанности суда руководствоваться ч. 3 ст. 49 Конституции РФ: неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого. Мы согласны с тем, что «рассмотрение уголовного дела в отсутствие подсудимых в порядке ч. 5 ст. 247 УПК РФ не нарушает права подсудимого на справедливое судебное разбирательство, поскольку его интересы представлены защитником»[15]. Вместе с тем УПК РФ в качестве обязательной процедуры в ст. 275 предусмотрел допрос подсудимого, хотя дача показаний — это безусловное право подсудимого. Вместе с тем, думается, что не на все вопросы в случае отсутствия подсудимого может дать ответы его защитник. Более того, при умело построенной тактике защиты последний сможет отстоять интересы подзащитного так, что в процессе слушания дела действительно могут появиться сомнения в виновности подзащитного. И в силу ч. 3 ст. 49 Конституции РФ они будут трактоваться в пользу подсудимого. Очевидно, что отсутствие подсудимого в ходе судебного разбирательства не направлено на соблюдение равенства прав сторон в уголовном процессе. Не отрицая возможности и целесообразности заочного рассмотрения дела, считаем: потерпевший должен быть наделен правом высказать свое мнение относительно ходатайства обвиняемого (подсудимого) о рассмотрении судом уголовного дела в его отсутствие, а также ходатайства прокурора (в силу п. 4.1 ч. 2 ст. 229 УПК РФ)[16]; мнение потерпевшего при разрешении вопроса о рассмотрении уголовного дела в отсутствие подсудимого должно быть учтено судом.

Требования к присутствию в судебном заседании потерпевшего не столь категоричны, как к участию подсудимого. Согласно ч. 2 ст. 249 УПК РФ при неявке потерпевшего суд рассматривает уголовное дело в его отсутствие, за исключением случаев, когда явка потерпевшего признана судом обязательной. В случае неявки потерпевшего суд решает вопрос о разбирательстве дела или отложении его в зависимости от того, возможны ли в отсутствие потерпевшего полное выяснение всех обстоятельств дела и защита его прав и законных интересов. Предварительно суд заслушивает мнение государственного обвинителя, подсудимого, защитника, других потерпевших, гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей о возможности рассмотрения дела в отсутствие потерпевшего.

Вместе с тем признание судом обязательности участия потерпевшего обусловлено ответственностью последнего за неявку без уважительных причин в судебное заседание (ч. 6 ст. 42, ст. 113 УПК РФ). Именно неуважительные причины неявки могут влечь для потерпевшего меры ответственности. Однако для того, чтобы были основания применить к потерпевшему принудительный привод, необходимо должным образом известить его о дате, времени и месте рассмотрения уголовного дела, в судебном заседании по которому ему необходимо участвовать (статьи 262, 272 УПК РФ). В противном случае не только не могут применяться меры ответственности, но и решение по рассмотренному уголовному делу может быть обжаловано и судом вышестоящей инстанции отменено со ссылкой на существенные нарушения уголовно-процессуальных норм при производстве по уголовному делу, повлекшие ущемление прав потерпевшего.

Отдельно законодатель оговорил случаи участия потерпевшего в разбирательстве уголовных дел частного обвинения: в силу ч. 3 ст. 249 УПК РФ неявка потерпевшего без уважительных причин влечет за собой прекращение уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Такое положение видится вполне обоснованным, поскольку потерпевший вправе по собственному усмотрению распоряжаться процессуальными правами, в частности подавать заявление частного обвинения, поддерживать выдвинутое обвинение или отказаться от него. Поэтому неявка в судебное заседание потерпевшего — частного обвинителя приравнивается к отказу от обвинения. Следовательно, поскольку нет обвинения, нет и предмета уголовного иска, значит, правомерно прекращение уголовного дела, возбужденного по ранее поданному заявлению частного обвинителя (его представителя). Однако законодатель в качестве оснований прекращения уголовного дела в случае неявки частного обвинителя в судебное заседание называет п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ — отсутствие в деянии состава преступления. Считаем, что

такое основание указано совершенно неверно. Если не было судебного разбирательства, то не представлялось возможным исследовать вопрос о том, был ли в деянии состав преступления. Вполне возможно, что и событие преступления также отсутствовало. Кроме того, рассматривая ситуацию в целом, нельзя говорить, что отказ частного обвинителя от обвинения равнозначен отсутствию в деянии состава преступления. Потерпевший в силу самых различных причин мог отказаться от поддержания обвинения по уголовному делу, где и событие и состав имели место быть. Поэтому полагаем, что ссылка законодателя на п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в данном случае несостоятельна.

 

Библиография

1 См.: Моул Н., Харби К., Алексеева Л. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод. Статья 6. Право на справедливое судебное разбирательство. Прецеденты и комментарии. — М., 2001; Конвенция о защите прав человека и основных свобод // СЗ РФ. 2001. № 2. Ст. 163.

2 См.: Кобзарь В., Амирбеков К. Отказ прокурора от обвинения // Законность. 2001. № 4. С. 24—26.

3 См.: Щербаков Ю. Отказ прокурора от обвинения: последствия для потерпевшего // Там же. 2002. № 2. С. 29—31.

4 См.: Тетерина Т. Отказ прокурора от обвинения «преступает» права потерпевшего на доступ к правосудию // Российская юстиция. 2003. № 10. С. 37; Багаутдинов Ф., Васин А. Последствия отказа прокурора от обвинения // Там же. 2000. № 3; Петрова Н. Частный интерес в уголовном процессе защищен не в полной мере // Там же. 2001. № 6; Барабанов П.К. Реализация потерпевшим права на поддержание обвинения по делам публичного (частно-публичного) обвинения // Мировой судья. 2006. № 4. С. 8—12; Яковлев Н.М. Ограничение прав потерпевших на свободный доступ к правосудию // Журнал российского права. 2005. № 5.

5 Демидов В. Обеспечить положение потерпевшего реальными правами // Российская юстиция. 2003. № 11.

6 Там же.

7 Лукожев Х.М. Отказ государственного обвинителя от обвинения в суде по УПК РФ // Российский судья. 2005. № 8.

8 Гриненко А. Потерпевший должен иметь не меньше процессуальных прав, чем обвиняемый // Российская юстиция. 2002. № 9.

9 Леви А. Отказ государственного обвинителя от обвинения // Законность. 2006. № 6.

10 Головинская И.В. Мировая юстиция: концепция совершенствования уголовного судопроизводства: Дис. … д-ра юрид. наук. — Владимир, 2008. С. 192.

11 Там же.

12 Рустамов Х.У. Уголовный процесс. Формы. — М., 1998. С. 289.

13 См.: Хаматова Е.В. Производство по уголовным делам у мирового судьи: Дис. … канд. юрид. наук. — Воронеж, 2002. С. 122.

14 Головинская И.В. Указ. соч. С. 193.

15 Колоколов Н.А. Оперативный судебный контроль в уголовном процессе // Юрист. 2008.

16 См.: Петрухин И.Л. О заочном рассмотрении в судах уголовных дел // Адвокат. 2007. № 12.