А.А. ЗАЙЦЕВА,

заведующая учебно-методическим кабинетом кафедры государственно-правовых дисциплин Тихоокеанского государственного университета,  преподаватель кафедры гражданского права  и предпринимательской деятельности ТОГУ, г. Хабаровск

 

Рассматривая правовые последствия решений Конституционного Суда РФ, автор делает вывод о том, что эти решения являются источником права, в том числе и информационного.

 

Еxamining the law consequences of decisions of Constitutional Court of Russian Federation, an author draws conclusion that these decisions are the source of right, including informative.

 

Особое место в системе источников информационного права занимают решения Конституционного Суда РФ, касающиеся отношений в информационной сфере.

 Судебные прецеденты как источники права фактически отсутствовали в советской правовой системе, лишь обзоры судебной практики использовались судами в качестве рекомендаций о возможных вариантах вынесения решений по сложным делам в соответствии с действовавшим законодательством. Постановления Конституционного Суда Российской Федерации в ряде научных работ включены в перечень источников информационного права[1].

Судебный прецедент представляет собой судебное решение по конкретному делу, которое приобретает значение общеобязательного правового предписания для однотипного решения любых схожих дел. Обязательным для судов является не все решение, а только квинтэссенция дела, суть правовой позиции судьи, на основе которой выносится решение. Из прецедентов в последующем могут формироваться нормы нормативно-правовых актов.

 Постановления Конституционного Суда РФ российское законодательство не относит к источникам права. Отмечается, что суд не законодательствует и не управляет, а лишь применяет право[2].  Следует заметить, что автор этой точки зрения отрицает их обязательную силу. С данным утверждением нельзя согласиться, т.к. оно противоречит действующему законодательству. В соответствии со ст. 3 ФКЗ «О Конституционном Суде РФ» № 1-ФКЗ от 21 июля 1994г. Конституционный Суд РФ не только разрешает дела о соответствии Конституции РФ различных нормативных правовых актов, но и дает обязательные для исполнителей толкования Конституции РФ.

 Правовые последствия решений Конституционного Суда РФ определяются в статье 79 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. № 1 ФКЗ «О Конституционном суде Российской Федерации», согласно которой «акты или их отдельные положения (в том числе касающиеся правоотношений в информационной сфере), признанные неконституционными, утрачивают силу; признанные несоответствующими Конституции РФ не вступившие в силу международные договоры Российской Федерации (включая международные правовые акты в информационной сфере), не подлежат введению в действие и применению. Решения судов и иных органов, основанные на актах, признанных неконституционными (в том числе затрагивающие вопросы информационной сферы), не подлежат исполнению».

Орган, принявший такой акт, не может придать ему юридическую силу путем повторного принятия.

И далее, в соответствии с указанной статьей, в случае, если решением Конституционного Суда РФ нормативный акт признан не соответствующим Конституции РФ полностью или частично либо из решения Конституционного Суда РФ вытекает необходимость устранения пробела в правовом регулировании, государственный орган или должностное лицо, принявшие этот нормативный акт, рассматривают вопрос о принятии нового нормативного акта, который должен, в частности, содержать положения об отмене нормативного акта, признанного не соответствующим Конституции РФ полностью, либо о внесении необходимых изменений и (или) дополнений в нормативный акт, признанный неконституционным в отдельной его части. До принятия нового нормативного акта непосредственно применяется Конституция РФ. Это означает, что до внесения изменений и (или) дополнений в признанный неконституционным акт суды общей юрисдикции в своей работе будут исходить из соответствующего решения Конституционного Суда РФ, которое приобретает свойственное судебному прецеденту значение общеобязательного правового предписания для однотипного решения любых схожих дел.

 Таким образом, Конституционный Суд РФ, давая обязательные для исполнения толкования Конституции РФ, фактически создает новые правила поведения.

Кроме того, к компетенции Конституционного Суда РФ относится признание неконституционными нормативных правовых актов, а это лишает их юридической силы. Указанные выше полномочия Конституционного Суда РФ свидетельствуют о выполнении им не только правоприменительной, но и правотворческой функции.

Решения Конституционного Суда РФ по вопросам его компетенции имеют высшую юридическую силу в отношении любых, кроме Конституции РФ, нормативных правовых актов и иных актов органов власти различного уровня, в том числе в информационной сфере.

В общетеоретическом значении источник права представляет собой юридически значимую форму, содержащую установленные или санкционированные государственной властью общеобязательные и обеспечиваемые государством правила поведения в соответствующей сфере жизнедеятельности общества для регулирования определенных общественных отношений. Решения Конституционного Суда РФ в определенных условиях могут соответствовать приведенному определению источника права, так как устанавливают общеобязательные и обеспечиваемые государством правила поведения субъектов правоотношений в случае выявления Конституционным Судом РФ во ступивших в силу нормативных правовых и иных актах противоречий Конституции РФ. Государством обеспечивается обязательность юридических последствий решений Конституционного Суда. Поэтому ряд принятых Конституционным Судом РФ постановлений в отношении конституционности отдельных правовых норм, касающихся регулирования правоотношений в информационной сфере[3], могут рассматриваться в качестве источников информационного права.

Конституционный Суд РФ при рассмотрении дел в рамках своей компетенции принимает во внимание положения европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкование, данное Европейским Судом по правам человека, а также признает право последнего принимать решения, касающиеся соответствия решений Конституционного Суда РФ указанной Конвенции. Отсюда следует, что некоторые нормы международного права, например, права человека и основные свободы, закрепленные в Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года, в том числе в статье 10 Конвенции, обладают приоритетом над постановлениями Конституционного Суда РФ. Постановления Конституционного Суда РФ, в том числе в информационной сфере, не должны противоречить международно-правовым нормам указанной Конвенции.

 

Библиография

1 Бачило И.Л., Лопатин В.Н., Федотов М.А. Информационное право: Учебник/ Под. ред. акад. РАН Б.Н. Топорнина. 2-е изд., с изм. и доп. — СПб.: Издательство Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2005.  С. 175.

2 Нерсесянц В.С. Суд не законодательствует и не управляет, а лишь применяет право.// Судебная практика как источник права. — М: ИГиП РАН, 1997. С. 34-42.

3 Например, Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2005 года № 10-П по делу о проверке конституционности положений пункта 5 статьи 48 и статьи 58 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации", пункта 7 статьи 63 и статьи 66 Федерального закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» в связи с жалобой Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации//Российская газета. 18.11.05 и другие.